Комментарий академика Глазьева к
высказыванию председателя ЦБ Набиуллиной относительно влияния ключевой
ставки на экономический рост
Рассуждая о влиянии снижения ключевой
ставки на экономический рост председатель ЦБ находится в плену у собственных
умозрительных представлений об околоравновесном состоянии российской экономики.
Ей невдомек, что современная экономика никогда не находится в состоянии
равновесия, а экономическое развитие, в принципе, носит неравновесный характер.
Хотя производственные мощности российской
экономики загружены, от силы, наполовину, ей кажется по показателю официальной
безработицы, что она пребывает в состоянии равновесия. Поэтому, по ее мнению,
снижение ключевой ставки вызовет увеличение спроса на деньги, прирост
предложения которых пойдет не в увеличение производства, которое яко бы
работает на максимуме возможного, а в повышение цен. Она не знает, что, кроме
рабочей силы факторами производства являются основной капитал, природные
ресурсы и НТП. Причем, последний давно уже стал основным фактором роста
экономики, активизация которого обеспечивает и повышение производительности
труда, раздвигая ограниченность трудовых ресурсов. Про скрытую безработицу и
возможности отраслевого перетока рабочей силы в ЦБ, наверное, и вовсе не
ведают.
В этом еще одно проявление архаичности
мышления госпожи Набиуллиной, которая 40 лет назад выучила определение Маркса о
деньгах как товаре особого рода. Поэтому она думает, что и бороться с
обесценением этого товара (инфляцией) нужно сокращением его предложения,
повышая ключевую ставку и резервные требования к банкам. На самом деле
современные фиатные (не имеющие товарного обеспечения) деньги являются, прежде
всего, инструментом связывания ресурсов. Эмпирически на статистике десятков
стран доказано, что инфляция повышается не только из-за избытка денег по
сравнению с их оптимальным количеством, но и при их недостатке. Последнее
объясняется снижением эффективности экономики из-за недоиспользования имеющихся
ресурсов. Это как раз наш случай – из-за недоступности кредита простаивают
значительные производственные мощности, вследствие чего российская экономика
почти весь постсоветский период пребывает в состоянии стагфляции.
Характерное для монетаристов архаичное
представление денег как золотых монет влечет примитивизацию денежной политики и
сведение ее к манипулированию ключевой ставкой. Борясь с инфляцией путем ее
повышения, ЦБ водит экономику по порочному кругу: рост ключевой ставки влечет
сокращение кредитования инвестиций, следствием чего становится нарастание
технологического отставания и падение конкурентоспособности экономики, которое
через некоторое время компенсируется девальвацией рубля и новым витком
инфляции.
При этом, находясь в плену догмата МВФ о
«таргетировании инфляции», который предписывает свободное трансграничное
перемещение капитала, ЦБ не может снижать ключевую ставку ниже инфляционных
ожиданий, так как в этом случае начинается переток рублей в иностранную валюту.
Мы уже несколько раз сталкивались с ситуацией, когда снижение ключевой ставки и
увеличение рефинансирования банков приводило к росту валютных спекуляций –
банки направляли полученные от ЦБ кредиты на покупку иностранной валюты, играя
против рубля и получая сверхприбыли на его девальвации.
Выход из этого порочного круга
предполагает недоступное для мышления нынешнего руководства ЦБ усложнение
денежной политики. Во-первых, нужно зафиксировать валютную позицию коммерческих
банков, чтобы избежать переток кредитов от ЦБ на валютный рынок. Во-вторых,
нужно восстановить специальные инструменты ЦБ по рефинансированию коммерческих
банков под кредитование ими производственных предприятий. При этом ставки по
этим инструментам не должны привязываться к ключевой ставке. И они не должны