Библiотекаръ 2.0

А жителя называют мойдодыром :)

Сделали интерактивную карту глубин московского метро https://direct.dobrovkonstantin.ru/metro/

Я не рaз зaмечaл, что особенно чaсто и много хвaлят сaмые смиренные, здоровые и умные люди, a ущербные и глупые хвaлят редко и мaло. Хороший критик нaйдёт что похвaлить в несовершенной книге; плохой вычёркивaет из литерaтуры одну книгу зa другой. Здоровый и доброжелaтельный человек нaйдёт, зa что похвaлить сaмую скромную еду, дaже если он привык к очень изыскaнной; больной или сноб нaйдёт недостaтки в любом угощении. ...можно скaзaть, что хвaлa - словесное вырaжение душевного здоровья. Совершенно невaжно умелaя онa или нет. Клaйв Стэйплз Льюис

Письмо короля Шотландии Якова VI Аннабелле Мюррей, графине Мар Ок. 1572 г. Самое раннее из сохранившихся писем Якова, в котором он благодарит графиню Мар за присланные ею фрукты. Оно позволяет заглянуть в частную жизнь юного короля. Молодой шотландский монарх был очень привязан к графине и называл ее леди «Минни» — так в Шотландии ласково называют мать. Почерк для шестилетнего ребенка весьма уверенный, хотя кляксы и пропущенные буквы напоминают о том, что он — всего лишь ребенок, который только учится писать. Экспонат выставки 2025 года «Мир короля Якова VI и I» (The World of King James VI & I) в Национальной портретной галерее Шотландии (Эдинбург). Фото © The Tudor Age

Изменились методы, но суть осталась одна.

«Ведомость о смертности» за неделю, ставшую самой смертоносной во время Великой лондонской чумы; этот период завершился в этот день в 1665 году, а число умерших достигло 7165 человек. Помимо большого количества смертей, отнесенных на счет чумы и других типичных для той эпохи болезней, мы видим причины куда более загадочные: «испуг», «внезапная смерть», «ветер», «зубы» и «влияние планет». Встречаются и записи, рисующие весьма конкретную и яркую картину — например, «сгорел в постели от свечи в приходе Сент-Джайлс-Крипплгейт». Дополнительную информацию и полные подборки ведомостей за весь год можно найти здесь: https://publicdomainreview.org/collection/londons-dreadful-visitation-bills-of-mortality

Кто пьян? Одна из так называемых «теневых картинок» из книги Эдварда Карсвелла «Истории и очерки о трезвости» (Temperance Stories and Sketches, 1879) — сборника рассказов, стихотворений и иллюстраций, предостерегающих читателей от пагубного влияния алкоголя, табака и азартных игр. Подробнее: https://publicdomainreview.org/collection/temperance-stories-and-sketches

Философия - не гуманизм. Гуманизм - это идеология, а философия не идеологична. Философия - это свободный акт мысли, лишь использующий любую идею, как метафору хода мысли, как форму… Идея закрепощает, накидывая на мир оценочное суждения, структурируемые этой идеей. Идея всегда выстраивает вертикаль, где есть соответствующее идее - правильное, и не соответствующее - неправильное. Оценка "правильно-неправильно" - это результат сравнения действительности с идеей, что есть рационализация, а не философская мысль... В философии же нет "правильного" и "неправильного", это - шкала идеологии. В философии есть "легитимный" (точный) ход мысли или "не легитимный" (неточный или противоречивый). Другими словами, платоновское узнавание идеи - это узнавание собственного архетипа сознания, который структурирует мир под свой шаблон. Философ же свободен от архетипов, ибо он актом мысли преодолевает их границы и оценки, ими продуцируемые. В каком-то смысле философ - не человек, а импульс мысли, который пролетает сквозь Галактику Архетипов, преодолевающий в ней орбиты звездных скоплений Идей, используя их гравитацию для своего движения.

“Птица малая” Мэри Дории Рассел - совершенно офигительный научно-фантастический роман 1996 года. Книжка стала бестселлером и получила целый букет жанровых наград, включая премию Хьюго. Астрономы улавливают радиосигнал с далёкой планеты Ракхат. Пока правительства решают, что с этим делать, орден иезуитов, к тому времени занимающийся наукой не меньше, чем религией, организует собственную экспедицию для первого контакта. Но собственно космическая экспедиция - далеко не главное, о чём эта книга. Рассел гораздо больше интересует столкновение двух совершенно разных цивилизаций и ошибки, которые неизбежно возникают, когда одна пытается понять другую, исходя из собственных представлений о мире. И ещё это роман о вере. Главный герой, иезуит и выдающийся лингвист Эмилио Сандос, видит в открытии Ракхата возможное проявление божественного замысла. И один из главных вопросов книги - что происходит с верой человека, когда его представления о Боге сталкиваются с совершенно иной реальностью. В общем, очень хорошая научная фантастика - без космических войн и прочего избыточного жанрового инвентаря. И одна из самых необычных историй о первом контакте, которые мне попадались.

В немецком и французском языках есть одно интересное заимствование из библейского иврита. Второй стих первой главы книги Бытия по-русски звучит так: Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. То, что здесь переведено как "безвидна и пуста", в оригинале звучит как "тоhу ва-воhу" (תֹהוּ וָבֹהוּ) — «тоhу» (пустота, хаос, бесформенность) и «боhу» (пустошь, пустой вид); вместе это известная идиома, означающая абсолютную неупорядоченность, пустоту и безжизненность. А в немецком и французском два слова слиплись и стали существительными, обозначающими беспорядок, хаос или попросту бардак. По-немецки это слово пишется как das Tohuwabohu (произносится примерно как «то́хувабо́ху»). Оно употребляется в среднем роде и переводится как «хаос», «полный беспорядок», «неразбериха» или «кавардак». По-французски это существительное мужского рода le tohu-bohu (читается как «тою-бою», так как буква h не произносится). Оно переводится как «беспорядок», «суматоха», «неразбериха» или «шум и гвалт». Спросите своих знакомых немцев и французов, знают ли они про происхождение этих слов. Один мой знакомый немец слово Tohuwabohu употреблял, но откуда оно, не знал и очень удивился)

Японский художник изобразил Медный всадник со слов побывавших в Петербурге после кораблекрушения на Алеутских островах, Охотск, Якутск, Иркутск - и возвращение домой через Кронштадт в самом начале 19 века японских моряков. Иллюстрация из 11-го свитка «Канкай ибун».

Удав из знаменитого мультфильма короче, чем мы думали)))) Художник Леонид Шварцман очень не любил змей, поэтому эскиз персонажа у него никак не получался добрым и располагающим к себе, несмотря на то, что Шварцман много времени провел с планшетом возле террариумов в зоопарке.. И тогда он решил нарисовать его не с натуры, а с помощью собственного воображения! Именно поэтому у Удава появились пятна в виде ромашек и веснушки на мордочке... Но вернёмся к длине. Художники позже признавались, что если бы Удава действительно в длину был равен 38ми куклам Попугая, то кукла была бы не удобной в работе и попросту не помещалась бы в кадр!))) ЗамЕр, сделанный позже, показал, что в одного Удава помещаются всего 10 Попугаев!))). И Удав не удав вовсе,а питон. Действие происходит в Африке,а Старом свете живут питоны. В Новом-удавы. А Мартышка без хвоcта — это наверно не мартышка, а бонобо. Обманывать начали с детства.🤣

"Ах Александр Сергеевич, милый, Ну что же вы нам ничего не сказали..."

Этот необычный книжный магазин, встроенный прямо в склон утеса в китайской карстовой воронке Мианьхуа Тянькэн (Mianhua Tiankeng), расположен на глубине более 300 метров. Чтобы добраться до него, посетителям приходится преодолеть более 1000 ступеней, спускаясь в окружении высоких скальных стен и тысяч книг. Особенно впечатляюще этот подсвеченный магазин выглядит ночью, если смотреть на него сверху.

На заре пластической хирургии

СЯУ, что значит выражение «сыр‑бор» и откуда оно взялось. 😊 Когда мы говорим: «Из‑за чего весь сыр‑бор?» — мы имеем в виду: «Из‑за чего весь этот шум/скандал/переполох?» Почему я вообще задалась этим вопросом? В одном из комментариев в этой группе увидела написание «цербор», улыбнулась… и тут же подумала: а откуда в этой фразе вообще «сыр» и при чём тут «бор»? 🤔 И вот что я узнала: Сыр‑бор — это совсем не про еду. Сыр здесь — старая краткая форма прилагательного «сырой». Бор — это сосновый лес. То есть буквально: «сырой (болотистый) сосновый лес». Выражение восходит к пословице: «От малой искры сыр бор загорается» (впервые встречается в XVIII веке). Смысл: даже маленькая искра может поджечь большой сырой бор, то есть большая беда из‑за пустяка. Со временем первая часть пословицы отпала, и осталось переносное значение: шум, скандал, суматоха, конфликт, особенно начавшиеся из‑за мелочи. Так что теперь, когда слышу «Из‑за чего весь сыр‑бор?», я представляю себе маленький костёр в сыром лесу, из‑за которого поднялась целая буря.

"Ничего нового. Войны, убийства, насилие, забастовки, захват заложников, терроризм, педофилия, загрязнение окружающей среды. Культура: самолюбование и абстракция. Политика: обещания, демагогия, пустые слова, которые можно наполнить любым смыслом. Только в разделе спорт я вижу веселые лица юнцов-миллиардеров, с ног до головы покрытых эмблемами компаний-спонсоров, и толпы поклонников, восхищающихся ими за то, что они умеют забить мяч в ворота или в корзину. Повсюду триумф лжи, похвала глупости, циники, побеждающие последних борцов за разум с тем большей легкостью, что те сражаются в одиночку. Тупое стадо, жующее безвкусное сено, с энтузиазмом требует добавки". © Бернард Вербер , "Тайна Богов"

Как в Средневековье определяли, кто в паре бесплоден. В медицинском трактате Trotula, составленном в XII веке, предлагался такой тест. Нужно было взять два горшка и положить в каждый пшеничные отруби. В один добавить мочу мужчины, в другой - женщины и оставить оба горшка на девять или десять дней. Если в одном из горшков появлялись черви, а отруби начинали плохо пахнуть, считалось, что именно этот человек бесплоден. Если же этого не происходило ни в одном горшке, считалось, что бесплодным не является ни один из партнёров и обоим можно помочь лекарствами, но это уже другое СЯУ. Источник: The Trotula: A Medieval Compendium of Women's Medicine, перевод и редакция Monica H. Green, раздел On Impediment to Conception, §§74–75, стр. 76–77.

В индийских пуранах содержится описание иных цивилизаций, которые достигли более высоких стадий прогресса, чем мы. И вот там, наряду с разнообразными летающими машинами, подобными целым летающим городам, совершающим немыслимые маневры на огромных скоростях и т.п., есть описание "искусственных людей", то есть, судя по тем описаниями, имеются в виду роботы, оснащенные искусственным интеллектом. И вот эти роботы описываются как неотличимые от человека ни по внешности, ни по действиям, за исключением одного но: у них нет души, нет сознания и это можно увидеть, если посмотреть такой машине в глаза внимательно, там нет жизни. Как-то так. Литература.

ЧЕЛОВЕК-МАШИНА ЖЮЛЬЕНА ДЕ ЛАМЕТРИ В 1747 году французский медик Жюльен Офре де Ламетри совершил интеллектуальное преступление высокой пробы. Он написал «Человека-машину» и этим коротким, ядовитым трактатом нанёс удар по всем уютным дуализмам сразу. По метафизике, по гордому духу, по философскому «я мыслю» как отдельной субстанции. Ламетри сказал то, что киберпанку потом придётся повторять уже на новых носителях. Софт не отделён от железа. Сознание вырабатывается устройством. Это был не романтический бунт и не кабинетная метафизика. Это был клинический материализм с дурным характером. Ламетри смотрит на человека глазами врача, а не проповедника. Голод меняет характер. Лихорадка меняет гения. Опиум, вино, бессонница, травма головы, возраст, климат, семя, кровь, всё это не “внешние обстоятельства” для чистого духа. Это параметры работы системы. Если устройство повреждено, возвышенные рассуждения дают сбой. Если устройство перегрето страстью, моральная теология начинает заикаться. Для своей эпохи это звучало почти неприлично. Потому что Ламетри отказывался оставить человеку аварийный выход в нематериальную душу. Нет отдельного пилота в кабине. Есть организм, который думает так, как позволяет его устройство. Слово «машина» у Ламетри пугает тех, кто слышит в нём только унижение. Напрасно. В XVIII веке машина это ещё и образ сложности, автоматизма, внутренней связности. Ламетри не говорит о том, что человек жалок, ибо похож на часы. Он говорит опаснее. Человек понятен настолько, насколько понятны его механизмы. Мысль есть функция. Ощущение есть функция. Воля тоже не висит в воздухе над нейронами и желудком. Это радикально даже по меркам Просвещения. Многие были готовы механизировать животных и оставить человеку исключение. Ламетри забирает исключение. Человек у него не венчает природу как духовный аристократ. Он просто самый интересный гаджет в зоологическом ряду. Как только душа перестаёт быть неприкасаемой субстанцией, этика тоже съезжает с пьедестала. Ламетри не зовёт к разврату. Он делает другое. Последовательно переносит разговор о добродетели в зону физиологии, воспитания, удовольствия, организации тела и среды. Если поведение зависит от устройства машины, то исправление нравов без работы с телом, привычкой и стимулом есть просто риторика. Для церковных властей это кошмар. А для будущих нейронаук, бихевиоризма, поведенческой экономики и фармацевтического капитализма — ранний протокол. Ламетри уже в 1747-м стоит на той линии, где позже сойдутся нейроматериализм, AI-споры о том, может ли мышление быть вычислительным процессом и биохакерская мысль трансгуманистов. Конечно, Ламетри упрощает. Человек-машина XVIII века ещё не знает генетики, теории информации, сложных изломов культуры. У него есть риск свести слишком многое к грубой пружине. Но исторически важнее другое. После него проекту Просвещения уже труднее делать вид, будто мысль принадлежит иному миру, чем плоть. Если человек это машина, кто имеет право его настраивать? Врач? Государство? Рынок стимуляторов? Сам пользователь тела? Ламетри открывает дверь в материализм и вместе с ней в будущие конфликты биовласти, которые он сам едва ли мог полностью проговорить. «Человек-машина» Ламетри это не просто скандальный памфлет против попов. Перед нами ранняя эксплуатационная инструкция к субъекту Модерна. У него больше нет никаких следов идеализма в пульте управления. Только устройство, его сбои, его страсти и неприятная свобода разбираться с собой без метафизического сервисного центра.