Лебедев про мозг

Александр Фрадков

То, что выделено красной рамкой, я бы отнес к профессорскому кретинизму. Зачем учиться что-то там такое, непонятное представлять, если возможна попытка совершения движения?

Сергей Шишкин

Ольга Базанова

Мария Голицына, Василий Пятин и другие внимательно слушают докладчиков

Выступает Павел Бобров

О BCI-5.0

Джонатан Вулпо рисует мозг как умелого переговорщика: каждый навык — это «гексор», живая сеть нейронов и синапсов, которая постоянно подстраивается, чтобы оставаться надёжной, и все гексоры вместе держат центральную нервную систему в тонком «договорном равновесии». По его словам, интерфейсы мозг-компьютер создают не просто сигналы, а полноценные синтетические гексоры — новые навыки без мышц. Но чтобы они работали так же гладко, как естественные, им нужно научиться встраиваться в этот вечный торг нейронов. Пока наука до этого не доросла, поэтому надёжные BCIs — дело будущего. Зато уже сегодня они блестяще работают в реабилитации: с помощью «тройной стратегии» искусственный гексор мягко направляет повреждённый мозг к полезной пластичности. И самое красивое — когда человек целенаправленно тренирует один конкретный навык, волна выгодных изменений расходится гораздо шире, словно мозг сам начинает чинить себя с умом и удовольствием. Вулпо показывает, что BCI — это не просто техника, а новый партнёр в древней игре мозга по поддержанию мастерства.

Выступает Джонатан Вулпо

На конференции

Приветствие А.В. Колсанова

Спойлер моего сегодняшнего выступления

Учёные из Helmholtz Munich разработали систему MouseMapper на базе искусственного интеллекта. Она превращает целую мышь в подробнейшую трёхмерную карту, где видна буквально каждая клетка. Для этого животных сделали прозрачными, сохранив свечение на нервах и иммунных клетках, а потом просканировали специальным микроскопом. Ожирение, как выяснилось, бьёт по организму гораздо сильнее, чем принято думать. Оно запускает воспаление почти во всех органах и серьёзно повреждает чувствительные нервы лица, особенно ветви тройничного. У тучных мышей эти нервы заметно теряют окончания и тонкие разветвления, из-за чего животные хуже реагируют на прикосновения. Самое интересное — похожие молекулярные сдвиги обнаружили и в тканях людей с ожирением. Выходит, механизм во многом одинаковый. Все данные выложили в открытый доступ. В будущем такая технология поможет изучать сложные болезни не по кусочкам, а как единую систему всего организма. https://www.nature.com/articles/s41586-026-10535-2

🧠 Старт завтра! IX Международная конференция BCI Samara 2026 пройдёт 21–22 мая в Самаре (СамГМУ, ул. Гагарина, 18). Ждём участников к 09:00, регистрация с 07:30. Пленарные доклады, постерные сессии, онлайн-выступления ведущих нейроучёных — не пропустите главное событие в мире интерфейсов мозг-компьютер! 🚀🧬

Татьяна Черниговская вот здесь была неправа Вот, что происходит на самом деле: Представьте: искусственный интеллект больше не просто помогает учёным — он сам ведёт научный поиск от идеи до эксперимента. В Nature только что описали систему Robin — первую в мире многоагентную ИИ-платформу, которая полностью автоматизировала цикл открытий в биологии. Robin читает литературу, придумывает гипотезы, планирует опыты, анализирует результаты и даже предлагает следующие шаги. В реальном «лабораторном цикле» она самостоятельно нашла перспективные лекарства против сухой возрастной макулярной дегенерации — главной причины слепоты у пожилых. Среди находок — уже одобренный препарат рипасудил, который раньше никто не связывал с этой болезнью, и новое соединение KL001. А когда понадобилось разобраться в механизме, Robin сама спроектировала и проанализировала RNA-секвенирование, выявив интересную мишень ABCA1. Весь основной текст статьи, включая гипотезы, графики и выводы, сгенерировала именно она. Это не просто помощник — это настоящий цифровой учёный, открывающий новую эпоху автоматизированных открытий. https://www.nature.com/articles/s41586-026-10652-y #черниговскаянеправа

Из рубрики «Для эрудитов» BDNF, или мозговой нейротрофический фактор, синтезируется преимущественно в нейронах центральной нервной системы, особенно в гиппокампе, коре головного мозга и других регионах, а также в меньших количествах в глиальных клетках, таких как астроциты и микроглия. Процесс начинается с транскрипции гена BDNF, который имеет несколько промоторов, позволяющих регулировать экспрессию в зависимости от нейрональной активности, стресса, физических нагрузок или других сигналов. В результате образуется пре-пропредшественник preproBDNF на гранулярном эндоплазматическом ретикулуме, из которого после отщепления сигнального пептида формируется proBDNF. Этот предшественник транспортируется в аппарат Гольджи, где сортируется в секреторные везикулы — либо конститутивные, либо регулируемые, зависящие от активности. Внутри клетки или снаружи proBDNF может расщепляться протеазами, такими как фурин или плазмин, превращаясь в зрелую форму mature BDNF. Зрелая BDNF упаковывается в плотные везикулы и высвобождается в основном в активности-зависимом режиме из аксональных терминалей или дендритов, после чего распространяется по мозгу через аксональный транспорт или диффузию в синаптическом пространстве. В мозг BDNF попадает главным образом за счет локального синтеза внутри нервной ткани, где он действует аутокринно или паракринно на близлежащие нейроны. Периферический BDNF, производимый в скелетных мышцах, печени, сердце, легких или клетках крови, в значительной степени не проникает через гематоэнцефалический барьер в заметных количествах, хотя в некоторых условиях, например при физической активности, косвенные сигналы от периферии — так называемые экзеркины — могут стимулировать его дополнительную выработку уже непосредственно в мозге. Таким образом, основной объем активного BDNF в центральной нервной системе обеспечивается эндогенным синтезом и внутримозговым транспортом, что позволяет ему эффективно поддерживать нейропластичность, выживание нейронов и синаптическую передачу. #дляэрудитов

Из рубрики «Для эрудитов» Ян Сваммердам, голландский натуралист XVII века, в своих трудах уделял большое внимание экспериментам с мышцами и нервами. В работах, вошедших в «Библию природы», он использовал препараты лягушачьих мышц, помещая их в герметичный шприц с водой, чтобы точно измерить изменения объема. Раздражаая нерв механически — иглой или иным инструментом, — он наблюдал, как мышца резко сокращается, при этом ее объем практически не увеличивался. Эти опыты опровергли господствовавшую теорию «животных духов», согласно которой мышцы якобы раздуваются от притока жидкости или газа из мозга. Сваммердам показал, что сокращение возникает исключительно за счет стимуляции нерва, без заметного притока вещества, и тем самым заложил основу для понимания нервно-мышечной передачи. По некоторым свидетельствам, он также отмечал подергивания мышц при контакте нерва с разными металлами, что могло создавать слабый гальванический эффект, хотя сам ученый не интерпретировал это как электричество. Его эксперименты с нервной стимуляцией опередили время и стали важной предпосылкой для будущих открытий в электрофизиологии, хотя полноценное открытие биоэлектричества связывают с Гальвани веком позже. #дляэрудитов