Арбитражный процесс для бизнеса

Если неправомерное завышение выкупной цены земельного участка привело к увеличению срока аренды этой земли, то арендная плата за период решения разногласий является убытком Определение от 23.05.2022 г. по делу № А32-14621/2020, № 308-ЭС21-23454 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9032-14621%2F2020 Глава КФК с 1999 г. арендовал земельный участок сельскохозназначения, собственником участка был Краснодарский край. Глава КФК обратился в Департамент имущественных отношений Краснодарского края с целью выкупа участка. Департамент предложил цену равную 60% от кадастровой стоимости. Глава КФК в протоколе разногласий указал цену, исходя из 20% от кадастровой стоимости. Разногласия уже были решены в суде. Суд установил факт неправомерного и необоснованного завышения выкупной стоимости земельного участка, а также правомерность условий, предложенных Главой КФК. Глава КФК направил претензию Департаменту о возврате денежных средств в размере 131 тыс. рублей, составлявших убытки, причинённые неправомерными действиями Департамента, но получил отказ. Затем Глава КФК подал иск к Департаменту о взыскании убытков, которые представляли собой разницу между суммой внесенной арендной платы и суммой возможного земельного налога, подлежащего уплате в случае заключения договора купли-продажи земельного участка по цене, изначально предложенной Главой КФК. Суд первой инстанции удовлетворил иск. Суд указал, что при надлежащем исполнении Департаментом своих обязанностей право собственности на земельный участок и статус плательщика земельного налога должны были перейти к Главе КФК раньше. Неправомерность действий департамента, как причинителя вреда, выразилась в определении им выкупной стоимости земельного участка в нарушение требований закона. Апелляционный отказал в удовлетворении требований Департамента. Суд округа согласился с апелляционным судом. По мнению судов, право Главы КФК на взыскание убытков с Департамента зависит от избранного им способа защиты нарушенного права. Право на взыскание убытков возможно лишь в случае признания незаконными по правилам гл. 24 АПК действий Департамента. Глава КФК обратился в суд с требованием об урегулировании разногласий в соответствии со ст. 445 ГК, т.е. воспользовался правом на передачу преддоговорного спора на разрешение суда, в связи с чем самостоятельно несет все неблагоприятные последствия в виде необходимости внесения арендных платежей в силу длительного рассмотрения этого спора судом. СКЭС Верховного Суда удовлетворил заявление Главы КФК, отменил акты апелляционного суда и суда округа, оставив в силе решение первой инстанции, в силу следующего: 1) Департамент должен был подготовить проект договора купли-продажи, надлежащим образом рассчитав его цену в соответствии с нормативным актом, но не совершил требуемые действия в надлежащем виде, что повлекло необходимость урегулирования спора в судебном порядке и внесения арендной платы; 2) вред, причиненный лицу в результате незаконных действий (бездействия) госорганов подлежит возмещению (ст. 1069 ГК); 3) отсутствие признания ненормативного правового акта в судебном порядке недействительным, а также решения или действия (бездействия) госоргана незаконными, само по себе не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного таким актом, решением или действиями (бездействием); 4) удовлетворение иска предпринимателя в споре об урегулировании разногласий позволяет признать действия уполномоченного органа по определению выкупной цены земельного участка неправомерными, нарушающими права истца; 5) поскольку в аналогичной ситуации, покупатель, предпринимая меры для восстановления нарушенного права на выкуп арендованного имущества, производит расходы на уплату арендных платежей, эта сумма в соответствии со ст. 15 ГК признается убытками; неправомерное применение органом нормативного акта при определении выкупной цены влечет необходимость ее оспаривания заинтересованными лицами, увеличивает срок вынужденной аренды и возлагает допрасходы за пользование имуществом за период урегулирования спора (Опр. ВС РФ от

После выхода из состава участников ООО лицо утрачивает права на истребование документов, кроме необходимых для определения действительной стоимости доли, подлежащей выплате обществом Определение от 23.06.2022 г. по делу № А41-17633/2020, № 305-ЭС22-1796 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9041-17633%2F2020 Гражданин-участник (доля 40%) потребовал у Общества предоставить ему протоколы общих собраний за 10 лет (2010-2019), первичные и бухгалтерские документы за 7 лет (2010-2020), а также документы и договора, заключённые с конкретными лицами по конец 2019 года. Общество их не предоставило. Гражданин обратился 19.03.2020 в суд с требованием о предоставление документов и начисление неустойки за непредставление документов. Параллельно 29.03.2020 было принято к производству другое заявление о взыскании действительной стоимости доли. 29.10.2020 Гражданин вышел из общества. Суд первой инстанции иск удовлетворил, снизив размер неустойки. Апелляционный и окружной суды согласились с первой инстанцией. Суды посчитал, истребуемые документы необходимы Гражданину для определения действительной стоимости доли; что Обществом нарушено право участника на получение информации об обществе. Суды учли, что период составления документов ограничен истцом 31.12.2019, поскольку Гражданин вышел из Общества 29.10.2020; указали, что; взыскали судебную неустойку в размере, отвечающем принципам справедливости и соразмерности. судом установлено, что после выхода из общества истцу необходимы документы по состоянию на 31.12.2019 г., ввиду чего требования о представлении документации по более поздним периодам не подлежат удовлетворению. СКЭС Верховного Суда отменила принятые судебные акты и направила дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, в силу следующего: 1) не могут быть удовлетворены требования лица об обязании хозяйственного общества предоставить информацию, если на момент рассмотрения дела такое лицо не является участником хозяйственного общества (п. 6 Инф. письма Пр ВАС РФ от 18.01.2011 № 144); вместе с тем, лицо, которому общество с ограниченной ответственностью обязано выплатить действительную стоимость приобретенной обществом доли в своем уставном капитале (ст. 23 Закон об ООО), а также лицо, у которого были выкуплены акции открытого акционерного общества в порядке, предусмотренном ст. 84.8 Закона об АО, вправе требовать предоставления информации о деятельности общества, связанной соответственно с определением действительной стоимости доли, подлежащей выплате обществом, либо с определением цены выкупленных акций; 3) Гражданин на дату обращения с исковым заявлением являлся участником общества. Вместе с тем, подав 29.10.2020 через нотариуса заявление, которое получено Обществом 06.11.2020, Гражданин вышел из состава участников общества. В ЕГРЮЛ 09.11.2020 внесена запись о переходе к обществу прав на долю в размере 40% уставного капитала; 4) после выхода Гражданина из состава участников Общества, он утратил соответствующий статус и принадлежащие участнику корпоративные права, в том числе на истребование документов, кроме права на получение тех, которые необходимы для определения действительной стоимости доли, подлежащей выплате обществом 5) суды не учли изменение статуса истца в период рассмотрения дела, соотношение истребуемых документов и состав документов, необходимых для определения действительной стоимости доли. #корпоративныйспор

СКЭС Верховного Суда указала, что учредитель ликвидируемого автономного учреждения может нести субсидиарную ответственность перед контрагентами, которые не могли отказаться от заключения договоров Определение от 17.06.2022 г. по делу № А56-3762/2020, № 307-ЭС21-23552 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9056-3762%2F2020 Автономное Учреждение задолжало Поставщику ¬– энергосбытовой компании 2,8 млн. рублей за поставленную электроэнергию. Учредителем данного Учреждения было МЧС России. Учреждение было в татусе ликвидируемого. Поставщик обратился в суд с иском о взыскании задолженности и неустойки. Также к участию в деле в качестве субсидиарного ответчика было привлечено МЧС России. Суд первой инстанции иск удовлетворил. Суд учёл, что Поставщик был обязан заключить публичный договор энергоснабжения, а Ответчик является ликвидируемым автономным учреждением. Суд применил по аналогии разъяснения КС РФ (Постановление КС РФ № 23-П от 12.05.2020) удовлетворил ходатайство о привлечении МЧС России в качестве субсидиарного ответчика. Позицию КС РФ была сформулирована применительно к бюджетным учреждениям, а не автономным. КС РФ указывал о необходимости обеспечения надлежащего баланса между законными интересами должника и кредитора, поскольку сложившийся ранее подход не исключал злоупотреблений правом со стороны должников – учреждений, имущество которых оказывается «защищено» их публичным собственником от имущественной ответственности перед контрагентами. Апелляционный суд отменил решение в части привлечения МЧС России к субсидиарной ответственности, отказав в удовлетворении иска в этой части. Суд указал, что такой вид учреждений (ФАУ) изначально не предусматривал ответственности, в том числе субсидиарной, учредителя – собственника по долгам автономного учреждения. Собственник имущества автономного учреждения может нести ответственность только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам. Также сослался на правовую позицию КС РФ, согласно которой участники гражданско-правовых отношений, приобретая свои гражданские права своей волей и в своем интересе, будучи свободными в установлении своих прав и обязанностей на основе договора (ст. 1 ГК), в т.ч. и с муниципальными автономными учреждениями, несут риск неудовлетворения своих имущественных требований (Определение КС РФ № 219-О от 09.02.2017). Суд округа поддержал выводы суда апелляционной инстанции. СКЭС Верховного Суда согласилась с первой инстанцией и отменила акты апелляционного и окружного судов, в силу следующего: 1) у некоторых кредиторов автономного учреждения отсутствуют права на отказ от заключения договора, в т.ч. у гарантирующих поставщиков, сетевых организаций; 2) в аспекте взаимодействия этих лиц с бюджетными учреждениями КС РФ в Постановлении от 12.05.2020 № 23-П указал, что их обязанность заключить соответствующий публичный договор направлена на защиту интересов потребителей ресурса, что, однако, не исключает необходимости поддерживать баланс прав и законных интересов всех действующих в данной сфере субъектов, в частности теплоснабжающей организации – кредитора муниципального бюджетного учреждения; 3) правовая позиция КС РФ в равной степени распространяется на автономные учреждения, правовой статус и правовой режим имущества которых во многом тождественен статусу и режиму имущества бюджетных учреждений; 4) Поставщик является гарантирующим поставщиком электроэнергии и заключает с потребителями, включая учреждение, находящее в процедуре ликвидации, договоры энергоснабжения, которые положениями ст. 426 ГК отнесены к публичным договорам. В силу своего статуса истец обязан вступить в договорные правоотношения с любым потребителем независимо от его организационно-правовой формы и безотносительно того, какие последствия это несет для гарантирующего поставщика в части защиты своих имущественных интересов; 5) является правомерным вывод суда первой инстанции о возможности привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидируемого автономного учреждения собственника его имущества (МЧС России). #субсидиарнаяответствен

Уважаемые подписчики, продолжаем рубрику #готовыедокументы В этот раз представляем Вашему вниманию проект Договора субподряда на устройство свайного основания опор. Данный Договор в первую очередь будет интересен генеральному подрядчику .

Уведомление об отказе от использования разрешений на установку и эксплуатацию рекламных конструкций ещё не прекращает обязательств по договору на право установки и эксплуатации данных конструкций Определение от 23.06.2022 г. по делу № А40-30248/2021, № 305-ЭС22-310 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9040-30248%2F2021 Департамент СМИ и рекламы города Москвы и Общество в 2013 г. заключили договор на право установки и эксплуатации рекламных конструкций на имуществе города Москвы в 567 местах. Оплата должна была производится на основании ежегодных расчетов, выставляемых Департаментом частями каждый квартал. За 7 год Департамент оплату не получил, поэтому расторг договор, и насчитал задолженность в 9,3 млн. руб. за период с 14.11.2019 г. по 17.12.2019 г. и неустойку в 3,5 млн. рублей. Департамент обратился в суд с иском о взыскании задолженности за период и неустойки. Суд первой инстанции иск удовлетворил. Суд посчитал факт наличия долга доказанным. Апелляционный отказал в удовлетворении требований Департамента, повторно исследовав и оценив представленные доказательства. Апелляционный суд приобщил представленные Обществом дополнительные доказательства: уведомление об отказе от использования разрешений на установку и эксплуатацию рекламных конструкций, которое было получено Департаментом. Суд посчитал, что Общество реализовало право на отказ от использования разрешений, а обязательства сторон по договору прекратились до периода возникновения просрочки оплаты. Суд округа согласились с апелляционной инстанцией. СКЭС Верховного Суда не согласилась ни с первой ни с апелляционной инстанциями и отправила дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, в силу следующего: 1) действие договора на установку и эксплуатацию рекламных конструкций связано с действием разрешения на такую установку и эксплуатацию, выдаваемую и аннулируемую органом местного самоуправления муниципального района или органом местного самоуправления городского округа в соответствии с положениями ст. 19 Закона № 38-ФЗ; 2) Департамента имеет право принять решение об аннулировании разрешения на установку и эксплуатацию рекламной конструкции в течение месяца со дня направления ему соответствующего уведомления владельцем рекламной конструкции (п. 1 ч. 18 ст. 19 Закона № 38-ФЗ); 3) ответчик в уведомлении от 13.11.2019 просил считать договор расторгнутым с 13.12.2019 в соответствии с п. 1 ч. 18 ст. 19 Закона № 38-ФЗ; но Департаментом до 13.12.2019 не было принято решение об аннулировании разрешения на установку и эксплуатацию рекламной конструкции, у ответчика сохранилась обязанность по внесению платы за период с 14.11.2019 по 12.12.2019; 4) вывод суда первой инстанции об удовлетворении требований Департамента также не может быть признан обоснованным, поскольку он сделан без исследования и оценки уведомления от 13.11.2019, представленного только в суд апелляционной инстанции и принятого в качестве доказательства. #договор

Обязательное условие об установлении и соблюдение паритета цен нарушает законодательство о конкуренции Определение от 21.06.2022 г. по делу №А40-19473/2021, № 305-ЭС22-10220 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2131508 ФАС России признала Букинг (Booking.com.B.V., Нидерланды) нарушителем законодательства о конкуренции. Нарушение выражалось в навязывании гостиницам, отелям и хостелам невыгодных условий. Обязательным условием Букинга было предоставление и соблюдение паритета цен. Цены на объекты, размещённые на Букинге, должны были быть самыми лучшими для клиентов, на сайтах гостиниц запрещалось устанавливать более низкую стоимость. ФАС выдала предписание об устранении нарушения антимонопольного законодательства. Букинг обжаловал действия административного органа в суде. Суд отказал Букингу в удовлетворении иска. Апелляционный и кассационный суд согласились с первой инстанцией. Суды пришли к выводу о том, что условия о паритете цен, невыгодные объектам размещения и ограничивающие конкуренцию, приводят (могут приводить) к ущемлению их интересов в сфере предпринимательской деятельности, не обеспечивают защиту законных интересов заявителя. Суды указали, что условия о паритете цен, наличия номеров и условий могут ограничивать для новых игроков рынка услуг агрегаторов информации о средствах размещения возможность конкурировать с Booking.com в части цены и количества номеров, предлагаемых средствами размещения на сайте нового агрегатора как онлайн, так и оффлайн, так как независимо от собственных действий таких агрегаторов по предоставлению лучших условий взаимодействия для средств размещения. Судья Верховного Суда М. К. Антонова не нашла оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании СКЭС Верховного Суда. В марте 2022 г. на Букинге (Booking.com) стало невозможно что-либо забронировать в России, Букинг прекратил деятельность с российскими компаниями. #конкуренция #ФАС

СКЭС Верховного Суда разбиралась в исчисление сроков исковой по требованиям, вытекающим из договора о развитии застроенной территории Определение от 24.06.2022 г. по делу № А43-28472/2020, № 301-ЭС22-3451 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9043-28472%2F2020 Администрация Нижнего Новгорода и Застройщик (ООО «Нижегородгражданстрой») заключили договор о развитии застроенной территории города площадью 1,77. Застройщик получил право без торгов приобретать земельные участки в границах территории, обязался разработать проект межевания и осуществить строительство. Договор предусматривал также обязанность Застройщика уплатить выкупную цену за изымаемые по решению Администрации аварийные и подлежащие сносу жилые помещения в МКД. В 2017 г. Администрация приняла постановление об изъятии земельного участка, занимаемого МКД, который был признан аварийным и подлежащим сносу ещё в 2013 году. В 2018-2020 г. уже в судебном порядке были приняты решения об изъятие и определение стоимости помещений. Администрация выплатила возмещение за изъятые помещения. Застройщик с претензию Администрации об уплате за изъятые помещения оставил без удовлетворения. Администрация подала иск об обязании выплатить 24,3 млн. рублей. Застройщик не согласился с оценкой, а затем заявил о пропуски срока исковой давности. Суд отказал Администрации в иске, указав на пропуск срока исковой давности. Апелляционный и кассационный суд согласились с первой инстанцией. Суды посчитали, что выкупная цена за изымаемые помещения должна была уплачиваться Обществом не позднее 1 месяца с момента принятия решения об их изъятие, такое решение было принято в 17.03.2017 г. Администрация о нарушении ее прав на получение от Общества возмещения должна была узнать по истечении месяца с даты принятия указанного решения. Но Администрация обратилась в суд с 08.09.2020 г., пропустив срок исковой давности. СКЭС Верховного Суда решила, что суды поторопились, применяя срок исковой давности, отправила дело на новое рассмотрение, указав судам на неучтённое: 1) отношения, связанные с вопросами развития застроенной территории регулировались ГрК (в действовавшей в спорной период редакции), а вопросы, связанные с изъятием жилых помещений и земельных участков жилищным, земельным и гражданским законодательством; 2) после принятия решения об изъятии помещений и земельного участка для государственных и муниципальных нужд собственнику жилого помещения направляется уведомление о принятом решении об изъятии принадлежащего ему жилого помещения, а также проект соглашения об изъятии недвижимости для государственных или муниципальных нужд. Собственнику необходимо подписать соглашение и направить его в орган, принявший решение об изъятии, в течение 90 дней со дня получения проекта соглашения (ч. 2, ч. 4 ст. 32 ЖК, пп 4 п. 2 ст. 56.3, п. 2, п. 8-10 ст. 56.10 ЗК); 3) ст. 46.2 ГрК (действовавшей в спорный период) и условиями договора не предусмотрена обязанность застройщика осуществить выкуп жилых помещений в МКД у собственников помещений, а установлена обязанность застройщика возместить выкупную стоимость данных жилых помещений непосредственно Администрации; 4) если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 Постановления Пленума № 43); 5) суды не учли, что обязанность по возмещению выкупной стоимости указанных жилых помещений не могла возникнуть у Застройщика ранее заключения Администрацией с собственниками изымаемых помещений соглашений об изъятии помещений с определением выкупной стоимости либо принятия судом решения о принудительном изъятии помещений с определением выкупной стоимости; следовательно, Администрация до этого момента не могла предъявить к застройщику требование о компенсации понесенных расходов в размере выкупной стоимости за изъятые жилые помещения. #строительство #исковаядавность

Продажа земельных участков, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, не лишает права на применение пониженной ставки земельного налога за весь период владения, даже если строительство на них не началось Определение от 24.06.2022 г. по делу № А14-3191/2021, № 310-ЭС22-2242 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9014-3191%2F2021 Налоговая инспекция привлекло строительную Компанию к налоговой ответственности (п. 1 ст. 122 НК) в виде взыскания штрафа за неполную уплату земельного налога в размере 272 тыс. руб. и доначислила налог в размере 2,72 млн. рублей. Основанием послужило то, что в 2019 г. в собственности Компании находились земельные участки с видом разрешенного использования: «для индивидуальной жилой застройки», «индивидуальное жилищное строительство, отдельно стоящие индивидуальные жилые дома на одну, две семьи, коттеджи», «блокированные жилые дома с блок-квартирами на одну семью», «для сельскохозяйственного использования». Затем земельные участки были проданы. Основанием для принятия решения послужил вывод Налоговой о необоснованном применении обществом в отношении принадлежавших ему земельных участков ставки земельного налога в размере 0,3% от кадастровой стоимости с повышающим коэффициентом 2 по земельным участкам с видом разрешенного использования «для индивидуальной жилой застройки». В этой связи доначисление налога произведено инспекцией исходя из налоговой ставки 1,5 %. Компания обратилась в суд с заявлением о признании недействительным решения Налоговой о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Арбитражный суд отказал в удовлетворении заявления. Апелляционный и кассационный суды оставили судебный акт первой инстанции без изменения. Суды трёх инстанций исходили из того, что право на применение ставки земельного налога 0,3 % связано с фактом использования налогоплательщиком земельного участка в соответствии с видом разрешенного использования. СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение, указав на не учтённое судами трёх инстанций: 1) с 01.01.2019 г. на территории города были установлены налоговые ставки в следующих размерах: 0,3% от кадастровой стоимости участка в отношении земельных участков, занятых жилищным фондом и объектами инженерной инфраструктуры ЖКХ или приобретенных (предоставленных) для жилищного строительства и 1,5% от кадастровой стоимости участка ¬– в отношении прочих земельных участков; 2) определяющим для применения налоговой ставки земельного налога 0,3% является вид разрешенного использования земельного участка и назначение возводимых на нем объектов. Для ситуаций, когда на земельном участке, предоставленном для жилищного строительства, не возведен объект недвижимости, п. 15 ст. 396 НК установлены правовые последствия в виде применения повышающих коэффициентов к названной ставке налога; 3) иных ограничений в праве на применение пониженной ставки земельного налога в отношении земельных участков с видом разрешенного использования «для жилищного строительства», а именно, запрета применять ставку 0,3% от кадастровой стоимости коммерческим организациям в отношении земельных участков, приобретенных (предоставленных) для ИЖС и используемых в предпринимательской деятельности, проданных иным лицам с целью получения прибыли, НК в рассматриваемый налоговый период не содержал; 4) при таких обстоятельствах факт продажи обществом в 2019 г. части принадлежащих ему земельных участков не исключал его права на применение налоговой ставки 0,3% за весь период владения данными объектами #земельныйналог #земля #недвижимость

Можно оказывать бытовые услуги и юридическим лицам, работая на патентной системе налогообложения, если региональный закон прямо не устанавливает ограничений Определение от 16.06.2022 г. по делу № А41-6753/2021, № 305-ЭС22-1659 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2130042 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9041-6753%2F2021 Подмосковный ИП, работая на патентной (ПСН) и упрощённой (УСН) системах налогообложения, исполнил договоры подряда, заключенные с юридическими лицами по ремонту кровли зданий и жилых домов. Доходы от выполнения указанных договоров в размере 4 млн. руб. ИП отразил в доходах по ПСН. Налоговая инспекция решила, что в отношении работ, выполненных для нужд юридических лиц, ПСН применима быть не может и доначисляла налог, уплачиваемый в связи с применением УСН, пени и наложила штраф. ИП оспорил решение Налоговой в суде. АС Московской области отказал в удовлетворении требований. Апелляционный и кассационный суды оставили судебный акт первой инстанции без изменения. Суды согласились с позицией налогового органа, указав, что правом на применение ПСН обладают индивидуальные предприниматели, выполняющие работы либо оказывающие услуги в целях исключительно удовлетворения личных бытовых потребностей гражданина. СКЭС Верховного Суда удовлетворила требования ИП – признала недействительным решение налогового органа, отменив акты трёх инстанций и указав на не учтённое судами: 1) Наряду с этим, согласно подпункту 2 пункта 8 статьи 346.43 настоящего Кодекса субъекты Российской Федерации вправе включать в перечень видов предпринимательской деятельности, в отношении которых может применяться патентная система налогообложения, виды деятельности, предусмотренные Общероссийским классификатором видов экономической деятельности и Общероссийским классификатором продукции по видам экономической деятельности. 2) ст. 2 Закона Московской области от 19.12.2016 № 165/2016-ОЗ к видам предпринимательской деятельности в сфере бытовых услуг были дополнительно включены виды работ и оказываемых услуг: строительство жилых и нежилых зданий; кровельные работы; работы строительные специализированные прочие, не включенные в другие группировки; и другие; 3) при этом указанные положения Закона Московской области № 165/2016-ОЗ не установили ограничений по применению патентной системы налогообложения в отношении названных видов работ, выполняемых по заказам юридических лиц; 4) СКЭС полагает ошибочным ограничительное толкование, данное судами при толковании понятия «бытовая услуга» применительно к видам деятельности, в отношении которых может применяться патентная система налогообложения; 5) в соответствии с Распоряжением Правительства РФ от 24.11.2016 № 2496-р к бытовым услугам по кодам 43.29 и 43.91 отнесено выполнение прочих строительно-монтажных работ и производство кровельных работ, без ограничения круга потребителей (заказчиков) данных работ; 6) раскрывая понятия и термины «бытовая услуга», «результат бытовой услуги» и «производственная бытовая услуга», ГОСТ Р 57137-2016 устанавливает, что такого рода услуги направлены на удовлетворение конкретной бытовой потребности индивидуального клиента (заказчика) или группы клиентов, в числе которым могут быть и юридические лица, создание и (или) восстановление потребительской стоимости изделий, к которым Законом Московской области от 19.12.2016 № 165/2016-ОЗ отнесены, в числе прочих, и кровельные работы в зданиях и жилых домах; 7) необходимые элементы налогообложения (налоговых обязательств) должны быть сформулированы таким образом, чтобы каждый точно знал, какие налоги, когда и в каком порядке он должен платить (п. 6 ст. 3 НК), а все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах следует толковать в пользу налогоплательщика (п. 7 ст. 3 НК). #патент #налог

Продать помещение одному лицу, а землю под ним подарить другому не получиться на законных основаниях. Переход права собственности помещения и земли под ними к разным лицам был зарегистрирован в ЕГРН. Но СКЭС Верховного Суда напомнила о принципе единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов недвижимости, хотя суды трёх инстанций ничего странного в таких сделках не заметили. Определение от 21.06.2022 г. по делу № А46-23123/2020, № 304-ЭС22-2566 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2131732 Продавец являлся собственником нежилого помещения общей площадью 259,5 кв.м, находящегося в здании площадью 700,4 кв.м. и 163/439 доли земельного участка, на котором располагалось здание. Ещё 400,9 кв.м нежилых помещений и доля 276/439 земельного участка принадлежали ИП. Продавец продал данное нежилое помещение без указания на то, что помещение продается вместе с долей в праве на земельный участок. После данное помещение было ещё раз продано и разделено на 11 помещений. Затем через ряд продаж собственником 11 помещений стал Покупатель. Тем временем Продавец подарил землю (163/439) ИП-2, право собственности было зарегистрировано. ИП и ИП-2 направили Покупателю претензию с требованием внести плату за пользование указанным участком. Покупатель обратился в суд с требованиями признать недействительным договор дарения доли, исключить из ЕГРН сведения о праве собственности и признать за Покупателем право собственности на землю, указав на запрет раздельного оборота земли и связанной с ней недвижимости. Арбитражный суд отказал в удовлетворение требований Покупателя. Апелляционный и кассационный суды оставили судебный акт первой инстанции без изменения. Суды указали, что Покупателю было известно о том, что на момент заключения договоров купли-продажи нежилых помещений и государственной регистрации права земельный участок под зданием не находился в собственности продавцов помещений. Договоры купли-продажи помещений не содержат указаний на передачу земельного участка и на то, что продавцы являются его собственниками. Доказательств, подтверждающих, что сделка дарения совершена исключительно с целью причинить ущерб истцу, не представлено. СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение, указав на не учтённое судами трёх инстанций: 1) одним из основных принципов земельного законодательства является принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами (пп 5 п. 1 ст. 1 ЗК); 2) при переходе права собственности на здание или сооружение, принадлежавшее собственнику земельного участка, на котором оно находится, к приобретателю здания или сооружения переходит право собственности на земельный участок, занятый зданием или сооружением и необходимый для его использования, если иное не предусмотрено законом (ст. 273 ГК); 3) сделка, воля сторон по которой направлена на отчуждение здания или сооружения без соответствующего земельного участка, или отчуждение земельного участка без находящихся на нем объектов недвижимости, если земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости принадлежат одному лицу, является ничтожной (п. 11 Пост. Пл ВАС РФ от 24.03.2005 № 11); 4) право собственности на долю в праве на земельный участок возникает у покупателя помещения в силу закона с момента государственной регистрации перехода к нему права собственности на помещение в здании, а право собственности продавца на эту долю в праве на земельный участок прекращается (Опр. ВС РФ от 31.03.2016 № 303-ЭС15-13807 и др.); 5) после продажи объекта недвижимости одному лицу продавец не вправе распорядиться земельным участком, на котором этот объект расположен, путем отчуждения участка иному лицу. Такая сделка нарушает требования закона, а также права и законные интересы лица, которому отчужден объект недвижимости, а следовательно, может быть квалифицирована как ничтожная (п. 2 ст. 168 ГК, п. 74 Пост. Пл ВС РФ от 23.06.2015 № 25); и

Транспортное средство может считаться источником повышенной опасности только во время его эксплуатации Определение от 08.06.2022 г. по делу № А40-204329/2020, № 305-ЭС21-29298 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2127570 Водитель на принадлежащем Обществу КАМАЗе на парковочной площадке наехал на металлическую перетяжку и опору, которые повредили 4 автомобиля (BMW X7, X6, X1 и Миникупер), принадлежащие Страхователю, которые просто стояли на парковке. Водитель был признан виновным в совершении ДТП из-за нарушения пункта 8.1 ПДД (гл. 8 Начало движения, маневрирование). Но после жалобы Водителя, уполномоченный орган исключил из постановления выводы о нарушении водителем ПДД. Страховая признала указанное происшествие страховым случаем и выплатила Страхователю 1,2 млн. рублей. Затем Страховая подала иск к Обществу о взыскании страхового возмещения. Арбитражный суд отказал в удовлетворении требований Страховой. Апелляционный и кассационный суды оставили судебный акт первой инстанции без изменения. Суды посчитали, что вина Водителя Общества в причинении вреда автомобилям отсутствует. И в настоящем случае произошло взаимодействие источников повышенной опасности (транспортных средств), при котором их владельцы отвечают друг перед другом на общих основаниях. СКЭС Верховного Суда отменила судебные акты и направила дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на не учтённое судами трёх инстанций: 1) эксплуатируемые колесные транспортные средства (в частности, автомобили) являются источником повышенной опасности (Постановление Пл ВС РФ от 26.12.2017 № 58 и др.); 2) суды пришли к выводу, в соответствии с которым в результате наезда транспортного средства Общества на препятствия был причинен ущерб транспортным средствам, принадлежащим Страхователю, т.е. произошло взаимодействие транспортных средств – источников повышенной опасности; под взаимодействием источников повышенной опасности следует понимать не только их непосредственный контакт друг с другом, но и любое воздействие друг на друга, в том числе и опосредованное, которое является следствием их эксплуатации, связанной с повышенной опасностью такой деятельности со стороны обоих владельцев; 3) учитывая положения ст. 1079 ГК, транспортное средство может считаться источником повышенной опасности только во время его эксплуатации, поскольку именно тогда создается угроза повышенной опасности для окружающих лиц и их имущества; факт эксплуатации имущества (транспортные средства), принадлежащего Страхователю не установлен, поэтому такое имущество, размещенное на стоянке, не может считаться источником повышенной опасности; 4) судами не установлено взаимодействие двух источников повышенной опасности, повреждения, полученные имуществом Страхователя, не являлись следствием его эксплуатации, возникли в результате эксплуатации источника повышенной опасности, принадлежащего Обществу, Страхователь не является лицом, деятельность которого была связана с повышенной опасностью для окружающих, т.е. лицом, несущим ответственность в соответствии с положениями ст. 1079 ГК. #ущерб #страхование

Уважаемые подписчики! ⚡️Рекомендуем Вашему вниманию канал "ЮРИДИЧЕСКИЙ ПЕРЕПОЛОХ" 🌏 Теперь все самые свежие новости от ведущих юридических каналов и юристов в одном месте!

Уважаемые подписчики! ⚡️Рекомендуем Вашему вниманию канал "ЮРИДИЧЕСКИЙ ПЕРЕПОЛОХ" 🌏 Теперь все самые свежие новости от ведущих юридических каналов и юристов в одном месте!

Судебный акт суда общей юрисдикции, принятый по делу об административном правонарушении, рассмотренному согласно КоАП, не носит преюдициального характера в арбитражном процессе. СКЭС Верховного Суда напомнила, что виновность и противоправность не могут быть установлены преюдициально, так как их содержание в деликтном обязательстве и в составе административного правонарушения являются различными. Определение от 16.06.2022 г. по делу № А17-5366/2020, № 301-ЭС22-5427 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2130060 Собственник сдал в аренду торговые площади Арендатору. Арендатор сдал эти площади в субаренду Субарендатору-1 и Субарендатору-2. Субарендатор-1 застраховал имущество у Страховщика. В здании произошёл пожар. Пострадало имущество Субарендатора-1. Пожар был вызван перегрузкой в силовом электрическом кабеле, ответственным за его эксплуатацию которого был другой Субарендатор-2. Собственник был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 6 ст. 20.4 (Нарушение требований пожарной безопасности) КоАП. Страховая выплатил Субарендатору-1 8,8 млн. руб. страхового возмещения. Суд общей юрисдикции оставил в силе постановление административного органа. Затем Страховая подала иск к Собственнику, Арендодателю и Субарендатору-2 о возмещении ущерба в порядке суброгации. Страховая ссылалась на то, что к ней перешли права требования к лицам, виновным в возникновении пожара, а также ответственным за противопожарную безопасность. Арбитражный суд исковые требования удовлетворил в отношении Арендодателя и Субарендатора-2, а удовлетворении требований к Арендатору отказал. Суд исходили из того, что причиной возникновения пожара послужили нарушения, допущенные Субарендатор-2, а Арендодатель нарушил требования противопожарной безопасности. Поведение Субарендатора-2 и Арендодателя суд счёл противоправными и достаточными для причинения вреда. Само по себе наличие Арендатора помещения не освобождает Арендодателя, являющегося собственником помещения, от необходимости соблюдения требований противопожарной безопасности. Апелляционный и кассационный суды оставили судебный акт первой инстанции без изменения. СКЭС Верховного Суда посчитала, что взыскивать ущерб необходимо только с Субарендатора-2, а с Собственника взыскивать не надо, указав на не учтённое судами трёх инстанций: 1) тот факт, что Собственник является собственником здания, в помещении которого произошел пожар, сам по себе не означает, что именно он должен отвечать за вызванные пожаром убытки по вине иного лица, с которым оно не совершал никаких совместных действий, являющихся причиной пожара; 2) решение СОЮ принято не по гражданскому делу, а по делу об административном правонарушении, рассмотренному в порядке, предусмотренном КоАП, поэтому оно применительно к правилам ст. 69 АПК не носит преюдициального характера; 3) такие элементы состава деликтного обязательства как виновность и противоправность, не могут быть установлены преюдициально, так как их содержание в деликтном обязательстве и в составе административного правонарушения являются различными; 4) в отсутствие нарушений, допущенных Субарендатором-2 при эксплуатации силового электрического кабеля, пожар бы не возник и ущерб имуществу третьих лиц не был бы причинен. Следовательно, вывод суда о наличии причинно-следственной связи между выявленными у Собственника нарушениями и наступившими в результате пожара последствиями ошибочен; 5) в действиях Собственника отсутствует состав для возникновения солидарного обязательства по возмещению вреда, поэтому у суда не имелось правовых оснований для квалификации действий Собственника и действий Субарендатора-2 в качестве совместных, так как это не соответствует положениям ст. 322, ст. 1064, ст. 1080 ГК. #преюдиция #АПК #ущерб

СКЭС Верховного суда напомнила, что денежные средства, полученные продавцом при реализации подарочных карт, фактически являются предварительной оплатой товаров, которые будут приобретаться физическими лицами в будущем. Определение от 16.03.2022 г. по делу № А56-101207/2020, № 307-ЭС21-16004 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2098506 Управление Роспотребнадзора по Кемеровской области оштрафовало Общество «АромаЛюкс» (сеть магазинов «Риф Гош») по ч. 2 ст. 14.8 (Нарушение иных прав потребителей) КоАП на 10 тыс. руб. и вынесло представление об устранении причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения. Причиной этого стало обращение гражданина, которые посчитал, что условия Правил продажи и обращения карт предварительной оплаты (подарочных карт Рив Гош) ущемляет права потребителя, а именно условие: «п. 13. Предоплата, зачисленная на Подарочную карту, используется только для оплаты покупки в сети магазинов Рив Гош, возврату не подлежи; предъявитель подарочной карты вправе потребовать возврат предоплаты, зачисленной на подарочную карту, в случаях, предусмотренных п. 3 ст. 487 ГК РФ, ст. 23.1. Закона о защите прав потребителей». Общество обжаловало данные действия административного органа. Арбитражный суд отменил постановление, признав незаконным, а представление признал недействительном. Суд руководствовался в т.ч., положениями Закон о защите прав потребителей, ГК, КоАП, пришёл к выводу о том, что п. 13 Правил не содержит условий, ущемляющих права потребителя. Апелляционный и окружной суды согласились с первой инстанцией. СКЭС Верховного Суда решила, что орган ФАС действовал законно, отменила судебные акты трёх инстанций, и отказала в удовлетворении заявленных требований Общества, указав на следующее: 1) в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (ст. 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом (п. 3 ст. 487 ГК); 2) договор купли–продажи, предусматривающий обязанность потребителя предварительно оплатить товар, должен содержать условие о сроке передачи товара потребителю. В случае, если продавец, получивший сумму предварительной оплаты в определенном договором купли-продажи размере, не исполнил обязанность по передаче товара потребителю в установленный таким договором срок, потребитель по своему выбору вправе потребовать либо передачи оплаченного товара в установленный им новый срок, либо возврата суммы предварительной оплаты товара, не переданного продавцом (п.1, п. 2 ст. 23.1 Закона о защите прав потребителей); 3) при этом, карты предварительной оплаты, применяемые Обществом, не конкретизируют товар, который может быть приобретен с их использованием, и, соответственно, не определяют срок передачи товара потребителю. Т.о., ссылки на нормы права, содержащиеся в п. 13 Правил, касаются ситуации, когда покупатель уже выбрал товар и оплатил его картой предварительной оплаты, а не ситуации, когда владелец карты требует уплаченные за нее средства; 4) особо значимыми охраняемыми законом интересами являются интересы слабой стороны договора, третьих лиц, публичные интересы и т.д. (п.3 Постановления Пл ВАС РФ от 14.03.2014); 5) граждане (потребители) признаются слабой стороной договора розничной купли–продажи (Определении КС РФ от 26.10.2021 № 2284-О); 6) Закон о защите прав потребителей, как и иные НПА законодательства о защите прав потребителей, прямо не предусматривают право продавца, получившего денежные средства за карту предварительной оплаты, удерживать данные средства при предъявлении к нему владельцем карты требования об их возврате, такое право у продавца отсутствует, денежные средства должны быть возвращены. #КоАП

Штраф за продолжение конкурирующей деятельности, предусмотренный уже расторгнутым договором Определение от 09.06.2022 г. по делу № А71-13420/2020, № 309-ЭС22-3993 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2127812 ИП-пользователь и Общество-правообладатель заключили договор коммерческой концессии. Согласно договору ИП было предоставлено право использования комплекса исключительных прав. Также договор предусматривал, что Общество-правообладатель вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке в случае нарушения ИП-пользователем обязательств по ограничению конкуренции, которые были оговорены в договоре. Ещё договор предусматривал штраф в 1 млн. руб. за каждый факт нарушения. Сославшись на такое нарушение, Общество расторгло договор, а ИП согласился с таким расторжением. Прекращение договора не освобождало стороны от исполнения обязательств, возникших до момента прекращения договора, а также обязательств, связанных с прекращением договора и закрытием студии ИП-пользователя. Общество обратилось в арбитражный суд с иском к ИП о взыскании 1 млн. руб. штрафа за открытие студии аффилированным с ИП лицом и 1 млн. руб. штрафа за продолжение конкурирующей деятельности в городе после прекращения договора коммерческой концессии. ИП предъявил встречный иск о признании недействительными пунктов договора из раздела об ограничении конкуренции. Арбитражный суд отказал в удовлетворении сторонам как по первоначальному, так и по встречному исковым требованиям. Суд счёл недоказанным факт того, что именно ИП являлся конечным бенефициаром аффилированного лица. Также суд счёл, что требование о взыскание штрафа, установленного на случай ненадлежащего исполнения обязанности по ограничению конкуренции, после расторжения договора (прекращения обязательства) не может быть применено, поскольку штраф в данном конкретном случае – это не способ получения прибыли, следовательно, следует начислять до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора. Апелляционный и кассационный суды поддержали выводы первой инстанции. СКЭС Верховного Суда не согласился с коллегами в части отказа в удовлетворении иска Общества о взыскании 1 млн. руб. штрафа за продолжение конкурирующей деятельности и направила дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на не учтённое судами трёх инстанций: 1) условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон (п. 3 Постановления Пл ВАС РФ от 06.06.2014 № 35); 2) в действующем законодательстве закреплен принцип проспективного (перспективного) расторжения договора – прекращение его на будущее время; в договоре могут быть такие условия, которые остаются действительными в силу своей природы и после его прекращения, по своему характеру предназначены действовать даже после прекращения договора; 3) из положений договора прямо следует воля сторон на урегулирование их отношений в период после расторжения договора; 4) обязательство предпринимателя не вести конкурирующую деятельность не является предметом договора и не прекращается вместе с расторжением договора, его исполнение предполагается и после расторжения договора; 5) возможность взыскания штрафа или неустойки зависит от действительности обеспеченного штрафом (неустойкой) обязательства в момент нарушения. Если такое обязательство не является предметом договора и в силу своей природы предполагает его исполнение и после расторжения договора, и имеет целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, штраф начисляется и за нарушения, имевшие место после расторжения договор; 6) расторжение договора не препятствует реализации принадлежащего правообладателю права на взыскание с пользователя штрафа за осуществление конкурирующей деятельности, поскольку соответствующее условие содержится в договоре, которое не противоречит положениям ст. 1033 ГК и принципу свободы договора #договор #штраф #конкуренция

Если штраф имеет договорную природу, то и наложить его можно согласно договору, даже за нарушение требований по безопасности строительства, культуры производства и охраны труда Определение от 10.06.2022 г. по делу № А40-179986/2020, № 305-ЭС22-227 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2127598 Застройщик (КП «УГС») удержал часть денежных средств (760 тыс. руб.), которые должен был оплатить Генподрядчику (АО «УЭС»), произведя зачёт штрафных санкций за нарушение требований по безопасности строительства, культуре производства работ на строительстве дома в Кузьминках. Также Застройщик удержал штраф (700 тыс. рублей) с Генподрядчика, который был наложен на Застройщика ОАТИ Москвы за организацию строительной площадки в отсутствие ордера (разрешения) (ч. 2 ст. 8.18 КоАП Москвы). Генподрядчик подал иск о взыскании задолженности в размере 1,46 млн. рублей. Арбитражный суд иск удовлетворил. Суды указали на то, что договором не предусмотрены полномочия Заказчика по выставлению административных штрафов и предписаний Генподрядчику. На момент проведения проверки ОАТИ, Генподрядчик не являлось ответственным за нарушение лицом, а Застройщику было известно об отсутствии разрешительной документации. Апелляционный и кассационный согласились с первой инстанцией. СКЭС Верховного Суда не согласился с коллегами в части взыскания 760 тыс. руб. и направила дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на не учтённое судами трёх инстанций: 1) подрядчик обязан при осуществлении строительства и связанных с ним работ соблюдать требования закона и иных правовых актов об охране окружающей среды и о безопасности строительных работ. Подрядчик несет ответственность за нарушение указанных требований (ст. 751 ГК); 2) договором предусмотрена обязанность Генподрядчика выполнять все требования положений действующего в РФ и г. Москве нормативных документов и правил, относящихся к охране труда, технике безопасности и охране окружающей среды, содержать строительную площадку в надлежащем состоянии, Застройщик, согласно договору, вправе проводить контроль качества содержания строительной площадки и культуры производства работ, а также имеет право наложить штрафы на Генподрядчика; 3) Застройщиком при проведении проверки выполнения работ с участием представителя Генподрядчика, выявлены нарушения договорных обязательств в части обеспечения требований по безопасности строительства, культуры производства и охраны труда. По результатам проверки составлен акт, который подписан сторонами без возражений; 4) договорную природу штрафа, подтверждают изложенные обстоятельства, а выводы судов о том, что Генподрядчик к ответственности за нарушение требований по безопасности строительства, культуры производства и охраны труда в настоящем деле мог быть привлечен исключительно только на основании КоАП и уполномоченным органом являются необоснованными, противоречащими ст. 307, 330, 421 ГК. #подряд #штраф #договор