ПОЭТ ВЛАД МАЛЕНКО

Об’яснение Привлекаю дождь, прохожим грубя. Целятся тучи в меня одного. Мои стихи зависят от расстояния до тебя. И больше ни от чего. Не так важен город и сила ветра, Не так важна крепость этой стены и чая. Но если между нами один или два миллиметра - Я скучаю. А если ты в Москве, а я на границе с Польшей - Ночуют на сердце летучие мыши, И в стихах моих снега гораздо больше, Чем на сибирской крыше. Линейку и циркуль вручает в МАРХИ Девочке в брюках клеш. Это неправильные стихи Не читай их, а то не умрешь… Так и будешь бежать на коньках по льду, К сердцу прижав тетради, В две тысячи семьдесят первом году В городе Ленинграде! Реки таинственны под мостами. Вода в них подобна волшебной ртути. Когда люди соприкасаются ртами - Они поэты по сути - Елозят носами своих кораблей, Нежный вай-фай раздав. Их слюни самый целебный клей Для ласточкина гнезда. Маша взяла и призналась Вите Между «вира и майна»: Стихи - это так…прогуляться выйти, Важнее общая тайна. Небо в землю заходит плугом С вечною мечтой великой. Влюблённые завтракают друг другом, Как лесной земляникой. Есенин узоры плетёт из носков, Бомбу несет Каляев. Пожалуйста, люди, не пишите стихов! Умоляю. Я спрашивал у маленьких и больших, И ответ, как рыбу из моря вынул: Поэзия - это мера веса души Без второй половины. 2014-26 ВМ

Забинтованная русская музыка По телевизору во сне, в стране потерянной напрасно, Шукшин крестил нас на Шексне Калиной красной. Егорки мы, Емели мы! стоим у проруби на речке. Мы - федерация зимы в остывшей печке! В скелетах северных церквей синиц на всех усопших хватит. И ни Толстой, ни Стефан Цвейг здесь не прокатят. Сел голубь мира на карниз И превратился в Алконоста. Так плачет Новиков Денис Из девяностых. За свой стишок от СБУ Огреб поэт. За текст пацанский… Он, стоя в собственном гробу, Плывёт в тоске венецианской. В чужой хрущевке Над плитой Зависла рыжая девчонка, Чтобы афганской «лепотой» Отметить вылет Башлачева. Бал правят мальчики в серьгах, Что рвутся к старости без пауз. А в караоке олигарх Привычно рвёт высоцкий парус. Кому война, кому шашлык. Славяне рады биться лбами. И русский цокает язык Коньком с горбами. Кто по гробы уходит в лес, А кто в тик-ток, чтобы раздеться. С водою выплеснул прогресс Христа-младенца. Летят в мигалках крутыши, От них устал Арбат и Невский. В потемках собственной души Бредет со свечкой Достоевский… Он подмечает красоту Сквозь пятна в облачных прогалах. Луне на скулу бьет тату Поклонник Маска - Свидригайлов. Опять туман лежит тугой И в нем Москва дрожит спросонок. Замаскированный фольгой Горланит с неба вороненок. Печальна музыка лопат Под мандельштамовой сосною. Считают осенью цыплят, Солдат - весною. Но все равно, не все равно: Зима и Родина - медсёстры! И забинтованное дно Нас отрезвляет болью острой. И как Емели на печи, Летящей вдаль по щучьей воле, Мы уповаем на лучи Рубцовской звёздочки над полем. От поля этого вблизи Звезда вынашивает слёзы. И небу делают узи Стихи и грозы. Январь 22 - Июнь 26

ИЮНЬСКИЕ ЧЁТКИ Мотылек вмерзает в язык свечи. Спрятал стрижа карниз. Крошечные зубные врачи Делаю так: "З-з-з-з-з..." Возле левого уха. Самому себе оплеуха, Прерывает сон в котором, К тебе возвращалась любовь на скором. Это комары донимают... И к потолку поднимают Молекулы нашей крови. Птичьи лапы дождя Утром бренчат по кровле. Царевны поют про стрелы В болотной ряске. Луна примеряет в постели Облаков театральные маски. В полдень кукушка вещает голосом человеческим. А русское небо становится древнегреческим. Запах грибниц. Пчел-медсестер уколы. Дети птиц, С окончанием вас лётной школы! В рот заплывает ночью небо парное. Хочется думать про тихое и земное. Жить у воды. Прятаться в женских пальцах. Плавая, скидывать вместе с одеждой панцирь. Видеть лягушку девушкой в платье бальном. Мазать волной лицо, как огнем Пасхальным. Лодку качнет, будто ангельскую ресницу. Бурому в чаще белый медведь присниться. В сугроб муравейника бросится он с разбега. Пух одуванчиков - детская память снега. Над головой, как шар ее собирай. Июнь - это декабрь, попавший в рай. июнь 2013г. Фото автора

- Который час? - Недетская пора. И праздник здесь - Любовь из топора. ИИ в таблетках предлагает воду… Ты от чего искал всю жизнь свободу, Мой бедный друг с последним огоньком? От фокусником вброшенного гриппа? От русской жизни городского типа? От совести, ходящей босиком? Пчела и та летит с ножом в гречиху. - Который час? - Двенадцать тридцать лиха. «Я в домике» - для мертвого девиз. Лукавый, как всегда - даритель виз, А не майор, вручающий повестку. Ребёнок замотался в занавеску, Чтоб от пожара спрятаться быстрей, А хор нестройный взрослых упырей Его за это хвалит, дым глотая. - Который час… Не Украина с краю, а тот, кто, усмехаясь вдалеке, Тебя считал помехой в дневнике, И памятник солдатский, и Катюшу, поющую про сизого орла… - Который час? - Суббота в Третьем Риме. И Господу из нашего села Любое слышно любящее имя.

Стрекоза Стрекоза живет один день. Нужно сделать ей много дел: Пролететь над рекой в траве, Чтоб узнали вокруг цветы, Что она голубых кровей, Что она с красотой "на ты". Воздух плавится от фрезы. По травинке бежит слеза. Траекторию стрекозы Производят её глаза. Отражается в этот миг Леонардо да Вини в них. В середине большого дня Медным сердцем легко звеня, Там где травы лицо секут, Она, сядет на пять секунд На плечо к тебе и замрет. Пять секунд - стрекозиный год. Для тебя пять секунд - рубеж. Пробил час, и хоть бей, хоть режь, Только тоже замри, пока, Чтоб холодный приклад рука Теплым сделала. Чтобы мох Тебя скрыть от железа мог, Чтоб сюда, в тростниковый плёс Тебе ветер сейчас принес Долгожданный небесный звук, И, над поймой проделав круг, Прилетела бы вдруг назад Винтокрылая стрекоза. Загляни стрекозе в шары Колыхание в них жары, Лица мертвых, слова живых Трав движение ножевых… Два подшипника, инженер, Из ангаров небесных сфер… На войне один день, как век - Поднимаются створки век, И ты видишь, открыв глаза, Как бессмертная стрекоза Замерла, чтоб тебе решить, Как полжизни еще прожить. 2011

Крапива Ветра красиво Столкнулись лбами. Из тучи выпало серебро. А я, крапива - Трава с зубами. Мои укусы сулят добро. Июнь стрижами Украсил вечер. И мысли с места Бегут в карьер. Крапива жалит. Крапива лечит. Она с поэтов берет пример. И ради Бога, Что на кресте был, Ныряй в чащобы, Где сны да мхи. Смелее трогай Слова за стебель И волдырями Рожай стихи. Проходят грозы, Как чьи-то жёны, В очках от солнца Глаза болот. А ты в перчатках Стоишь ежовых, Во мне по пояс, По самый рот. Достань мне слово Со дна колодца, На все плохое Тихонько дунь. Пусть там, где жжется, Там не порвётся, Пусть новой жизнью Растёт июнь.

Ура! Ещё одна прекрасная книжная премьера начала лета 2026: Влад Маленко. Москва Книга стихотворений. — Москва : Дизайн-бюро «Револьверарт» ; издательство СТиХИ, 2026. — 52 с. : ил. — Серия «Сингл» (The Single). Книга сто пятьдесят четвёртая. — Книжные серии товарищества поэтов «Сибирский тракт». Здесь мета-модерновая горькая и пророческая поэма «Москва». На обложке акварель восхитительного живописца Воцмуша. Вот короткая аннотация: «Этот книжный квадратик — работа над любовью. Любовью к Москве и пророку Пушкину. Влад Маленко не нуждается в представлении. Напишем просто: используйте эти тексты поэта и книгу в ваших руках, как аккумуляторы для подзарядки ваших сердец.»

Лето подобно древнему греку, Преподаёт латынь: Петух выпевает: «Кидайся в реку!» Совы кричат: «Аминь». Солнце всех своих братьев по крови Пробует на зубок; «Ego te intus et in cute novi»* - Звёздами пишет Бог. В новые лодки озёра обулись, Скрипнул дуб-канделябр; В тех, кто будет рожден в июле Душу вдохнул октябрь. Дождь все идёт, ну скажи на милость, Из одного угла! Молния в яблоню вдруг влюбилась - Чуть ее не сожгла. Ангела слепень в крыло ужалил, Капнул из ранки мёд. А я жду осени. Так, пожалуй, Маму телёнок ждёт. Ждёт и мычит, от пыльцы чихает, Лижет на солнце соль. Вымя у осени набухает, Зреет в нем алкоголь. Вижу знакомую тень уже я, Вглядываясь в зенит; И колокольчик на рыжей шее Ближе теперь звенит. ВМ *Я вижу тебя насквозь

Фотографии Пушкина Если бы Пушкин прожил ещё хоть год, Его бы сфотографировали, и вот Я представил себе чёрно-белые снимки С непечальным ликом в прозрачной дымке, Зернистое небо с райскими облаками, Лошадей с яблочными боками. А ещё фотографии эти Каким-то образом передавали бы ветер, Наполненный запахом травы и ладана… Русь моя, ты никем не отгадана, Кроме святых и вещего Александра, Его строки — Божьей любви рассада, А земная жизнь — помнящим утешение, Правильное освещение С памятью женит лица. Эти кадры спешат гнездиться Будто ласточки — на уголках души. Жизнь моя, не спеши, О память не стачивай каблуки! Я Пушкина вижу На расстоянии вытянутой с пистолетом руки. На фото - Пушкин и автор во время оно

Александр Сергеич стоит над бездной, Собирая поэтов в свои совбезы, Но беречься здесь бесполезно. Остается куражиться, делать обжиг. В каждом маленький Пушкин живет, как ёжик И стремится в ночи, подавившись пемзой, Языка перематывать черствый коржик. Посмотрите на памятник, на ботинок, Наступает решающий поединок, И Луна прикипела в следах утиных К шевелюре медной. Только сизые голуби чуют праздник, Да красивые женщины ветер дразнят, И готов пугаческой дождливой казне Мой орнамент из летних льдинок. 4.6.26 На фото Маленко Сорокин Антипов Незнакомый памятник

Ночи, прозрачные как уха, Снова готовят сны. Крохами хлеба на скатерть мха  Брошены валуны. Кошки крадутся - детские львы. Дождик пройти не прочь. Тише воды,  да выше травы  Совы копают ночь. Звезды застряли в колючках роз. Дымкой подернут сон. Сразу за соснами паровоз - Неприкаянный слон.  Вот бы крылья к нему приделать И уберечь от зла. Мальчику ночью исполнилось девять. Смерть в лесу умерла. Волк обглодает её скелет И на Луну вздохнет. Козы-берёзы дают балет, Встав на утес - комод. Мальчик проснулся и оглядел Время на много лет. Весь он - пружинка для новых дел, Для остановки бед. Фото автора

Фестиваль «Красная площадь 2026». Стартовая Пресс-конференция. Впереди четыре дня, освященные именем Пушкина… «Веленью божию, о муза, будь послушна, Обиды не страшась, не требуя венца, Хвалу и клевету приемли равнодушно И не оспоривай глупца.»

Рыба-зависть оживает в животе. Трется жабрами о печень в темноте. Человек глотает горькую слюну И навечно забывает про весну. Здесь бы съесть ему хоть битого стекла, Чтоб во чреве эта рыба умерла. Но, куда там… он ее наоборот Червяком гордыни кормит через рот. И похожая на мокрого крота Прогрызает рыба стенку живота. А вокруг любовь творится дотемна. Солнцу в небе не завидует Луна.

Облака, как цитаты Тацита, Пригвожденные к небу над Римом. И заводит июнь мотоцикл, Притворяясь сиреневым дымом. Как явить добродетель нескучной? Как собрать певчих гениев в стаю? Государству не служат кукушки, Гнезд не строят, но время считают. Тучи цифр, будто трупные пятна, Оживляют искусственный морок. И поэты уже непонятны Тем, кому не исполнилось сорок… Но течёт молоко Моны Литты, И младенцы ответствуют хором, И поэзия снова разлита По бескрайним воздушным просторам, Её шорохам учатся совы, Ею смазано небо, как пудрой, Её капли запретные снова На губах у влюблённых под утро. И шмели обнажают кларнеты! Пусть их римляне слышат, миряне. В Духов день начинается лето, Значит летом мы духом воспрянем. 1.6.26ВМ

Пресвятая Троица! Пусть же всё устроится! Пусть любовь утроится, Пресвятая Троица!

«ЧЕЛОВЕК ДЛЯ ЛЮБВИ» Рад и делюсь. Вышла новая книга тотальной лирики на 400 страницах. Издательский дом «Стафеефф и К». Благодарю команду издательства и лично Глеба Стафеева. https://vk.ru/wall-229900237_382

Бабочка С тех самых пор, как кончилась весна И дух ее покинул оболочку, Мне верно служит бабочка одна. Она всегда подсказывает строчку.    Я этим утром распахнул окно, Чтобы продолжить начатое дело, И на плечо в прозрачном кимоно Оранжевая вестница присела.     Ее прилёт, как нежный почерк скор, Ее учитель - снег второго Рима.  На крыльях вмиг меняется узор, И летний дождик целит капли мимо.  Вишнёвый лист для бабочки кровать, Она вспорхнёт и превратится в…слово. Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать, Лишь вспомнить, по завету Гумилева. Так служит врач зеркальному ножу, Так бьется сердце быстрой трясогузки: Она диктует, я перевожу  С божественного синего на русский.

«КОРАБЛИ». И пусть весна внутривенно меняет людей к лучшему! Премьера клипа. Стихи: Влад Маленко Музыка: Сергей Бобунец. Архитектура записи: ZABARA Видео: Ольга Шарапова Исполнение: Сергей Бобунец, Влад Маленко

Цвели сады, не покладая рук. Нож слёзы торопил, врезаясь в лук. Сирень остерегалась стать букетом, Но с ливнем завела роман при этом. Грозе попали оба под каблук. Прощай, Весна! В землянке на Луне Солдаты позабыли о войне, Попав в реестры зорким звездочётам. У телескопа мальчик. - Ну, чего там? Чего у неба там на глубине? - Там наши все. Там фосфор и елей, Там бабушка справляла юбилей И позвала Макеевых и Глеба, Они конфеты нам кидали с неба, Пока играл огнями Водолей. Прощай, Весна! Напьются погранцы, Услышав Башлачева бубенцы И ошалев от воздуха густого... Они проснутся в парке полшестого , А в их фуражках новые птенцы. Прощай, Весна! Была ли ты, Весна? Ведь даже птиц запутали весьма Бесшумные гусыни-байрактары. Они хотели колесо Сансары Лишить трёх спиц, людей лишая сна. - А дальше что? - Как Троица решит. Когда гуляет лев, цветёт самшит, Лязг уступает гулу голубицы, На солнце, как вода играют спицы. Малыш уснул, и все его смешит. Прощай, весна, дождем на крышу сплюнь, Чтоб расстелились летние дороги, Чтобы война оглохла в караоке, Чтобы детей автобусом июнь Привез на море, как весёлый слон. Чтоб вся Земля качнулась на рассвете Дорожным знаком «Осторожно дети!» На перекрёстке ветреных времён. Стихи: Влад Маленко Картина: С.Плутенко

Тысячеглазый лес березовый… Россию сглазили. Ушла душа в рубахе розовой Куда-то в Азию. Летит топорик с чипом в древке. И просит пищи. В костер белье бросают девки И метлы ищут. Звезду выводят зверобоем С щеки у неба. Как жить поблизости с героем Детишкам НЭПа? Стоят последние поэты, Как летом лыжи. Нужны им классиков скелеты, Чтоб как-то выжить. И облака стоят над морем В любой квартире. И радость замужем за горем, Как в древнем мире. 26.5.26