Референсы и всякое такое

Процесс. Борюсь с артблоком )) Скорее бы солнышко выглянуло, а то на выходные нам обещают дождь, снег, снегодождь, дождеснег и прочие прелести )

Самая трогательная повесть Гоголя, открывающая цикл «Миргород». В ее основу легли впечатления от поездки писателя на свою родину – в село Васильевка Миргородского уезда Полтавской губернии. Престарелые малороссийские помещики, муж и жена Афанасий Иванович и Пульхерия Ивановна Товстогубы, живут душа в душу и ведут хлебосольное хозяйство. Детей им бог не дал, поэтому живут они только друг для друга. И какая же уютная, спокойная и милая эта жизнь! Оба старичка любят вкусно покушать, подремать после обеда. Обожают принимать гостей. Жизнь их течет тихо, спокойно и размеренно, пока не подходит к своему естественному завершению. Пульхерия Ивановна покидает этот мир первой, Афанасий Иванович, потеряв половину себя, живет по инерции еще пять лет, а потом уходит вслед за женой.

Он весь покорился своему душевному убеждению, что Пульхерия Ивановна зовет его; он покорился с волею послушного ребенка, сохнул, кашлял, таял как свечка и наконец угас так, как она, когда уже ничего не осталось, что бы могло поддержать бедное ее пламя. «Положите меня возле Пульхерии Ивановны», – вот все, что произнес он перед своею кончиною.

В этой книге Гоголь привычку возвел в поэзию. «Привычка свыше нам дана, замена счастию она» и я с этим согласна. На страсть и пылкую любовь отводится в лучшем случае несколько лет, а потом на их место приходит то, что называют привычкой, а я считаю – это самое что ни на есть счастье – когда люди подходят друг к другу как ключик к замочку, духовно срастаются в одно целое и играют только друг для друга главный спектакль своей жизни. Именно такую старость мечтают встретить вместе истинно любящие люди, но не каждому это дано, к сожалению.

Что же сильнее над нами: страсть или привычка?

Постепенно Николай Васильевич становится моим любимым писателем. Читать его – истинное удовольствие и отдохновение! Какой чудесный язык! Какие замечательные описания еды, просто гимн русской кухне.

– А что, Пульхерия Ивановна, может быть, пора закусить чего-нибудь? – Чего же бы теперь, Афанасий Иванович, закусить? разве коржиков с салом, или пирожков с маком, или, может быть, рыжиков соленых? – Пожалуй, хоть и рыжиков или пирожков, – отвечал Афанасий Иванович, и на столе вдруг являлась скатерть с пирожками и рыжиками. За час до обеда Афанасий Иванович закушивал снова, выпивал старинную серебряную чарку водки, заедал грибками, разными сушеными рыбками и прочим. Обедать садились в двенадцать часов. Кроме блюд и соусников, на столе стояло множество горшочков с замазанными крышками, чтобы не могло выдохнуться какое-нибудь аппетитное изделие старинной вкусной кухни. За обедом обыкновенно шел разговор о предметах, самых близких к обеду.

В небольших эссе на разные темы Захар делает очень большое и нужное дело - счищает шелуху с нашего восприятия действительности, пытается заставить сомневаться в тех стереотипах, что насаждали нам последние 30 лет. Может настало время пересобрать заново все, что мы о себе знаем и кем мы себя ощущаем? Понять, что нельзя рассматривать историю России, ограничиваясь последними двумя годами, десятью, с 1917 года? Нам тысячи лет и за нами стоят наши предки, и ничего у русских не происходит просто так. Иногда, чтобы найти объяснение происходящему сегодня, нужно заглянуть вглубь веков.

Но если ты ходишь вокруг нас и без конца зудишь о том, что нас нет, тебе могут однажды дать подзатыльник. Потому что здесь, на этой земле, за Отечество, за чувство локтя, за право говорить на своём языке и носить своё имя – трудились, свершали великие подвиги и погибали удивительные, небывалые, ни на кого не похожие люди, составившие русский народ.

Самое пронзительное для меня место – ответ на вопрос для чего мы продолжаем праздновать День Победы, проводить Бессмертный полк, ведь это было давно и при чем здесь мы.

Мы – при чём. Мы родились от выживших.

В своей спокойной манере, с цифрами, фактами Прилепин подносит зеркало к перекошенным звериным мордам наших "партнеров" и "друзей", предлагая им посмотреть на себя. Предлагает переосмыслить заново вещи, о которых мы не перестаем думать и сейчас – Революция 1917 года, Ленин, «красные» и «белые» - кто был правее, Великая Отечественная Война и попытки вывернуть ее результаты наизнанку, Владимир Семенович Высоцкий, представители русского рока, предавшие свой народ и многое, многое другое…

Но едва кто-нибудь собирается овладеть миром – тут же выясняется, что на пути лежит, как бревно, Россия: не пройти, не проехать.

Двадцать пять лет понадобилось населению России в целом, чтоб осознать, наконец, масштаб провокаций и преступлений, свершённых западным миром в целях передела и наживы: снос суверенных режимов, поддержка откровенно преступных «сукиных детей» на самых разных континентах, ввод войск куда только вздумается и прочее тому подобное.

Книга была написана еще до СВО, поэтому с теми вещами (одной, если быть точнее), с которыми я не согласна с Захаром в принципе, здесь я не согласна еще сильнее, но в основном все, что я прочла в этой книге мне созвучно. Очередная хорошая книга хорошего писателя и человека, этакий разговор по душам со своими. 5/5

«Имя рек» Захар Прилепин

История – как вода: она пробивается сквозь толщу времён. Кто вправе осудить реку? Нас вынесли сюда эти волны.

Выходные... Казалось бы - рисуй, читай... Но нет...

"Детство Никиты" Алексей Толстой Один год из жизни девятилетнего мальчика и его семьи в поместье отца. У главного героя имя сына писателя, но повесть автобиографична и Алексей Толстой вспоминает свое детство.

Никита сел на край кровати и прислушался – в доме было тихо, никто еще, должно быть, не встал. Если одеться в минуту, безо всякого, конечно, мытья и чищения зубов, то через черный ход можно удрать на двор, а со двора – на речку. Там на крутых берегах намело сугробы, – садись и лети…

Восхитительное ощущение бесконечного счастья, вокруг столько занимательного, удивительного. Каждый день приносит что-то новое, все и просто, и сложно одновременно. Когда рождественская ёлка – это целое событие, а игрушки для нее нужно делать самим. По вечерам вся семья собирается у самовара. А эти изумительные дни летних каникул!.. Помню в детстве читала эту книгу и было мне скучно, а что такого, просто мальчик и его дела, какое мне дело до них…. А сейчас, господи ты боже мой, верните меня туда, кто-нибудь, в то время, теплое, беззаботное, неповторимое, наполненное чудесами, открытиями, волшебными снами и жуткими тайнами. Где еще жива бабушка, и запах пирогов, и огород, и малиновое варенье, и все впереди…Обязательно нужно такое читать, чтобы просто помнить, каково это – быть ребенком. Пока читала, пыталась разбудить в себе то самое ощущения, вспомнить свое детство, а начав, уже не смогла остановиться… Очень благодарна книге за эту уникальную возможность вернуться в собственное детство.

«Все это – мое, – думал он, – когда-нибудь сяду на воздушный корабль и улечу…» И он стал представлять летучий корабль с крыльями, как у мыши, черную пустыню неба и приближающийся лазурный берег неведомой планеты, серебристые горы, чудесные озера, очертания замков, и летящие над водой фигуры, и облака, какие бывают в закате

Поучаствовала я в игре Арт-лоскутное шитье в чатике творческом. Рисовали картину, созданную нейросеткой. Мой скромный фрагмент в комментариях )

Мир – словно улей, Юра, Мы все вернули, Мы не забыли, мы не уснули.

"Я простой советский человек. Родился 9 марта 34-го года в семье колхозника. Место рождения - Смоленская область, Гжатский район, село Клушино. Родители мои до революции крестьяне-бедняки. Старшее поколение, дедушка и бабушка, также были крестьянами-бедняками. Учился в школе, учился в ремесленном училище в городе Люберцах Московской области. Затем поступил учиться в Саратовский индустриальный техникум по специальности "Формовщик-литейщик", но давнишняя моя мечта была стать лётчиком, хотел летать, и по окончании техникума в 55-м году одновременно окончил Саратовский аэроклуб, после чего был принят в Оренбуржское авиационное училище, которое окончил в 57-м году и получил специальность военного лётчика-истребителя. Служил в одной из частей Вооружённых Сил Советского Союза. Был включён в состав кандидатов по отбору в космонавты. Отбор этот прошёл, и как видите, стал космонавтом". Ю.А. Гагарин

В романе 1932 года описано счастливое и стабильное общество, уродство которого мы увидим только глазами случайно попавшего туда Дикаря. Идеальный мир, где все счастливы, где нет войн, нет болезней, боли, страданий. Где все люди красивы и вечно молоды, где все принадлежат всем. Мир инфантильных субъектов, считающих удовлетворение потребностей, потребление наивысшим счастьем, с рождения приучаемых покупать, чтобы было для чего производить …

Чем чинить, лучше новое купить

Мир, в котором отменено материнство, где все принадлежат всем, а семья – синоним неприличия. Где культ потребления возведен в абсолют. А от грусти, печали и разочарований есть волшебное лекарство – сома.

Сомы грамм- и нету драм

Примет сому человек - время прекращает бег... Сладко человек забудет и что было, и что будет...

Сильно подкручена шкала абсурдизма, что делает тему невозможной даже для антиутопии. Все же инстинкт размножения и желания защитить своего ребенка является базовым и никакому мироустройству, как бы безальтернативно оно не насаждалось, не под силу заглушить мощный зов природы. Непонятно, как разрушение социальных связей может способствовать увеличению потребления? А вот уничтожение шедевров мировой культуры и полное исключение оставшихся вполне укладывается в схему -всего одна книга Шекспира рушит восприятие идеологии цивилизованного мира. Странное впечатление произвел роман. Верю, что человечество не придет к созданию описанных в книге эмбрионариев, абортариев, поточных крематориев. Но явно то, что уже сейчас культуру пытаются заменить суррогатом, насаждают культ молодости и красоты, приучают к бесконечному потреблению (давно вы штопали носки на лампочке или зашивали колготки? А машину своими руками давно чинили?). Но до тех пор, пока существуют Острова, у человечества будет и надежда.

Не хочу я удобств. Я хочу Бога, поэзию, настоящую опасность, хочу свободу, и добро, и грех. - Иначе говоря, вы требуете права быть несчастным - Да, я требую

Из четырех самых известных антиутопий (Мы, 1984 и 451 по Фаренгейту) я, пожалуй, эту книгу поставлю на последнее место. Утопия тем страшней, чем ближе она к реальности, а счастья для всех не бывает.

«О дивный новый мир» Олдос Хаксли Мир гипнотического счастья.

4 апреля Ялта отметила 186-летие в статусе города. Этот статус курорту был присвоен в 1838 году, когда было решено выделить южное побережье Крыма в отдельный уезд Таврической губернии. При выборе его центра власти остановились именно на Ялте.

«Сказки роботов» Станислав Лем Какую замечательную вещь я прочитала, вернее прослушала в исполнении замечательного чтеца Игоря Князева! Если люди могут придумывать сказки про роботов, то почему бы роботам не придумать сказки про «бледнотиков» людей? Главными героями этих сказок, конечно, являются роботы, но сказочные образы хоть и не сразу, но узнаваемы. Например, робоверсия «Спящей красавицы», где не поцелуй разбудит принцессу, но ключик, коварно украденный хитрым бледнотиком. Можно только догадываться, насколько мы отвратительно и опасно выглядим в их глазах, как переносчики и потребитель смертельного яда - кислорода. Хотя чего гадать, вот описание:

«Знай же, что галактическая эта раса зародилась манером столь же таинственным, сколь непристойным, когда тронула порча все тела небесные и завелись в них сырость склизкая да влага хладная; отсюда и расплодился род бледнотиков, хотя и не вдруг. Сперва что-то там плесневело да ползало, потом выплеснулись эти твари из океана на сушу, взаимным пожиранием пробавляясь. И чем больше друг дружку они пожирали, тем больше их становилось; и наконец, облепивши вязкой своею плотью известковую арматуру, выпрямились они и соорудили машины»

В воскресенье до меня добрался мой Хранитель. Сложный товарищ, родившийся в сложные времена. Сказал, что его зовут Девятый и сразу начал свою работу. Спасибо Ане Туриловой.

Церковь Петра Митрополита в Переславле-Залесском. Воюю с зеленым дальше в рамках марафона с Сергеем Курбатовым. Очень тяжело идет рисование почему-то, приходится ломать себя через колено. Магнитные бури может?...

«Живая вода» Владимир Крупин Незамысловатая история о простом деревенском мужике Александре Ивановиче Кирпикове, первом парне на деревне, владельце единственной в той местности лошади. Кому поле вспахать – сразу к Кирпикову, а оплата на деревне какая? Правильно – бутылка. Так и спился бы герой, если бы не звоночек от сердца – первый, второй… И решает главный герой переосмыслить всю свою жизнь, подвести итог, и отказ от спиртного – лишь первый шаг на этом пути. Сможет ли Александр Иванович найти смысл жизни, мы узнаем только дочитав книгу до конца. А тем временем в деревне внезапно был найден источник живой воды, что исцеляет от всех болезней, избавляет от пристрастия к спиртному, дарит вторую молодость. Но вот только эффект от нее кратковременный, спасти себя человек сам должен, чудесами тут не поможешь. Каждому из нас придется рано или поздно столкнуться с потребностью осмыслить свою жизнь, понять, зачем мы живем, что оставим после себя. Это нелегко, но обязательно нужно. Столько есть хороших книг, о которых я и знать не знала, и фильмов, по этим книгам снятых! По этой книге был снят фильм «Сам я – вятский уроженец» с Михаилом Ульяновым в главной роли, который я, конечно, не смотрела. 5/5

«Координата Z» Захар Прилепин

История не нуждается в наших оценках. Это мы нуждаемся – в правильно сделанных выводах.

Попытка осмысления событий последних двух лет. Для себя ничего особо нового я в книге не нашла, но это только лишь потому, что слежу за творчеством Прилепина последние два года, читаю его соцсети и поддерживаю его позицию, не соглашаясь, правда, в нюансах. Кому- то книга откроет глаза на происходящее и происходившее, кто-то после прочтения сможет разложить все по полочкам, но в целом для людей, находящихся на правильной стороне истории эта книга – просто лишний повод поговорить со своими. Основная тема книги – очередное предательство нашей «прогрессивной интеллигенции». Толпы музыкантов, публицистов, актеров, вынув, наконец, камень из-за пазухи, отреклись от России, прокляли ее публично, пожелали народам, ее населяющим, смерти. а русской армии – поражения. А кто-то и снаряды на свой народ подписывать начал. Но если оглянуться назад, на тысячелетнюю историю нашу, увидим мы, что наши представители культуры всегда так делают – при малейшей опасности предают и предлагают сдаться. Хорошо, что они лишь малая и далеко не лучшая наша часть. Радует, что хорошей патриотической литературы становится все больше, вот и фильмы начали снимать нормальные. Дело за малым - вымести пошлость, безвкусие и общую моральную деградацию из нашей культуры и начать все с начала в очередной раз.

Единственный выход для нас: никогда не останавливать начатое. Во благо всех живых и мёртвых. Заповедь на все времена.

Любимая Ялта.

«Остров» Дмитрий Соболев.

Будешь по мне плакать

В 1942 году молодой солдат Анатолий Савостьянов ради спасения своей жизни по приказу фашистов застрелил старшего товарища Тихона Яковлева. Жизнь свою он спас –, но душу свою потерял. Так в старинном монастыре на одном из островов Белого моря начинается искупление страшного греха длиною в жизнь. Человек я неверующий, но в этой книге речь идет о настоящей вере, о настоящем внутреннем христианстве, для которого церковь не более чем обрамление. Не зря же истопник отец Анатолий не соблюдает точность обрядов – для него это не важно. Он не прощения Бога ищет, он сам себя простить не может, никак ему вину свою великую, грех свой страшный перед самим собой не искупить. Бог всех прощает, а ты сам себя простить сможешь? Между книгой и фильмом я как правило предпочитаю книгу, но не в этот раз. Книге очень не хватает той рвущей сердце и выворачивающей наизнанку душу пронзительности, с которой роль отца Анатолия сыграл большой человек Петр Мамонов. Благодаря ему фильм потрясающий, фильм сильнейший, фильм, будоражащий душу и сердце... Петр Мамонов не играет, он проживает. Если не смотрели, советую посмотреть. Почитать тоже советую.