Дневник моряка🛟

Свежие горизонты💫📲

🎵 Vartra • Teski Dol

На корвете пополнение. Наш сокращённый экипаж усилили половиной матроса. То есть прислали курсанта-практиканта по имени Яков. Яков приехал аж с Ростова-на-Дону. Ему восемнадцать лет. Учится в мореходке имени выдающегося мореплавателя Георгия Яковлевича Седова. Она ещё дореволюционная. На первый взгляд Яша мне кажется неплохим парнем. Держится молодцом и улыбается. Это уже немало, учитывая, что он в тысячах километров от дома, совсем один в кругу незнакомых мужиков. Мне неизвестно, по какому стечению обстоятельств он к нам попал, но стоит заметить, что ему повезло. У нас он получит полноценный опыт работы матросом, в отличие от большинства студентов и первоходов, которые начинают свою карьеру с цеха обработки. Кто не в курсе, я напомню: рыбообработчик — не моряк. Рыбообработчик — это автоматизированная биомашина, установленная в цеху для совершения различных операций с рыбой. Работа же матросом подразумевает совершенно иные обязанности: эксплуатация орудий лова, швартовые операции, несение вахты на руле, взаимодействие с такелажем и другим палубным оборудованием. Всё это у нас есть. От Яши требуется только желание работать, шевелиться и слушать старших товарищей по труду. У нас положительный экипаж и все более-менее опытные джентльмены. Поддержим, поможем и научим. Мне любопытно наблюдать за парнем, впервые оказавшимся в море. Несмотря на то, что мы его одели по последней рыбацкой моде, вручили нож, жилет и каску, всё равно осанка и манеры выдают в нём землянина. Пока ещё его движения неловки, в действиях нет той чёткости и уверенности, присущей матёрым волкам, потрёпанным морем. Но ничего. Всё впереди. Торопиться некуда. А ведь мне совсем недавно тоже было восемнадцать. В этом же возрасте я впервые вышел в открытое море на рыбацкой шхуне. Мы шли на Курилы зайцем. Двадцать молодых парней в тесной кают-компании. Спали по очереди. Я спал на палубе, зарывшись в вонючий снюрревод, и заработал пневмонию. Пятнадцать лет назад это было. Сколько всего произошло... Глядя на Яшу, на свою снисходительность к нему, я понимаю, что окончательно вырос и имею собственный жизненный опыт. В некоторой степени это ощущение приятное. Приятно оттого, что вырос я человеком, а не скотиной. Было полно ошибок и неприятностей, но на душе нет тяжкого груза или горьких сожалений. А это уже немало.

Снова работаем на восточной стороне Итурупа у залива Касатка. Приятный весенний запах доносится с берега, а перед взором сурово возвышаются вулканы. Снег с них уже потихоньку сходит, оголяя острые хребты. Глядя на них, я размышлял о походе, который запланировал себе в конце лета. Хочу подняться на одну замечательную вершину по дикому маршруту, где нет ни подъёмников, ни ратраков со снегоходами, ни прочей мишуры, что поганит чистоту гор. Только ты, природа и вершина. Мысли об этом натолкнули меня на мнение, что коммерческий альпинизм не делает из клиента ни самостоятельного альпиниста, ни даже горного туриста в подлинном смысле этого слова — скорее пассажира в горах. Общение с горами требует от человека подготовки, планирования, организации, подхода по маршруту, восхождения и спуска. Всё это — большая работа, требующая полной самоотдачи. Только так, выполнив её самостоятельно или в команде с единомышленниками, человек может называть себя восходителем. Ходить же в горы за деньги, где практически всю работу выполняют специально обученные люди, — всё равно что купить куртизанку на ночь вместо того, чтобы добиваться возлюбленной.

Стабильно и профессионально продолжаем ловить тыщи тонн рыбов. На днях сменился дед. На замену Иваныча временно посадили Джаваныча. Он тоже стармех, но с другого судна. Джаваныч пришёл не один, а со своим подопечным по имени Максик. Максик — это кот из курильских бобтейлов. То есть из наших, из рыбаков. Он тоже полосатый, как и Матроскинсон. Котики явно не в восторге от компании друг друга. Матроскин на правах хозяина территории встретил собрата отчаянным шипением и вздыбленной шкурой, а Максик ответил ему угрожающим мяуканьем. На этом первый контакт прекратился. Обменявшись комплиментами, котики ушли по своим углам. Спустя время гневно замяукал боцман. Утром Женя обнаружил, что коты обоссали весь пароход! Полосатые принялись делить сферы влияния, и разразилась священная война за территорию. Матроскин, ранее не отличавшийся особой воинственностью, потерял покой и начал выслеживать своего оппонента. Сейчас он караулит его за каждой переборкой, а встретив, завязывает отчаянный рукопашный бой. Вопли, клочья шерсти и грохот говорят о взрослой драке. Но самое страшное впереди. Боцман, вооружившись хлоркой, тоже встал на тропу войны и теперь караулит полосатых. Экипаж в напряжении. Неизвестно, чем кончится это противостояние.🐾

Недавно жаловался на отсутствие красивых закатов. Моя жалоба была рассмотрена в министерстве пейзажных дел и просьбу удовлетворили.🌅

Передача «Дикие Курилы» и её ведущий Вихорь Поплавков представляют: • Ледоколы — пережиток прошлого! Дальневосточные рыбаки нашли способ преодолевать ледовые поля, не имея ледового класса.🧊 • Использование ресурса Windy для прогноза погоды признано нежелательным. Рыбаки перешли на ресурс «Метелица» и теперь доверяют свою судьбу прогнозам гадалки Габриэллы.🔮 • Рыбаки спасли косяк селёдки от нападения стаи сивучей, приняв её к себе на борт.🐟 • Команда южнокурильских рыбаков «Дикие миньоны» впервые за свою историю выбрала орудие лова, ничего не сломав и не потеряв.🪝

Приобрести папку моряка можно здесь ⬇️⬇️⬇️ Папка Моряка 📂

Приобрести папку моряка можно здесь⬇️⬇️⬇️ Папка Моряка 📂

📍Акватория Южного Сахалина и Курильских островов. 🎵 Darkher • Wars

📚 Читаю книгу Григория Федосеева «Злой дух Ямбуя». Рассказ о дремучей тайге. На стоянке кочевников эвенкийская старуха Лангара отговаривает русского геодезиста идти к гольцу Ямбуй. Старуха убеждена, что там стоит чум злого духа Харги. Советский исследователь не верит в чудеса, но всё же испытывает тревогу. На Ямбуе бесследно пропали люди. — Ты не обижайся, Лангара хороший человек, и не ругай ее, что она верит в духов и всякие приметы. Старые люди другого не знали. – оправдывает старуху молодая Сулакикан. В этом отрывке две крайности. Отрицание существования невидимых человеку сил или страх перед суевериями. Существуют ли духи в самом деле и стоит ли их бояться? Безусловно, я верю в их существование. В смысле одушевлённости природы. Часто, находясь где-нибудь вдали от населённых пунктов, я пытаюсь ощутить присутствие или почувствовать жизнь в деревьях, воде, ветре, скалах и даже в себе. Ночью и днём, находясь в пути, стараюсь угадывать знаки, настроение окружающего места и его отношение ко мне. Природа жива и у неё есть характер. Она бывает сурова, а порой и жестока. В ней есть запретные, тёмные места, куда лучше не ходить. Но назвать её злом язык не поворачивается. Зло живее всего в самих людях, особенно в тех, кто утратил связь с фундаментальными законами бытия. Сейчас у зла есть конкретные лица. Их чумы стоят в столицах.

На ваших экранах — Аптоцикл из семейства пиногоровых. В народе известен как рыба-лягуха. Рыба хищная, но в голодные времена жуёт морские растения и водоросли. Умеет издавать громкие звуки, похожие на бурчание. Аптоцикл делает ставку на стратегию размножения. Жизнь на дне обязывает не тянуть. Поэтому созревает рано. Под брюхом имеет здоровенную присоску. Обратите внимание, какое поразительное сходство с нашими гламурными барышнями. Те же округлости физиономии, раннее созревание, а главное — присоска! Присоска служит главным инструментом в достижении жизненных целей. 💅🏻🐟

Сегодня мыли хозяйственым мылом вонючку Матроскина. Тот брыкался и царапался, но теперь ходит важный и пушистый.

Наконец-то спокойный день. Всю ночь уходили от циклона и окончательно вырвались из его лап уже на Курилах. Шли проливом Фриза между островами Уруп и Итуруп. Пролив проходили днём, и здесь тоже дует, как в трубу. В корму и борт наваливает не волна, а какая-то дребедень, не имеющая определённой формы и траектории. Наш корвет даже не понимает, куда ему качаться в такой ситуации, и просто дрыгается, как припадочный. По правому траверзу хорошо видна северная оконечность Итурупа – мыс Илья Муромец и горный хребет Камуй. На его фоне возвышается суровый пик под названием Демон, имеющий в своей форме острые гребни, жандармы, зубья, мульды и прочие достоинства серьёзных вершин. Полагаю, что в это время года взять такую вершину по силам только матёрым альпинистам. Очарованным туристам, которые приезжают сюда летом, нечего и думать о Демоне. Либо сам сожрёт, либо оставит проснувшимся медведям. Фриза прошли и повернули на юг. Волны практически нет, остров прикрыл от ветра. Тишь да гладь – милое дело. Снова могу считать себя homo erectus – человеком прямоходящим.

До полудня тащились с мешком в надежде, что выйдем в район льдов и там у перемычки волна будет тише. Тогда начнём выборку. Капитан заметно нервничал, и было видно, как он досадует, что решил ставить трал. «Не нужно было ставить», – говорит он про себя. Но кто знал, что прогноз окажется липой и вместо двух метров и ветра в десятку мы окажемся в четырёх с порывами до тридцати? Скольким кэпам вымотали нервы патовые ситуации в море? Наверное со временем у многих из них перестают держать тормоза на нервной лебёдке. Льдов, где они были прежде, теперь нет. Непогода здесь продлится ещё двое суток. Идём на волну и периодически хорошенько в неё зарываемся. Корма взлетает, ваера натягиваются предельно. Неужели нам придётся тащиться с тралом двое суток? Нет. После обеда снежное облако ушло, и высота волны как будто стала меньше. Как будто... Быстро готовимся к выборке. Подтянули доски, осушаю второй трюм, ветер дубасит крепко. Жопой вперёд пролетела чайка. Скачу по палубе, чтобы быстро заменить фиксирующий штифт на трубе водоотделителя: иначе труба будет гулять, и рыба вместо трюма окажется на палубе. Прежний штифт согнуло в зюйд. Возиться болгаркой долго. Решил вопрос кувалдой. Начали кружиться на подрульке. Судно кренит особенно сильно на левый борт. Неприятно, но терпимо. Парни на корме работают чётко, без проволочек. В прошлый раз в подобной обстановке потеряли гидромотор на кране. Сейчас рыбонасос смайнали без потерь. Рыбы в мешке не много, не мало. Самое то. Надеюсь, всё вместить во второй, чтобы не осушать остальные. Пошла рыба! Судно кружится, рыба прёт, труба на месте. Места во втором явно не хватает. Не теряя времени, параллельно осушаю первый. Не забываю заглянуть в водоотделитель: вдруг чавыча попадётся. Спустя двадцать минут рыбу слили. Промываем, достаём. Мешок на борт, судно на курс и к чёртовой матери отсюда.

Март, двенадцатого. Промысловая нынче непростая. Из штормовой в ледовую — из ледовой в штормовую. Утро выдалось напряжённым. В половине шестого экипаж подняли на выборку. Отложили до рассвета. На рассвете отложили до полудня. Вместо того чтобы улучшиться, погода ухудшилась. Сейчас мы имеем четырёхметровые волны. Слева ветровые, справа накатывает зыбь. Порывистый ветер со снегом. Будь мы на «ботинке», «бэмэртосе» или СТР, затянули бы мешок на борт — и никаких проблем. Но мы на «пылесосе»: здесь всё сложнее. Погодная карта обманула нас самым подлым образом. Судя по ней, мы в центре циклона, и у нас летают бабочки. Вдобавок к скверной погоде перестали держать тормоза на правой ваерной лебёдке. Ваер травится, по судну ритмичные, неприятные стуки отдаются где-то под лопаткой, а у капитана — под сердцем. Подняли Деда. Иваныч вместе с третьим возились около получаса на палубе под всеми ветрами — и тормоза подтянули, стук пропал. Одной проблемой меньше. Но впереди ещё тяжёлая выборка. Чем кончится — не ясно. Христос Воскрес!

Отношения с охраной порта и свободный доступ к судну для гостей тоже были утеряны безвозвратно. И когда мистер Яри возвращался на судно, один мистер Ким продолжал лукаво улыбаться ему вслед. Дневник моряка🛟

В несвойственной манере он тараторил в трубку о сигаретах, каком-то рюкзаке, портовой полиции, что его (то есть рюкзак) срочно нужно откуда-то забрать, пока не посмотрели камеры в участке, и прочее и прочее. С трудом сообразив, в чём дело, Яри потребовал от Вани успокоиться и чётко объяснить: что? где? когда? Спустя пять минут мистер Яри уже мчался во весь опор на своём велосипеде в направлении координат, куда была скинута контрабанда. Оказывается, что за полчаса от описываемого события Иван напихал в свой рюкзак десять блоков сигарет и отправился пытать удачу в надежде, что «добрая» смена на проходной шмонать его не станет. Но корейцы ведь не дураки. «Куда в такую рань собрался этот русский с набитым рюкзаком?» — возник вопрос у мистера Кима. Русский ответил ему, что на утреннюю пробежку. Ким попросил показать содержимое рюкзака. И что вы думаете сделал Ваня? Ваня побежал. Ким с напарником попытались было остановить ломанувшегося спринтёра, но это всё равно что остановить быка на корриде. Когда проходная скрылась из виду, бегущий тут же перекинул свой рюкзак через первый попавшийся забор. Вышел на циркуляцию и на обратном курсе был схвачен подразделением Кима. Служивые заковали контрабандиста в кандалы и отвезли обратно на проходную. На проходной подозреваемый решил воспользоваться статьёй пятьдесят один и строго хранил молчание. Жандармы связались с агентом судна, усадили нарушителя в машину и повезли в участок. Через несколько мгновений Яри уже катился вдоль нужного забора, примыкающего к строительной площадке. Проведя разведку местности и выявив несколько камер дорожного наблюдения, разведчик решил проникать на территорию площадки с её противоположной стороны, через зелёнку, где не было ни камер, ни забора. Местность была труднопроходимая: тридцатиградусный заросший склон, переходящий в заболоченность. Преодолев кущи и потеряв один тапок в болоте, наш герой вышел на площадку, быстро отыскал рюкзак и переложил его содержимое в большой мусорный пакет, прихваченный на судне. Рюкзак он оставил на месте, а пакет прикопал на склоне в джунглях. В семь утра, грязный, весь в колючках и одном тапке, моряк покатился обратно на судно. Если бы читатель прочёл всё то, что было на устах моряка в адрес его коллеги, то скорее всего обратился бы в церковь за причастием. Парень проклял тот день, когда решил помочь меркантильному идиоту. Уж лучше бы его упекли в самый суровый корейский каземат, думалось мистеру Яри на обратном пути. Но дело было сделано, и тапок уже не вернуть. Ивана доставили в участок, туда же явился мистер Ко — агент компании, которой принадлежало судно, на котором дежурили вачманы. На допросе подозреваемый показал, что на проходной не расслышал требования мистера Кима и решил начать пробежку прямо оттуда. Зачем он выломал турникет, Ваня объяснить не смог внятно. На вопрос о содержимом рюкзака и о том, зачем он его выкинул, бегун ответил, что там ничего не было, а выкинул он его за ненадобностью, что рюкзак был старый и он давно хотел его выкинуть. Безупречная легенда, достойная детективного романа. Выслушав бред русского моряка, полицейские изучили по записям уличных камер маршрут его пробежки, определили точку сброса и отправились на стройплощадку. Рюкзак и вправду оказался пуст. Жандармы прекрасно понимали, что дело тут нечисто, но вернулись в участок ни с чем. Оформили соответствующие бумаги, долго беседовали с мистером Ко, и к вечеру Ивана отпустили. Нет тела — нет дела. По итогам происшествия с мистера Ивана удержали месячное жалование вачмана — вероятнее всего, чтобы покрыть убытки от разговора мистера Ко с полицейскими. Затем штурману предложили списаться по собственному желанию, как только прибудет замена. Лимиты на алкоголь были исчерпаны, а пятьдесят блоков сигарет позже раздали экипажу бесплатно. Что касается мистера Яри, то с ним по телефону беседовал владелец судна. Моряк не стал открывать карт, а лишь изобразил недоумение и досаду по поводу случившегося. Владелец настоятельно рекомендовал больше не допускать происшествий и немного пожурил моряка, то есть объявил устный выговор.

Первое, с чего он начал, — это решил ездить на арбайтен. Это что-то вроде биржи труда для безработных, куда каждое утро приезжает некий работодатель и выбирает нескольких человек для работы грузчиками, уборщиками и тому подобного. В свободный от вахты день новоиспечённый гастарбайтер отправлялся «на работу». В результате этих поездок Ивана выбрали рабочим один раз за две недели, и ему удалось заработать аж двести тысяч корейских вон, что в переводе получается сто тридцать пять долларов шестьдесят две копейки. Сдачи не надо. Разочаровавшись в стартапе, навигатор положил свой меркантильный глаз на заготовленное ещё в рейсе мясо краба. В правовом поле — так называемые частные самозаготовки, а в случае продажи — чистой воды контрабанда. Но Бог с ними, с законами. Чисто по-людски: мясо это к штурману не имело никакого отношения, и тут уж возмутился Яри. Имея самое непосредственное отношение к половине данной продукции, он наложил вето на проект Ивана. Краб использовался для других целей. Во-первых, парни его ели; во-вторых, Яри использовал его в качестве презентов для приятных или нужных людей. В Корее такое принято — преподносить презенты в знак добрых отношений. А в-третьих, краб употреблялся в качестве взяток для портовой стражи. Взамен полицейские Яри улыбались, никогда не осматривали на проходной, пропускали к причалу автомобиль, за который он просил, а в самую добрую смену без каких-либо пропусков по выходным на судно допускались гости моряка. С ночёвкой! Какой там отель. Получив запрет на реализацию частных заготовок, Ваня совсем приуныл. Только шелест зелёных бумажек мог вернуть ему расположение духа. Размышляя о чувствах коллеги, мистер Яри не мог понять: зачем деньги человеку, который их не тратит? Но в желании помочь и поправить отношения с коллегой предложил попробовать сотрудничество со знакомым шипчандлером. А именно: заказать несколько ящиков безакцизного виски (как в дьюти-фри), растаможить его судовой печатью, вернуть тому же шипчандлеру для реализации в заранее известных заведениях и получить определённый процент с выручки. Крайне сомнительная, но рабочая схема прошла успешно. На радостях Ваня буквально припечатался к шипчандлеру, и они продолжили мутить воду вдвоём. Когда лимиты на алкоголь были исчерпаны, штурман озарился новой идеей. Он заказал пятьдесят блоков сигарет American Legends стоимостью четыре доллара за блок, при том что в корейских ларьках средняя цена за пачку — три доллара. Вот и считайте. Прибыль неплохая, но дело противозаконное: если возьмут, в лучшем случае — депортация без права въезда. Кроме того, лимиты для судна на безакцизный алкоголь и сигареты ограничены. Около трёх блоков табака и трёх литров рому в месяц на одну морскую душу. Согласно судовой роли, в экипаже тридцать человек. Кто-то не пьёт, другой не курит, третий бы и рад починиться, да денег нет. Таким образом, лимитов хватает на всех, у кого имеются вредные привычки. Моряки затариваются этим впрок перед выходом в море задёшево. А это важно, потому как денег перед рейсом у моряков обычно кот наплакал. Представьте себе, что будет когда на судно прибудет весь состав и узнает, что ни курева, ни рома им не светит и в помине – а виноват в этом Ваня, который сам не курит и не пьёт, но лимит выбрал. При таком раскладе виновнику грозит депортация зубов и крен на левую носовую перегородку. Деньги вероятнее всего тоже отнимут. Довольно цветная перспектива. Но то, что будет потом, второго помощника по всей видимости не беспокоило. После тайной закупки табака с шипчандлером он тоже порвал и решился действовать самостоятельно. Тут Яри упустил из виду очередную махинацию штурмана, и ранним утром, ничего не подозревая, он крепко спал, глядя чудесные сны. В его каюте раздался звонок на мобильный. На экране — «Ваня». «Совсем, что ли, очумел ревизор? Живёт же за соседней переборкой», — подумалось Яри. Но Ваня тем временем уже бодрствовал на заднем сиденье полицейского автомобиля.