Нурия и нихуя

Из курса психиатрии, который у меня проходил в старых корпусах на Владивостокской, я очень хорошо помню запомнила разнице в чувстве юмора и шутках у людей с разными диагнозами. Вчера было очень показательно: поговорила с женщиной с шизофренией и мужичком в гипомании. Гебефреническая шизофрения дурашливая, но это не смешно. Пациентка говорит: - У меня шутки острейшие и приколы до небес. Путин (с которым у нее минимальная связь) смеётся моим шуткам, а потом злится, говорит "что ты меня смешишь, я серьезный человек, работать должен, решаю судьбы человечества". Из-за этого хотят меня вычислить, подать в суд, кесир-башка сделать, я же могу массовую галлюцинацию создать... Инопланетян тоже слышу, но я с ними не общаюсь. Они как мы, только души нет. Неизвестно, что они с людьми делают, поэтому советую, что если они кого-то увлекают, не надо соглашаться, надо держаться на земле. Я прошу ее привести пример, как она смешит. Она с важным и неестественным лицом рассказывает анекдот про Штирлица. Я улыбаюсь из вежливости одними губами. После нее в кабинет влетает пациент в гипомании. Сразу стартует с комплиментов, мол, никогда ещё не встречал таких врачей, с которыми так приятно общаться: - Вы понимаете юмор, когда я рассказываю про свою жизнь. Обычно психиатры пугаются, когда я им рассказываю про свои попытки суицида... Они говорят: "Как же так, почему у вас ничего не вышло?". А я им отвечаю: "Не знаю, сглазили, наверное!". В его глазах лучики и чертики, мы вместе ржем. Хотя я понимаю, почему другие психиатры не смеялись: наверняка, они застали его в фазе депрессии, а в это время, я уверена, он мрачен как Аид.