George Rooke

Про Русский флот-2 Ну а теперь пробежимся по 19-20 веку на предмет - а можно ли чем-то гордиться. Итак, 1806-1807 годы - экспедиция Сенявина. Блокада Турции со стороны Дарданелл. Чисто флотская операция. 1812 год - Данцигский десант. Чтобы не растекаться мыслью по древу - читать тут: https://warhead.su/2020/05/30/dantsigskiy-desant-kak-podkinut-morskogo-ezha-v-losiny-bonapartu По факту данцигский десант не дал Наполеону перебросить подкрепления из Польши, которые после Бородино были явно не лишними. Про Наварин говорить не будем, участие русских там ограничено, да и победа без каких-либо последствий. 1833 год - Босфорская экспедиция, которая позволила России заключить Ункяр-Искелесийский договор, по сути Турция стала "ручным зверьком русского царя", а Проливы были закрыты для других держав. 1854-56 годы. Как мы помним, ЧФ самоутопился, а вот БФ - нет. В результате ни Кронштадт, ни Ревель, ни Свеаборг союзники взять не смогли. Если кто почитает Ламберта - там прямо говорится - мешал неуничтоженный русский флот. Та же война, Дальний Восток. 3 фрегата заставили в 1855-м начать масштабную переброску сил в Тихий океан, когда (с учетом выбранной англичанами идиотской стратегии) каждый корабль был на счету. 1863 год - поход эскадр Попова и Лесовского. Понятно, что эскадра Лесовского никакого стратегического воздействия не оказала, уводили корабли с Балтики, дабы их не дай бог не пришлось топить как в Севастополе в 1854-м. А вот эскадра Попова, пришедшая во Фриско сыграла вполне себе стратегическую роль - у англичан на всем побережье был только один порт - Ванкувер, сил на Тихом океане было мало, и тут уже пришлось беспокоиться и за Австралию, и за Новую Зеландию, и за китобойные промыслы на Галапагосах, и т.д. Сделаем скачок в 20 век. ПМВ - ЧФ фактически завоевал господство на Черном море, и уже к 1916-му гонял турок ссаными тряпками, обеспечив фланг армии. ВМВ - тут можно вспомнить оборону Ленинграда. Понятно, что нужда, выдаваемая за добродетель, отступать флоту уже было некуда, но оказалось что большой калибр и точная (относительно сухопутных артсистем) стрельба стали очень большой неприятностью для немецкой армии. Ну и наконец Холодная Война, тот момент, когда мы действительно имели великий флот. Вот взгляд со стороны. 1971 год, отчет о Sea-Based Airborne ASW 1940-1977 (который рассекретили в 2020-2021 по гибели Трешера): "Чарли, Виктор и Янки заменяют старые дизельные лодки. Чтобы дать вам понятие о способностях строительства подводных лодок; мы видим два новых Чарли, два новых Виктора и восемь Янки каждый год. Оцениваем их способность к строительству подводных лодок по меньшей мере 20 в год и при необходимости они могут построить 35. Подводные советские силы находятся примерно на одном уровне, но они, с помощью модернизаций, постоянно повышают свою эффективность". Вот еще один: В 1974 году американский документ Op-095 подводил итоги строительству Советского флота, и что это означает для ВМФ США: "С добавлением более 280 бомбардировщиков флота, советские ВМС располагают более чем двумя тысячами пусковых крылатых ракет чтобы бросить нам вызов на наших морских коммуникациях пов сему миру. Эти ракеты доставляются с любой стороны света, со всех углов атаки и с расстояния до 300 морских миль. Очевидно, флотская и противолодочная оборона больше не может полагаться на концентрацию сил в малых плотных кольцах. Мы должны контролировать радиус от 200 до 300 миль по воздуху и воде от защищаемых сил. Это один из величайших вызовов, с которым мы сталкивались в нашей военной истории". Стоит сказать, что американцы тратили в 1973 году около 368 миллионов долларов на R&D ASW для противостояния угрозам С/V/Y (Charlie, Victor, Yankee) - 2 поколение советских лодок (670, 671, 667 проект соответственно). Дальше было больше. Цитата (так и представляется степень охреневания в Пентагоне): "Они [Советский Союз] определенно не следуют своей предыдущей стратегии защитного размещения подводных лодок."

С днем ВМФ! Вот нравится мне, как написано. Просто и со вкусом. Суть всех военно-морских сил - в их военном характере. Фактически, смысл существования военно-морских сил состоит в том, чтобы гарантировать, что никакая враждебная морская держава сможет ущемить нашу собственную национальную безопасность и интересы. Военная роль военно-морского флота характеризуется угрозой применения силы на море и/или с моря. Это включает применение морской мощи как в наступательных операциях против сил противника, территории и торговли, так и в оборонительных операциях для защиты собственных сил, территории и торговли. Военная роль осуществляется через выполнение конкретных военных целей, задач и задач. Цели создания военно-морского флота: Сдерживание конфликтов и сопротивлению любому принуждению со стороны сторонних держав. Решающая военная победа на море в случае войны. Защита территориальной целостности страны, граждан и оффшорных активов от морской угрозы. Влияние на дела на суше. Защита торгового флота и морской торговли страны. Защита национальных интересов страны и обеспечение безопасности на море. А вот второе определение, которое мне почему-то нравится гораздо меньше: Военно-Морской Флот предназначен для обеспечения защиты национальных интересов Российской Федерации и ее союзников в Мировом океане военными методами, поддержания военно-политической стабильности на глобальном и региональном уровнях, отражения агрессии с морских и океанских направлений. Военно-Морской Флот создает и поддерживает условия для обеспечения безопасности морской деятельности Российской Федерации, обеспечивает военно-морское присутствие Российской Федерации, демонстрацию флага и военной силы в Мировом океане, принимает участие в борьбе с пиратством, в осуществляемых мировым сообществом военных, миротворческих и гуманитарных акциях, отвечающих интересам Российской Федерации, осуществляет заходы кораблей и судов Военно-Морского Флота в порты иностранных государств. Первое определение - это задачи военно-морского флота... Индии. Прям с официального сайта. https://www.indiannavy.nic.in/content/role-navy В индийском определении мне нравится отсутствие глобальных фраз и большая конкретика. И да, почему-то раз за разом в день ВМФ вылезают товарищи, которые на голубом глазу рассказывают, что флот России не нужен, что это - попил бабла, и так далее. И вообще, в нашем обществе есть какая-то тяга к принижению русского флота. Лично для меня точку о нужности флота и о дискуссиях о его существовании всегда ставили западные исследования. Потому как взгляд со стороны в этом плане гораздо более объективен. Вот как пример такого взгляда - Майкл Кофман и Джефри Эдмондс. Россия по-прежнему зависит от остатков океанского флота (Blue-water Navy), унаследованного от Советского Союза, но новые силы медленно поднимаются, чтобы занять свое место как над волнами, так и под ними. Этот флот будет другим, со своей собственной стратегией. Соединенным Штатам не следует бояться российского флота, но они должны уважать и изучать то, что Москва пытается сделать со своими военно-морскими силами. Непонимание возможностей противника и их логики - хороший способ когда-нибудь стать им неприятно удивленным. Обучение на подобном опыте обычно происходит за счет жизней. Представьте себе, что в не столь отдаленном будущем группа российских ракет «Калибр» на сверхзвуковой скорости приближается к американскому эсминцу, стремясь к цели на своей конечной стадии. В этот момент капитану не сильно понравится груда статей за его спиной, утверждающих, что ВМФ России больше нет. То, что Россия так мало потратила на корветы, давшие этот залп, а Соединенные Штаты так много на корабль, который вот-вот этот залп в борт получит, заставит много над чем подумать в эти последние минуты. Современный российский флот не предназначен для конкуренции с военно-морским флотом США, а вместо этого предназначен для противодействия ему и для поддержки стратегии евразийской сухопутной державы двадцать первого века.

Youtube | Rutube | ВКонтакте | Дзен Во второй половине 17 века и начале 18 века на долю Нидерландов выпали пять больших войн. В двух они сражались против Англии, в двух против Франции и еще в одной против союза обеих держав. Голландский флот был разящим мечом и надежным щитом страны в этих войнах Страница автора на сайте: https://tacticmedia.ru/author/189/ Поддерживайте работу над фильмом "Прохоровка. Люди, огонь и сталь" и другие наши проекты: http://tacticmedia.ru/donate/ Ранний доступ к нашим новостям и видео: Sponsr: https://sponsr.ru/tacticmedia/ Boosty: https://boosty.to/tacticmedia

Лодки должны были идти впереди и подорвать плавучие судовые заграждения, а затем брандеры взорвали бы мост. Чтобы обмануть и утомить бдительность испанцев, Джианибелли снарядил еще 32 малых лодки, надеясь вселить спуском их уверенность в противнике, что дело идет только о производстве пожара. Когда началась эта замечательная операция, испанские войска устремились на мосты; все полководцы, даже сам герц. Пармский, были там и с удовольствием наблюдали, как, брошенные своими проводниками шагах в 2000 выше по течению, лодки-брандеры или остались на местах, или стали прибиваться к берегу. Даже одно из больших судов стало на мель, не достигнув моста, и взрыв его не причинил существенного вреда. Другое большое судно навалилось на плавучее заграждение, прорвало его и достигло моста. С большим трудом удалось в этот момент одному из офицеров убедить герцога Пармского покинуть опасное место на мосту. Вслед за этим раздался взрыв, и часть моста, вместе со стоявшими там орудиями и людьми, была брошена на воздух. Погибло до 800 чел., но еще больше было моральное впечатление и, если бы обороняющийся бросился в этот момент на испанцев, осада, вероятно, была бы окончена. Но в А. не верили в достигнутый успех и даже были обмануты герцогом Пармским, который с невероятными усилиями поспешил прикрыть брешь в мосте особой маской; истину узнали в А. только тогда, когда все повреждения были исправлены и разрушенная часть моста восстановлена. Тогда Джианибелли были предоставлены все средства, чтобы повторить ту же операцию, и она вновь вполне удалась, но на этот раз зеландский флот вследствие неблагоприятного ветра не мог проявить своего участия в нападении, и осаждающему вновь удалось выиграть время и восстановить преграду. В третий раз атака брандеров в такой же степени была удачна, но и на этот раз обороняющийся ничего не подготовил к использованию достигнутого успеха. Новым брандером, снаряженным 4000 фунт, пороху, уже не удалось воспользоваться, так как теперь бюргеры решились последовать совету Вильгельма Оранскаго — прорвать Ковенштейнерскую дамбу. Но и герц. Пармский не терял времени и воздвиг на этой дамбе 5 укреплений с сильными гарнизонами, так что сначала надо было с боя овладеть дамбою. Тогда антверпенцам удалось пробить правобережную плотину Шельды выше и ниже Lillo, вследствие чего при приливе антверпенския суда так же, как и зеландския, могли приблизиться к Ковенштейнерской дамбе. Зеландцы атаковали, высадили 500 чел. на дамбу и заняли ее; но антверпенцы не появились, и ничего не вышло. Тогда совместное нападение назначено было на 16 мая, и на этот раз удалось занять дамбу между двух испанских укреплений. Тотчас же приступили к работам по прорыву дамбы, и в ограждение работ поперек дамбы в обе стороны быстро возведены были бруствера. На узкой поверхности дамбы разгорелся жесточайший бой, при чем одно из испанских укреплений было захвачено. В пылу боя работы по прорыву дамбы были брошены, и антверпенцы направили свои главные усилия на то, чтобы провести в город доставленное зеландцами продовольствие, так что к моменту, когда герц. Пармский подвел подкрепления, прорыв не был закончен. Отлив вынудил флот отойти, и дамба вновь была потеряна. Бой стоил атакующему 800 чел., обороняющемуся 1000 чел. и не принес никаких результатов. Тогда бюргеры покорились своей судьбе и в виду все возрастающих лишений вынуждены были капитулировать 17 авг. 1585 г.» К этому стоит добавить, что Джанибелли после сдачи Антверпена иммигрировал не куда-нибудь, а в Англию. И во время похода Непобедимой Армады командовал береговой обороной Кента и Эссекса. Более того – брандеры были снаряжены при его живейшем участии и под его контролем. Но, в отличие от «мин Джанибелли» это были обычные брандеры, а не адские машины. Однако испанцы, зная об опыте Антверпена 1585 года предполагали совершенно другое! Таким образом именно опыт Антверпена сыграл с Армадой злую шутку.

Армада и брандеры Мне в свое время задавали очень много вопросов – а почему испанцев привели в такой панический ужас брандеры, пущенные Дрейком у Кале? Ведь отвести корабли, пусть даже и горящие, довольно просто, и таким приемом пользовались чуть позже чуть ли не повсеместно. Для того, чтобы понять это, надо вернуться в 1584-1585 года, к Фламандской Армии герцога Пармского. Тогда Фарнезе осаждал Антверпен. Для того, чтобы отрезать город от помощи с моря сир Алессандро по подобию Македонского ранее и Ришелье – позднее решил построить дамбу-пост через Шельду, которая бы препятствовала проходу кораблей в Антверпен. Вот как дальнейшие события описаны в Сытинской Энциклопедии: «с целью преграждения реки, постройку двух фортов на колене Шельды, между Callao и de-Orderen, названных: левый St. Maie, а правый St. Filipe, а между ними моста. С обеих сторон, помощью шпунтовых свай, выведены были две плотины, насколько позволяло течение и глубина, всего вместе длиною до 345 метр.; плотины эти были настолько широки, что вмещали толстые брустверы в обе стороны; на концах плотин тем же способом были образованы расширенные платформы, вооруженные орудиями. Чтобы заградить оставшийся промежуток, до 405 метр. шириною, из г. Гента, к тому времени сдавшегося, доставили суда и строительный материал. Чтобы не провозить этот материал по Шельде мимо самой крепости, осаждающий хотел воспользоваться наводнением, которое устроил обороняющийся по низменному левому берегу. Но антверпенцы успели преградить этот путь, устроив новое укрепление; тогда герц. Пармский прорыл широкий канал от протока Мос, выходящего из Шельды у Гента, к Шельде же, но у колена Callao; таким путем весь материал был доставлен к месту назначения. Ледоход при наступлении зимы задержал работу, но обороняющийся, по причине отсутствия единства в руководстве обороною, не сумел воспользоваться этим, обретался в полном бездействии и даже отклонил совет Вильгельма Оранскаго пробить плотину между Orderen и Stabrock (Ковенштейнерская дамба) с тою целью, чтобы наводнение праваго берега соединить с Вост. Шельдой, по той причине, что тогда город лишился бы нужных ему лугов. Тем временем, к весне, герц. Пармский закрыл промежуток между плотинами при помощи плавуч. моста, состоящего из 32 судов, вооруженных каждое 2 пушками и заключающих по 30 чел. постоянного гарнизона. Выше и ниже по течению устроены были предохранительные заграждения, состоявшая, каждое, из 11 групп судов (по 3 судна в каждой), связанных между собою; все эти сооружения охранялись еще 40 военными кораблями. В марте 1585 г. все было закончено, и только тогда, но уже поздно, начали антверпенцы, под давлением своего бургомистра Aldegonde, малую войну на воде. Телиньи, с целью предпринять совместную операцию с зеландским флотом, попробовал прорвать заграждение, но неудачно. Но вскоре прибыл флот под командою Юстина Нассаускаго, бомбардировал форт Liefkenshoek и взял его штурмом. Тогда, по общему плану, в ночь на 5 апреля заграждение должно было быть взорвано брандерами, а флот, воспользовавшись проходом, должен был доставить городу продовольствие. Устройство адских машин взял на себя итальянский инженер Джианибелли. Но вместо 3 больших судов и 60 малых плоскодонных лодок, которые нужны были Джианибелли, ему отпустили из-за пагубной бережливости лишь два малых судна и всего несколько лодок. На судах итальянец устроил особые каменные камеры, наполненные порохом, сверху прикрыл их камнями, а промежутки между последними заполнил всевозможными снарядами. На лодках также были помещены пороховые мины (описание чуть более поздних «адских машин», сделанных по подобию «мин Джанибелли» у нас есть: «на брандеры нагружался порох и множество горючих материалов – сера, уголь, смола, вязанки хвороста. Внутрь корпуса брандеров клались гранаты, заполненные свинцовой дробью, кусками железа, гвоздями, осколками стекла. Кроме того, из основания судна выходили шесть железных воздуходувов, которые во время взрыва извергали длинные струи огня (прообраз огнеметов).»).

Youtube | Rutube | ВКонтакте В этом видео мы затронем экономическое положение Франции во время войны за Независимость, а также расскажем о дипломатических интригах и переговорах, которые привели к заключению Парижского мира и созданию нового государства – США. Страница автора на сайте: https://tacticmedia.ru/author/136/ Поддерживайте работу над фильмом "Прохоровка. Люди, огонь и сталь" и другие наши проекты: http://tacticmedia.ru/donate/ Ранний доступ к нашим новостям и видео: Sponsr: https://sponsr.ru/tacticmedia/ Boosty: https://boosty.to/tacticmedia

Прекрасное)) Тема. Дипломатическая. Стимпанковая. И очень смешная. Итак,1878 год, Россия объявила о пунктах Сан-Стефанского договора. Выше уже писал, что в Англии от этого был шок. Собрался кабинет министров, и начал думать думу - что делать-то будем в ответ? После трех часов обсуждения пришли к решению. И да, это трэш, ад, и угар, не ищите в нем смысла, но... решение было абсолютно в британских интересах))) Имрмфд, Дизраэли предложил «издать декларацию, объявляющую чрезвычайную ситуацию и одновременно отправить экспедицию из Индии для захвата... Кипра» (у Турции, естественно). 27 марта 1878 года.

Просто так. Изначально в Ромео и Джульетте фраза  A plague o' both your houses! Выглядела так:  A poxe o' both your houses! То есть не: Чума на оба ваших дома! А: Сифилис на оба ваших дома! Такие дела)

Ну мне так, для себя, чисто поржать) Есть такое расхожее выражение - "тюрьма народов". Считается, что ввел его в оборот де Кюстин в своей книге "Россия в 1839 году", и что относится оно как раз только к России. Однако еще в 1814 году слова о "cárcel de los pueblos" говорит... Боливар, который имеет под сабжем конечно же... Испанию. Думаете, это все? Как бы не так. Ибо в 1783 году австрийский император Иосиф Второй решил создать специальную тюрьму для опасных преступников, мятежников и политических противников Габсбургской монархии. Расположена она была в Брно, в Моравии, сидели там всякие венгры, итальянцы, чехи, словаки, и прочие, и итальянец Сильвио Пеллико как раз и назвал эту тюрягу "тюрьмой народов", ну или на немецком - "Kerker der Völker". Понятно дело, что этот лозунг распространили на всю австрийскую монархию сторонники Мадзини, и собственно именно Австрию и считали той самой "тюрьмой народов" (Prigioni dei popoli ) до 1860-х уж точно. Но и это фигня. Ибо еще в 16 веке похожее выражение запустил Вильгельм Оранский, естественно относительно Испании времен Филиппа Второго. Только там была "религиозная тюрьма народов" , причем пишет об этом Оранский в своей "Аппологии" в 1580 году, которая есть ни что иное, как низложение Филиппа Второго с должности короля Фландрии. Таким образом можно констатировать, что "тюрьмой народов" называли... Да кого только не называли. Вполне возможно, ирландцы так могли называть Англию, сербы и греки - Турцию, каталонцы - Испанию, негры - все страны Европы, и так далее, и так далее.

Хорошее повтори)) Он какой-то весь подпудренный, подкрашенный одно слово —румын Из серии "потому что в кузнице не было гвоздя". Меня всегда интересовало, как в такой сложной ситуации 1853 года правительство Великобритании все-таки решилось на войну. Премьер-министр Абердин был резко против войны, и вообще, считал, что Россия в праве ввести войска в Дунайские княжества. Пальмерстон был сторонником войны, и считал, что за ввод войск Россию нужно наказать. Проблема британской демократии была в том, что  для того или иного решения нужны обоснования. Да, они могут быть тупыми, типа пробирки Пауэлла, но они по любому нужны. И Пальмерстон это обоснование нашел. После перехода Дунайских княжеств под российский протекторат в Англию сбежала кучка румынских бояр, которые устроили что-то типа правительства в изгнании. Румынские беглецы входили в Демократический комитет и имели тесные связи с итальянскими карбонариями и лично Мадзини. Кроме того, в комитет входили поляки. Рупором этого комитета стала газета "Монитор Обсервер", которая конечно же по случайности принадлежала Пальмерстону. Так вот, румыны через газету обещали А) свободную торговлю с Англией Б) защиту английских торговых интересов. В) самое главное - они обещали в случае вступления Англии в войну выставить 100-тысячный корпус на стороне союзников против России. Последний пункт оказался самым весомым аргументом - типа, братва, чего бояться то? У нас теперь есть пушечное мясо.  Добавим чуток своего и французского - и вуаля! Пальмерстон развернул компанию против Абердина,  мол, тут дело верное, румыны с нами, а наш премьер как тот Семен из анекдота - ссыт. В результате - правительственный кризис, угроза раскола кабинета и согласие Абердина на вступление в войну. Самое веселое выяснилось в марте 1854 года - румынские эмигранты не то что 100 тысяч, и 10-ти набрать не смогли. Но как мы с вами знаем - когда выясняется, что в пробирке не сибирская язва, а стиральный порошок, дело к тому времени уже сделано.

Бой "Глориосо" и "Дартмут"К вечеру 18 октября англичане смогли окружить испанца. Несмотря на бешенное превосходство в силах бой длился с полуночи аж до 9 утра следующего дня. На утро на «Глориосо» не осталось ни одной целой мачты, потери убитыми и раненными превысили 160 человек и де ла Серда по решению военного совета поднял белый флаг.Англичане сопроводили приз в Лиссабон, там его поставили в док, однако корабль оказался столь разбит, что его пустили на слом.Экипаж де ла Серды, так же как и он сам, были отправлены в Лондон, где он просто стал предметом поклонения англичан. Испанского забияку принял сам Лорд-Адмирал и выразил ему свое восхищение.Сэр Джулиан Корбетт охарактеризовал бои «Глориосо» как «лучший пример настоящего боевого духа испанских моряков». [1] «Glorioso» - «Прославленный».[2] Так англичане называли корабли с сокровищами из Вест-Индии[3] За этот бой Крукшенкс был привлечен в суду и выгнан из флота.[4] Эскадру эту в Ройал Неви из-за названий кораблей шутливо прозвали «королевским семейством». [5] В живых остались лишь лейтенант Кристофер О’Брайан и 11 матросов.

Вспоминая когда-то написанное. Раз уж во френд-ленте столько испанофилов... Сделаю-ка я им небольшой подарок. Речь пойдет о самом славном вояже одинокого испанского корабля "Глориосо". Плыл он из Панамы в Испанию с 4 миллионами песо на борту. Впрочем - обо всем по порядку.  В июле 1747 года испанский линейный корабль «Глориосо»[1] (пострен в 1740 году в Гаване, 70 пушек, но ни одной из них более 18 фунтов) взял курс от берегов Панамы к Кадису. На его борту находилось ни много, ни мало -  4 миллиона песо серебром. В этих деньгах Испания, погрязшая в долгах после долгой войны, очень нуждалась. Командовал кораблем храбрый капитан Педро Мессия де ла Серда.Неудачи преследовали корабль практически с самого выхода – около Подветренных островов его обнаружил британский конвой, линкор сумел скрыться в набежавшем шквале, однако (как оказалось позже) британцы были предупреждены своими шпионами заранее о выходе «золотого галеона»[2]. Педро Мессия де ла СердаТем не менее де ла Серда без особых проблем довел корабль до Азорских островов, но вечером 24 июля у острова Флорэс «Глориосо» был обнаружен английским отрядом в составе 60-пушечного корабля «Варвик» (кэптен Джон Крукшенкс) и 40-пушечного фрегата «Ларк». Англичане пустились в погоню.  «Ларк» довольно быстро нагнал испанца и завязал перестрелку, де ла Серда смог отбиться за счет крупнокалиберных ретирадных 18-фунтовок. Фрегат отстал, поджидая флагман патруля. К 14.00 25-го июля «Варвик» приблизился к «Глориосо», Крукшенкс допустил большую ошибку – он приказал «Ларку» атаковать испанца, а сам обстенил паруса и немного отстал. «Глориосо», грамотно маневрируя, смог отбиться от фрегата, сбив на нем две мачты и сильно повредив такелаж. В свою очередь испанцы недосчитались 4 человек убитыми и 44 – раненными. Всего в испанца попало 4 ядра (одно из них – картечное – разорвалось на шканцах)[3].Предполагая, что англичане не отстанут, де ла Серда решил изменить направление и повернул к Ферролю. Как позже оказалось – испанский капитан ошибся только в одном – англичане выслали перехватчиков почти ко всем испанских портам.У мыса Финистерре 15 августа 1747 года «Глориосо» обнаружил адмирал Джон Бинг (тот самый, расстрелянный позже) с 50-пушечным «Оксфорд», 24-пушечным «Шорхэм» и 20-пушечным «Фэлкон». Бинг сразу же решил взять испанца в два огня, однако де ла Серда быстро сориентировался и отослал всех свободных марсофлотов к пушкам. В результате испанцы развили такой огонь, что вскоре «Шорхэм» и «Фэлкон», расстрелянные донельзя, спешно вышли из боя, а «Оксфорд» потерял грот-мачту. Но и «Глориосо» был поврежден – британцы сбили бушприт, около 40 человек было убито, а более 50- ранено. Корабль взял курс на порт Коркубион (недалеко у Ла-Коруньи), где с  него выгрузили серебро и произвели необходимый ремонт, а так же пополнили экипаж.В начале октября «Глориосо» был готов к выходу и покинул гавань, направившись в Кадис. Памятуя о британских патрулях де ла Серда повел корабль подальше от португальских берегов, но 17 октября у мыса Сент-Винсент его перехватила эскадра Джорджа Уолкера в составе аж четырех 30-пушечных фрегатов «Дюк», «Кинг Джордж» (флагман), «Принсесс Амалия» и «Принц Фредерик»[4]. Фрегаты как гончие пустились в погоню, однако де ла Серда, как мы уже знаем, тоже был парнем не промах – после 20-минутной дуэли головной «Кинг Джордж» потерял две мачты, 8 орудий, а так же 7 человек убитыми и 29 – раненными. Корабль Уолкера отвернул, остальные продолжили преследование. Утром следующего дня к "гончим" присоединились 50-пушечный «Дартмут» и 92-пушечный тяжеловес «Расселл». «Дартмут», недавно почистивший днище, быстро сблизился с «Глориосо» и затеял дуэль с испанцем. Команда де ла Серды, которой после стольких боев уже был сам черт не брат, вела очень точный огонь, одно из ядер попало в крюйт-камеру британца и линкор взлетел на воздух[5]. Позже уцелевших подобрал фрегат «Принц Фредерик».

Соотношение сил в битве при Тулоне, 1744 Утром 21 февраля Метьюс поднял приказ держать кораблям строй фронта, а второму (Лестоку) и третьему (Роули) адмиралам прибавить парусов. Следует отметить, что англичане были разбросаны, выполнить приказ адмирала мешал слабый ветер и тяжелая зыбь на море. На тот момент англичане имели следующие корабли: - Авангард в составе 13 линейных кораблей 2 фрегатов, 1 брандера и 1 бригантины под командованием вице-адмирала Ричарда Лестока, держащего флаг на 80-пушечном «Нептун». - Центр – 10 линейных кораблей, 1 фрегат, 1 брандер. Командующий – адмирал Томас Метьюс, флагман – 90-пушечный «Намюр». - Арьергард под флагом контр-адмирала Уильяма Роули. 9 линейных кораблей, 2 бригантины, 1 брандер. Роули располагался на 90-пушечном «Барфлер». Всего – 32 линейных корабля, 3 фрегата, 3 брандера и 3 бригантины. Им противостоял флот союзников в следующем составе: - Авангард из 7 линейных кораблей под командованием шефа д’эскадрэ Пьера де Габарэ, державшего флаг на замыкающем 74-пушечном «Эспиранс». - Центр под командованием адмирала Жана де Ла Бриера де Кура – 9 линейных кораблей, 3 фрегата, 2 брандера, флагман – 74-пушечный «Террибль». - Арьергард из испанской эскадры хефе ди эскуадра Хуана Хосе Наварро – 12 линейных кораблей, 1 брандер, 1 госпитальное судно, флаг на 114-пушечном «левиафане» «Реал Филиппе». Всего 28 линейных кораблей, 3 фрегата, 3 брандера, 1 госпитальное судно. К этому следует добавить, что у испанцев из двенадцати кораблей шесть были «королевскими», то есть боевыми полноценными кораблями (это 114-пушечный «Реал Филиппе», 80-пушечный «Санта-Изабель», 70-пушечный «Констант» и 64-пушечные «Америка», «Эркулес» и «Сан-Фернандо»), а остальные представляли собой либо зафрахтованные морским министерством суда, либо привлеченные к боевым действиям корабли Береговой Стражи. «Брильянте», «Собербио», «Орьенте», «Подер», «Алькон» и «Нептуно» хотя и числись в испанской эскадре 60-пушечными, несли по 52-54 пушки, причем калибры орудий у них были не более 18 фунтов. Таким образом французы и испанцы имели 1806 пушек против 2280 орудий у англичан, причем вес бортового залпа, учитывая разницу в калибрах, обусловленную вышеописанными причинами, у англичан был намного больше. Что касается экипажей – союзники имели 19100 человек против 16585 у британцев. Однако, как справедливо отмечает испанский историк Карлос Мартинес-Вальверде в своей статье «Компания дона Хуана Хосе Наварро в Средиземном море, 1742-1744 годы»: «меньшее количество моряков требует и меньшее количество провианта и воды, что является важным фактором при длительной блокаде. В ходе сражения значимость имеют только артиллеристы и те, кто находится при снастях и при подносе боеприпасов вместе с разумным резервом для восполнения потерь; излишнее кол-во прочих на корабле скорее приносят вред, так как они только мешают и умножают потери», поэтому не стоит считать превосходство союзников в людях большим плюсом франко-испанского флота. Скорее - это минус.

Тактика против галер, 1591 год 24 апреля 1591 года, 5 испанских галер у Гибралтара атаковали торговое 18-пушечное судно Левантийской компании «Центурион», идущее из Марселя в Плимут, однако капитан лайми Томас Брэдшоу был готов к такому развитию событий. Несмотря на то, что команда «Центуриона» составляла всего 48 матросов, а экипаж каждой галеры – до 200 человек, Брэдшоу бортовым огнем раз за разом отбивал нападающих. Здесь впервые была применена тактика, которая позже даст неоспоримое преимущество парусникам перед гребными судами – капитан отослал к пушкам всех марсофлотов и свободных от вахт, а встречал противника полными бортовыми залпами. Дело в том, что даже в сражениях с Армадой артиллерийский огонь велся спорадически, пушки обслуживали не более 3 человек, солдаты на кораблях в основном были заняты огнем из огнестрельного оружия по вражеским матросам и не помогали комендорам (gunmen), гораздо больше англичане тогда уделяли внимания маневрированию, боясь сблизиться на близкую дистанцию. Брэдшоу же по сути поставил на каждую пушку по 4 человека, и этим добился скорострельности до четырех залпов в 10 минут, причем – одним бортом (знаменитый позже broadside). В результате раз за разом англичане отбивали атаки галер, причем испанцы несли огромные потери. Двенадцать марсофлотов, оставшихся для управления парусами, работали четко, без сбоев, в результате своих противников британцы встречали только бортом, не давая галерам заходить с носа или с кормы[1].Несколько раз испанцы кидали с близкого расстояния зажженные фашины на паруса, думая лишить «Центурион» хода, но безуспешно – команда четко тушила очаги возгорания. Пару раз галеры даже закидывали абордажные веревки, однако англичане огромными ножницами резали канаты, не давая взобраться по ним абордажным партиям.За пять часов боя идальго потеряли до 200 человек убитыми и раненными, тогда как команда «Центуриона» - всего 2 человека раненными. Это был полный триумф парусника над галерами. На следующий день англичане миновали Гибралтарский пролив, за ними следовали 6 испанских галер, но нападений не производили - Брэдшоу сумел внушить к себе уважение. К счастью для испанцев опыт боя «Центуриона» британским Адмиралтейством не рассматривался, и к системе бортовых залпов пришли только во время англо-голландских войн, то есть через 60 лет. [1] Epstein, M. «The English Levant Company: It’s Foundation and It’s History to 1640» - London, Biblio Bazaar, 2010, p. 36.

В это время в Англии царила паника. Терции у Лондона! Королева и двор собирают манатки и собираются бежать в Голландию! Слухи были один другого веселее. Чем же в это время занимался английский флот? Да все тем же самым - безуспешно гонялся за "серебряным конвоем" около Азор. Собственно большой партизанский отряд корсаров имени королевы Елизаветы в очередной раз доказал свою профнепригодность к защите родных берегов. Наконец в 1601 году Армада смогла высадить 4000 человек в Ирландии в районе Корка и 2000 солдат в районе Балтимора. Этот испанский контингент попил много крови лорду Моунтжою, не дал ему полностью разбить ирландцев, которые без испанцев были бы обречены, и под конец, окруженный  18-тысячной английской армией, ЗАКЛЮЧИЛ С НЕЙ ДОГОВОР, согласно которому испанцев перевозили на английских судах обратно в Испанию с оружием, знаменами, личными вещами. Послесловие второе. По поводу испанского дефолта 1596 года. В 1596 году Испания тратила деньги на: создание двух Армад, ежегодное снаряжение Американских конвоев финансирование Католической Лиги, войну в Голландии, поддержку своих сторонников в Германии, борьбой с турецкой угрозой. На этом фоне потери материальных ценностей в Кадисе на 5 млн дукатов (денег там было не более 1 миллиона) были каплей в море.

Англо-испанская война, 1585-1604 г.г. Послесловие Все же осталась какая-то недосказанность, тем более - мы с вами в известной степени продукт британского пиара, и знаем об этой войне только то, что написали дедушка Коломб, Штенцель и т.д. Итак, послесловие первое. Самым богатым на события получился в этой войне год 1596-й. А началось все в славном месяце апреле, когда 24-го числа испанские терции эрцгерцога Альберта  штурмом взяли город Кале, покрушив там в капусту гугенотов. И вот тут Елизавета Английская задергалась. Испания получила прекрасный порт в 40 милях от Дувра!!! Призрак новой Армады замаячил перед Англией довольно четко. Собственно, Филипп II, узнав о захвате Кале, начал усилено готовить корабли к выходу. Однако ситуация для Испании осложнялась тем, что идальго ждали в этом году ДВА серебряных конвоя с 12 миллионами песо в общей сложности на борту. Естественно, в Англии созрел вариант атаковать испанцев в своих портах, чтобы сбить график выхода Армады и уничтожить испанские корабли.Срочно заняв денег у голландских банкиров и к июню смогли укомплектовать огромный флот в 150 судов (из них - 17 кораблей королевских), и посадить десант в 7500 человек (более просто не было, т.к. 12000 держали в Голландии, 4000 были отряжены во Францию согласно договору с Генрихом Наваррским, а 10000 перебросили в Ирландию для подавления восстания в Ольстере). Командовали экспедицией лорд Говард и граф Эссекс. Быстро преодолев расстояние до Кадиса 29 июня англичане появились перед портом. В этот момент в Кадисе находилось 40 военных кораблей и 16 больших торговых галеонов, предназначенных для конвоя в Америку. 30 июня в 5 утра испанцы атаковали англичан и вели с ними артиллерийскую дуэль на ближней дистанции 2 часа, однако, подавленные огромной численностью кораблей, были вынуждены отойти. Англичане смогли захватить тяжело поврежденные галеоны "Сан-Матео"  и "Сан-Андрес", еще два галеона - "Сан-Фелиппе" и "Санто-Томас" сели на мель и были сожжены во избежание захвата самими испанцами. Англичане на плечах у испанского флота ворвались в гавань и высадили десант на перешейке Пунталь, атаковали с двух сторон ключевой пункт обороны города - мост Суазо, и захватили Кадис. Взяв с города контрибуцию в 120 тысяч дукатов и полностью разграбив Кадис, англичане ушли домой. Всего потери испанской казны оцениваются в 5 миллионов дукатов, однако это не помешало Филиппу II уже в октябре 1596 года собрать новую Армаду в 167 судов (81 в Лиссабоне, 41 в Виго, 16 в Севилье, плюс 30 баскских паташей), посадить туда  10 тысяч солдат и под командой Мартина де Падильи отправить для десанта в Ирландии. Узнав о новой Армаде Англия оцепенела от ужаса - войск в самой Англии почти не было, 18 тысяч находились в Ирландии, 12 тысяч - в Голландии, это была  ВСЯ армия Елизаветы. Королева была УВЕРЕНА, что испанцы собираются высадиться в самой Англии. Конец казался совсем близок. Однако эта армада не смогла дойти до Англии - в октябре она попала в ужасный шторм у мыса Финистерре, и корабли укрылись в своих портах. Во время непогоды было потеряно 25 кораблей. В 1597 году Филипп решает послать новую Армаду для высадки именно в Англии, корабли собирает в Ферроле. Англичане, хотевшие опять произвести превентивный удар, попали в июле 1597-го в шторм у Плимута, английский флот понес большие потери, корабли были сильно повреждены. 1 октября 1597 года в море вышли 136 испанских кораблей с 8500 солдат под командование Хуана дель Агилы. 17 октября испанцы достигли входа в Канал, 19-го были готовы начать высадку в районе Фалмута, но тут разфгрался сильный шторм. Тем не менее 4 корабля все же успели произвести высадку 400 испанских солдат, на которых в это время глазели остолбеневшие английские милиционеры. Эти 400 бойцов проделали марш по направлению к Лондону, неторопясь разбили лагерь и в полной боевой готовности сели ждать подкреплений. Через два дня, поняв, что высадка отменена, они вернулись к берегу и сели на свои корабли. Их не атаковали ни при пути туда, ни при пути обратно.