𝐀𝐓𝐎𝐌𝐈𝐂 𝐂𝐇𝐄𝐑𝐑𝐘

Южная Америка и Африка становятся фронтиром для для испытания новых полицейских технологий

https://t.me/saygin_opinion/11884 В действительности, в данном контексте стоит говорить еще об одном театре развертывания экспериментальных систем полицейского надзора и тюремного содержания. И, как ни странно, он также имеет связь с «Пэйпал-мафией» и, вероятно, Сальвадором. Это Китай. Думаю, едва ли можно найти человека, который никогда не слышал про Blackwater и его основателя Эрика Принса. Но мало кто знает, что в узких кругах Принс ценится не столько как специалист по вопросам военного характера, сколько полицейского. После завершения работы в Ираке он переориентировался на новый рынок и активно продвигал свои услуги в странах со сложной криминогенной обстановкой (как раз в ЛатАме, Африке, на Ближнем Востоке). Продвигал, судя по всему, настолько успешно, что обзавелся собственным колледжем по подготовке специалистов в «области безопасности» в Пекине (!), который занят подготовкой полицейских кадров, а в 2018 году его гонконгскую компанию подловили на получении контракта в Синьцзяне – да, том самом Синьцзяне с уйгурами, тотальным полицейским контролем, лагерями перевоспитания и прочими интересными вещами... в том числе филиалом упомянутого выше пекинского колледжа по безопасности. Злые языки говаривают, что контора Принса работала в Синьцзяне как раз над цифровизацией исполинских китайских «лагерей перевоспитания». И недавно похожий «лагерь перевоспитания» возвели в... Сальвадоре. Мега-тюрьму строго режима CECOT, буквально напичканную современными системами слежения за заключёнными, которых там, к слову, содержится 40000. Стоит ли добавлять, что Эрик Принс находится в добрых отношениях с «Пэйпал-мафией», и они прекрасно сотрудничали в ходе прошедшей недавно предвыборной компании в США, совместно продвигая кандидатуру Дональда Трампа? @atomiccherry 💯

Американцы, к сожалению для нас, допилили антидронную турель. Израильтяне кстати тоже. У нас наверное ведутся углубленные НИОКРЫ, осваиваются деньги. Иначе не могу объяснить, почему за 3 года ни одной автоматизированой турели никто не показал. Непосильная задача.

https://t.me/zhivoff/17910 А какой смысл и какую сокровенную цель имеет разработка «вооружения» такого характера? Какова его тактическая ниша? Как оно будет применяться на поля боя? Пулемет винтовочного калибра имеет откровенно малую дальность эффективного ведения огня по воздушным целям. Соответственно, для борьбы с небольшими дронами необходимо размещать такого рода пулеметную турель непосредственно на линии фронта (если говорить про поддержку пехотных подразделений). Вопрос – боевые действия уже ведутся исключительно дронами? Миномёты, автоматические гранатомёты и иные традиционные вооружения на поле боя ныне отсутствуют, чтобы быть в сжатые сроки задействованными против турели такого типа и уничтожить её? Подходит ли она для установки на технику? Весьма сомнительно – система автозахвата цели будет сбоить при движении даже на ровной асфальтированной трассе, а если речь идет о полевых дорогах, о вибрации самого танка/БМП? И это мы еще не говорим о плотности зенитного огня, который вообще в состоянии обеспечить одиночный ствол пехотного пулемета. Отдельно забавляют приведенные кадры «испытаний» – машина находится на ровной площадке в статике, расстреливаемые ею дроны перемещаются прямолинейными траекториями, не меняя высоту, представляя собой хорошо различимые одиночные цели. Это имеет хоть какое-то отношение к тому, как применяются коптеры военного образца на поле боя? Я даже не буду касаться вопроса «стелющихся» к земле дронов на оптоволокне, которые машинное зрение с большой степенью вероятности просто не сможет выявить. Кстати, а что там насчёт «дружественного огня»? Итого: «допиленные антидронные турели» это не более чем дорогостоящая игрушка, совершенно не проработанная ни с точки зрения технических вопросов, ни с точки зрения концепции и тактики применения. Чтобы получить более-менее приемлимое решение в данной сфере, нужны не новомодные нейросети, а принципиально новые образцы ЗЕНИТНЫХ пулеметов, которые прежде всего будут обеспечивать необходимую плотность огня – то есть что-то, аналогичное системе Дардика от 1959 года. Никаких дешевых и ассиметричных средств противодействия дронам не будет. Это уже давно стоит признать. @atomiccherry 💯

Итак, наконец-то завершен цикл, посвящённый видоизменениям, которые претерпели украинские вооружённые силы за период боевых действий. Последний материал повествует о Силах беспилотных систем. Дроны так или иначе стали одной из наиболее ярких и отличительных черт российско-украинского конфликта, и, в свою очередь, прямо повлияли на трансформацию ВСУ, которые сформировали уникальный род войск, заточенный именно на применение вооружений подобного типа. Я редко пишу подробные и интересные превью к публикуемым в блоге статьям – признаюсь честно, они даются мне нелегко. Не смог я это сделать и сейчас, однако вместо этого мне хотелось бы вынести ряд тезисов из самого материала, сделав их доступными для широкого круга читателей. 1. Изучая и анализируя эволюцию применения БЛА/ДПЛА в рамках текущего конфликта, мы должны начинать свои изыскания еще с периода боевых действий, начавшихся в 2014 году. Именно они заложили предпосылки формирования той системы, что мы можем наблюдать в данный момент времени. 2. Суть концепции Сил беспилотных систем как рода войск – это не формирование жесткой и упорядоченной штатно-организационной структуры, каковую тщетно пытаются выявить многие исследователи тематики. Напротив, они являют собой нечто, похожее на британские ORS времен ВМВ – «собрать вместе как инициативных специалистов, выделить им необходимое финансирование и получить результат». В действительности, практически каждое подразделение СБС уникально по своей структуре, возможностям, численности личного состава и применяемым типам БЛА. 3. Мастерские, сборочные цеха, лаборатории взрывотехников, отделы аналитиков – данные структуры обеспечения подразделений СБС представляют собой ядро возможностей этого рода войск. Они едва ли хоть как-то регламентированы, но именно их существование в подобном формате позволяет добиться высокой степени адаптации дронов на поле боя. Украина испытывает проблемы с производством стандартизированного промышленного военного оборудования, но подразделения СБС компенсируют данный недостаток за счет концентрации специалистов, силами которых неудачная военная продукция доводится до работоспособного состояния и успешно задействуется в боевых действиях. 4. Ключевая тактическая ниша РУБпАК – это роль «пожарной команды». Там, где раннее необходимо было задействовать механизированные части, теперь задачи купирования вражеских прорывов могут решаться силами подобных подразделений. Их оружие более мобильно, высокоточно, оно позволяет решать задачи, как связанные с борьбой с танками, так и дистанционной постановкой минных заграждений. Надеюсь, интересующиеся данной тематикой найдут для себя что-то новое и ценное в представленной статье – словом, приятного чтения. Статья на Boosty: https://boosty.to/atomiccherry/posts/eec10c6a-ce89-4c1b-8631-0f3d56fe080f Статья на Patreon: https://www.patreon.com/posts/transformatsiia-115716560?utm_medium=clipboard_copy&utm_source=copyLink&utm_campaign=postshare_creator&utm_content=join_link @atomiccherry 💯

В 2021 году Букеле объявил биткойн официальным платежным средством. Теперь он затягивает в страну представительства технологических гигантов и стартапы. Координирует свои действия с тем же Маском, вот статья об их недавней встрече

https://t.me/russ_orientalist/18712 Часто принято вспоминать Сальвадор в контексте связей его правительства и «Пэйпал-мафии», рассматривая их исключительно через призму чудачеств навроде криптовалюты. Однако, в этой ситуации кроется куда более глубокая подоплека. Все известно, что Наиб Букеле в кратчайшие сроки разгромил сеть преступных организаций, десятилетиями терроризировших Сальвадор. Более того, речь идет не просто об уличных бандах – отнюдь, это международного масштаба ОПГ, пустившие корни в США и работающие на мексиканские наркокартели. Никто, впрочем, не задается вопросом о том, как это было реализовано заштатной латиноамериканской страной с совершенно смехотворным количеством силовиков (совокупная численность армии и полиции Сальвадора вместе со всеми служащими, включая клерков – менее 30 тыс. человек). Что мы знаем о «Пэйпал-мафии», Питере Тиле и его детище Palantir? В основном лишь заунывные рекламные лозунги про инновационные методы обработки данных, потенциальные возможности военного применения и прочие откровенно неинтересные факты. Между тем, Palantir давно начали нарабатывать свою репутацию и капитализацию на таких актуальных темах, как борьба с организованной преступностью. Программное обеспечение компании применялось полицией Нового Орлеана, DEA и CIA для операций в Мексике, ICE он используется (негласно) для поиска и депортации нелегальных мигрантов... Проблема состоит в том, что при всех выдающихся перспективах данного продукта (как он работает и что из себя представляет, мы разберем отдельно), его легальное масштабное применение в США или, скажем, Европе просто-напросто невозможно – идея «электронного следователя и судьи» не только вызывает осуждение и страх, но и чрезвычайно зарегулирована. Все случаи применения Palantir в правоохранительной сфере регулярно сопровождаются скандалами, что существенно тормозит развитие проекта. Для дальнейшей его прогрессии необходим практический опыт, который можно получить, решая масштабные задачи с большим количеством данных. А получить его возможно лишь на переферии, в «серой зоне» – например, в Сальвадоре. С чего все начиналось? В Сальвадоре ненавязчиво стали внедряться системы электронного мониторинга общественного пространства. Южная Корея (любопытный факт: ЮК имеет самый, пожалуй, интересный набор контрактов с Palantir) в лице агенства KOICA смонтировала масштабную систему уличного видеонаблюдения в интересах полиции страны; более того, американское правительство выделило Сальвадору существенные средства на те же цели. Американские компании также предоставили некоторые средства для контроля телефонных и интернет-коммуникаций, тем самым поспособствовав формированию полноценной сети мониторинга. «Глаза» и «уши» системы были установлены, а далее в дело включился ее «мозг» в лице Palantir. Итогом того стали масштабные зачистки преступных группировок, которые в кратчайшие сроки были реализованы по всему Сальвадору – арестовано было 76 тысяч человек (впрочем, это минимальная из называемых цифр). При этом, несмотря на всю силу, влияние и численность, криминал раз за разом оказывался уязвим перед лицом полицейских операций. Аресты дезорганизовали даже столь крупные банды, как MS-13 и 18th Street, и десятки тысяч преступников оказались в тюрьме. Как был организован процесс зачистки? Никто этого не может сказать, включая инсайдеров из полиции и армии Сальвадора. Формально, конечно же, никакой Palantir в этом не фигурирует. Оперативные группы лишь получали списки лиц, подлежащих аресту, но кто и каким образом их формировал – ответить решительно невозможно. В списки попадали все, кто имел хоть какое-нибудь отдаленное отношение к правонарушениям (7000 человек впоследствии были отпущены), что пикантным образом навело всех интересующихся темой на мысль о присутствии в процессах отбора машинной логики. @atomiccherry 💯

Летом на канале был опубликован своего рода прогноз и разбор того, почему сфера наземной военной робототехники в российско-украинском конфликте, несмотря на всю её привлекательность, не получит существенного развития. Он был написан на основе некоторого личного практического опыта и, увы, оказался верным. С учётом обстоятельств, стоит продолжить обсуждение данной тематики – ведь актуальность её не ставится менее острой. Как можно наблюдать, за прошедший год мы не можем найти ни одного решения в сфере наземной военной робототехники, которое было бы масштабировано – а это единственно верный критерий успеха подобных проектов в условиях военного времени. Тематика БЛА/ДПЛА демонстрирует нам, что удачные технические решения в кратчайшие сроки становятся предметом изучения, заимствования и широкого распространения по обе стороны линии фронта. В сфере наземных аппаратов подобного не произошло. Кустартные проекты не могут обеспечить качественного производства сложных узлов, которые требуют больших средств и сложного оборудования – например, ходовой части. У проектов промышленного уровня мы видим иную ситуацию – их концепции глубоко устарели, они формировались в «стерильных» условиях до 2022 года. Апробация их в зоне конфликта оказалась в равной степени неудачной вне зависимости от страны-производителя (европейские и американские решения оказались столь же неприменимы и непрактичны, как украинские и российские). Огромное количество вопросов в сфере применения НРТК требует исключительно практического опыта – даже при поверхностном знакомстве с темой мы сталкиваемся с такими банальными вопросами, как, к примеру, ограниченный угол обзора. Особняком стоит упомянутое в предыдущем тексте взаимодействие – наладить таковое оператору НРТК с пехотой намного сложнее, чем экипажу пилотируемой наземной машины. Большие вопросы вызывают каналы управления – количество, конструктивная сложность и качество средств радиоэлектронной борьбы лишь растут (и, очевидно, ситуация в данной сфере НЕ будет становиться менее сложной). Отдельно стоит отметить откровенную неадекватность многих технических команд, их оторванность от реалий. Подавляющее количество проектов демонстрируют нам утопических «боевых роботов», имеющих массу функций – ни одна из которых не демонстрирует себя положительно. Опыт боевых действий же настойчиво обращает внимание на то, что действительно актуальных и поддающихся реализации сфер в тематике НРТК две: 1) Логистика переднего края; 2) Самоходные штурмовые заряды. При реализации удачного грузового робототехнического комплекса можно было бы доработать таковой и обратить внимание на сферу медицинской эвакуации с передовой, но в данный момент даже она видится слишком сложной. Ценность же аппаратов первых двух категорий была бы многократно более высокой, чем у любой «беспилотной танкетки» и иных аналогичных решений, делающих упор на применение вооружения. Современная пехота лишена адекватных средств снабжения в силу круглосуточного контроля линии фронта в режиме реального времени с применением БПЛА. Использование автомашин де-факто невозможно, воздушная доставка грузов с использованием тяжелых коптеров по некой причине не развита (но это перспективное направление), иные средства механизации отсутствуют – пехотные подразделения вынуждены обеспечивать себя самостоятельно, подвергаясь опасности при выполнении операций логистического характера. Кроме того, боевые действия требуют постоянного противодействия полевым фортификациям и укрепленным строениям – данная проблема также часто решается использованием носимых вручную штурмовых зарядов, хотя данная сфера может быть успешно механизирована (сделать надежный транспортер 3-4 мин типа ТМ-62 – задача более чем реальная). Подытоживая: ситуация не изменится до тех пор, пока не произойдет трезвой переоценки военных потребностей, формирования соответствующих им концептов НРТК, после чего к решению задач будут подключены инициативные технические специалисты, проммощности, финансирование, проекты будут обкатываться на практике – иначе данная сфера не получит развития. @atomiccherry 💯

https://t.me/atomiccherry/680 К слову: «США разрешили отправку военных подрядчиков в Украину — впервые после полномасштабного вторжения России в 2022 году. Об этом сообщили Reuters и CNN. CNN добавляет, что к системам вооружения, которые будут обслуживать подрядчики из США, относятся истребители F-16 и системы противовоздушной обороны Patriot». Начало процессу положено. @atomiccherry 💯

Каким бы эффективным не был Маск и его коллеги, какие бы стартапы они не запускали (а у них много таких проектов), им сложно будет обойти лидеров американского ВПК. Даже с учётом своего президента. А вот получить испытательный полигон, на котором можно будет продемонстрировать превосходство нового поколения вооружений, с искусственным интеллектом, высокой точностью, минимальным количеством жертв, – это можно!

https://t.me/russ_orientalist/18707 Полагаю, амбиции и планы американского big-tech (в частности, «Пэйпал-мафии») являются куда более масштабными и выходят за рамки одних лишь военных подрядов от Пентагона. Из чего структурно состоит, к примеру, бизнес Илона Маска, одного из самых именитых членов команды Дональда Трампа? Аэрокосмические технологии и автомобильный бизнес – и не традиционный, а основанный на компьютеризированных электрокарах. И серьёзным препятствием на пути развития данного направления стоит законодательная регуляция внедрения в машины автопилотов. Почему это вообще важно и перспективно? Очень просто – демографический переход. Сколько бы правительства по всему миру не пытались сопротивляться ему, невозможно повернуть вспять падение рождаемости, сокращение численности населения и, соответственно, рабочей силы. Единственная обозримая перспектива компенсации последствий демперехода – повсеместная роботизация рутинных процессов. Аналогично тому, как в прошлом веке компьютеры поспособствовали автоматизации расчётов и формированию баз данных, в веке текущем машины должны снять с общества нагрузку, связанную с грузоперевозками, частью процессов обслуживания инфраструктуры и промышленного производства, охранной деятельностью и т.д. – просто потому, что рабочих рук в перспективе станет слишком уж мало. Тот, кто станет пионером внедрения подобных решений в повседневную жизнь, обеспечит свое лидерство и востребованность на рынке высоких технологий на долгие, долгие десятилетия вперёд. Но в данный момент на пути технологических корпораций стоит бюрократическая система. А для ее преодоления им необходимо продемонстрировать работоспособность своих продуктов, их безопасность, выявить «детские болезни»... и для этого требуется полигон. Украина является идеальным полигоном для такого рода исследований и тестов. Ее экономика пребывает в упадке, больше 10 млн работоспособных граждан бежали из страны, численность рабочей силы стремительно сокращается из-за перманентной мобилизации. Перспективы развития – крайне туманны, потребности военного времени – огромны; по множеству вводных данных она представляет собой то, что ждет многие страны мира в течение ближайших 50 лет... и при является «серой зоной». Нехватка таксистов, дальнобойщиков, армейских водителей? Ее можно в рамках эксперимента компенсировать автопилотами. Промышленная деградация? Малые автоматизированные фабрики. Разрушение коммуникаций? Спутниковые сети связи. Уничтожение энергетики? Атомные реакторы нового поколения (Питер Тиль и SpaceX инвестировали и в такие интересные вещи). Будет ли это работать и давать запланированный результат? Вовсе не факт, но это даст огромный объем данных и практического опыта – а они, в свою очередь, могут оказаться бесценными для формирования будущих технологических продуктов. Практику никогда не заменить моделированием. P.S.: собственно, о Маске. В одном из своих выступлений в последние два дня он в очередной раз сетовал на «чрезмерное регулирования в сфере электрокаров» и делал акцент на том, что борьба с ним – один из его приоритетов в период президентского срока Трампа. @atomiccherry 💯

Так как обсуждение выборов президента США неизменно интересует русскоязычный сегмент Сети в контексте дальнейшего развития российско-украинского конфликта, я позволю себе сделать некоторые примечания по данной тематике. Многие акцентируют внимание на предвыборных обещаниях Дональда Трампа «остановить все войны» – можно сказать, это лозунг его политической программы. Однако, вероятность претворения подобного в жизнь, на мой субъективный взгляд, чрезвычайно низка – сложно представить, что некая внешняя сила (с весьма, надо отметить, пошатнувшимся авторитетом и очевидно поветшавшими военно-политическими возможностями) может принудить к повиновению Израиль, Россию, Украину, Иран, Азербайджан... а значит, происходящие сейчас события будут продолжаться и далее. Впрочем, было бы весьма наивно полагать, будто в Америке и, в частности, в команде Трампа не осознают этого факта. Стоит сказать и более того – если подробнее ознакомиться с риторикой республиканцев, то можно увидеть, что их возмущает не сам факт поддержки Украины, а то, насколько она неэффективна и безвозмездна. Далее еще один интересный факт: за кандидатурой Дональда Трампа стоит существенная часть американского big-tech и специалистов по оказанию частных военных услуг – в частности, такие мастодонты отрасли, как Эрик Принс. Их объединяет кое-что общее – они полагают, что классические государственные институты более не справляются с эффективным решением поставленных задач (критикуя их в т.ч. в контексте Украины) и полагают необходимым их замещение, а также заинтересованы в том, чтобы сломить гегемонию старых оружейных корпораций («Пэйпал-мафия» в последние годы активно присматривается к вакантным нишам на рынке вооружений). Чтобы лучше понимать этот образ мысли, стоит вспомнить историю NASA и Илона Маска. «Неэффективное, погрязшее в бюрократии агенство на госфинансировании против частного производителя, который за те же деньги вывел отрасль на новый уровень». Аналогичное, как им видится, можно сделать, к примеру, с армией. Так вот, подводя к сути текста. Стоит предполагать, что в рамках исполнения предвыборных обещаний новая администрация президента США действительно прекратит прямое финансирование и военно-техническую поддержку Украины – как из-за их паразитического и коррупционного содержания, так и неэффективности. Однако, альтернативой тому (теоретически) может стать активизация деятельности частных военных подрядчиков. И, нужно отметить, подобный подход не будет лишен смысла. В отличие бюрократизированных и инертных программ НАТО по подготовке и техническому обеспечению, ЧВК в прямом сотрудничестве с американскими технологическими компаниями могут куда более активным и гибким образом подстраиваться под реалии современного поля боя – они не стеснены какими-либо регламентами и ограничениями. Гипотетически, такая концепция способна серьёзно осложнить военную обстановку и изменить динамику конфликта, а может, и его облик – ведь это приток новой высокотехнологичной техники, редких и квалифицированных специалистов, огромный ресурс технической разведки и ускорение процесса передачи разведданных. И, что важно, это не стесненная ничем инициатива – ничем, кроме денег. Безусловно, это предполагаемый сценарий, но едва ли приходится сомневаться в том, что последующие события будут менее сложными, чем текущие. Большие конфликты имеют свойство затягивать в себя, словно воронка, всё больше участников и ресурсов, и редко заканчиваются на половине пути. @atomiccherry 💯

И напоследок, перед тем как перейдем конкретно к теме (обстановка, предпосылки, поход, персоналии) небольшое замечание... думаю это будет интересно любителям военной истории. На десерт так сказать. Зачастую, история забывает настоящих героев, оттеняя их более именитыми или коронованными персонами. В случае с крестоносной тематикой это произошло с самой одиозной личностью эпохи. Вы никогда не думали, что общего между сражением при Монжизаре и Донским побоищем (Куликовская битва - ненаучное название)? За обеими глорифицированными победами европейского оружия стоят не совсем те люди на которых указано в книгах и учебниках. Победа над ордынцами по мнению Олега Двуреченского - принадлежит авторству Дмитрия Боброка-Волынского, самого опытного военного кадра в союзе, а не Дмитрия Донского. Боброк участвовал во всех значимых столкновениях эпохи: от похода на булгар - до Вожи и Куликова поля. Т.е. он уже бил степняков (тогда был получен откуп в 5000 рублей) В случае с Монжизаром, хоть общее командование кампанией осуществлял король Балдуин, несомненно проявивший недюжинные военные способности (в 16 лет!) - главную лобовую атаку рыцарей на центр саладинового войска возглавил Рено де Шатильон (Рене де Шатийон). В обоих случаях, обязательным условием успешной конной атаки является: опытный кавалерийский командир. Что в случае с Монжизаром, когда надо было застать противника врасплох; что в случае с Куликовым полем - провести таранный удар в нужную фазу боя. Для этого нужна чуйка, чтобы словить тайминги и рассчитать дистанции для атаки - конница должна набрать максимальный разгон. Чего не могли сделать малоопытные Балдуин и Дмитрий. Рено, к слову, атаковал в момент перестроения войска противника - о чем свидетельствовал Салах-ад-дин. Вот так, КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЕ! Даже если "старые". Особенно "старые".

Евросоюз вынужден закупать российскую нефть, чтобы Путин не заработал больше где-нибудь в другом месте – Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен

https://t.me/politota_plus/52286 В свое время меня чрезвычайно увлекало чтение рассекреченных и допущенных к публикации документов из архива ЦРУ – в частности, они являются едва ли не единственным источником информации об Ирано-иракской войне. Чрезвычайно большой интерес представляют собой докладные записки, посвящённые поставкам оружия в Иран... европейскими странами. После Исламской революции Тегеран оказался в повсеместной изоляции, а интенсивность вспыхнувшей вслед за этим войны превышала, пожалуй, даже масштабы текущего конфликта в Украине. Как нетрудно понять, Иран нуждался в оружии и готов был платить за него любые деньги – собственного производства в стране не было, а арсеналы шахских времен были довольно скромны. Несмотря на разрыв дипломатических отношений, торговую и политическую изоляцию, европейские страны не стали терять возможности заработать на проблемном изгое. Некоторые государства втайне продавали легкое вооружение и взрывчатые вещества, кто-то, как ФРГ или Испания, вовсе строил в Иране целые заводы (да-да, западные немцы построили Тегерану завод по производству противотанковых ракет, а испанцы – миномётов). Янки, само собой, были чрезвычайно недовольны подобным нарушением мер изоляции (что не мешало им продавать оружие самим, но да ладно), на фоне чего случались целые дипломатические скандалы. Особенно меня позабавило читать о том, как испанцы ловко парировали обвинения американского военного атташе. Аргументация их была чрезвычайно проста – «да, безусловно, Испания может не продавать оружие Ирану, но тогда это сделают британцы или немцы. Конечно, Америка может надавить и на них, но ведь в таком случае все деньги вовсе достанутся китайцам!». Морали в этой истории нет... а аналогия, думаю, ясна всем и без лишних пояснений. @atomiccherry 💯

По меньшей мере 14 ядерных хранилищ России находятся в опасной близости от фронта и зоне досягаемости украинских беспилотников и ракет, пишет эксперт по ядерной безопасности Уильям М. Мун в статье для Foreign Affairs. По оценке эксперта, это создает угрозу случайного начала ядерной войны и демонстрирует, что Россия "больше не является добросовестной ядерной державой"

https://t.me/ejdailyru/278372 Как было сказано в одном из последних текстов на канале, «в современном мире вовсе не обязательно устраивать газовые атаки в духе Первой Мировой – достаточно атаковать баллистическими ракетами предприятие химической промышленности на территории противника, и получить не менее разрушительный результат». Я всегда скептически воспринимал возможность применения оружия массового поражения в неком «конечном» формате (боевые отравляющие газы, тактические ядерные боеприпасы и пр.), несмотря на все сопутствующие этому политические заявления. Однако, вероятность применения такового путем организации техногенной катастрофы присутствует в российско-украинском конфликте с первых дней его начала. Подобный сценарий, как может показаться, не несет военных выгод. Однако, это не так. Любое химическое/радиационное загрязнение несет в себе необходимость максимального напряжения организационных усилий, привлечения сил и ресурсов. Это необходимость массовой эвакуации населения, огромный объем медийной антикризисной деятельности, привлечение спецтехники и людей, огромные денежные траты и долгие месяцы тяжёлого труда. Словом, происшествие такого характера вполне может оказать влияние на ход боевых действий. Как можно заметить, подобные рассуждения имеются и в среде западной аналитики. Это означает, что банк целей такого характера {химзаводы, хранилища отходов и т.д.) уже составлен и изучен военными специалистами – соответственно, сценарий/план «умышленной техногенной катастрофы» существует и, теоретически, может быть приведен в исполнение. Повторюсь, в данный момент мы наблюдаем формирование нового этапа конфликта с обновленным набором уникальных условий. Конечный облик и характерные черты данного этапа, гипотетически, могут принести неожиданные и весьма неприятные последствия. Учитывая данный факт, было бы разумно готовиться к купированию подобного сценария заранее. Оборудовать объекты дополнительными инженерными защитными сооружениями: обваловкой, противодроновыми сетями, решётками. Произвести маскировочные мероприятия по обустройству ложных целей и изменение силуэтов существующих. Усилить наряд средств противовоздушной обороны (включая тактическое звено – зенитные пулеметы, МЗА и пр.). Выделить силы и средства на организацию внештатных пожарно-спасательных групп (людей, средства пожаротушения, дежурную технику). @atomiccherry 💯

Рассчитывать на обрушение тяжпрома в Украине - ну, наверно, это может быть целью, но насколько она реалистична? Особенно после заявлений Байрактар и Рейнметалл о строительстве своих заводов. А если прикинуть, что новые военные заводы строятся теперь у нынешних вынужденных союзников Украины в лице почти всей остальной Европы? Достижима ли цель разрушения тяжёлой промышленности противника? В общем, вопросов много.

https://t.me/saygin_opinion/11860 Если посмотреть на количество производств, имеющих отношение к военной индустрии, которых Украина лишилась с 2014 года по настоящие дни, и наложить его на количество производств, появившихся в качестве замены потерянных – то ответ станет очевиден. Это вполне достижимая цель. Более того, Украина потеряла не просто заводы и комбинаты, имеющие прямое или косвенное отношение к военному производству, а составляющие высокотехнологичных индустриальных кластеров, которые являются одним из катализаторов развития экономики. Нет индустриализации – нет необходимости в образовании и науке, нет стимула развития человеческого капитала. Это огромный долгосрочный урон, восполнение которого требует высокой культуры организации и стратегического планирования – т.е. того, что у украинского военно-политического руководства отсутствует. Это не некое злословие, а данность – Киев не смог организовать после 2022 года эвакуацию тех заводов, что впоследствии оказались в зоне боевых действий, а те же предприятия, что передислоцировались самостоятельно, благополучно канули в безвестности, лишенные какой-либо адекватной поддержки со стороны государства (или же перестали быть украинскими). Что касается темы «строящихся заводов». Если обсуждать тот же Baykar смысла нет (ибо «строится» он еще с 2021 года, да так активно, что Украина уже давно перестала заключать с данной компанией контракты на закупку авиатехники), то с «Рейнметалл» все интереснее. Формально, данный завод... уже есть. Ещё с 2023 года. Но в действительности, это не производственное предприятие, а исключительно ремонтно-техническое – оно занимается обслуживанием поставленных Германией танков и БМП. Что же касается выпуска техники и боеприпасов – даже если представить, что гипотетически это будет сделано, то как? Военной химии основной источник таковой в НАТО в лице завода HAAP выдать больше, чем есть сейчас, не в состоянии – а ее, замечу, недостаточно, чтобы производить более-менее адекватное количество боеприпасов даже в рамках Альянса. Крупноузловая сборка техники? Что ж, это было бы вероятно, если бы не буквально штучное производство таковой в самой Германии. Свежий пример – поставка 19 (!!!) ЗСУ Skyranger для Бундесвера, которая оказалась неподъемой задачей для «Рейнметалл» и растянется на долгие, долгие годы. Как в подобных условиях обеспечивать еще и дочернее предприятие (которое в любой момент существования имеет риск стать объектом для наведения крылатых ракет) – это интересный вопрос. Можно вспомнить и обещанные еще в 2022 году сначала к «поставкам», а затем к «локализации производства» САУ RCH-155, которые так и не были произведены KNDS за 2,5 года хотя бы в количестве 1 шт. @atomiccherry 💯

В качестве интересного исторического факта: первый продукт, который стал объектом своеобразного «ленд-лиза» (но в обратную сторону – самой Америке), был порох. В юных США, вступивших на путь борьбы за независимость, не было ни одного компонента для производства пороха, кроме древесного угля. Точнее сказать, все необходимое в Северной Америке все-таки имелось, но его требовалось добывать и обрабатывать в промышленных масштабах. Штаты же не задавались этим вопросом – до войны порох в необходимых масштабах поступал из Британии, поэтому непосредственно американское производство ограничивалось лишь кустарными промыслами (вроде выпаривания селитры из мочи). Но когда наступила Война за независимость, поставки британского пороха были прекращены (что логично) – тем не менее, это не помешало Америке потратить его в размере 10 тысяч тонн (колоссальные по тем временам цифры – для сравнения, за 12 лет Наполеоновских войн совокупный расход пороха составил 50 тыс. тонн). Откуда он взялся? Был доставлен из Испании и Франции, которые поддержали восстание колонистов. Не случись этих поставок – остаётся лишь предполагать, как в конечном итоге повернулся бы ход войны. Такая вот любопытная взаимосвязь между историческими событиями и стратегическими материалами той или иной эпохи. Мы, увы, редко обращаем внимание на химию в подобном контексте – а ведь она является неотъемлемой частью общей картины. @atomiccherry 💯

Давно не было анонсов новых публикаций в блоге на Boosty, поэтому стоило бы исправить данное упущение. 1) ВВС Украины как пример неправильной расстановки приоритетов в военное время https://boosty.to/atomiccherry/posts/ac470e5b-9135-4ade-904b-dc27224d0962 – статья, посвященная анализу ошибок руководства украинских военно-воздушных и рассуждениям о том, как бы могли выглядеть и работать современные ВВС в небольшой стране с ограниченным военно-техническим потенциалом. 2) Ракетные вооружения: мифы и реальность (часть I) https://boosty.to/atomiccherry/posts/bce8de23-b034-48f7-ab7e-ca83726ddcc5 – новый цикл, посвященный ракетам. В нем мы дерзнем охватить историю их развития, концепции применения, некоторые технические аспекты (в частности, связанные с системами наведения) и, само собой, мифы, связанные с эффективностью их применения. Также мы продолжаем системно охватывать историю развития противовоздушной обороны – в рамках этого процесса опубликован большой подцикл, посвященный развитию тяжёлой зенитной артиллерии. Не будет преувеличением сказать, что это набор уникальной для русскоязычной аудитории информации, связанной со становлением одного из самых высокотехнологичных видов войны. 1) Становление современной противовоздушной обороны (часть I): германская тяжелая зенитная артиллерия и концепция зенитных башен https://boosty.to/atomiccherry/posts/0a3f8413-0cdb-4920-bf9d-3920b09d6c78 2) Становление современной противовоздушной обороны (часть II): тяжелая зенитная артиллерия СССР и стран Соцблока https://boosty.to/atomiccherry/posts/64146a3a-643c-48d8-b742-00df4422c7b8 3) Становление современной противовоздушной обороны (часть III): опыт Японской империи https://boosty.to/atomiccherry/posts/f66fa3c7-a644-4699-b3ba-aaccd59cf2b9 4) Становление современной противовоздушной обороны (часть IV): опыт США и Великобритании https://boosty.to/atomiccherry/posts/f850dae3-89f4-480f-9525-38e66f32afd9 5) Становление современной противовоздушной обороны (часть V): тяжелая зенитная артиллерия Франции, Италии, Швеции и итоги подцикла https://boosty.to/atomiccherry/posts/86266b59-77e4-4ec9-acd4-0b38767f80fc И, наконец, организационный момент. В какой-то период времени зарубежные читатели массово столкнулись с невозможностью чтения статей в блоге на Boosty. Техподдержка, к сожалению, полностью проигнорировала данный вопрос (нужно сказать, что характер проблемы очень похож на «теневой бан»), но нам удалось решить его, заведя блог на Patreon: https://patreon.com/_atomic_cherry Материалы на Patreon находятся в процессе переноса, и часть статей там уже присутствует. Всем приятного чтения! @atomiccherry 💯

К вопросу о переговорах и заморозке. Данная тема становится поводом для обсуждения с завидной регулярностью – раз в полгода в информационное пространство стабильно изливается поток инсайдов, аналитических статей, слухов. Проблема заключается в том, что хоть сколько-нибудь обоснованной основы для переговоров нет. Таковая требует или достигнутых военно-политических целей, или готовности идти на компромисс – но, как несложно заметить, все перечисленное в российско-украинском конфликте отсутствует, а некая «неопреодолимая сила обстоятельств» едва ли способна остановить процесс вооружённого противостояния. Более того, любые размышления по данной теме упираются в как таковое отсутствие у широкой публики понимания того, как вообще выглядят те самые «достигнутые военно-политические цели». Москва закономерным образом держит таковые в тайне (наступающей стороне разумно не раскрывать собственной конечной цели), а Киев оперирует исключительно яркими политическими лозунгами, какие не имеют ничего общего с реальным положением дел. Однако, некоторые (пускай и ограниченные) выводы мы можем сделать самостоятельно, отследив ряд тенденций. Итак – Украина, очевидно, рассматривается в Москве как приоритетная военная угроза не только в текущий момент, но и в дальней перспективе. Об этом свидетельствует содержание как переговоров в Беларуси, так и последующих Стамбульских соглашений. РФ активно настаивала не только на внеблоковом статусе Киева, но и на сокращении украинских вооружённых сил. Но переговорный процесс зашел в тупик, и боевые действия продолжились – и, нужно предполагать, истинной целью Российской Федерации в них является именно что сокращение или даже нейтрализация украинского военного потенциала на государственном уровне. Каким образом это можно достигнуть? Через уничтожение тяжелой промышленности. Желательно – полное. Украина в высоких темпах теряла свои промышленные кластеры и до начала конфликта с РФ, однако, тем не менее, сохраняла достаточный производственный потенциал даже по итогу событий 2014 года. Его оказалось вполне достаточно, чтобы провести кратное наращивание вооружённых сил и их частичную техническую модернизацию. 2022 год продемонстрировал, что несмотря на низкий уровень организации и слабые компетенции управления, украинская военная промышленность способна не только массово производить ремонты и обновление техники, но и выпускать новые вооружения, в т.ч. высокотехнологичные. Какие-то, само собой, производятся в «штучных» экземплярах, какие-то – относительно массово, но суть состоит в том, что у Украины имеется соответствующая промышленная база и в случае «заморозки» конфликта она вполне может быть применена по назначению. На какие регионы ложится основная тяжесть боевых действий? В какие районы стремятся пробиться российские войска? Вооружившись картой, мы увидим очевидность ответа – это зоны бывших советских «промышленных поясов»: Донбасского и Приднепровского. Вектор российского продвижения пролегает в направлении Харькова, Славяно-Краматорской агломерации, Днепропетровской области – последних зонах концентрации украинского тяжпрома. Здесь же как факт и становится понятна воздушная кампания против украинской энергетики: нет электроэнергии – нет возможности организации промышленного производства. Более того, Украина имела доставшийся от СССР колоссальный резерв энергетики именно для подобных сценариев, когда многочисленные предприятия региона должны были быть мобилизованы под военные нужды. Пускай Киев и не смог сделать этого сугубо организационно, теперь это проблематично реализовать и технически. Так вот, возвращаясь к первоначальному вопросу: приостановка конфликта произойдет тогда, когда Москва достигнет намеченной цели – а она, как можно предположить, кроется именно в лишении Украины индустриального ядра, без которого, в свою очередь, хоть сколько-нибудь полноценные военные приготовления в стране станут неосуществимы. Возможно, лишь тогда наступит этап, когда можно будет более-менее уверенно рассуждать о переговорах. Возможно. @atomiccherry 💯

Я бы позволил себе добавить к анализу уважаемого Юрия Котенка некоторые собственные примечания. 1. Несмотря на потери и снижение темпов мобилизации, украинская армия все еще имеет в своем составе сотни тысяч солдат. Текущий характер боевых действий не позволяет с уверенностью заявлять о том, что столь крупные массы войск могут быть разгромлены в кратчайшие сроки – современное поле боя, как мы наблюдаем, не предполагает концентрации соединений. ВСУ теряют лишь россыпи тактических подразделений и могут без значительной потери боеспособности продолжать вести дальнейшее вооружённое противостояние на протяжении многих месяцев, а с учётом мобилизации – даже лет. 2. Боевые действия текущего года в большой степени были сформированы массой грубых и откровенно некомпетентных ошибок и решений со стороны украинского военно-политического руководства. Однако было бы разумно учитывать факт того, что Киев способен к изменению подходов и формированию соответствующих им доктрин. Речь идет, естественно, о переходе к стратегической обороне – таковая может кратно увеличить продолжительность боевых действий. В данный момент командование ВСУ разрывается между необходимостью держать фронт и демонстрировать способность вести наступательные операции – это существенно размывает их усилия и ресурсы, но при сосредоточении исключительно на обороне у Украины все ещё имеется возможность повторения «позиционного тупика» периода 2022-23 гг. 3. Украинское военное командование имеет в своем распоряжении огромное пространство для манёвров войск. Они могут без каких-либо существенных осложнений позволить себе терять целые районы и даже области, отступая, сокращая линию фронта и уплотняя свои боевые порядки – и одновременно растягивая российские логистические линии. 4. Несмотря на все ошибки, украинский военный заказ вполне прагматично сконцентрирован на двух категориях – беспилотных летательных аппаратах и минных вооружениях. Очевидно, несмотря на разного рода заявления о «заморозке», «переговорах» от украинских спикеров, Киев продолжает планировать дальнейшие боевые действия и исходит именно из необходимости удержания обороны. А статическое положение фронта наилучшим образом достигается именно применением связки мин, дронов и полевой фортификации. 5. Чем дольше идет конфликт, тем больше и разнообразнее становится и будет становиться украинских арсенал средств глубокого оперативного удара. 2 года назад едва ли кто-то мог с уверенностью предположить, что Украина сможет на протяжении нескольких месяцев практически ежедневно атаковать территорию Росийской Федерации с использованием групп самолетов-снарядов. Не стоит сомневаться, что динамика атак будет расти – как их число, так и количество задействованных вооружений. Кроме того, стоит ожидать и появления более высокотехнологичного и опасного оружия – крылатых и баллистических ракет. Украинское руководство допустило к разработке и производству таких типов вооружений частные предприятия (по аналогии с БПЛА/ДПЛА), поэтому их появление – лишь вопрос времени. Опасность подобного очевидна – Киев получит возможность нанесения ударов не только по уязвимым объектам (как НПЗ), но и по предприятиям военной промышленности или инфраструктуре. 6. Следует помнить о факторе оружия массового поражения. В ограниченных количествах газы различных типов применяются в конфликте уже не один месяц. Более того, руководство ВСУ ведет регулярную подготовку к ликвидации последствий применения ОМП: учения подразделений РХБЗ в Украине проходят с завидной регулярностью, несмотря на все сложности, связанные со стабилизацией линии фронта. В пакетах военно-технической помощи НАТО же стабильно фигурируют средства индивидуальной газозащиты, оборудование для дезактивации и пр. Кроме того, в современном мире вовсе не обязательно устраивать газовые атаки в духе Первой Мировой – достаточно атаковать баллистическими ракетами предприятие химической промышленности на территории противника, и получить не менее разрушительный результат. @atomiccherry 💯

Напомню, что до конца года на Украину должны были отправить 75 тысяч военнослужащих подготовленных по НАТОвским стандартам. Еще 30 тысяч минимум были в резерве и там остались. Это уже 100 тысячная армия, которая в боях пока не участвует.

https://t.me/zhivoff/17699 1. В заявлениях о масштабах подготовки личного состава ВСУ регулярно фигурируют подобные «космические» цифры, однако они никогда не соответствуют действительности, если говорить о сроках. Совокупная емкость всех военных полигонов Европы не позволит за несколько месяцев произвести даже базовую подготовку 75 тысяч новобранцев. Напомню, что на подготовку первых 85 тысяч ушло больше года по данным самих же военных чиновников Альянса. 2. Что такое «подготовка по НАТО-вским стандартам»? Подозреваю, о таковых не знают и в самом НАТО, потому что единой программы подготовки украинских военнослужащих в Альянсе не существует. «Стандарт» зависит исключительно от специфики страны, которая принимает мобилизованных на своих полигонах – и они чрезвычайно сильно различаются. Британцы учат практически исключительно тактике городского боя, французы – боям в лесистой местности, американцы – механизированной войне (игнорируя факт того, что по прибытию в Украину прошедших курс подготовки распределяют по легкопехотным частям, которые из элементов механизации имеют только гражданские автомобили). 3. Различаются подходы, содержание программ, длительность курса подготовки – но факт состоит и в том, что львиная доля (85-90%) украинских военнослужащих, проходящих подготовку на полигонах Европы, попадают на курс 2-3-недельной базовой пехотной подготовки. Где-то (как во Франции, например) он длится дольше, но не существовенно. Это солдаты, которых НЕ учат действовать в составе подразделений выше отделения/взвода, полевой фортификации, организации логистики переднего края, эвакуации, работе/противодействию БПЛА. Их минимально знакомят со стрелковым оружием, так-медом, работе в парах и пр. – говоря проще, учат тому же, чему учили еще несколько лет назад афганских военных и полицию. Имеет ли это хоть какое-то отношение к специфике и реалиям российско-украинского конфликта? Как показывают результаты опросов пленных или периодически проскальзывающие в интернете «отзывы» действующих военнослужащих ВСУ – не очень. 4. Опрометчиво откидывать в сторону факт того, что большая часть участников программ базовой подготовки – мобилизованные, в т.ч. насильно (редко обсуждаемая тема, кстати – количество сбежавших с европейских полигонов солдат ВСУ. Французы по опыту 2022 года стали возить их под конвоем и запретили покидать казармы – потому что случались эксцессы, когда мобилизованные сбегали буквально целыми ротами). 5. Подобные «космические» цифры резервов командования ВСУ – плод непонимания того, как работает украинская система распределения пополнений. Украина регулярно формирует новые бригады, которые формально комплектуются личным составом и находятся в глубоком тылу. Однако, лишь формально. В действительности они представляют собой скорее «полки резерва», т.к. комплектуются по двухбатальонному составу. После формирования батальонов те проходят передислокацию по зонам боевых действий – их передают в подчинение уже воюющим бригадам (именно в подчинение – не включают в штат!). Эта система позволяет совершать своего рода двойной обман. С одной стороны, имитировать наличие резервов – ведь, повторюсь, формально штабы новосформированных бригад находятся в тылу, и само соединение «по бумагам» не воюет. С другой стороны – формировать устойчивые мифы про «ветеранские» старые бригады, которые якобы по несколько лет удерживали укрепрайон... (подставить нужное название). Методика переподчинения батальонов позволяет скрыть факт того, что все штатные подразделения в «старом костяке» давно физически уничтожены. Подытоживая: у украинского командования нет циклопических размеров резервов, тем более имеющих единое качество подготовки и управления. Исключение составляют только резервы корпусов (МП, ДШВ) – но их количество исчисляется батальонами, никак не соединениями. @atomiccherry 💯

Задумывались ли вы когда-нибудь, что именно стало катализатором трансформации «джентельменских» войн 19-го столетия в бойни промышленных масштабов, какие наступили одновременно с приходом 20-го века? Нефть. Открытие крекинга нефти дало людям... практически все. Нефть – это истинная кровь войны. Это не только топливо для машин, но еще и все виды взрывчатки, пластиков и медикаментов. Именно наличие методов промышленной и утонченной переработки нефти дало бездымный порох и лиддит, без которых невозможно было бы создать ни пулемет, ни скорострельную артиллерию. Нефть дала возможность кратного увеличения КПД энергосистем, что, в свою очень, оказало прямое влияние на возможности массового промышленного производства. Исторический факт: за первый месяц 1944 года Германия буквально поглотила 22 тыс. тонн тротила, тогда как ей было необходимо в 3 раза больше для поддержания военных возможностей. Крекинг нефти дает выход в 2-3% толуола, а риформинг с катализаторами – около 5-7% – так что на один только тротил немцам требовалось перерабатывать по полмиллиона тонн нефти в месяц. Неудивительно, что к концу Второй Мировой войны все ее участники перешли различные эрзацы от аммонала и пикриновой кислоты до тетрила, даннита и жидкого кислорода с опилками. О чем нам могут поведать эти уроки сейчас? Производство снарядов – это, прежде всего, мощнейшее химическое производство общего назначения, которое нужно создать, поддерживать и выделить в нем излишки, которые впоследствии можно использовать в нуждах военной промышленности. Как мы видим, даже во Вторую Мировую (к которой еще и готовились несколько лет заранее!) – на пике развития военной индустрии человечества, – химическая промышленность была не в состоянии просто взять из воздуха дополнительные (и столь нужные) миллионы снарядов и предоставить их фронтам. Причем, стоит заметить, не в состоянии совершить подобное оказались решительно все – от СССР и Германии до США. Итак, риторический вопрос – почему кто-то ожидает, что на подобные решительные меры и деяния способна промышленность современности? Сейчас, в эпоху, когда вчерашние индустриальные гиганты (как, например, Соединенные Штаты) распродают и собственноручно уничтожают все свои физические активы – и даже не одними лишь отдельно взятыми заводами, а целыми корпорациями, делая это на протяжении целых десятилетий? P.S.: стоит вспомнить, например, американскую корпорацию Monsanto, существовавшую с 1901 года. Она производила... буквально всë – от фосгена и ядерных детонаторов до ГМО-сои. Но от всеобщих трендов долгая и плодотворная история пребывания в авангарде научно-технических достижений человечества еë не спасла – в 2018 году она была поглощена корпорацией Bayer. @atomiccherry 💯

«Снарядный голод». Часть III В итоге к 2000-ым миллионные запасы снарядов старого, дореформенного образца либо вышли за все разумные сроки хранения и были утилизированы, либо были проданы странам третьего мира, как не удовлетворяющие никаким стандартам безопасности НАТО. Но интереснее всего оказалось следующее: на весь блок НАТО (в результате всех оптимизаций) остался... всего один военно-химический арсенал – американский Holston Army Ammunition Plant, который выпускает 90% всего гексогена и октогена, употребляемого Альянсом. Теоретики современности полагали, что достаточно иметь на складах актуальные запасы всего в 10-20 тыс. снарядов – это стало нормой. А потом случился 2022 год. И оказалось, что безопасные, мощные, великолепные снаряды нового НАТО-вского стандарта... кончились меньше, чем за год (здравствуй, 1915 год!), а развернуть расширенное производство новых невозможно в принципе. Да, можно выточить сколь угодно снарядных болванок, а вот построить второй октогеновый завод масштаба HAAP и развернуть все технологические цепочки – это дело не одного года и даже не двух. Бывшие страны Варшавского договора, принятые в НАТО, тоже не слишком-то помогли – ведь стандарты стали распространяться и на них, и последние 30 лет Восточная Европа увлеченно избавлялась от старых небезопасных советских снарядов с истекшим сроком годности путем их продажи в Африку и на Ближний Восток, получая новые смеси IMX-101, OSX-8, PBXW-11 для перевооружения исключительно по остаточному принципу. Ирония заключалась в том, что в бывших странах ОВД было весьма солидное количество заводов по производству октогена и гексогена – но так уж сложилось, что большая их часть была утилизирована на металлолом. Итог неусвоенных уроков прошлого прост в своей закономерности – уже более года НАТО снабжает Украину, следуя «путями предшественников»: эрзацами из различных химических смесей, остатками со складов еще советских времен, старыми и небезопасными НАТО-вскими снарядами, выпущенными до 1984 года, и собранными со всего мира – от Ливии до Чехии. Стоит ли говорить, что порой для расчётов такие боеприпасы представляют даже большую опасность, чем для врага? @atomiccherry 💯

«Снарядный голод». Часть II Затем наступили 1980-ые. После череды крупных (и очень кровавых) катастроф на флоте и в армии, связанных со случайной детонацией сверхмощных октогеновых ракет и снарядов (например, взрыв на авианосце USS Forrestal в 1967 году из-за случайного пуска; 134 погибших, 161 раненых, вдобавок были полностью уничтожены 21 самолет, 39 были значительно повреждены, корабль выгорел наполовину), Пентагон принял новую программу и новый, сначала флотский, стандарт MIL-STD-2105 на малочувствительные ВВ, по сравнению с которыми даже TNT был бы азидом свинца. Стандарт это жесткий (а общеармейский MIL-STD-2105B и общенатовский STAGNAG еще жестче) – боеприпасы, изготовленные в соответствии с ним, должны держать падения с самолетов, несанкционированные пуски, поражения пулями и осколками, пожары и близкие разрывы БЕЗ ДЕТОНАЦИИ. Грубо говоря, бомбу стандарта MIL-STD-2105B можно случайно уронить с самолета в домну... и ничего бы не случилось. Сработать она должна только от срабатывания специального сверхмощного детонатора (также устойчивого и пожаробезопасного). Для того, чтобы не превратить снаряды в детские хлопушки и соблюсти стандарт, требовался колоссальный прорыв в химии взрывчатых веществ. К счастью, «все было придумано до нас» – еще в начале XX века немцы сварили несколько незаинтересовавших их соединений: нитрогуанидин, динитроанизол и нитротриазолон, которые теоретически могли неплохо взрываться, но были слушком уж инертными. В 1980-ые о них вспомнили янки, и в итоге современный снаряд (или ракета) стандарта НАТО состоит из того же октогена, щедро флегматизированного вышеупомянутыми наполнителями, и отполированного разными пластификаторами. Естественно, поскольку стандарт есть стандарт, на новые смеси с 1987 года начали переводить ВЕСЬ контингент НАТО во всех странах – от Германии до Турции. Это влекло за собой колоссальные неподъемные расходы на новые огромные технологические цепочки для синтеза. А затем со сцены в одночасье исчез СССР вместе с Варшавским договором, и копить миллионы тонн снарядов стало резко неактуально. Это повлекло за собой сокращение всех возможных военных программ – при этом потребность в новом вооружении никуда не делась. Старые снаряды планомерно списывали (тем более, что даже «мирный» TNT имеет гарантийный срок хранения не более 25 лет, а старые смеси до 1984 г. на гексогене и октогене – и того меньше и при нарушении сроков они становяться весьма опасными). @atomiccherry 💯