Yashernet

Лана дель Рэй написала песню для открывающих титров игры, они вполне в стиле фильмов про Джеймса Бонда. Но меня поражает, что песни к титрам всегда максимально безликие, и Лане дель Рэй удалось записать вот прямо классическую песню для Бонда. Никогда не вспомнишь ее, услышав один раз. По-моему, только Skyfall Адель избежал этой участи.

Мне дико надоело бегать туда-сюда по унылым улицам в Pathologiс, так что пока играю в 007 First Light. Это игра про Джеймса Бонда, который предстает таким симпатичным английским гопником. Он попадает в замес, неплохо показывает себя и его, пусть без особой охоты, начинают обучать в шпионской школе. Не читала Флеминга, но играется отлично - такое задорное интерактивное кино, можно быть спецагентом и гасить врагов, класс. На мой вкус, многовато стелса, но есть и мордобой, и погони на тачках. Рекомендую. #игры

Pathologic 3 меня, конечно, испытывает на прочность. После приезда инквизитора никого не казнили кроме клятых братьев Стаматиных, а я успела забыть, что в третьем дне нужно было его разыскать. Теперь мне бегать по всей карте, в гипомании пиная бачки, чтобы набрать амальгамы на перемещение во времени на пять дней назад и не "расплескать" ее, пока я бегаю. В каком-то смысле это хуже соулзов. У Стаматина тут лицо примерно как у меня, когда мне к врачу надо. Я же говорю, Pathologic 3 - это игра про постоянное спасение людей, на которых тебе (и твоему персонажу) абсолютно начхать. А магия в том, что ты все равно это делаешь...

Пока читала пост Альфины про пакетные решения, от которых остается ощущение неискренности, подумала о другом. Интересно, почему ААА-гейминг внезапно решил, что я хочу играть за женщин как самоцель. Я не хочу непременно играть за женщин, я хочу наслаждаться игрой, сделанной под меня. Чувствуете разницу? Я не хочу без конца разговаривать с женщинами-наставницами героини, мне это неинтересно. Неинтересно и то, сколько морщин добавили героине и кого она там репрезентирует. Я хочу, чтобы мне было весело, а как это будет достигнуто - другой вопрос. Неплохо было бы, чтобы вместо колышущихся буферов крутой красивый чувак подмигивал мне и стильно поднимал оружие, и на нем отдыхал мой глаз. Т.е. я хочу И крутую боевку, И отличный сюжет, И красивых парней, а не каких-то волосатых обезьян с автоматом, перестреливающихся друг с другом. Вот Lies of P (красивый герой, разнообразный бой, нажористая атмосфера и стиль) или Nier:Automata (два героя разных полов, отменный сюжет и чумовая боевка) - это прямо то, что надо. Особенно, если в Nier добавить еще какого-нибудь горячего андроида, а не на трусах 2B концентрироваться. #игры

Вот вам важный канал - https://t.me/gameclozet

Я помню у Мэри главу про туалеты в играх, а я после Pathologic 3 теперь хочу написать книгу про многообразие роли мусорного бака в играх. Ну, скажем, в Хонкае ты дерешься с баками и можешь даже с их гильдией поговорить (причем, если пинаешь бак, его атака каждый ход растет, поэтому либо ты его побеждаешь сразу, либо уходишь, поджав хвост), здесь вот надо пинать бачок, чтобы прибавить мании и ускориться, и я могу длинный список других примеров привести. Мусорные бачки - это круто. Кто не облазал все мусорные бачки в любой игре, тот не играл.

Между зачистками чумных зон и спасением людей от Гаруспика пытаюсь получить карту Блейда в Honkai. Они сделали новую планету и продолжают, в общем, быть на высоте. Они для Выпустили новый ролик про Блейда, но мне старый нравится. А вот новый - линк. #игры

Вот так выглядит карта квестов.

Я в шестом дне Pathologic 3 и, хотя очевидно, что несмотря на негодование, высока вероятность, что я доиграю, но часть решений кажется принятыми исключительно, чтобы раздражать. Итак, перед нами очередная игра, а вернее, недоделанная часть предыдущей игры, которая вышла эн лет назад, от лица другого героя. Как назвать нас всех, упоротых людей, которые третий раз играют в одну и ту же игру с вариациями, делающими ее невыносимой, я не знаю. Возможно, чувство удовольствия от еды после первого "Мора" заставляет это делать. Бакалавр, занимающийся исследованиями бессмертия, приезжает в город, где по слухам живет бессмертный Симон. Но стоит ему приехать в странный городишко, граничащий со степью, как там начинается чума, а он - единственный врач в городе. Кроме того пригласившего его эскулапа убивают, вокруг творится дичь, город заселен отъехавшими, не способными разговаривать нормально, а весь город спроектирован с определенной целью. Странность города всегда и была его фишкой, но здесь постоянно предстоит спасать людей, на которых тебе глубоко наплевать. Бакалавр понимает, что может перемещаться во времени, а значит кучу ошибок можно исправить. Эту способность он использует, чтобы быть во всех местах и делать сто дел. Но сложность нарастает и нарастает. Основной фишкой "Мора" всегда был крайне жесткий недостаток ресурсов, отсутствие объяснений и необходимость балансировать. Но здесь Бакалавр - биполярщик, поэтому его качает между манией и депрессией, и на фоне других ограничений это периодически выстреливает в самых неподходящих местах. Идея ок, сама механика неубедительна. Самый неприятный сюрприз - подтекание амальгамы, дающей возможностей путешествовать между днями. Апатия вызывает его, поэтому надо вечно бегать и пинать вещи. Да, тут вещи - это доп.ресурс контроля настроения. Это выглядит... глупо. Вторая боль игры - это карта мыслей. Я не помню, кто ее придумал. Вроде, Альфина, но это одна из самых хреновых систем управления квестами с учетом путешествий во времени, что я видела. И ладно там когда дня три, но потом запомнить все просто невозможно, а карта мыслей - это фарш. Третья боль игры - ее ужасная рутинность. В духе "проснулся - угнетнулся". Проснулся, бежишь гасить чуму, а это больно, потому что надо без конца отделять фальшивую чуму от реальной, бегать за анализами и так далее. Нет, походы за рыбой в первом Море тоже не отличались новизной, но это... это было впервые. Также ты знаешь, что в следующем дне тебе еще гирю накинут на ноги. И в итоге прежде раздражение балансировалось тайной, но сейчас тайн тут осталось немного. Второй Мор я бросила на середине, посмотрим, как тут пойдет. #игры

Ура, аудиокнига вышла! Если вы фанат аудиокниг, берите. Илья Дементьев там отжигает.

"У меня очень плохое предчувствие" отличный. Хейли З. Бостон умеет делать нормальные сценарии. "Новый вишневый вкус" был на 10/10, тут на 9, наверное, но смотрится прекрасно.

Ну а теперь посмотрите на крутую нойзовую перкуссию, которую мне приятель показал, - https://www.youtube.com/watch?v=-y6G-j46dls

"Целые общества следуют негласным и неприемлемым правилам относительно того, о чем нельзя говорить открыто. Вы подчиняетесь условиям соблюдения этих правил, но также связаны метаправилом, которое требует, чтобы вы отрицали свое знание исходного правила: Они играют в игру. Они играют не в игру. Если я покажу им, что вижу, что правила есть, я нарушу правила, и они накажут меня. Я должен играть в их игру, не признавая, что я вижу игру" (Коэн "Состояния отрицания") Ну, я вижу правила и я не собираюсь играть в эту игру. Лучше вишни поем.

По поводу Израиля:

"Пятого февраля, через несколько недель после этого инцидента, группа израильских солдат вошла в деревню Кафр-Салем, арестовала четырех палестинских молодых людей, избила их дубинками, а затем приказала армейскому водителю переехать их своим бульдозером. Он отказался, а вместо этого засыпал их землей и мусором, пока они не были почти полностью покрыты землей и, таким образом, похоронены заживо. Когда солдаты ушли, молодые люди были выкопаны жителями деревни, без сознания, но живыми. Подавляющей реакцией общественности было сочувствие четырем арестованным солдатам. Их семьи, выступая от имени других, более отстраненных свидетелей, нашли соответствующие опровержения («Еврейское сердце не может этого сделать»)" (Коэн "Состояния отрицания")

Ну, водитель молодец, что хоть бульдозером не перехал, как ему сказали. Вообще не представляю, как можно выполнять такие приказы. Такого рода саботаж иногда единственный способ протеста против круговой поруки. "В 1990 году я начал сотрудничать с Дафной Голан, директором по исследованиям израильской правозащитной организации «Бецелем» (B'Ttselem) в исследовательском проекте по заявлениям о пытках палестинских заключенных. Наши доказательства повседневного использования насильственных и незаконных методов допроса подтверждалась различными и многочисленными источниками. Но нас тут же погрузили в политику отрицания. Официальная и мейнстримная реакция была враждебной: от прямого отрицания (такого не бывает) и дискредитации (правозащитная организация является предвзятой, манипулируемой или доверчивой) до подмены понятий (да, что-то происходит, но это не пытки) и неприкрытого оправдания (во всяком случае, оно было морально оправдано). Либералы были встревожены и выражали озабоченность. Но реального возмущения не было. Вскоре послышались даже одобрительные отзывы. Дескать, злоупотребления были продиктованы сложившейся ситуацией; ничего иного нельзя было сделать, пока не найдено политическое решение; что-то вроде пыток иногда может быть даже необходимо; в любом случае, мы не хотим, чтобы нам постоянно об этом напоминали." (Коэн "Состояния отрицания") #книги

Еще на эту тему. Меня также поражает избирательная слепота. Одно дело, когда люди перенаправляют зрение со зверств своих солдат на зверства чужих, смещая внимание, это нелепо, но когда они полностью их отрицают потому, что выбрали стороны, - это просто изумляет. Недавно Карпов, который, как многие, видимо, борется со стрессом переключением на попытку упорядочить хаос политическим знанием (это не поможет), упомянул зверства Израиля в Палестине - и наткнулся на большое возмущение тех, кто в этом конфликте с Израилем солидарен и придерживается цивилизационного подхода (просвященные против дикарей). Есть противоположный и тоже странный взгляд, что палестинцы - безобидные пушистые котики, с которыми делают ужасное. Правда выглядит более сложной. Опять началась та же цепочка - этого не было; это было, но это делали не мы; мы это сделали, но мы просто отвечаем; мы что-то не сделали, но не то, что вы говорите; мы сделали кое-что, но это было неизбежно. При этом эскалация зверств никак не соответствует портрету просвященных бедолаг. И возникает вопрос - почему нельзя полностью признать творимые палестинцами преступления (которые определенно существуют), но также факты ужаса, который израильтяне творят в Газе, причем исторически? Признавать, что радикальный терроризм и воспитание детей с ненавистью к соседям страшны, как страшны и пытки, освященные необходимостью существования нации. Ну, скажем, Коэн приводит пример, где израильским солдатам дали приказ закопать палестинца бульдозером заживо (и это 90-е, еще до последнего времени). Почему бы не сказать, что это полная дикость, разложение армии и военное преступление? Это абсолютно естественные и простые вопросы. Так работает правда.

"Все националисты умеют не видеть сходства между аналогичными фактами. Националист не только не осуждает зверства, совершаемые его собственной стороной, но обладает замечательной способностью даже не слышать о них. В националистической мысли есть факты одновременно истинные и ложные, известные и неизвестные. Известный факт может быть столь непереносимым, что его привычно отодвигают в сторону и не берут в расчет; или, наоборот, его всегда учитывают, но он тем не менее никогда не признается за факт, даже мысленно. Каждого националиста неотступно преследует убеждение, что прошлое можно менять. Факты замалчивают, даты изменяют, цитаты вырывают из контекста и препарируют так, что смысл их совершенно меняется. События, которые, по мнению националистов, не должны были иметь места, не упоминаются, а в конце концов отрицаются полностью. Безразличие к объективной истине поощряется отгораживанием одной части мира от другой, из-за чего все труднее и труднее узнать, что происходит на самом деле. Если кто-то питает где-то в своем уме националистическую лояльность или ненависть, некоторые факты, хотя в известном смысле истинные, оказываются недопустимыми" — Джордж Оруэлл, Заметки о национализме.

Вообще книга заставила вспомнить первый год после начала военных действий. Обалдевшие от происходящего люди тогда были уверены, что всем очевидно, что происходит ужасное преступление, куча народа от священников до айтишников писала какие-то открытые письма (за которые их спустя несколько недель мощно взяли за жопу), поэтому они были буквально шокированы, когда их родные или приятели после адаптационного молчания (помню эту неделю тишины, когда даже болтливая политота заткнулась от шока) начали отрицать очевидное, отказываться видеть преступления, придумывать им какие-то феерические объяснения или попросту убегать и отворачиваться, лишь бы неудобное не обсуждать и не смотреть на него. Эта массовая и мощная способность к самообману, полной подмене событий, чтобы защитить свой образ как образ "гражданина хорошей, приличной страны", тогда просто ошеломляла и вызывала у людей, честности не боящихся, еще одну травму наблюдения не только за преступлением как таковым, но и наблюдения за групповым присоединением к его замазыванию либо нежеланию его называть и признавать. Мир разламывался двойне. Самое главное заблуждение заключалось в вере в то, что если людям показать правду, то они признают ее и перестанут совершать зло. Оказалось, что эта простота не работает. Можно просто отвернуться от правды, сказать, как в названии книжки Тимофеевой, что "Это не то", что этого не происходило, а если происходило, то не совсем так, ну ладно, так было нужно и иначе было никак, хотя все это ложь от начала и до конца. Для меня, возможно, именно это пространство лжи и было самым травматичным, жутким и диким. Я уехала очень быстро, в том числе когда увидела и поняла, что люди будут приспосабливаться, а я не могу и не хочу на это смотреть, мне это мерзко. Тогда я в поисках ответов, конечно, читала про психозащиты, про методы обмана и пропаганды, про то, почему люди доносят на других или молчат, в надежде найти хоть какое-то объяснение как можно не видеть ясно видимое. Теперь я все могу рассказать об интеллектуализации преступлений или перенаправлении гнева с недоступных целей на доступные, которыми выступит кто угодно от бомжа до нерадивого ребенка, но я все еще помню этот оглушающий, страшный разлом, когда люди начинают врать или огибать правду.

Дочитала Коэна "Состояния отрицания. Сосуществование со зверствами и страданиями", где он рассказывает о том, как устроены механизмы отрицания и сокрытие массовых государственных преступлений. Очень информативная книга, где он рассматривает как психологические механизмы, позволяющие людям не замечать казни по соседству, так и циничные механизмы отрицания у правительств, а также тактики, используемые благотворительными организациями, которые вызывают чувство вины у прочитавших. Даже для тех, кто хорошо знаком с механизмами психологических защит, книга интересная. Но самое любопытное, что в списке сокрытия государственных преступлений у него фигурирует много примеров из Израиля еще до сегодняшних событий, хорошо видна преемственность. #книги

У нас тут в Белграде орнитологически-политическая драма. На здание налепили бессмысленный политплакат "Сербия побеждает" (кого?), это переделка оппозиционного лозунга "Студенты побеждают". А на этом здании гнездятся белобрюхие стрижи, которые там уже птенцов вывели. Ну, и перепуганные стрижи бьются в окна соседних офисов, т.к. их птенцы остались за билбордом, они не могут их покормить. Все негодуют, нижнюю половину билборда уже оторвали. Думаю, оставшаяся тоже долго не проживет. Тут подробнее. #srbija