Будь сложнее

Друзья! Я приглашаю вас и ваших друзей в новые группы Школы Великих Книг в Москве и Жуковском. Как это работает? Мы читаем великие книги, по одной в месяц, и встречаемся раз в неделю для их обсуждения. Группы - 6-8 человек. Среди авторов - Берн, Лоренц, Адлер, Люттвак, Почепцов, Пропп, Пятигорский, Докинз, Платон, Юнг, Мамфорд, Макклюэн, Мамардашвили, Пиаже, Сунь Цзы, Ортега-И-Гассетт, Гомер, Вергилий; кого там только нет, если честно. Зачем это? 1. Это невероятно интересно. Разные люди с разным опытом жизни и разными взглядами встречаются для обсуждения книг и идей, повлиявших на наш мир. 2. Это расширяет круг общения. Люди, с которыми мы общаемся, могут предложить новый ответ на мучающий нас вопрос. 3. Это расширяет мышление. Чем старше мы становимся, тем реже открываем для себя что-то новое, выбрав карьерный путь, сужаем рамки интересов, многое оставляя за бортом познания. 4. Это полезно. »Сознание необратимо», писал Мамардашвили. Узнавая что-то новое, мы уже не в состоянии "разузнать" это обратно, а это автоматически влечёт за собой изменение качества жизни. «Способность получить высококлассное образование может стать элитарной привилегией, доступной только «посвященным». Вспомним Умберто Эко, предлагавшего в романе «Имя розы» пускать в Библиотеку только тех, кто умеет, кто готов воспринимать сложные знания. Произойдет разделение на тех, кто будет уметь читать сложную литературу, и тех, кто читает вывески, кто таким клиповым образом хватает информацию из интернета. Оно будет раздвигаться все больше и больше». «Люди должны работать головой, это спасает мозг. Чем больше он включен, тем дольше сохранен». ©Т.В. Черниговская С удовольствием отвечу на все вопросы, поделюсь списком книг, расскажу о собственном опыте и опыте моих читателей-героев. Пишите личные сообщения @vvtimkin

Стефан Цвейг, "Вчерашний мир. Воспоминания европейца". И снова немного о Вене и последних годах Габсбургской монархии - читаю сейчас книгу Цвейга "Вчерашний мир. Воспоминания европейца". Это автобиография писателя, родившегося в столице наднациональной империи, которая на его глазах превратилась в провинциальный немецкий город. Цвейг описывает моду, культуру, систему ценностей и взаимоотношения полов в Европе своей молодости. Перед Первой мировой Вена находилась в зените имперского величия - ни в одном другом городе тяга к искусству не была такой страстной.Наибольшую роль в этом плавильном костре талантов сыграла еврейская буржуазия. На фоне индифферентности аристократии, благодаря свободному, независимому от национальных традиций восприятию, они были наиболее инициативны и открыты для инноваций. Цвейг очень симпатично передаёт особенности мировоззрения австрийского еврейства: «Считается, что стремление разбогатеть и есть главное и характерное в жизни еврея. Ничего нет более ложного. Стать богатым означает для него лишь промежуточную ступень, средство для истинной цели, а отнюдь не конечную цель. Подлинная воля еврея, его имманентный идеал - взлёт в духовные выси, в более высокую культурную сферу. Уже в восточном ортодоксальном еврействе, где слабости, как и достоинства всей нации, проступают ярче, это высшее проявление воли к духовному через чисто материальное находит своё наглядное выражение: благочестивый человек, талмудист почитается в общине в тысячу раз больше, чем состоятельный; даже первый богач охотнее выдаст свою дочь за нищего книжника, чем за торговца. Это благоговение перед духовным у евреев свойственно буквально всем сословиям; самый бедный уличный торговец, который тащит свой скарб сквозь ветер и непогоду, попытается выучить хотя бы одного сына, идя на тяжелейшие жертвы, и это считается почётом для всей семьи, что в их роду есть свой учёный: профессор, музыкант - словно он своим положением делает их всех аристократами. Какое-то внутреннее чувство в еврее стремится его предостеречь от морально сомнительного, не внушающего доверия, мелкого и бездуховного, что присуще любому торгу, любому откровенному делячеству, и подняться в более чистую, бескорыстную сферу духовного, словно он хотел бы - выражаясь по-вагнеровски - освободить себя и всю свою нацию от проклятия денег. Именно поэтому почти всегда стремление к богатству в еврействе исчерпывается двумя - максимум тремя поколениями одного рода, и именно самые сильные династии подтверждают это своими сыновьями, не желающими вступать во владение банками, фабриками отцов, готовенькими и тёпленькими местами. Это не случайность, что один из лордов Ротшильдов стал орнитологом, один из Варбургов - историком искусства, один из Кассиреров - философом, один из Сассунов - поэтом; все они подчинились тому же интуитивному стремлению освободиться от всего, что делало еврейство узким, от этого голого меркантилизма, а быть может, в этом выражается даже сокровенная мечта вырваться этим прыжком из чисто еврейского в духовное, в общечеловеческое». В этой последней своей книге Цвейг размышляет о причинах грандиозных человеческих катастроф, о том, как, пережив ужасы Первой мировой войны, люди проморгали Гитлера, как благополучная буржуазная демократия превратилась в фашизм, как миллионы людей лишились не только своей родины, но и самого права на жизнь. Ощущение, что, подводя итог всем этим ужасным событиям, он пытается найти ещё надежду на победу разума и гуманизма, однако, не в силах нести ношу пережитого. «Против своей воли я стал свидетелем ужасающего поражения разума и дичайшего за всю историю триумфа жестокости; никогда ещё – я отмечаю это отнюдь не с гордостью, а со стыдом – ни одно поколение не претерпевало такого морального падения с такой духовной высоты, как наше» - эта цитата в полной мере говорит о состоянии писателя перед смертью. И выход «Вчерашнего мира» уже после самоубийства Цвейга можно считать страшной, но закономерностью. Очень тяжёлая книга, которую, однако, полезно прочитать - уроки того времени с каждым днём, к сожалению, становятся актуальнее.

О, это восхитительное общество постмодерна! Ещё больше фактов - на канале Matavkin daily. Это не реклама. Мне просто нравится играть в качественный бисер. https://t.me/matavkin_daily

Рубрика "в последний вагон" Если вы не знаете, чем заняться сегодня вечером, настоятельно рекомендую к посещению лекцию Артёма Новиченкова, литературного критика, писателя, драматурга и учителя. Человек невероятно широкой литературной эрудиции, слушать которого рекомендуется запоем. Вводная такая: В 1992 году Фрэнсис Фукуяма заявил, что настал конец истории. В глобальном смысле, конец истории подразумевает и конец литературы. Но книги продолжают выходить, а читатели продолжают рождаться. Чтение по-прежнему живо. Интернет подарил нам невиданную свободу, что повлекло за собой размытие культуры. Мы живём в мире гиперссылок, недосмотренных видео на ютубе, тотальной скуки в круглосуточном супермаркете развлечений. Кому верить? Что читать? Кто авторитет? Как отличить писателя от графомана? Что есть искусство вообще, и есть ли оно вообще? Приглашаем вас разобраться в этих и других вопросах. Лектор Артём Новиченков. Писатель, драматург. ведущий курсов художественной критики в Домжуре. Учитель литературы в школе № 2009; преподаватель НИУ ВШЭ. 19:30, Москва, Лялин переулок, 24-26 (Библиотека №18 им. В.А. Жуковского) https://bslector.timepad.ru/event/462089/

Пользователь Reddit c ником Backforward24 (больше не знали о нем ничего) нарисовал литературную карту мира, где вместо каждой страны - название самого популярного произведения. Безумно красиво, ниже выложу файл, где можно все как следует рассмотреть. https://imgur.com/Iu0G2wV

Вот, извольте, ссылка на источник - там еще много хорошего (пришлось бить себя по рукам, чтобы ограничиться всего одним куском🙌): https://gorky.media/context/ya-mog-by-rasskazat-vam-tseluyu-vshivuyu-iliadu/ #project88 #подсмотренное

Если вдруг вы не видели - на Горьком опубликовали избранные места из переписки двух выдающихся ученых, Юрия Лотмана и Бориса Успенского. Мы давно говорили, что Лотман - душка. Теперь выясняется, что Успенский - тонкий наблюдатель и тролль. 📃🖌🤓 Жемчужина подборки - совершенно анекдотический кусок из письма Успенского, проливающий свет на личности еще двух неординарных философов, наших дорогих и возлюбленных, Пятигорского и Мамардашвили. Ничтоже сумняшеся, приводим его здесь - в этой истории прекрасно всё и все💌: "Вы спрашиваете, как наши дела с Мамардашвили, и, по-моему, подозреваете, что я ничего не делаю в этом отношении. А я именно только этим и занят. Позвольте отчитаться. С начала сентября я регулярно спрашивал у Пятигорского, как обстоят дела со статьей, на что последний, зная мой педантизм, так же систематически докладывал мне о ее продвижении. Он последовательно сообщал мне, что статья прочитана, одобрена, принята, назначена на ближайшую редколлегию и т.п. По-видимому, если бы я подождал еще немного, то я получил бы известие, что она уже вышла. Но, совершенно случайно, я нарушил этот естественный поток событий, встретив Мамардашвили на улице. — Ну что, как наша статья, — бодро спрашиваю я у него, имея в виду главным образом получить сведения о том, когда я получу корректуру. — Какая статья? – говорит Мамардашвили. – Я же ее два месяца как вернул Пятигорскому для доработки. (Клянусь, не преувеличиваю ни капельки!) — Но позвольте, — я обомлел, — а Пятигорский утверждает, что статья у Вас, что она прошла уже все стадии и т.п.? Мой собеседник глядит на меня соболезнующее и говорит, что ему, как члену редколлегии и заместителю главного редактора по крайней мере, ничего об этом не известно. А Пятигорский (говорит он спокойно), вероятно, сошел с ума. — Но почему же Вы отдали ее именно Пятигорскому, — продолжаю не понимать я. – Ведь авторы-то, кажется, мы с Ю.М.? — Ну да, — говорит Мамардашвили, — но я сделал некоторые замечания, статья нуждается в доработке, а Пятигорский сказал, что он сам все исправит. Ну как Вам это нравится? Звоню Пятигорскому. Он страшно удивлен и говорит, что ничего не понимает, что статья наверняка у Мамардашвили. Я требую от него, чтобы он звонил Мамардашвили и сам выяснял в чем дело. Тут, по-видимому, происходит диалог обоих в жанре «Краткого введения в теорию виджнянавады». Разговор, надо думать, касается все больше метатеории сознания. Так или иначе, через некоторое время Пятигорский сообщает мне, что Мамардашвили вспомнил, что он действительно не давал статьи Пятигорскому. Через некоторое время я получаю известие, что статья потеряна. Потом – что она нашлась. Больше я пока ничего не знаю. В общем, дорога в «Вопросы философии» вымощена благими намерениями Пятигорского и ненапечатанными статьями. Но как Вам нравятся эти два философа? Конечно, по недосмотру наших друзей – М. и П., статья может случайно и выйти." Мы неспециально, но получилось опять про котиков 🐱🐱 #project88 #лотман #успенский #пятигорский #мамардашвили #котикифилософы #прекрасное #душкидурова

16 реплик Александра Пятигорского «Внутренней свободы нет вообще, это даже не иллюзия. Свобода, как и девственность, добродетель или честь, одна — она же внутренняя, она же и внешняя»: высказывания Александра Пятигорского о свободе, думании, смерти и других философских предметах http://arzamas.academy/materials/234?src=tbot

Вот он, красавец

Профессиональный игрок, которому неизменно сопутствовала удача. Первый визит "совсем ещё юного" Терещенко в казино в Каннах закончился тем, что стол, за которым он играл, вынуждены были покрыть "чёрным саваном", поскольку казино не могло в тот "злополучный" вечер выплатить Михаилу Ивановичу столь гигантской суммы. По семейной легенде, Михаил Иванович, будучи в большом выигрыше, встретил свою смерть за игорным столом в Монте-Карло". Самое невероятно в такой биографии - то, что она - не выдумка автора, но явление какой-то иной, несреднечеловеческой природы. Одним словом, странный человек. Книга же являет собой лабиринт мышления о мышлении о пути, жизни, эпохах, человеческой судьбе и роли нас самих, нас-авторов, нас-акторов в собственных уже случившихся, но ещё не записанных жизней.

Книги Александра Моисеевича Пятигорского принято называть философской прозой, потому что ни в какую категорию они не влезают. Он написал всего три романа, но каждый является не книгой, но возможностью опыта, предложением, что ли, иного, странного, стороннего способа воспринимать и проживать время. В романе "Вспомнишь странного человека...", который писался 54 года, главный объект повествования (да простит мне Пятигорский подобную формулировку) - Михаил Иванович Терещенко, о существовании которого до того, как открыл книгу, я даже не подозревал. Думаю, не я один. Почему это удивительно? Приведу в качестве ответа отрывок из вступительной статьи Людмилы Пятигорской "Посмертный компаньон" к роману "Вспомнишь странного человека..." "Баснословно богатый, сверхуспешный промышленник-сахарозаводчик и крупнейший землевладелец. Уникальный математик, экономист, юрист. Полиглот. Михаил Иванович знал в совершенстве тринадцать языков, переходя с одного на другой с лёгкостью, граничащей с безразличием. Заведующий балетной труппой Мариинского театра, чиновник по особым поручениям при директоре Императорских театров В.А. Теляковском, балетный рецензент, балетоман. Создатель и владелец издательства "Сирин". Известнейший филантроп и меценат. Блестящий пианист, меломан, тонкий знаток и коллекционер живописи, театрал, ценитель поэзии. Самый молодой депутат Государственной думы, активный деятель Красного Креста (во время Первой мировой войны жертвовал свои средства на военные нужды, на создание и поддержку госпиталей для раненых), председатель Киевского военно-промышленного комитета, заместитель председателя Российского военно-промышленного комитета etc. Участник антимонархического заговора А.И. Гучкова, один из авторов и "незаконных отцов" переворота, получившего название Февральская революция (потративший на этот переворот, по разным версиям, от 3 до 5 миллионов рублей). Министр финансов, а затем иностранных дел Временного правительства в 1917-м. Один из организаторов Белого движения и иностранной военной интервенции в Советской России. Создатель лагерей для беженцев из России и Украины. Шпион, вышедший впоследствии из "игры". Один из самых богатых людей в Европе, потерявший в результате октябрьского переворота всё то, чем владел в России и Украине, - земли, заводы, дворцы, художественные ценности, капиталы; бежавший "с пустыми руками" и опять наживший на Западе огромное состояние. Организатор взятых в западных банках военных займов Временного правительства, которые он гарантировал своей недвижимостью и капиталом (за семь месяцев до потери всего), и он же - ответчик, который годами выплачивал по кредитам несуществующей уже России. Управляющий шведской финансовой группой "Валленберг", шведским банковским домом Маркуса Валленберга, банками Ротшильдов в Лондоне и Вене. Один из авторов финансово-экономического феномена, получившего название "шведское экономическое чудо". Совладелец несколькиз банков и компаний в Европе и на Мадагаскаре. Великолепный специалист по изучению конъюнктуры источников дешёвого сырья в Южной Америке и Африке. Известнейший в Европе ликвидатор банков и синдикатов, финансист (Луи Ротшильд называл его "финансовым гением"). Дворянин, камер-юнкер, розенкрейцер, масон. Рыцарь Розы и Креста. Сэр. После окончания Второй мировой войны Георг VI, король Соединённого Королевства Великобритании и Северной Ирландии, возвёл Михаила Ивановича в рыцарское достоинство, но Печальный Рыцарь, сэр Михаил, к тому времени отошедший от дел и поселившийся в Монако, в Букингемский дворец на церемонию не прибыл, где король с многочисленными гостями, приглашёнными на ритуал посвящения, напрасно его прождали. Великолепный собеседник. Джентльмен. Денди. Красавец. Авантюрист, смельчак, отчаянный альпинист, отменный пловец, великолепный яхтсмен (в 1910-х годах ему принадлежала самая большая яхта в мире - "Иоланта": и у великих людей бывают свои слабости).

Недавно на одном из каналов, на который я подписан, был опрос. Автор (?) Ведущий (?) канала спрашивал у своих подписчиков, следует ли ему писать только о хороших книгах или же выкладывать и негативные отзывы о книгах, которые читать не стоит. И 90% выбрали вариант, что, мол, стоит писать о плохих книгах. Но вот вопрос. Надо ли множить сущности, тем более сущности негативные? Стоит ли говорить о плохом, если хорошего и качественного так много, что жизни не хватит всё охватить? К тому же не стоит забывать, что мы становимся тем, на что смотрим. Я это к чему? На моём канале не будет негативных отзывов и плохих книг. Конечно, всё это в рамках моей субъектности. На дворе весна, а я в этом году ещё не написал ни об одной книге, хотя дочитываю восемнадцатую уже. И год выдаётся удивительно сочным и интересным, практически каждая книга становится частью меня. Торжественно обещаю впредь не жадничать и делиться радостью. Сейчас и начну.

Умберто Эко показывает свою личную библиотеку. Если верить Нассиму Талебу, в ней было тридцать тысяч томов. http://amp.gs/YP5L

https://youtu.be/kBdfcR-8hEY?list=PL30C13C91CFFEFEA6 Гарвардский курс о справедливости, морали, этике и нравственности. Отличные лекции, показывающие актуальность философии в 21 веке. Основная часть обсуждений идет об утилитаризме, концепции, в которой действие считается морально нравственным, если оно максимизирует разницу между радостью и страданием наибольшего числа людей. Такая философия рождает много вопросов: всегда ли нужно учитывать интересы большинства, есть ли единая система мер для сравнения ценностей? Все это показывается на жизненных примерах. Поступает ли автомобильная компания верно, оценивая жизнь человека в некоторую сумму и экономя на безопасности машины? Может ли врач пожертвовать жизнью одного пациента ради жизни других больных? Лектор задает вопрос какое удовольствие можно считать более высоким ? Чтение Шекспира или просмотр Симпсонов. На самом деле, мы каждый день сталкиваемся с этическим проблемами и мне кажется, что понимание нравственности различных философов поможет жить более честной жизнью. Первая и вторая лекция с переводом https://vk.cc/5GpnLv https://vk.cc/6iqAVO Для тех, кто интересуется медициной, врачебным образованием и своим здоровьем, есть отличный авторский канал. @a_young_doctors_notebook На канале появляются лонгриды, образовательные видео и картинки, на которых сложные медицинские термины объясняются простыми словами

«По горам надо ходить с наименьшими усилиями − и ничего не желая. Скорость определит твоя природа. Не идется спокойно − разгонись. Начал задыхаться − сбавь шаг. На гору надо восходить в равновесии нетерпения и измождения. И когда уже больше не способен планировать заранее, каждый твой шаг перестанет быть средством продвижения вперед, а становится уникальным событием. Жить ради будущей цели − мелко. Жизнь поддерживает склоны гор, а не ее вершина. Это на склонах все растет». Роберт Персиг «Дзен и искусство ухода за мотоциклом»

Мне кажется, так и стоило оставить. Символ того, что может мысль человека. Мы ведь так часто за функцией перестаём видеть сам предмет. А человек - это не про утилитарность, человек это про вызов.

Строительство моста «Золотые ворота», Сан-Франциско, 1937 год.