Объективизм. Айн Рэнд

Люди мало знают о человеческом духе. Они — всего лишь родовое понятие, часть природы. Человек же — это слово, у которого нет множественного числа. Петроград был создан не людьми, но человеком. Айн Рэнд. Мы — живые.

Собрал для вас рекламные материалы, вышедшие для промо кампании "Источника" в 1940-е годы.

​​Как нужно рекламировать книги? Перевод книги Anne Heller "Ayn Rand and The World She Made" Продажи шли плохо. Издатель не мог заставить рекламный отдел вкладывать больше денег в раскрутку книги. Тогда Рэнд решила вложить в рекламу и личные средства, чтобы кампания была сконцентрирована на ее идеях. Рэнд не могла полностью самостоятельно финансировать кампанию, потому что деньги снова заканчивались. Аванс в тысячу долларов давно был истрачен, а авторские гонорары от «Источника» еще не начали поступать, так что Рэнд была вынуждена вернуться к работе на полный день на студии «Парамаунт». Свободное время Рэнд посвящала встречам с людьми, которые потенциально могли бы вложить деньги в рекламу ее книги. Требовалось 10 000 долларов. Однако никто не торопился давать деньги на продвижение какого-то романа, тем более, написанного женщиной. В конце концов, нашелся один энтузиаст – производитель рыболовных принадлежностей из Мичигана. В общем, Айн Рэнд была разочарована в своих друзьях – республиканцах, которые не поддержали ее. Фрэнк тоже помогал, он устроился продавцом в табачный магазин за плату в тридцать центов за час работы. Кроме этого он работал продавцом обуви. В обувном магазине продажи шли очень хорошо, благодаря таланту и обаянию Фрэнка, так что его скоро повысили до менеджера. Поздней осенью 1943 года продажи «Источника» вдруг взметнулись вверх. И все благодаря рекламе «из уст в уста». Прочитавшие роман делились впечатлениями о книге, побуждая других купить ее. Ко Дню благодарения было продано 18 000 экземпляров, что стало весьма впечатляющим результатом для книги малоизвестного автора. Издательство предложило Рэнд новые условия договора – они предлагали часть заработанных денег (тех, что должны были бы быть выплачены в качестве роялти) пустить на более масштабную рекламную кампанию на месяц или два. Это совпадало с пожеланиями автора, так что Айн Рэнд согласилась.

Точно так же, как человек не может выживать благодаря каким-то случайным действиям, но должен вырабатывать и применять определенные принципы, которые обеспечили бы ему выживание, так и его личные интересы не могут определяться слепыми желаниями или случайными прихотями, но должны быть раскрыты и достигнуты с помощью рациональных принципов. Именно поэтому этика объективизма – это мораль рациональных личных интересов – или рационального эгоизма. Айн Рэнд. Добродетель эгоизма

«Я решила стать писателем не для того, чтобы спасти мир, не для того, чтобы служить своим согражданам, а ради простого, личного, эгоистического счастья от возможности сотворения таких людей и событий, которые будут нравиться мне, к которым я смогу испытывать уважение и восхищение. Я терпеть не могу смотреть вниз. Я хочу смотреть вверх». Айн Рэнд в обращении к читателям «Источника», 1945 год.

— Я думаю, что получающие жизнь из вторых рук подсознательно понимают это. Обрати внимание: они принимают всё, только не самостоятельного человека. Они распознают его сразу. Инстинктом. У них какая-то специфическая тайная ненависть к нему. Они прощают преступников. Восхищаются диктаторами. Преступление и насилие – это узы. Форма взаимной зависимости. Они нуждаются в таких узах. Они готовы силой навязать свою презренно малозначительную личность каждому человеку, которого встречают. Независимый человек для них смерть, потому что они не могут существовать в нём, а это единственная форма их выживания. Обрати внимание, какую злобу у них вызывает любая мысль, которая предлагает независимость, заметь их ненависть к самостоятельному человеку. Оглянись на прожитую жизнь, Говард, на людей, которых ты встречал. Они знают. Они испуганы. Ты – упрёк им. #источник

​​«Источник»: первые рецензии. Перевод книги Anne Heller "Ayn Rand and The World She Made" 7 мая 1943 года «Источник» поступил в книжные магазины. Общий тираж составил 7500 экземпляров, и большая его часть пролежала на полках все лето, будучи не распроданной. Первая значительная рецензия на книгу появилась 12 мая в The New York Times. Ее автор – Орвилл Прескотт. В целом, очень позитивный отзыв, но критик обратил основное внимание на эпизоды, в которых читается животная страсть и похоть. По его мнению, в такой атмосфере Маркиз де Сад, Чезаре Борджиа и Альфред Гитлер чувствовали бы себя как дома. Рэнд никогда публично не комментировала эту рецензию. Chicago Daily Tribune поверхностно приняла «Источник» за очередной роман «на тему архитектуры». Для New York Herald Tribune (где работала Изабель Патерсон [подруга Айн Рэд - прим. админа]) рецензию на книгу должна была написать одна из консервативно настроенных обозревательниц. Она отказалась писать об «Источнике». Рецензировать книгу поручили Альберту Герарду. Он разозлил Рэнд тем, что сравнил Рорка с ницшеанским Сверхчеловеком. Рэнд ругала Патерсон за то, что роман, вообще, попал в руки Герарда. Через несколько лет эта рецензия часто упоминалась во время ссор Айн Рэнд и Изабель Патерсон. Диана Триллинг из The Nation была настроена благожелательно, но заметила, что каждому, кто восхищается «Источником», надо прочитать лекцию о нормировании бумаги. На самом деле, нехватка бумаги сыграла важную роль при печати романа. Сразу после нападения японцев на Перл-Харбор, которое случилось через три дня после того, как Рэнд подписала контракт с издателем, американское правительство предупредило о грядущей нехватке различных товаров и о мобилизации. Будь подписание контракта отложено хотя бы на неделю, возможно, такой объемный роман и вовсе не был бы опубликован. В то же время в тексте были сделаны значительные сокращения. Так, например, Доминик Франкон появляется только в 9-ой главе, тогда как все законы мелодрамы требуют появления всех главных персонажей книги с самого ее начала. В целях экономии бумаги Рэнд сократила рукопись на треть. Когда книга начала печататься, Рэнд следила, чтобы издатель не ограничивал ее тираж, отдавая предпочтение другим авторам. «Источник» был ее шансом, и она не хотела упускать его. Рэнд наняла адвоката и намекнула, что готова судиться, если ее права будут ущемляться. Ее жесткое и бескомпромиссное поведение не добавило друзей писательнице. Следует отдельно отметить рецензию, которая вышла в воскресном выпуске The New York Times. Ее автор – Лорин Пруэтт, психолог, бывший профессор Smith College и писательница-феминистка. Она не только характеризовала роман, как мастерски написанное, захватывающее произведение, но и предсказывала, что его читатели произведут переоценку своих идеологических ценностей. В отличие от Прескотта и других критиков, она верно поняла, что тема произведения – это не архитектура. Это был гимн во славу личности, а Элсворт Тухи олицетворял фашизм в действии. После того, как The New York Times определила, наконец, тему романа, другие издания подхватили ее. Однако, прошло еще лет пять, прежде чем читатели поняли, что «Источник» - это не просто роман, а еще и философский трактат. На первых порах роман пользовался популярностью, не в последнюю очередь, благодаря своей сексуальной составляющей. На вечеринках, ланчах и в салонах красоты живо обсуждали мазохизм Доминик и самовлюбленность Рорка. Со времен драйзеровской «Сестры Керри» ни один автор так открыто не восхищался подобным поведением своих героев.

Брать в кофейне напиток с собой — эта привычка, зародившаяся в США. А дизайн первого, по-настоящему массового (задолго до «Старбакса») стакана кофе на вынос придумала Лесли Бак. На нем изображена греческая амфора и надпись «мы рады вас обслуживать». Почему амфора? Чтобы угодить владельцам многочисленных греческих кафе в Нью-Йорке. Чтобы узнать, как американцам удается превращать предметы в символы, смотрите первый ролик курса «Культура потребления в США». https://youtu.be/RK8g4YpkXJA

...любовь – это почтение, обожание, поклонение и взгляд вверх. Не повязка на грязных ранах. Но они этого не знают. Тот, кто при всяком удобном случае говорит о любви, никогда ее не испытывал. Они стряпают неаппетитное жаркое из симпатии, сострадания, презрения и безразличия и называют это любовью. Если вы испытали, что означает любить, как вы и я понимаем это: полнота страсти до высочайшей её точки – на меньшее вы уже не согласны. Айн Рэнд. Источник.

Неоновый Нью-Йорк 1940-1950-х годов.

Они много месяцев откладывали деньги и в один воскресный вечер купили два билета на «Баядеру». Эту оперетту превозносили как «последнюю сенсацию в Вене, Берлине и Париже». Они сидели торжественные, взволнованные, благоговейные, как на церковной службе. Кира была бледнее, чем обычно, в своем сером шелковом платье, Лео старался сдержать кашель, и они слушали эту буйную оперетту оттуда, из-за границы. Это был очень веселый абсурд. Это был словно взгляд сквозь снега и флаги, сквозь границу, в самое сердце того, другого мира. Все было разноцветным, кругом блестки и хрустальные бокалы, и настоящий заграничный бар со входом из матового стекла, где зеленый свет настоящего заграничного лифта уползал наверх каждый раз, когда кто-то входил. Кружились женщины в мерцающем атласе из тех мест, где существуют моды; какие-то люди исполняли смешной заграничный танец под названием шимми ; выбежала женщина, которая не пела, а пролаивала слова, презрительно выплевывая их в зал заунывным, хриплым голосом, который переходил вдруг в сиплый стон — и гремела музыка, дерзко смеющаяся, захватывающая дух, бьющая по ушам, вызывающая, пьяная, словно вызов торжествующего веселья, словно «Песня разбитого бокала»; это была жизнь, которая существовала где-то, которая была жизнью, а не пародией. Публика хохотала, аплодировала и снова хохотала. Когда после окончания представления зажегся свет, весело улыбающиеся люди, проходя между рядами, с изумлением оглядывались на девушку и сером шелковом платье, которая сидела на стуле в опустевшем ряду согнувшись; она, закрыв лицо, рыдала. Айн Рэнд. Мы живые.

​​Право на оружие и самозащиту от банды климаталармистов Хорошая статья от Устина Чащихина. Вместе с тем последний абзац о том, что «лохотрон о глобальном потеплении выгоден создавшей его Америке» требует уточнения. Этот «лохотрон» создан не Америкой, а лишь ее частью - климатической бандой так называемых «демократов». И сейчас эта тоталитарная по своей сути банда пытается развязать в США гражданскую войну, чтобы недопустить победы республиканцев в лице Трампа этой осенью. Например, в Вирджинии «демократы», дорвавшись до власти с помощью лево-зеленых климатических лозунгов, попытались с помощью нацгвардии начать изымать полуавтоматическое оружие у населения. В ответ граждане, очнувшись от коллективистского ступора, вышли с оружием на мирную (!) демонстрацию для защиты своих прав. В этом и состоит смысл права на огнестрельное оружие у граждан: когда к власти рвутся бандиты и диктаторы, то оружие в руках людей остаётся единственным средством самозащиты. Понимая этот факт, гораздо меньше бандитов захочет лезть во власть и пытаться нарушать права людей. #мнения https://fedpress.ru/interview/2432270

Сегодня расизм считается преступлением, если практикуется большинством, но неотчуждаемым правом, если его практикует меньшинство. Идея о том, что какая-то культура стоит выше других только потому, что представляет собой традиции предков, считается шовинизмом, если ее придерживается большинство, но "этнической" гордостью, если об этом заявляет меньшинство. Нежелание перемен и прогресса рассматривается как реакционность, если его проявляет большинство, но возвращение в балканскую деревню, индейский типи или джунгли приветствуется всеми, если к этому призывает меньшинство. "Толерантность" и "понимание" считаются односторонними добродетелями. Нам говорят, что обязанность всех - то есть большинства - по отношению к любому меньшинству состоит в том, чтобы быть терпимыми и понимать ценности и обычаи этого меньшинства. А в это время само меньшинство заявляет о том, что его душа недоступна пониманию других, что оно не собирается принимать ничего из ценностей, обычаев или культуры большинства и будет продолжать выкрикивать расистские эпитеты ( или делать что-нибудь похуже) ему в лицо. Айн Рэнд. Возвращение примитива.

Рорк остановился. Его взгляд захватили лучи солнца, замершего перед самым закатом, которые разукрасили фризы из серого известняка, бегущие вдоль кирпичной стены здания института. Он забыл о людях, о декане и принципах, которыми тот руководствовался и которые ему, Рорку, еще предстояло постичь. Он думал только о том, как чудесно смотрится камень в нестойком свете заката и что бы он сделал с этим камнем. Он думал о большом листе бумаги и видел поднимающиеся на нем строгие стены из серого песчаника с длинными непрерывными рядами окон, раскрывающих аудитории сиянию неба. В углу листа стояла острая, угловатая подпись – Говард Рорк. Айн Рэнд. Источник.

Отберите у лучшего его право на вершину, и у вас не останется лучшего. Что есть ваши массы, как не миллионы глупых, съежившихся, безразличных душ у которых нет собственных мыслей, собственных мечтаний, собственных желаний, которые едят, спят и беспомощно твердят слова, вбитые в их мозг другими? И для этих вы пожертвовали бы несколькими, кто знает жизнь, кто есть сама жизнь? Меня тошнит от ваших идеалов, потому что я не знаю худшей справедливости, чем раздавать не по заслугам. Потому что люди не равны в способностях и нельзя обращаться с ними так, будто они равны. Айн Рэнд. Мы живые.

Девочка и миф Легенда, геофизик с мировым именем, профессор и просто Человек Разума Александр Городницкий — о том, что на самом деле стоит за истерикой по поводу глобального потепления. «В фильме Альберта Гора есть один эффектный момент: он стоит с указкой в руках перед экраном, на котором представлена кривая подъема температуры в атмосфере, а над ней такой же подъем содержания углерода. «Вот, видите, как с ростом температуры увеличивается содержание СО2 в атмосфере?» На самом деле все наоборот. Существуют прямые свидетельства того, что изменения содержания СО2 в атмосфере являются следствием изменения температуры, а не его причиной». «23 сентября 2019 года, в разгар климатической истерии, 500 ученых, работающих в области климатологии и смежных наук, направили в ООН письмо: «Общераспространенные модели, на которых основана сейчас международная политика в отношении климата, несостоятельны. Это жестоко и поспешно — требовать бросить на воздух триллионы на основании результатов этих несовершенных моделей. Нынешняя климатическая политика бессмысленно и жестоко подрывает экономику». Блестящий авторский текст следует дополнить ремаркой о том, что углекислый газ в принципе не может участвовать в формировании так называемого «парникового эффекта», т.к. он тяжелее воздуха почти в 2 раза. #мнения https://www.kommersant.ru/doc/4205270

Поскольку не существует рационального оправдания необходимости жертвовать интересами одних людей во имя других, нет и объективных критериев того, как подобные жертвы должны осуществляться на практике. Все законодательные акты, принятые во имя общественных интересов (как и любая раздача денег, отнятых силой у одних, чтобы другие могли получить их, не заработав), в конечном итоге утверждают необходимость наделить кого-либо из государственных служащих неопределенной и неопределимой, не подчиняющейся объективным законам деспотической властью. Главная беда заключается не в том, что подобная власть может быть несправедливой, — а в том, что она в принципе не способна быть справедливой. Даже мудрейший и честнейший человек на планете не в состоянии найти способ справедливо, беспристрастно и разумно применять несправедливые, небеспристрастные и неразумные правила игры. Лучшее, что может сделать честный чиновник, — не брать взяток за свое субъективное решение, однако это не сделает его решение ни более справедливым, ни менее пагубным. Человек с твердыми убеждениями невосприимчив к постороннему влиянию. Однако сегодня твердых убеждений не существует, их место занимает личное влияние. Когда сознание плутает в туманном лабиринте необъективного, где нет ни выходов, ни решений, человек готов ухватиться за любой довод, кажущийся хотя бы отчасти убедительным и относительно правдоподобным. Испытывая неуверенность, он готов идти за кем угодно. Такой человек — настоящий подарок для социальных манипуляторов, продажных пропагандистов, лоббистов. Айн Рэнд. Капитализм. Незнакомый идеал.

Неспособные самостоятельно мыслить подражатели, которые поставляют на рынок то, что, по их мнению, отвечает распространённым вкусам общества, постоянно проигрывают первопроходцам, чьи товары повышают знания и развивают вкусы. Именно в этом смысле свободным рынком управляют не потребители, а производители. Наибольшего успеха добиваются те, кто открывает новые области производства, о существовании которых до них никто не догадывался. Айн Рэнд. Добродетель эгоизма.