косоворот
رفتن به کانال در Telegram
многоголосие о русском наш журнал: kosovorot.ru для анонимных вопросов нашей редакции: t.me/anonaskbot?start=xegy1ln по поводу сотрудничества и если хотите стать автором: @redrikshugrv
نمایش بیشترروسيا333 001دسته بندی مشخص نشده است
911
مشترکین
اطلاعاتی وجود ندارد24 ساعت
-17 روز
+230 روز
در حال بارگیری داده...
کانالهای مشابه
هیچ دادهای
مشکلی وجود دارد؟ لطفاً صفحه را تازه کنید یا با مدیر پشتیبانی ما تماس بگیرید.
ابر برچسبها
اشارات ورودی و خروجی
---
---
---
---
---
---
جذب مشترکین
ژوئیه '26
ژوئیه '26
+14
در 0 کانالها
ژوئن '26
+26
در 5 کانالها
Get PRO
مه '26
+19
در 3 کانالها
Get PRO
آوریل '26
+29
در 7 کانالها
Get PRO
مارس '26
+62
در 5 کانالها
Get PRO
فوریه '26
+85
در 6 کانالها
Get PRO
ژانویه '26
+171
در 4 کانالها
Get PRO
دسامبر '25
+176
در 15 کانالها
Get PRO
نوامبر '25
+208
در 8 کانالها
Get PRO
اکتبر '25
+398
در 8 کانالها
Get PRO
سپتامبر '250
در 1 کانالها
Get PRO
اوت '25
+55
در 0 کانالها
| تاریخ | رشد مشترکین | اشارات | کانالها | |
| 30 ژوئیه | 0 | |||
| 29 ژوئیه | 0 | |||
| 28 ژوئیه | 0 | |||
| 27 ژوئیه | +1 | |||
| 26 ژوئیه | 0 | |||
| 25 ژوئیه | 0 | |||
| 24 ژوئیه | 0 | |||
| 23 ژوئیه | 0 | |||
| 22 ژوئیه | +3 | |||
| 21 ژوئیه | 0 | |||
| 20 ژوئیه | +2 | |||
| 19 ژوئیه | +1 | |||
| 18 ژوئیه | 0 | |||
| 17 ژوئیه | +1 | |||
| 16 ژوئیه | +1 | |||
| 15 ژوئیه | +2 | |||
| 14 ژوئیه | 0 | |||
| 13 ژوئیه | 0 | |||
| 12 ژوئیه | 0 | |||
| 11 ژوئیه | 0 | |||
| 10 ژوئیه | 0 | |||
| 09 ژوئیه | 0 | |||
| 08 ژوئیه | +2 | |||
| 07 ژوئیه | 0 | |||
| 06 ژوئیه | 0 | |||
| 05 ژوئیه | +1 | |||
| 04 ژوئیه | 0 | |||
| 03 ژوئیه | 0 | |||
| 02 ژوئیه | 0 | |||
| 01 ژوئیه | 0 |
پستهای کانال
«ЭТО ВСЁ СВОЁ РОДНОЕ»: К ВОПРОСУ «СОБСТВЕННОГО» В ЗНАНИИ
В современной общественной и гуманитарной мысли всё чаще звучит призыв отказаться от ориентации на Запад и сосредоточиться на собственном развитии. Однако возникает вопрос: что именно понимать под «своим», «собственным» – и возможно ли вообще жить, мыслить автономно, независимо от внешних влияний?
Вопреки скептическим настроениям, интерес к русской самобытности имеет богатую традицию и сохраняется до сих пор. Эта тема поднималась в трудах П. Чаадаева, В. Соловьёва и Н. Данилевского, а нынче продолжает исследоваться в вузах. Открытым же остаётся вопрос о том, как соотносятся «своё» и «чужое», а также какую роль в этом играют идеи суверенности и традиционализма. И вообще: возможно ли наше собственное, русское, знание?
Публикуем статью Андрея Чхалова, которая открывает серию материалов, посвящённых проблеме «собственного» в знании.
Прочитать её можно по ссылке в нашем журнале: https://kosovorot.ru/article/eto-vse-svoe-rodnoe-k-voprosu-sobstvennogo-v-znanii
#статьи@podvorotom
#андрейчхалов@podvorotom
| 2 |  Кинокомедия «ДМБ» как продолжение пелевинского «Омона Ра»
Между повестью Виктора Пелевина «Омон Ра» и кинокомедией Романа Качанова и Ивана Охлобыстина «ДМБ» есть немало сходств. Оба произведения обращаются к современному их авторам милитаристскому контексту и доводят привычную армейскую действительность до абсурда.
Можно обнаружить и более конкретные сюжетные пересечения. Так, схожи участи Ивана Трофимовича Попадьи и Бомбы, оказавшихся на потеху властным структурам в шкурах диких животных. Сходство присутствует и между посвящением Пелевина «Героям советского космоса» и слоганом фильма: «Солдатам и сержантам /матросам срочной службы посвящается!»
Если учесть интерес Ивана Охлобыстина к современной русской литературе, нетрудно предположить, что ранняя проза Пелевина могла повлиять на сценарий «ДМБ». Однако значение этой связи не сводится лишь к слоганам или сюжетным совпадениям. Авторы фильма развивают пелевинскую проблематику – возможно, даже не осознавая этого.
Одной из центральных тем «Омона Ра» является власть языка над человеком, сила дискурсивных практик как механизмов воздействия на него. Военное училище, в которое попал главный герой Омон, служит советскому проекту, участвует в необходимом для него освоении космоса. Однако за яркими формулировками о «подвиге» и «долге» в этом деле скрывается работа советской идеологической машины. Она в пелевинском мире подчиняет себе человека, превращает его в средство достижения великой государственной цели, тем самым отправляя его на неминуемую смерть. И каждый подобный акт насилия получает торжественное словесное оправдание, представляясь героическим подвигом самого человека.
Так, Омон становится космонавтом-смертником, пилотом «автоматического», со слов Начальника полёта, лунохода, для передачи в космос слов «МИР», «ЛЕНИН» и «СССР» – ключевых символов советского идеологического языка. Такой системе и не нужен сам Омон как личность: ей требуется механическая кукла, имитирующая блок автоматического управления, тот самый автоматон, действующий в соответствии заранее сочиненному героическому сценарию.
В «ДМБ» эта тема получает своеобразное развитие в рамках постсоветской действительности. Армия больше не выглядит монолитным орудием великого государственного проекта, защитой советских ценностей и смыслов. Она предстает маргинальным пространством, где соседствуют алкоголизм, наркотики, дедовщина и некомпетентность старших по званию.
И всё же армия сохраняется как институт. Её устойчивость поддерживается теми же самыми идеологическими механизмами: словами о «долге», «дисциплине», «выправке» и «защите Родины». Особенно показателен образ прапорщика Казакова, который произносит рассуждения о военной службе и порядке, но при этом даже не способен в трезвом виде доставить призывников из распределительного пункта в штаб. Официальная риторика здесь вступает в противоречие с поведением её носителя.
Любопытны в этом отношении и другие герои «ДМБ». Постсоветская армия уже не предлагает им цели, превосходящей их частные интересы. Это заметно в поведении представителей командования: вместо того, чтобы быть образцом дисциплины, они играют в русскую рулетку, охотятся на свинью и видят «красное и зеленое НЛО». Главные же герои не противопоставляют себя системе, но осваивают её абсурдные правила и находят внутри неё удовлетворения уже своих собственных потребностей.
Такое различие двух произведений отчасти соответствует и историческому контексту. В переходный для страны момент спешно устранялась видимая атрибутика: советская символика, памятники. Однако система дискурсивного подчинения сохранялась в прежнем виде.
Именно в этом смысле «ДМБ» можно рассматривать как постсоветское продолжение «Омона Ра». Если у Пелевина человека готовят к надуманному, жестокому, но все-таки объявленному необходимым для страны подвигу, то у Качанова и Охлобыстина уже никого всерьез ни к чему не готовят, маскируя отсутствие смысла прежними речевыми механизмами. Система по сути продолжает воспроизводить себя без какой-либо видимой цели. Выражаясь словами классика: «Это вам не это!»
#арсенийволчков@podvorotom | 148 |
| 3 |  «Русский дух», как вы его ни хороните или как ни высмеивайте, все-таки существует. Это не непременно гений, стихи, проза, умопомрачительная философия. Нет, это — манера жить, т. е. нечто гораздо простейшее и, пожалуй, мудренейшее.
Василий Розанов, «О русской культуре» | 143 |
| 4 |  Доминирующее присутствие какого бы то ни было бренда — читай, формы речи — в информационном и визуальном поле формирует речь как таковую. The monopoly is the message! Монополия на медийность есть отдельный тип медиума.
Таким образом, консервативный импульс русской культуры ищет реализации в двоякой форме — с одной стороны, в усугубляющейся стагнации корпоративно-маркетологического поля, а, с другой стороны, в низовой стихийности, прорывающейся сквозь толщу мертворожденных языка и речи в их массмедийной ипостаси.
Понимание же того, что упомянутые планы обтекают одно и то же ядро русской культуры, а не борются за право на воссоздание безвозвратно утерянной самости, аннулирует необходимость «спасать» русскость от кризиса, в котором она якобы оказалась, вхолостую воспроизводя сетования Франкфуртской школы на не случившуюся революцию духа.
Дух русскости реализуется и в корпоративном утопизме, и в жуткой нечеловечности его форм, и в хтонической поэзии бойцов с передовой, отсылающей подчас к лучшим образцам текстуальности «тоталитарного режима» и в то же самое время разверзающей пространство абсолютно новой, аутентичной, параллельной реальности внутри той, что предстает в неспособных и не желающих соотноситься с этой самой реальностью медиа.
Из статьи Игоря Родина «"Постмодернизма не существует": стандартизация российского медийного поля как консервативный парадокс»: https://kosovorot.ru/article/postmodernizma-ne-suschestvuet-standartizatsiya-rossiyskogo-mediynogo-polya-kak-konservativnyy-paradoks | 215 |
| 5 |  На перечислении этих особенностей творчества автора телеграм-канала Alexandr Krott всё не заканчивается, однако обо всём рассказать точно не получится.
В рамках поста следовало бы сказать и пару слов о мемах более привычных — которые в картинках, с нашим любимым шрифтом Impact. Фантазия их авторов часто сплетается с имитацией простодушного, «наивного» отношения к миру, где не существует «взрослых» проблем.
Тоска по такому развлекательному контенту в отечественных медиа часто назревает, когда и большинство авторов, и даже большие российские корпорации подключаются к безжизненному брейнрот-конвейеру или обшучивают одни и те же «жизненные» приколы. Но слава Богу, что он существует вообще, даже в таких малых дозах.
#сеняхвалынский@podvorotom
пик: @expops | 219 |
| 6 |  Новая искренность наивность в российских медиа
Цифровой фольклор, представленный нынче в большинстве своём в мемах, развивается по одному Богу известным законам. Лет пять назад невозможно было представить, что мы будем смеяться над нейросетевым брейнротом, а какой-нибудь Дугин начнёт на серьёзных щах трактовать его значения (пусть второе вообще значительно вероятнее, чем первое, о чём бы речь не заходила).
Хотя, если говорить откровенно, ИИ-брейнрот задолбал почти всех ещё в зачатке. Неожиданный абсурдный юмор хорош в меру, в очень маленьких дозах.
И в эпоху нейросетевого шлака лично моё внимание привлекает другое ответвление интернетного юмора. Хотя речь скорее не о юморе как таковом, но языке, которым пользуются в отечественных медиа для создания развлекательного контента.
Если вы не занимаетесь таким праздным и бесполезным делом, как чтение книг, то наверняка посвящаете досуг тиктоку. И если так, то там вам наверняка попадались видео ИЛЮХИ ПЛЭЙБОЯ. Вот о подобном я и хочу сказать.
Его видео отличает особая форма подачи, перформанс и речь, в которой сочетается намеренная как бы детская наивность, стеснительность и коверканье слов, выливающееся в неологизмы, какое часто, опять же, допускают в разговоре дети.
Почти каждый ролик Илюха приправляет отсылками на произведения поп-культуры. Например, на аниме (когда прерывает фейковое интервью со случайным прохожим для того, чтобы разобраться с Акацуки из «Наруто») или на вселенную Марвел (когда как бы от лица Железного человека начинает драться с теми же воображаемыми Акацуки).
К слову, смешение персонажей из разных поп-культурных произведений также свойственно ребёнку, который разыгрывает сценки с игрушками. Что и говорить про сам перформанс, часто подразумевающий представляемую драку в роли какого-нибудь популярного персонажа.
Впрочем, в видеороликах Илюхи полно абсурда и «наивные» язык и речь занимают в его творчестве не ключевое место. Более уместен пример другого тиктокера – sopotovsky.
Зачастую суть его роликов сводится к тому, что автор, стоя спиной к камере, реагирует на что-то случайно обнаруженное на улице. Это может быть забавное название магазина, вызывающее определённые ассоциации, стая голубей и даже необычная архитектура здания.
В своих видео sopotovsky разводит руками от удивления и как бы про себя думает про увиденные вещи и явления. Мы слышим его мысли, проговоренные в голове, и зачастую это невероятно простодушные наблюдения или логические заключения.
Они звучат... очень по-простецки, как если бы о вещах и явлениях в мире думал ребёнок, увидевший их впервые. Примечателен и подбор слов, часто взятых из сленга, а также интонация, обличающая совершенно отличное от привычного нам и, опять-таки, простодушное и наивное отношение к миру, как будто открываемому по-новой.
Но если тикток или рилсы вы не смотрите, лучшим примером будет телеграм-канал @Alexandr_Krott – мой любимый среди всех приведённых примеров.
Практически каждый пост Александра представляет из себя строго выверенную концентрацию намеренно совершаемых им речевых, грамматических и пунктуационных ошибок, какие обычно совершаю те, кто провёл в интернете слишком мало времени, либо просто безграмотен или не освоил клавиатуру — буквальную или сенсорную.
Так, в постах автора регулярно появляется неправильное сокращение числительных и вводных конструкций: «10-ть», «во 1» («во-первых»); полное игнорирование пунктуации и обилие орфографических ошибок; неправильное применение и ошибочное написание фразеологизмов и разговорных выражений: «Из той "же оперы"»; а ещё абсурд: «Всем привет если есть тут такие» (контекст сохранён).
Но поскольку канал подразумевается блогом, Александр часто в своей манере «комментирует» новости, применяя оптику того же неопытного пользователя интернета или карикатурного российского консерватора. А ещё просто делает посты с применением популярных интернет-выражений из мемов, изначальное значение которых развеивается, за счёт чего посты существуют на тонкой грани между осмысленным посланием и бредом. | 195 |
| 7 |  Кстати, ровно год назад, 21 июля 2025 года, появился этот канал!
«Косоворот» возник как проект чисто телеграмный, и мы рады, что он продолжает жить в этом качестве, несмотря на ограничения работы мессенджера. За это мы в первую очередь хотим сказать спасибо Вам — нашим читателям.
Тогда, год назад, мы начали вести проект с ряда текстов, которые надолго закрепили тематический вектор журнала.
Баюнов тогда написал не теряющую своей актуальности заметку по фольклору как вседержителю нашей культуры.
Чхалов размышлял о созвучии поэта Губанова и... философа Бердяева. Последний с тех пор не отпускает всю нашу редакцию и регулярно появляется в постах и текстах.
Хвалынский тогда написал текстик про то, что настоящим авангардом русского кинематографа были не игровые «Понизовая вольница» и «Песнь о купце Калашникове», а документальные и, казалось бы, совсем не примечательные ленты.
А Илья Никитин, по которому мы очень сильно в редакции скучаем, внёс свой вклад в виде заметки о русском двоеверии. | 333 |
| 8 |  И во имя самой России, из любви к ней, т. е. к её высшему благу, мы должны быть преданы не русским (в тесном эгоистическом смысле) интересам, а вселенскому церковному интересу – он же и глубочайший окончательный интерес России.
Владимир Соловьёв, «Национальный вопрос в России» | 217 |
| 9 |  +2Друзья, на связи Сеня, главный редактор журнала. Короче говоря, я тут женился вот!
Мы с Викой вместе уже много лет. Это тот человек, который умеет и спустить с академических небес на землю, и, наоборот, поднять на небеса, пусть и не академические. Я счастлив, что отныне могу называть Вику своей женой.
Вместе с тем хочу сказать спасибо ей: если бы не её поддержка и компания, журнала могло бы и не быть!
Спасибо и моим друзьям: передовику нашего проекта и редактору Андрею, Юле, которая помогает мне с постами и делится замечательными фотографиями, а также Алине – нашему иллюстратору!
Наконец, спасибо друзьям и родным, которые разделили со мной и Викой чудесный день свадьбы!
Журнал выходит из очередного незапланированного отпуска и прерывает молчание новыми постами и текстами!!! | 305 |
| 10 |  ЗА КАДРОМ СТОЯЩИЕ: ПОРТРЕТЫ РУССКИХ ДРАМАТУРГОВ
Если литература – царица искусств, то драматургия – княжна. Исключительную важность сценария в строении художественного фильма подмечал ещё Сергей Эйзенштейн в начале прошлого столетия. Целый век развития игровой кинематографии подтвердил его мысль множеством примеров. Сценарий суть кровеносная система, по руслам которой течёт живая кровь картины. И тем не менее, сценарист, драматург часто оказывается незамеченным на фоне режиссёра или актёров...
Публикуем сборник портретных текстов журналиста и литератора Глеба Буланникова о тех, кто оставался и остаётся в тени отечественного фильмостроя.
Читать сборник: https://kosovorot.ru/article/portrety-dramaturgov
#глеббуланников@podvorotom | 379 |
| 11 |  Познать природу, душу, бога, любовь... Это познается сердцем, а не умом. Ежели бы мы были духи, мы бы жили, носились в сфере той мысли, над которою носится душа наша, когда хочет разгадать ее. Мы же прах, люди должны разгадывать, но не могут обнять вдруг мысль. Проводник мысли сквозь бренную оболочку в состав души есть ум. Ум – способность материальная... душа же, или дух, живет мыслию, которую нашептывает ей сердце... Мысль зарождается в душе. Ум - орудие, машина, движимая огнем душевным...
Федор Достоевский, из письма брату Михаилу, 1838 г. | 360 |
| 12 |  Даже несмотря на описанное выше, интерес Криса Маркера к фигуре Андрея Арсеньевича всё ещё можно обусловить лишь формой эстетического почтения и завороженности. Таким же образом, например, он любил слушать православные песнопения и иконы, хотя «никогда и не присягал православию».
Но Маркер искренне любил Тарковского, как любил и нашу культуру. На его глазах русская душа воскресала из пепла, и Андрей Арсеньевич был провозвестником этого духовного восстания русского человека, раньше многих других вновь обратившимся к созерцанию жизни, а не её поспешной переделке. Для Маркера, который с ручной камерой гонялся по всему земному шару за разгорающимися революциями, меняющими мир, главная – духовная – революция была явлена в Тарковском.
Ведь как вполне последовательный левак Маркер сознавал, что на руинах (оставшихся как после успешных, так и не очень успешных революций), нужно воздвигать что-то новое, говорить новое слово, обращённое, если использовать терминологию Бердяева, уже не к царству кесаря – материальному миру, но к царству духа, которое единственно только и может пробудить творческий, созидательный характер нации.
Из эссе Сени Хвалынского «Царство духа Тарковского» | 360 |
| 13 | А что вы думаете о традиционализме? | 300 |
| 14 |  К вопросу рецепции традиционализма в России
Недавно в телеграм-каналах консервативных публицистов и философов развернулась дискуссия о традиционалисте Юлиусе Эволе. В ней уже приняли участие Андрей Песоцкий, Никита Сюндюков, Кирилл Новиков, Кирилл Смирнов и др. Отдельно хотелось бы отметить позицию Кирилла Мазаева.
Во-первых, потому, что он обратился к теме личности, важной для русской религиозной мысли, но сложной для традиционалистов (с этим надо осторожно, сразу возникают вопросы, что такое личность, если это не индивидуум). Важным в этом плане кажется определение богослова Владимира Лосского:
Личность есть несводимость человека к природе. Именно несводимость, а не «нечто несводимое» или «нечто такое, что заставляет человека быть к своей природе несводимым», потому что не может быть здесь речи о чем-то отличном, об «иной природе», но только о ком-то, кто отличен от собственной своей природы, о ком-то, кто, содержа в себе свою природу, природу превосходит.
Здесь можно заметить одну (неожиданно) общую интуицию с тем, что писал Юлиус Эвола, плохо знавший христианство, о необходимости преодоления индивидуума – как природной обособленности человека от Высшего Принципа. Различия, безусловно, есть, русский философ не постеснялся бы сказать: обособленности от Бога. Но когда звучит «Бог», мы вступаем на территорию больших текстов, сами понимаете.
Всплеск разговоров вокруг Эволы обнажает недостаток сегодня сопоставления традиционализма с русской традицией. Традиционализм берётся как бы со стороны, как будто это явление нам не созвучно. Стоит провести более тонкий анализ систем русских философов и тех принципов, на которые в своих трудах опираются Рене Генон и Юлиус Эвола. Насколько я могу судить, внимательных исследований на эту тему не так много, из последних прочитанных вспоминается текст о не-двойственности Генона и монодуализме Франка. А ведь сколько общего и различного у, например, отца Павла Флоренского и Рене Генона.
В критике современности уж точно русский философ и традиционалист сообщники. Флоренский писал:
Пусть будет объявлена война между современностью и религией. Посмотрим, кто победит, религия ли, чуждая миру, чуждая всякой современности и столь же древняя, как само человечество, или вечно текущая современность.
Насколько геноновский, даже эволаистский здесь пафос.
Во-вторых, что показательно, Кирилл Мазаев отметил отсутствие «положительной программы» у Эволы. С этим трудно не согласиться, но возникает вопрос: разве не все традиционалисты указывают только общее направление, только отрезвляют и напоминают о живой традиции? Разве не все они лишь деконструкторы? Конечно, этого уже, может быть, много.
Но невольно вспоминается, что в самом традиционализме предпринимались попытки наметить положительный проект. Сам Эвола критиковал Генона за отсутствие указаний об «активном приуготовлении себя посредством особой дисциплины» в современном мире. То же делал и Дугин, намечая «постгенонизм». Подступился и Мамлеев, совершив следующий шаг от «индуизма» к идее русской «Бездны».
Как и в случае Эволы, в какой мере и что у Дугина и Мамлеева получилось предложить – это открытый вопрос.
У кого же проблем с «программами» не было, так это у русских религиозных философов. Актуализация нашего внимания к традиционалистам, кажется, должна идти рука об руку с русской философией.
Такими вопросами при этом должны заниматься те, кто с традиционализмом знакомы. Иначе так и придётся сталкиваться в академической среде (за редкими, хоть и значимыми исключениями) либо с повторениями, либо с чем-то навроде вульгарных сопоставлений метафизической системы Генона с христианскими догматами и редукции «интеллектуальной интуиции» к шарлатанскому фантазёрству (как будто русской традиции мысли «интуиция» неизвестна).
Весьма важна в традиционализме идея причастности живой традиции, которую Эвола, в отличие от Генона, не то чтобы разделял. Если и обращаться к традиционализму, то с целью поворота к русской духовной традиции, к размышлению о её основаниях. Если и отступать, критиковать его, то с той же целью.
#андрейчхалов@podvorotom | 275 |
| 15 |  +8дугжууба — очищение
Февраль. Петербург
Наблюдатель: Юля Дементьева
#запечатленное@podvorotom | 571 |
| 16 |  «ПОСТМОДЕРНИЗМА НЕ СУЩЕСТВУЕТ»: СТАНДАРТИЗАЦИЯ РОССИЙСКОГО МЕДИЙНОГО ПОЛЯ КАК КОНСЕРВАТИВНЫЙ ПАРАДОКС
Современное медиапространство в России – предмет постоянной критики и оценочных суждений. Его принято обвинять в торжестве маркетинга, постмодернистской легкомысленности и шаблонности визуального языка, зачастую воспроизводящего заимствованные культурные формы.
Что однако представляет собой российское медийное поле? Какую функцию оно выполняет? Почему русских дух воплощается и в утопическом стремлении к идеалам маркетинга, и в консервативном сопротивлении языку массмедиа?
Раскрыть это диалектическое напряжение пытается Игорь Родин, обращаясь к опыту русского авангарда, соцреализма и российского кино 2010-х годов.
Ознакомиться с его исследованием можно по ссылке:
https://kosovorot.ru/article/postmodernizma-ne-suschestvuet-standartizatsiya-rossiyskogo-mediynogo-polya-kak-konservativnyy-paradoks
#игорьродин@podvorotom | 291 |
| 17 |  Истина есть антиномия. Самое слово «антиномия», как философский термин, – происхождения весьма позднего, а именно, появляется не ранее Канта, да и то – только в «Критике чистого разума», т. е. в 1781 году. До того же времени это был юридический и, отчасти, богословский термин. Но, насколько поздним оказывается термин «антиномия», настолько же раннею – самая идея необходимой само-противоречивости разсудка, связываемая теперь с этим термином. Можно даже предполагать, что она явилась первоначально простым отражением того сложного и сочетающего в себе противоположности уклада, которым обладал древний эллин и лично, и общественно.
Павел Флоренский, «Столп и утверждение Истины» | 257 |
| 18 |  ...
Вот пустили поезда, у них своё расписание, вот машины едут после красного – и у людей в них словно своя, настоящая жизнь. Словно там не фигурки вовсе, и сейчас они припаркуют автомобили, пойдут к себе домой, кого-то поцелуют или так и останутся одни.
Мы стоим и смотрим на несколько старинных городов вдоль великой русской реки, они засыпают и просыпаются каждые 15 минут. Здесь впору осознать – какое великое множество всего в них. Как широк среднерусский север. Вдруг ловишь себя на мысли, что если вновь выйдешь на трескающуюся под шагами улицу – мир вокруг, действительно, окажется не так велик. Он всё такой же, какой был до тебя, и пряничные церкви – всё ещё здесь, в них кто-то молится, и в окнах с красивыми наличниками можно увидеть тех, кто пьёт уже пятый раз за день чай. Как когда-то давно.
Даже Волга здесь замерзает. Но это купеческий край, всё здесь по-настоящему русское. Без оглядки на возможных послов, без оглядки на быт других. Почему удивительны белые стены? Потому что там, откуда мы приехали, почти нет белого. Даже белые церкви – редкость. Оттого, наверное, в чистом цвете так легко попасть на малую улицу и оказаться вдруг там, где только следы от салазок.
Отрывок из очерка Егора Сомова «На купеческом севере» | 297 |
| 19 |  КАКОЕ ОНО – ЛИЦО РУССКОГО МУЖЧИНЫ?
Беспощаден набат войны, идущей пятый год подряд. Его гул уже въелся в стены многоквартирных домов, тротуары улиц и фасады исторических зданий, насквозь пропитав тревогой то, что мы называем мирной жизнью. Всё ярче становятся безумные всполохи кормящегося где-то за ленточкой – и дальше, во всём мире, – большого, необъятного пожарища, вгоняюшего в ступор.
С таким чувством столкнулся и я, когда случайно познакомился на улице с Владимиром Владимировичем. Я просто шёл домой, а он – обратно, туда, где, наверное, вот-вот окажется очень нужен. Или нет.
Полный текст очерка: https://kosovorot.ru/article/ocherk-hvalynskiy-1
#сеняхвалынский@podvorotom
*Роскомнадзор настаивает, что спецоперация в Украине не является войной | 461 |
| 20 |  Задача православной или русской культуры и универсальна, и индивидуально-национальна. Эта культура должна раскрыть,
актуализировать хранимые ею с VIII в. потенции, но раскрыть их путем приятия в себя актуализованного культурою западной (в этом смысл «европеизации») и восполнения
приемлемого своим. «Восполнение» и есть
национальное дело, без которого нет и дела вселенского.
Лев Карсавин, «Восток, Запад и русская идея» | 296 |
