¡Ya disponible! Investigación de Telegram 2025 — los principales insights del año 
косоворот
Ir al canal en Telegram
многоголосие о русском наш журнал: kosovorot.ru для анонимных вопросов нашей редакции: t.me/anonaskbot?start=xegy1ln по поводу сотрудничества и если хотите стать автором: @redrikshugrv
Mostrar másRusia335 998La categoría no está especificada
906
Suscriptores
Sin datos24 horas
-37 días
Sin datos30 días
Carga de datos en curso...
Canales Similares
Sin datos
¿Algún problema? Por favor, actualice la página o contacte a nuestro gerente de soporte.
Nube de Etiquetas
Menciones Entrantes y Salientes
---
---
---
---
---
---
Atraer Suscriptores
julio '26
julio '26
+1
en 0 canales
junio '26
+26
en 5 canales
Get PRO
mayo '26
+19
en 3 canales
Get PRO
abril '26
+29
en 7 canales
Get PRO
marzo '26
+62
en 5 canales
Get PRO
febrero '26
+85
en 6 canales
Get PRO
enero '26
+171
en 4 canales
Get PRO
diciembre '25
+176
en 15 canales
Get PRO
noviembre '25
+208
en 8 canales
Get PRO
octubre '25
+398
en 8 canales
Get PRO
septiembre '250
en 1 canales
Get PRO
agosto '25
+55
en 0 canales
| Fecha | Crecimiento de Suscriptores | Menciones | Canales | |
| 07 julio | 0 | |||
| 06 julio | 0 | |||
| 05 julio | +1 | |||
| 04 julio | 0 | |||
| 03 julio | 0 | |||
| 02 julio | 0 | |||
| 01 julio | 0 |
Publicaciones del Canal
Познать природу, душу, бога, любовь... Это познается сердцем, а не умом. Ежели бы мы были духи, мы бы жили, носились в сфере той мысли, над которою носится душа наша, когда хочет разгадать ее. Мы же прах, люди должны разгадывать, но не могут обнять вдруг мысль. Проводник мысли сквозь бренную оболочку в состав души есть ум. Ум – способность материальная... душа же, или дух, живет мыслию, которую нашептывает ей сердце... Мысль зарождается в душе. Ум - орудие, машина, движимая огнем душевным...
Федор Достоевский, из письма брату Михаилу, 1838 г.
| 2 |  Даже несмотря на описанное выше, интерес Криса Маркера к фигуре Андрея Арсеньевича всё ещё можно обусловить лишь формой эстетического почтения и завороженности. Таким же образом, например, он любил слушать православные песнопения и иконы, хотя «никогда и не присягал православию».
Но Маркер искренне любил Тарковского, как любил и нашу культуру. На его глазах русская душа воскресала из пепла, и Андрей Арсеньевич был провозвестником этого духовного восстания русского человека, раньше многих других вновь обратившимся к созерцанию жизни, а не её поспешной переделке. Для Маркера, который с ручной камерой гонялся по всему земному шару за разгорающимися революциями, меняющими мир, главная – духовная – революция была явлена в Тарковском.
Ведь как вполне последовательный левак Маркер сознавал, что на руинах (оставшихся как после успешных, так и не очень успешных революций), нужно воздвигать что-то новое, говорить новое слово, обращённое, если использовать терминологию Бердяева, уже не к царству кесаря – материальному миру, но к царству духа, которое единственно только и может пробудить творческий, созидательный характер нации.
Из эссе Сени Хвалынского «Царство духа Тарковского» | 99 |
| 3 | А что вы думаете о традиционализме? | 151 |
| 4 |  К вопросу рецепции традиционализма в России
Недавно в телеграм-каналах консервативных публицистов и философов развернулась дискуссия о традиционалисте Юлиусе Эволе. В ней уже приняли участие Андрей Песоцкий, Никита Сюндюков, Кирилл Новиков, Кирилл Смирнов и др. Отдельно хотелось бы отметить позицию Кирилла Мазаева.
Во-первых, потому, что он обратился к теме личности, важной для русской религиозной мысли, но сложной для традиционалистов (с этим надо осторожно, сразу возникают вопросы, что такое личность, если это не индивидуум). Важным в этом плане кажется определение богослова Владимира Лосского:
Личность есть несводимость человека к природе. Именно несводимость, а не «нечто несводимое» или «нечто такое, что заставляет человека быть к своей природе несводимым», потому что не может быть здесь речи о чем-то отличном, об «иной природе», но только о ком-то, кто отличен от собственной своей природы, о ком-то, кто, содержа в себе свою природу, природу превосходит.
Здесь можно заметить одну (неожиданно) общую интуицию с тем, что писал Юлиус Эвола, плохо знавший христианство, о необходимости преодоления индивидуума – как природной обособленности человека от Высшего Принципа. Различия, безусловно, есть, русский философ не постеснялся бы сказать: обособленности от Бога. Но когда звучит «Бог», мы вступаем на территорию больших текстов, сами понимаете.
Всплеск разговоров вокруг Эволы обнажает недостаток сегодня сопоставления традиционализма с русской традицией. Традиционализм берётся как бы со стороны, как будто это явление нам не созвучно. Стоит провести более тонкий анализ систем русских философов и тех принципов, на которые в своих трудах опираются Рене Генон и Юлиус Эвола. Насколько я могу судить, внимательных исследований на эту тему не так много, из последних прочитанных вспоминается текст о не-двойственности Генона и монодуализме Франка. А ведь сколько общего и различного у, например, отца Павла Флоренского и Рене Генона.
В критике современности уж точно русский философ и традиционалист сообщники. Флоренский писал:
Пусть будет объявлена война между современностью и религией. Посмотрим, кто победит, религия ли, чуждая миру, чуждая всякой современности и столь же древняя, как само человечество, или вечно текущая современность.
Насколько геноновский, даже эволаистский здесь пафос.
Во-вторых, что показательно, Кирилл Мазаев отметил отсутствие «положительной программы» у Эволы. С этим трудно не согласиться, но возникает вопрос: разве не все традиционалисты указывают только общее направление, только отрезвляют и напоминают о живой традиции? Разве не все они лишь деконструкторы? Конечно, этого уже, может быть, много.
Но невольно вспоминается, что в самом традиционализме предпринимались попытки наметить положительный проект. Сам Эвола критиковал Генона за отсутствие указаний об «активном приуготовлении себя посредством особой дисциплины» в современном мире. То же делал и Дугин, намечая «постгенонизм». Подступился и Мамлеев, совершив следующий шаг от «индуизма» к идее русской «Бездны».
Как и в случае Эволы, в какой мере и что у Дугина и Мамлеева получилось предложить – это открытый вопрос.
У кого же проблем с «программами» не было, так это у русских религиозных философов. Актуализация нашего внимания к традиционалистам, кажется, должна идти рука об руку с русской философией.
Такими вопросами при этом должны заниматься те, кто с традиционализмом знакомы. Иначе так и придётся сталкиваться в академической среде (за редкими, хоть и значимыми исключениями) либо с повторениями, либо с чем-то навроде вульгарных сопоставлений метафизической системы Генона с христианскими догматами и редукции «интеллектуальной интуиции» к шарлатанскому фантазёрству (как будто русской традиции мысли «интуиция» неизвестна).
Весьма важна в традиционализме идея причастности живой традиции, которую Эвола, в отличие от Генона, не то чтобы разделял. Если и обращаться к традиционализму, то с целью поворота к русской духовной традиции, к размышлению о её основаниях. Если и отступать, критиковать его, то с той же целью.
#андрейчхалов@podvorotom | 144 |
| 5 |  +8дугжууба — очищение
Февраль. Петербург
Наблюдатель: Юля Дементьева
#запечатленное@podvorotom | 214 |
| 6 |  «ПОСТМОДЕРНИЗМА НЕ СУЩЕСТВУЕТ»: СТАНДАРТИЗАЦИЯ РОССИЙСКОГО МЕДИЙНОГО ПОЛЯ КАК КОНСЕРВАТИВНЫЙ ПАРАДОКС
Современное медиапространство в России – предмет постоянной критики и оценочных суждений. Его принято обвинять в торжестве маркетинга, постмодернистской легкомысленности и шаблонности визуального языка, зачастую воспроизводящего заимствованные культурные формы.
Что однако представляет собой российское медийное поле? Какую функцию оно выполняет? Почему русских дух воплощается и в утопическом стремлении к идеалам маркетинга, и в консервативном сопротивлении языку массмедиа?
Раскрыть это диалектическое напряжение пытается Игорь Родин, обращаясь к опыту русского авангарда, соцреализма и российского кино 2010-х годов.
Ознакомиться с его исследованием можно по ссылке:
https://kosovorot.ru/article/postmodernizma-ne-suschestvuet-standartizatsiya-rossiyskogo-mediynogo-polya-kak-konservativnyy-paradoks
#игорьродин@podvorotom | 215 |
| 7 |  Истина есть антиномия. Самое слово «антиномия», как философский термин, – происхождения весьма позднего, а именно, появляется не ранее Канта, да и то – только в «Критике чистого разума», т. е. в 1781 году. До того же времени это был юридический и, отчасти, богословский термин. Но, насколько поздним оказывается термин «антиномия», настолько же раннею – самая идея необходимой само-противоречивости разсудка, связываемая теперь с этим термином. Можно даже предполагать, что она явилась первоначально простым отражением того сложного и сочетающего в себе противоположности уклада, которым обладал древний эллин и лично, и общественно.
Павел Флоренский, «Столп и утверждение Истины» | 207 |
| 8 |  ...
Вот пустили поезда, у них своё расписание, вот машины едут после красного – и у людей в них словно своя, настоящая жизнь. Словно там не фигурки вовсе, и сейчас они припаркуют автомобили, пойдут к себе домой, кого-то поцелуют или так и останутся одни.
Мы стоим и смотрим на несколько старинных городов вдоль великой русской реки, они засыпают и просыпаются каждые 15 минут. Здесь впору осознать – какое великое множество всего в них. Как широк среднерусский север. Вдруг ловишь себя на мысли, что если вновь выйдешь на трескающуюся под шагами улицу – мир вокруг, действительно, окажется не так велик. Он всё такой же, какой был до тебя, и пряничные церкви – всё ещё здесь, в них кто-то молится, и в окнах с красивыми наличниками можно увидеть тех, кто пьёт уже пятый раз за день чай. Как когда-то давно.
Даже Волга здесь замерзает. Но это купеческий край, всё здесь по-настоящему русское. Без оглядки на возможных послов, без оглядки на быт других. Почему удивительны белые стены? Потому что там, откуда мы приехали, почти нет белого. Даже белые церкви – редкость. Оттого, наверное, в чистом цвете так легко попасть на малую улицу и оказаться вдруг там, где только следы от салазок.
Отрывок из очерка Егора Сомова «На купеческом севере» | 251 |
| 9 |  КАКОЕ ОНО – ЛИЦО РУССКОГО МУЖЧИНЫ?
Беспощаден набат войны, идущей пятый год подряд. Его гул уже въелся в стены многоквартирных домов, тротуары улиц и фасады исторических зданий, насквозь пропитав тревогой то, что мы называем мирной жизнью. Всё ярче становятся безумные всполохи кормящегося где-то за ленточкой – и дальше, во всём мире, – большого, необъятного пожарища, вгоняюшего в ступор.
С таким чувством столкнулся и я, когда случайно познакомился на улице с Владимиром Владимировичем. Я просто шёл домой, а он – обратно, туда, где, наверное, вот-вот окажется очень нужен. Или нет.
Полный текст очерка: https://kosovorot.ru/article/ocherk-hvalynskiy-1
#сеняхвалынский@podvorotom
*Роскомнадзор настаивает, что спецоперация в Украине не является войной | 314 |
| 10 |  Задача православной или русской культуры и универсальна, и индивидуально-национальна. Эта культура должна раскрыть,
актуализировать хранимые ею с VIII в. потенции, но раскрыть их путем приятия в себя актуализованного культурою западной (в этом смысл «европеизации») и восполнения
приемлемого своим. «Восполнение» и есть
национальное дело, без которого нет и дела вселенского.
Лев Карсавин, «Восток, Запад и русская идея» | 273 |
| 11 | Другой вывод из вышеизложенной исторической особенности важнейших моментов развития русского народа состоит в огромном перевесе, который принадлежит в русском человеке общенародному русскому элементу над элементом личным, индивидуальным. Поэтому-то, между тем как англичанин, немец, француз, перестав быть англичанином, немцем или французом, сохраняет довольно нравственных начал, чтобы оставаться еще замечательною личностью в том или другом отношении, русский, перестав быть русским, обращается в ничто – в негодную тряпку, чему каждый, без сомнения, видел столько примеров, что не нуждается ни в каких особых указаниях.
Николай Данилевский, «Россия и Европа» | 357 |
| 12 | Восток и я | 446 |
| 13 |  Российское знание в поисках собственной суверенности мечется между Западом и Востоком
Евразия как она есть – с восточным по своей сути и географии происхождения православным христианством, впитанным с молоком матери, и ярмом западных эрзацев мышления.
Этой традиции бытийствования русской мысли не один век. Вместе с тем в жизни не-философской распространение разнородных восточных практик и мод как застало Россию вместе со всей Европой на стыке 19-го и 20-го столетий, так и не отпускает их до сих пор (многие, впрочем, скажут, что началось это значительно раньше).
Хотя вот в то же самое время наш поэт-современник Слава КПСС, которому «опять надо жить», читает, что «обосранный дзен-буддизм ему не впарить, как тампоны».
А что думаете вы? Насколько Восток – его философии, духовные учения и практики – проникают в вашу жизнь? | 372 |
| 14 |  👁️ Ищем авторов и редакторов
Друзья, мы вновь бросаем клич. Если Вы начинающий учёный, исследователь, эссеист, философ, поэт или журналист – пишите мне @redrikshugrv
Как авторам, мы можем предложить вам свободную площадку для апробации своих исследовательских изысканий или (пока что только текстового) творчества.
Как редакторам – возможность расширить в работе над социальными сетями и сайтом «Косоворота» круг проблем, которые интересуют именно вас. Кроме того, обещаем и среду товарищей-единомышленников, готовых поддержать ваши (мысле)творческие порывы или просто поговорить о насущном.
До сих пор наш журнал невольно «избегал» осмысления советского периода в российской истории и жизни, несмотря на его исключительную важность в жизни современной. Поэтому, если вы обладаете должным уровнем компетенций и хотите поведать что-то интересное про русско-советскую культуру, также пишите! | 1 154 |
| 15 |  Идея нации есть не то, что она сама думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности.
Владимир Соловьёв | 1 835 |
| 16 |  Вопреки обозначившейся на фоне геополитически-исторических пертурбаций последних лет тенденции канализировать подспудность русской культуры в квазиностальгический концепт «русской идеи», подспудность эта не может быть тождественна ни одной из её декларируемых форм.
Последние неизменно вмещают в себя собственную изнанку в форме фрустрации от невозможности зацементировать в наборе понятий или социополитическом проекте всё, что от них ожидается со стороны тех, кто провозглашает их острую необходимость для российской будущности и государственности.
Подобные изыскания оборачиваются кровоточащим противоречием, болью за судьбы страны, помимо самоочевидного для русского человека аффективного выплеска не несущей в себе конструктивной и прикладной конкретики, а зачастую обнажающей оторванность спекулятивной философичности от своего «предмета», что вообще присуще банализированной и историзированной (уясненной в форме редуцированной истории эволюции идей) русской вариации на тему семиологизированной евроцентричной мысли (сведение процесса познания мира к «легко усвояемым» предметам и причинно-следственным связям, подтверждаемым «экспериментальным» путем).
Из эссе Игоря Родина «Канон и предел русской культуры» | 394 |
| 17 |  +5«Россия счастие, Россия свет, а может быть, России вовсе нет»
Такие слова написал в эмиграции в 1931-м году русский поэт Георгий Иванов.
А Ивановы точно должны понимать Россию, даже если они в эмиграции. На то ведь они и Ивановы. Так подсказывает нам наша крестьянская интуиция, наш deep state.
Однако что могут значить эти исполненные мистического видения слова, откуда это тайноговорение о «музыке, сводящей с ума», о «мировой чепухе» и любимой молчащей отчизне? Почему же в стихах возникает это парадоксальное «хорошо, что нет России», это леденящее «нет» — что за адское озеро Коцит рисует автор?
Россия поэта Иванова – загадка, а может быть, и чудо. В ней свет сочетается с тьмой, счастье с верёвкой или пулей. В ней можно и воскреснуть.
Достоевщина, «присутствие Бездны», сказал бы писатель Ю. Мамлеев. «Мистическая душа» у России, поправил бы его философ Н. Бердяев. Если «Россия прах», то она напоминает состояние напряжения между двумя модусами тварного небытия, добавил бы философ и богослов С. Булгаков: между бесплодием укона – полного ничто – и беременностью меонального нечто.
Родина тогда непостижима, темна; а её «нет» существует в неопределённости, «необъятной» для рассудка широте и открытой возможности расцвести, воплотиться до конца в Боге.
Разгадки могут быть и иными. Но Иванов уже наметил ответ — в своих стихотворениях. Публикуем подборку текстов о России великого русского поэта.
#андрейчхалов@podvorotom | 606 |
| 18 | Вообще же, русский геймдев. Что вы знаете о нём? | 366 |
| 19 |  Герои новые, проблемы старые
Серия игр Heroes of Might and Magic не нуждается в представлении. Если за точку отсчёта брать дату выхода первой части, то знаменитой игровой франшизе, в целом, более 30-ти лет. Я и вовсе ещё не родился, когда в 1999-м году свет увидела третья игра в серии.
И хотя частей вышло много, широкое общественное признание получили лишь третья и пятая. Последняя, кстати, была выпущена из-под пера российских разрабов, что стало тогда, в 2007-м году, поводом для национальной гордости (учитывая, что и тогда, и по сей день франшиза принадлежит французам из Ubisoft).
После провальных шестёрки и семёрки и спустя довольно долгое время круг замкнулся: в прошлом месяце в раннем доступе вышло продолжение – на этот раз тоже от российской студии Unfrozen. Её история начиналась в Петербурге, но вынужденно, учитывая геополитические реалии, продолжилась на Кипре, где российский паспорт, видимо, становится несущественным для иностранного издателя.
Новая глава франшизы HoMM развёртывается для героев на новом континенте, в доселе не излазанном временном промежутке – задолго до событий, которые можно было видеть последние три игры.
Olden Era в названии двоично: это и указание на черты сеттинга, и возврат в «прекрасное прошлое» для игроков, которые соскучились по старым-добрым «Героям».
К «Героям», где фракция людей всё так же являет собой отвагу в смеси с религиозным фанатизмом, где некроманты всё такие же умные, но эгоистичные, эльфы – такие же мудрые, но, в общем, безучастные к судьбам других рас. Где сеттинг высокого фэнтези не оставляет ничего иного, кроме повторения уже замученных тематических и сюжетных клише.
Но не только в оболочке проекта явлен этот возврат к «прекрасному прошлому».
Последние, напомню, провальные части франшизы были вторичны с точки зрения геймплея. Они не изобретали ничего нового в жанре пошаговой стратегии, а кроме того, были менее привлекательны визуально. Игроки с большим рвением вновь запускали матчи в культовой третьей части (иногда в качественной пятой), но совсем не решались подолгу оставаться в новых играх, повторявших формулу успеха тройки.
Olden Era, обретая несколько (небольших с точки зрения игровой механики) геймплейных нововведений, также стопорится на месте. Её темп и постановка миссий внутри кампании (по крайней мере в единственно доступном сейчас первом акте) чересчур походит на пятую часть. Будто вместе с моральным реверансом в сторону предыдущих проектов разработчик невольно наследовал и национальной «геройской» традиции.
На то намекает и визуальный стиль, если вновь обращаться к оболочке: мультяшность моделек юнитов, лёгкая гипертрофированность – также в духе пятой части. Наконец, музыка – саундтрек включает в себя знаменитые темы из пятёрки, в пух и прах сметая фанатские чувства лавиной ностальгии.
Конечно, рано хоронить новых «Героев», которые в своём раннем доступе не могут быть репрезентативными. Но общий курс, взятый на возвращение к прошлому опыту, настораживает. Франшизе нужна встряска, а Olden Era пока что не предлагает почти ничего, кроме сладкого, такого вязкого чувства ностальгии. Будем наблюдать.
#сеняхвалынский@podvorotom | 306 |
| 20 |  Нам не хватает русского самопознания, которое, естественно, может включать в себя и общечеловеческие аспекты. Россия в будущем может быть понята как «страна», непрерывно расширяющаяся духовно, подобно тому, как ранее она расширялась территориально. Она, по словам Валентина Провоторова, как будто все время меняет кожу. Но даже ее старые формы обладают способностью к расширению или углублению.
Юрий Мамлеев, «Россия Вечная» | 4 364 |
