autsudan

тир-лист моих специнтересов S — стали работой — нейроотличность. хотела понять себя. теперь объясняю другим. — психология. хотела разобраться. через пять лет у меня 90 специалисток. — автофикшн. хотела почитать. написала две книги. A — пока не стали работой — менеджмент-игры. уже управляю больницей, кампусом и музеем. зарплату не платят. — аниме. включаю, чтобы отдохнуть. выбираю такое, после которого нужно отдыхать ещё. — японская музыка. понимаю не всё. B — стали сообществом — свопы. хотела отдать пару вещей. теперь в белграде есть целый обменник. — коллажи. остаются дома, потому что ими меняться жалко. вне тиров — санрио. куроми не соревнуется. киньте в комментарии свой s-a-b-тир 🤗

в 1842 году королева виктория попросила феликса мендельсона сыграть её любимую его песню — «италию». ему пришлось признаться, что песню написала его сестра. фанни родилась в 1805-м, на четыре года раньше брата. учились они у одних педагогов, и учитель писал гёте, что старшая девочка — нечто особенное. когда фанни было четырнадцать, отец сформулировал её будущее письмом: для феликса музыка станет профессией, а для тебя может быть только украшением. брат её любил и поддерживал, но публиковаться ей не советовал: у неё, писал он, нет ни склонности, ни призвания к авторству, она слишком то, чем женщина и должна быть. шесть её песен он выпустил под своим именем. она вела дома воскресные концерты, куда приходили лучшие музыканты берлина, а публично как пианистка вышла один раз в жизни, в тридцать три, и играла концерт брата. написала больше четырёхсот шестидесяти вещей: песни, фортепианные циклы, трио, цикл «год» из двенадцати пьес по числу месяцев, к которому муж-художник нарисовал иллюстрации. первый сборник под собственным именем вышел в 1846-м, ей был сорок один. в мае 1847-го появилась восторженная рецензия на её «песни в саду», и в тот же день на репетиции музыки брата у неё случился инсульт. феликс не успел на похороны, начал разбирать её рукописи, чтобы издать, и через полгода умер сам от того же. её пасхальную сонату до 2010 года считали сочинением брата.

на кого похожа моя вторая книга оксана васякина, «рана». оттуда — способ говорить о смерти и семье через маршрут и предметы: урна, поезда, чемодан. проза, где тело и быт несут то, что не проговаривается напрямую, и где лирическое отступление имеет право быть длиннее сцены. виржини депант, «кинг-конг-теория». оттуда — отказ быть приличной жертвой. депант объясняет, почему изнасилованная женщина обязана молчать и стыдиться, и не соглашается ни на молчание, ни на стыд. у меня этого гнева меньше, но право на него взято у неё. кейт рассел, «моя тёмная ванесса». оттуда — точность в описании того, как устроено взрослое внимание к ребёнку и почему изнутри оно долго кажется любовью. рассел показывает механику, а не приговор, и вот это мне было нужно больше всего. энни эрно, «женщина». оттуда — способ писать о родителе без оплакивания и без приговора. эрно ведёт запись как исследование: жизнь матери реконструируется через профессии, вещи, речь, а не через чувства автора. и главное — плоское, безоценочное письмо, где эмоция возникает у читательницы, а не выдаётся ей готовой. рейчел каск, «контур». оттуда — приём отсутствия: рассказчица почти ничего не говорит о себе, зато передаёт чужие монологи целиком, и через их череду проступает она сама. контур вместо портрета.

принимаю поздравления!

вы нашли животное на улице. что дальше? сначала решите, забираете вы его или нет. это главный шаг, и он до всего остального. взять на два дня и передумать — хуже, чем пройти мимо: животное успевает потерять место, где оно выживало, и попасть обратно уже без шансов. если забираете, дальше по пунктам. посмотрите, нужна ли вообще помощь. котёнок с закрытыми глазами один в кустах — возможно, мать отошла на охоту, понаблюдайте полчаса издалека. слёток, который прыгает по земле и орёт, — это нормальная стадия, родители рядом. вмешиваться надо, если животное ранено, истощено, лежит и не реагирует, или мать не появилась. согрейте, прежде чем кормить. холодное животное не переваривает еду, и кормление в этом состоянии может убить. сначала тепло: грелка, бутылка с тёплой водой, своё тело. час-другой, и только потом еда. никакого молока. коровье молоко вызывает у котят и щенков понос, а понос у мелкого — это обезвоживание и смерть за сутки. нужна смесь-заменитель из зоомагазина. взрослому — вода и обычный корм, понемногу. к ветеринару в первые сутки. даже если животное выглядит здоровым. врач проверит чип, оценит возраст и состояние, назначит обработку от паразитов и скажет, что делать с блохами и глистами. попросите проверить на инфекции, если у вас дома уже есть животные. карантин от своих — две-три недели. отдельная комната, отдельные миски, руки мыть между. это самый скучный пункт, и его чаще всего нарушают. ищите хозяев параллельно. чип, объявления в местные чаты и группы района, фото с приметами. у ухоженного животного с большой вероятностью есть дом. и сразу начинайте искать ему постоянный дом, если оставлять не планируете. хорошие фото, честный текст: возраст, характер, здоровье, что с прививками. если не тянете сами. волонтёрские чаты, локальные зоозащитные группы, передержки. просить помощи стоит сразу, а не когда закончатся силы и деньги.

thrifty business. вы держите секонд: приходят коробки с чужими вещами, вы их разбираете, расставляете и продаёте. вышла 18 мая 2026-го, делала spellgarden games — те же, кто сделал sticky business про наклейки. рисовано пикселями, вид сверху под углом, и цвета взяты прямиком из девяностых: розовый, оранжевый, бирюзовый. настолько яркие, что на форуме стима люди просят ползунок, чтобы приглушить. разбор коробок и есть главное удовольствие: одежда, антиквариат, игрушки, непонятные предметы — раскладывать можно как захочется, по цвету, по теме, по назначению, с точностью до миллиметра. чем стройнее вышло, тем больше обоев, полов и мебели открывается дальше. торга и злых покупателей тут нет. в отдельной комнате можно устраивать события для района: книжный клуб, вечера знакомств, в том числе квирные. однажды из коробки выпадает аэрогриль.

покажите вашу любую коллекцию 👾

джозефина кокрейн устраивала приёмы, после приёмов прислуга мыла посуду руками, и на старом семейном фарфоре появлялись сколы. она сказала: раз никто другой не собирается изобретать машину для мытья посуды, изобрету сама. инженерного образования у неё не было — женщин на него не брали, — зато отец был инженером, а прадед получил первый патент на пароход. в 1883-м умер муж, оставив ей долги и полторы тысячи долларов. увлечение стало способом выжить. она работала в сарае за домом: обмерила тарелки, чашки и блюдца, сделала под каждую форму проволочные ячейки, поставила их в колесо внутри медного котла. колесо крутилось, и горячая вода под напором била по посуде. патенты на такие машины уже были, но все со щётками — напор придумала она, и посудомойки работают так до сих пор. заявку подала, подписавшись инициалами: «дж. г. кокран». производители брались за её машину неохотно. потом она вспоминала: они знали, что академически я в механике ничего не понимаю, и настаивали делать по-своему, пока сами не убеждались, что мой способ лучше — неважно, как я до него дошла. инвесторы соглашались вложиться при условии, что она уйдёт из собственной компании. пришлось открывать своё производство. в 1893-м её машины поставили в рестораны всемирной выставки в чикаго, и она взяла первый приз за конструкцию и надёжность. дальше отели, больницы, колледжи; в семьдесят три она всё ещё продавала машины лично. в домах посудомойки прижились только в пятидесятые — не хватало горячей воды, а идея, что мыть посуду необязательно, была для женщин непривычной. её компания стала kitchenaid. она умерла в 1913-м и своего изобретения на кухнях так и не увидела.

где учиться писать, если не хочется в литинститут write like a grrrl — курсы для женщин, где вместо иерархии и «мастеров» кураторки, а вместо разбора-разноса бережная редактура. после выпуска остаётся сообщество: воркшопы, ридинг-группы, сборники. для тех, кому важно писать среди своих. — автобиографический рассказ, базовый курс: для тех, кто хочет писать «из жизни» и осваивает базу с нуля — героиня, сцена, диалог, сеттинг. — эссе с оксаной васякиной: для тех, кто пишет размышления и хочет разобраться со структурой и языком. — сильный рассказ светы лукьяновой: для тех, кто уже пробовал и хочет попадать в журналы и опен-коллы. — сценарный курс саши кармаевой: для тех, кто хочет писать для кино. школа экспериментального письма — про литературу, которая живёт за пределами сюжета: форма, фрагмент, работа с языком. маленькие группы, современные тексты, много практики прямо на занятиях. для тех, кому обычная структура мешает. — свободные формы: фрагмент, минимализм, найденные тексты, поэтика черновика. — писать себя: для тех, кто пишет о себе и хочет уйти от прямого рассказа к лирическим мемуарам и биомифографии. — автотеория: для тех, у кого личное неотделимо от теории, как у мэгги нельсон и одри лорд. мне есть что сказать — школа, которая доводит текст до публикации: при ней работают литагентки, которые сами относят рукописи в журналы. для тех, кому нужен не только навык, но и выход. — фикшн, базовый курс: для тех, кто хочет писать художественное и дойти до публикации. — современный роман: для тех, у кого есть замысел большой книги; в финале питчинг издательствам. проводится раз в год.

1923 год. вы приезжаете в замок вудс под видом врача: квалификация чужая, письмо с просьбой о помощи прислал дальний родственник. вам выдают пациентов и колоду карт. это sanatorium: a mental asylum simulator, вышла в ноябре 2025-го, студия zeitglas. вы принимаете, назначаете обследования, ставите диагнозы, выбираете лечение, но играть можете только теми картами, что выпали. а выпадает то, что существовало в двадцать третьем: френология, обливания, изоляция, процедуры, от которых сейчас волосы дыбом. параллельно раскручивается сюжет: за фасадом образцовой клиники обнаруживается, что часть пациентов попала сюда без всякой болезни. медицина тут работает как аппарат — способ убрать неудобного человека с глаз и держать взаперти на законных основаниях. вы этот механизм обслуживаете, пока пытаетесь в нём разобраться. мне понравилось, и одновременно бесило. сидишь и гадаешь, какую карту класть, потому что связь между симптомом и лечением произвольная — её и в реальности придумали. как психологиня я всё время тянулась к тому, что знаю, а знание появится через полвека, и его тут нет. на странице игры честно перечислено, что внутри: зависимости, самоповреждение, суицид, сексуализированное насилие, жестокость. предупреждение стоит принимать всерьёз.

когда-то мы с коллегинями делали руководство по психическим расстройствам. информация в нём успела устареть, а иллюстрации остались: их рисовала моя подруга даша 💛

в 1922-м её муж публикует роман «прекрасные и проклятые», и газета нью-йорк геральд трибюн просит зельду написать рецензию. она пишет, что узнала на одной странице кусок своего старого дневника, а в другом месте — обрывки собственных писем; и добавляет, что мистер фицджеральд, кажется, считает, будто плагиат начинается дома. это шутка, напечатанная в газете, и это же документ. в двадцать восемь она решает стать балериной. занимается по восемь часов в день три года подряд, в возрасте, когда карьеру уже начинать поздно. в 1930-м первый срыв, дальше клиники в швейцарии, диагноз — шизофрения. посмертно его оспаривают и говорят о биполярном расстройстве. в 1932-м, лёжа в психиатрической клинике при университете джонс хопкинс, она пишет собственный роман — «спаси меня, вальс», о том же браке и той же жизни, только со своей стороны. скотт в ярости: этот материал он держал для романа «ночь нежна», который выйдет через два года. книга зельды продаётся плохо и получает плохие рецензии. потом пьеса «скандалабра», которую никто не берёт. потом выставка акварелей в нью-йорке, которую критики принимают вяло. в 1936-м она поступает в хайленд-хоспитал в эшвилле, северная каролина, и фактически остаётся там до конца. пишет второй роман, рисует. скотт умирает в 1940-м в голливуде. 10 марта 1948 года в клинике начинается пожар: он идёт по шахте подъёмника через все этажи, погибают девять пациенток. зельда среди них, ей сорок семь. второй роман, «вещи цезаря», остаётся недописанным. её книгу переиздали. её картины выставляют. в эшвилле десятое марта объявлено днём зельды сейр фицджеральд.

сербские группы, которые я слушаю gazorpazorp — новая волна, самые слышные из нынешнего поколения гитарных групп. koikoi — мужской и женский голос вместе, поверх танцевального ритма идут балканские мелодии. hydrogen — инди-пост-панк, дебютный альбом устроен как одна длинная странная ночь. sitzpinker — из того же белградского круга, что gazorpazorp; звук качается между шумом и покоем. logička greška — четверо из белграда, сами называют свой жанр «њуњу wave». vimoksha — пост-панк, текст говорят, а не поют.

что делать, если ваша память забывает о существовании людей подруга, с которой созванивались каждую неделю, пропадает на полгода. вспоминаете вы её в момент, когда она пишет сама, и следом приходит стыд. любовь при этом на месте, пропадает доступ к ней. даже когда доступ появился, нужны силы. один разговор стоит дорого. поэтому совет «просто пиши чаще» работает примерно как «просто заработай больше». значит, и задачи две: вернуть доступ и уместиться в силы. доступ. чинить надо хранение, а память пусть живёт как хочет. — список имён в заметках: читаете глазами раз в неделю, и человек появляется. — закреплённые чаты наверху экрана, их вы и так видите двадцать раз в день. — файл на человека: что у него сейчас, о чём спрашивали в прошлый раз. открыли перед разговором — и вы в курсе, хотя прошло три месяца. — напоминания, привязанные к готовым действиям: поставила чайник — написала одному человеку. силы. сначала посчитайте бюджет: сколько контактов в неделю вы выдерживаете. — короткий ответ засчитывается. «привет, я тут, люблю тебя» — полноценное сообщение. — реакция вместо текста, когда текст даётся тяжело. сердечко читается как присутствие. — общее занятие вместо разговора: играть, смотреть, гулять молча. — ритуал вместо спонтанности: «каждое воскресенье» работает, «как-нибудь созвонимся» остаётся теорией навсегда. — формат выбирайте по своим силам. обычно советуют переписку как самое дешёвое, но у всех по-разному: мне сейчас тяжело выходить на улицу, зато созвон даётся легко. правда, всем, кому я предлагала, созваниваться не хочется. так что формат выбирают двое, и это тоже часть задачи. внедрять всё сразу необязательно: возьмите один пункт, поживите с ним пару недель, потом добавьте следующий. у меня прижились три вещи — папка в телеграме с любимыми людьми, пункт «ответить на сообщения» в списке дел и согласие с тем, что сблизиться со всеми, с кем хотелось бы, у меня выйдет вряд ли: социальный ресурс ограничен. а людям рядом стоит объяснить вот что. напоминать о себе — помощь. короткий ответ у меня значит то же, что у других длинный. и пауза в полгода ничего не отменяет: человек возвращается целиком.

fabledom. градостроитель в мире, где сказки оказались правдой: по карте ходят великаны и ведьмы, над головой летают свиньи, а ты ставишь домики. делали двое человек в шведской студии grenaa games, это их первая игра, вышла из раннего доступа в мае 2024-го. вместо таблиц тут удовольствие: строишь, где нравится, украшаешь, чем хочется, и на декор уходит больше времени, чем на всю экономику. жители называются фейблинги, у них есть классы. крестьяне пашут, ловят рыбу и копают. горожане живут в таунхаусах и работают в пекарнях, кафе и на рынке. прогресс идёт через людей: жители растут в классе, и вместе с ними растёт город. сказочные встречи приходят сами. циклоп эрик одноглазый бродит по округе и пугает горожан. девочка в красном капюшоне ищет дом бабушки, и чем это кончится, решаешь ты. гномы приходят делегацией, фавн играет на флейте, торговец продаёт волшебные бобы: посадишь — вырастет настоящий стебель. в траве где-то лежит хрустальная туфелька. главная механика — сватовство. у соседних королевств есть принцы и принцессы, к ним ездят с подарками и за ними ухаживают, и от этого зависит вся политика: брак меняет отношения со всей округой, торговлю и то, кто тебя защищает. жениться можно по любви, а можно по расчёту, если соседи нужнее чувств. я проходила игру заново столько раз, сколько там персонажей, — переженилась со всеми принцессами и принцами по очереди.

вирджиния вулф родилась в 1882 году в лондоне: братьев отправили в кембридж, её оставили дома, в отцовской библиотеке. в тринадцать умерла мать, через два года сводная сестра, в двадцать два отец. после этого она с сестрой и братьями переехала в блумсбери, где вокруг них собрался круг, который потом так и назовут. в 1917-м они с мужем купили ручной печатный станок и поставили его в столовой — так появилась hogarth press. набирать шрифт она села сама. работала по расписанию, потому что расписание держало: с десяти до часу, одна, в переделанном садовом сарае, стоя за высокой конторкой. первый черновик писала быстро и грубо, часто не перечитывая вчерашнее — сначала форма, слова потом. любая помеха сбивала: в дневнике сохранилась запись, как муж перебирал яблоки на чердаке над сараем, и от шума она забыла, что собиралась сказать. свои состояния она называла в дневнике «глумс». лечили их постельным режимом, запретом читать и усиленным питанием — то есть отнимали ровно то, что держало её на плаву. в записи 1920 года она пишет, что жизнь похожа на узкую полоску тротуара над пропастью, что смотрит вниз и у неё кружится голова, а через несколько строк добавляет: тоска слабеет, пока она пишет. в 1926-м из этого выросло эссе «о болезни» — о том, что романы посвящают любви, а не гриппу, и что о ежедневной драме тела никто не ведёт записей. в 1922-м она познакомилась с витой сэквилл-уэст, писательницей и аристократкой, и следующие несколько лет у них был роман; оба брака при этом сохранились, а дружба продлилась до конца её жизни. из этого вышел «орландо»: герой живёт триста лет и посреди книги просыпается женщиной. сын виты назвал роман самым длинным любовным письмом в литературе. её проза устроена как поток внутренней речи: один день из жизни женщины, сознание четверых сразу, биография длиной в три века. в 1941 году она покончила с собой, ей было пятьдесят девять.

сделала стикерпак со своими выбражулями https://t.me/addstickers/autsudan

покажите ваших животных 👾

когда пишешь автофикшн, половину времени сидишь в архиве. чеки, справки, переписки, чужие воспоминания о том же дне. память путает год и порядок, документ нет. я собрала всё, до чего дотянулась, а потом дошла до фотографий. их нет. то есть они есть, но на них меня нет. на одной я закрываю лицо ладонью, на другой замазала его в редакторе, на третьей стою так, что в кадр попали локоть и половина волос. диагноз можно ставить по аватарке.

хозяйка моей последней квартиры в питере