fa
Feedback
Z лой юрист (не всегда)

Z лой юрист (не всегда)

رفتن به کانال در Telegram

Не всегда злой, не всегда юрист. Канал с юмором про мир.

نمایش بیشتر
436
مشترکین
-124 ساعت
اطلاعاتی وجود ندارد7 روز
-430 روز
جذب مشترکین
سپتامبر '26
سپتامبر '26
+3
در 0 کانال‌ها
اوت '26
+3
در 0 کانال‌ها
Get PRO
ژوئیه '26
+2
در 1 کانال‌ها
Get PRO
ژوئن '26
+1
در 1 کانال‌ها
Get PRO
مه '26
+2
در 2 کانال‌ها
Get PRO
آوریل '26
+1
در 4 کانال‌ها
Get PRO
مارس '26
+3
در 1 کانال‌ها
Get PRO
فوریه '26
+3
در 1 کانال‌ها
Get PRO
ژانویه '26
+8
در 3 کانال‌ها
Get PRO
دسامبر '250
در 1 کانال‌ها
Get PRO
نوامبر '25
+3
در 1 کانال‌ها
Get PRO
اکتبر '25
+7
در 1 کانال‌ها
Get PRO
سپتامبر '25
+2
در 1 کانال‌ها
Get PRO
اوت '25
+5
در 1 کانال‌ها
Get PRO
ژوئیه '25
+7
در 1 کانال‌ها
Get PRO
ژوئن '25
+3
در 1 کانال‌ها
Get PRO
مه '25
+10
در 1 کانال‌ها
Get PRO
آوریل '25
+1
در 0 کانال‌ها
Get PRO
مارس '25
+6
در 1 کانال‌ها
Get PRO
فوریه '25
+3
در 2 کانال‌ها
Get PRO
ژانویه '25
+15
در 1 کانال‌ها
Get PRO
دسامبر '24
+9
در 1 کانال‌ها
Get PRO
نوامبر '24
+20
در 1 کانال‌ها
Get PRO
اکتبر '24
+9
در 1 کانال‌ها
Get PRO
سپتامبر '24
+3
در 2 کانال‌ها
Get PRO
اوت '24
+3
در 16 کانال‌ها
Get PRO
ژوئیه '24
+4
در 1 کانال‌ها
Get PRO
ژوئن '24
+6
در 1 کانال‌ها
Get PRO
مه '24
+2
در 0 کانال‌ها
Get PRO
آوریل '24
+13
در 1 کانال‌ها
Get PRO
مارس '24
+23
در 3 کانال‌ها
Get PRO
فوریه '24
+611
در 7 کانال‌ها
تاریخ
رشد مشترکین
اشارات
کانال‌ها
30 سپتامبر0
29 سپتامبر0
28 سپتامبر0
27 سپتامبر0
26 سپتامبر+2
25 سپتامبر0
24 سپتامبر0
23 سپتامبر0
22 سپتامبر0
21 سپتامبر0
20 سپتامبر0
19 سپتامبر0
18 سپتامبر0
17 سپتامبر0
16 سپتامبر0
15 سپتامبر0
14 سپتامبر0
13 سپتامبر0
12 سپتامبر0
11 سپتامبر0
10 سپتامبر+1
09 سپتامبر0
08 سپتامبر0
07 سپتامبر0
06 سپتامبر0
05 سپتامبر0
04 سپتامبر0
03 سپتامبر0
02 سپتامبر0
01 سپتامبر0
پست‌های کانال
Сидим с котом мы вдвоем Жрем сыр, сыр мы жрем. И чай я пью, а он Лежит и смотрит на стол. Скажи же мне, мой кот, скажи же мне Зачем ты смотиишь в рот, А вместо этого ты должен был Жрать корм. Желтый обормот.

2
Американе, а у вас есть укромакдональдс?
88
3
Кажется, на третьей учебной неделе мы стали забывать этот шедевр.
Кажется, на третьей учебной неделе мы стали забывать этот шедевр.
184
4
Американе, как там ваша соса-сола желто синяя?
Американе, как там ваша соса-сола желто синяя?
267
5
Родители школьников, вы живы?
Родители школьников, вы живы?
231
6
Мы с Мишей желаем вам хороших выходных прямо с Московского вокзала.
Мы с Мишей желаем вам хороших выходных прямо с Московского вокзала.
270
7
Американе, а у вас есть матерящиеся коты?
Американе, а у вас есть матерящиеся коты?
276
8
Друзья, лайфхак для понедельника.
Друзья, лайфхак для понедельника.
256
9
Похулиганим в пятницу.
Похулиганим в пятницу.
235
10
И к новостям культуры. К евровидению 2027 изменятся правила проведения шабаша. Теперь страны, находящиеся в состоянии войны, не смогут проводить конкурс. Похлопаем по плечу евроколхоз и Израиль. Короче, кроме Австралии никто не будет участвовать. Предлагаю сразу висюльку отдать коалам.
176
11
Водил бы мальчиков-слова бы не сказали. А тут вон какой экстремизм.
Водил бы мальчиков-слова бы не сказали. А тут вон какой экстремизм.
157
12
Тем временем, в еврогулаге ЧП. Оказалось, что понабежавшие африканцы в Ишпанский Сеут не знают, что такое туалет и душ. Начали какать и писать прям на пляже, после чего сами же заболели корью, чесоткой, холерой и застрадали диареей, тем самым засрав побережье еще сильнее. 21 век, а в европке все стабильно: чума и испражнения на улице. Райский сад.
139
13
У европейцев проблемы со зрением после затмения - жители разных стран массово обращаются к врачам, потому что долго смотрели на солнце и даже без темных очков. Более 500 человек обратились за медицинской помощью в Испании, а лягушатники стали в 50 раз чаще искать, что делать при боли в глазах. Ну и кривозубые пожаловались на головную боль, затуманенное зрение и изменение восприятия цветов. Набрали воздуха в грудь и голосом Задорнова: -Ну тупыыыыые!
166
14
Теперь осталось, чтобы и до проебалтов дошло.
Теперь осталось, чтобы и до проебалтов дошло.
132
15
بدون متن...
129
16
— Какие оскорбления наносятся государю императору спьяна? — переспросил Швейк. — Всякие. Напейтесь, велите сыграть вам австрийский гимн, и сами увидите, сколько наговорите. Столько насочините о государе императоре, что, если бы лишь половина была правда, хватило бы ему позору на всю жизнь. А он, старик, по правде сказать, этого не заслужил. Примите во внимание: сына Рудольфа он потерял во цвете лет,  полного сил, жену Елизавету у него проткнули напильником, потом не стало его брата Яна Орта, а брата — мексиканского императора — в какой-то крепости поставили к стенке. А теперь на старости лет у него дядю подстрелили. Нужно железные нервы иметь. И после всего этого какой-нибудь забулдыга вспомнит о нём и начнёт поносить. Если теперь что-нибудь разразится, пойду добровольцем и буду служить государю императору до последней капли крови! — Швейк основательно хлебнул пива и продолжал: — Вы думаете, что государь император всё это так оставит? Плохо вы его знаете. Война с турками непременно должна быть. «Убили моего дядю, так вот вам по морде!» Война будет, это как пить дать. Сербия и Россия в этой войне нам помогут. Будет драка! В момент своего пророчества Швейк был прекрасен. Его добродушное лицо вдохновенно сияло, как полная луна. Всё у него выходило просто и ясно. — Может статься, — продолжал он рисовать будущее Австрии, — что на нас в случае войны с Турцией нападут немцы. Ведь немцы с турками заодно. Это такие мерзавцы, других таких в мире не сыщешь. Но мы можем заключить союз с Францией, которая с семьдесят первого года точит зубы на Германию, и всё пойдёт как по маслу. Война будет, больше я вам не скажу ничего. Бретшнейдер встал и торжественно произнёс: — Больше вам говорить и не надо. Пройдёмте со мною на пару слов в коридор. Швейк вышел за агентом тайной полиции в коридор, где его ждал небольшой сюрприз: собутыльник показал ему орла и заявил, что Швейк арестован и он немедленно отведёт его в полицию. Швейк пытался объяснить, что тут, по-видимому, вышла ошибка, так как он совершенно невинен и не обмолвился ни единым словом, которое могло бы кого-нибудь оскорбить. Но Бретшнейдер на это заявил, что Швейк совершил несколько преступлений, среди которых имела место и государственная измена. Потом оба вернулись в трактир, и Швейк сказал Паливцу: — Я пил пять кружек пива и съел пару сосисок с рогаликом. Дайте мне ещё рюмочку сливянки. И мне уже пора идти, так как я арестован. Бретшнейдер показал Паливцу своего орла, с минуту глядел на трактирщика и потом спросил: — Вы женаты? — Да. — А может ваша жена вести дело вместо вас? — Может. — Тогда всё в порядке, уважаемый, — весело сказал Бретшнейдер. — Позовите вашу супругу и передайте ей все дела. Вечером за вами приедем. — Не тревожься, — утешал Паливца Швейк. — Я арестован всего только за государственную измену. — Но я-то за что? — заныл Паливец. — Ведь я был так осторожен! Бретшнейдер усмехнулся и с победоносным видом пояснил: — За то, что вы сказали, будто на государя императора гадили мухи. Вам этого государя императора вышибут из головы. Швейк покинул трактир «У чаши» в сопровождении агента тайной полиции. Когда они вышли на улицу, Швейк, заглядывая ему в лицо, спросил со своей обычной добродушной улыбкой: — Мне сойти с тротуара? — Зачем? — Раз я арестован, то не имею права ходить по тротуару. Я так полагаю. Входя в ворота полицейского управления, Швейк заметил: — Славно провели время! Вы часто бываете «У чаши»? В то время как Швейка вели в канцелярию полиции, в трактире «У чаши» пан Паливец передавал дела своей плачущей жене, своеобразно утешая её: — Не плачь, не реви! Что они могут мне сделать за обгаженный портрет государя императора? Я. Гашек. Похождения бравого солдата Швейка во время Мировой войны.
143
17
— Посетитель как посетитель, — сказал Паливец, хоть бы и турок. Нам, трактирщикам, до политики никакого дела нет. Заплати за пиво, сиди себе в трактире и болтай что в голову взбредёт — вот моё правило. Кто бы ни прикончил нашего Фердинанда, серб или турок, католик или магометанин, анархист или младочех,{11} — мне всё равно. — Хорошо, уважаемый, — промолвил Бретшнейдер, опять начиная терять надежду, что кто-нибудь из двух попадётся. — Но сознайтесь, что это большая потеря для Австрии. Вместо трактирщика ответил Швейк: — Конечно, потеря, спору нет. Ужасная потеря. Фердинанда не заменишь каким-нибудь болваном. Но он должен был быть потолще. — Что вы хотите этим сказать? — оживился Бретшнейдер. — Что хочу сказать? — с охотой ответил Швейк. — Вот что. Если бы он был толще, то его уж давно бы хватил кондрашка, ещё когда он в Конопиште гонялся за старухами, которые у него в имении собирали хворост и грибы. Будь он толще, ему бы не пришлось умереть такой позорной смертью. Ведь подумать только — дядя государя императора, а его пристрелили! Это же позор, об этом трубят все газеты! Несколько лет назад у нас в Будейовицах на базаре случилась небольшая ссора: проткнули там одного торговца скотом, некоего Бржетислава Людвика. А у него был сын Богуслав, — так тот, бывало, куда ни придёт продавать поросят, никто у него ничего не покупает. Каждый, бывало, говорил себе: «Это сын того, которого проткнули на базаре. Тоже небось порядочный жулик!» В конце концов довели парня до того, что он прыгнул в Крумлове с моста во Влтаву, потом пришлось его оттуда вытаскивать, пришлось воскрешать, воду из него выкачивать… И всё же он помер на руках у доктора, после того как тот ему впрыснул чего-то. — Странное, однако, сравнение, — многозначительно произнёс Бретшнейдер. — Сначала говорите о Фердинанде, а потом о торговце скотом. — А какое тут сравнение, — возразил Швейк. — Боже сохрани, чтобы я вздумал кого-нибудь с кем-нибудь сравнивать! Вон пан Паливец меня знает, верно ведь, что я никогда никого ни с кем не сравнивал? Я бы только не хотел быть в шкуре вдовы эрцгерцога. Что ей теперь делать? Дети осиротели, имение в Конопиште без хозяина. Выходить за второго эрцгерцога? Что толку? Поедет опять с ним в Сараево и второй раз овдовеет… Вот, например, в Зливе, близ Глубокой, несколько лет тому назад жил один лесник с этакой безобразной фамилией — Пиндюр. Застрелили его браконьеры, и осталась после него вдова с двумя детьми. Через год она вышла замуж опять за лесника, Пепика Шалловица из Мыловар, ну и того тоже как-то раз прихлопнули. Вышла она в третий раз опять за лесника и говорит: «Бог троицу любит. Если уж теперь не повезёт, не знаю, что и делать». Понятно, и этого застрелили, а у неё уже от этих лесников круглым счётом было шестеро детей. Пошла она в канцелярию самого князя, в Глубокую, и плакалась там, какое с этими лесниками приняла мучение. Тогда ей порекомендовали выйти за Яреша, сторожа с Ражицкой запруды. И — что бы вы думали? — его тоже утопили во время рыбной ловли! И от него она тоже прижила двух детей. Потом она вышла замуж за коновала из Воднян, а тот как-то ночью стукнул её топором и добровольно сам о себе заявил. Когда его потом при окружном суде в Писеке вешали, он укусил священника за нос и заявил, что вообще ни о чём не сожалеет, да сказал ещё что-то очень скверное про государя императора. — А вы не знаете, что он про него сказал? — голосом, полным надежды, спросил Бретшнейдер. — Этого я вам сказать не могу, этого ещё никто не осмелился повторить. Но, говорят, его слова были такие ужасные, что один судейский чиновник, который присутствовал там, с ума спятил, и его ещё до сих пор держат в изоляции, чтобы ничего не вышло наружу. Это не было обычное оскорбление государя императора, какие спьяна делаются. — А какие оскорбления государю императору делаются спьяна? — спросил Бретшнейдер. — Прошу вас, господа, перемените тему, — вмешался трактирщик Паливец. — Я, знаете, этого не люблю. Сбрехнут какую-нибудь ерунду, а потом человеку неприятности.
122
18
А дело было так... В трактире «У чаши» сидел только один посетитель. Это был агент тайной полиции Бретшнейдер. Трактирщик Паливец мыл посуду, и Бретшнейдер тщетно пытался завязать с ним серьёзный разговор. ... — Хорошее лето стоит, — завязывал Бретшнейдер серьёзный разговор. — А всему этому цена — дерьмо! — ответил Паливец, убирая посуду в шкаф. — Ну и наделали нам в Сараеве делов! — со слабой надеждой промолвил Бретшнейдер. — В каком «Сараеве»? — спросил Паливец. — В нусельском трактире, что ли? Там драки каждый день. Известное дело — Нусле! — В боснийском Сараеве, уважаемый пан трактирщик. Там застрелили эрцгерцога Фердинанда. Что вы на это скажете? — Я в такие дела не лезу. Ну их всех в задницу с такими делами! — вежливо ответил пан Паливец, закуривая трубку. — Нынче вмешиваться в такие дела — того и гляди сломаешь себе шею. Я трактирщик. Ко мне приходят, требуют пива, я наливаю. А какое-то Сараево, политика или там покойный эрцгерцог — нас это не касается. Не про нас это писано. Это Панкрацем пахнет. Бретшнейдер умолк и разочарованно оглядел пустой трактир. — А когда-то здесь висел портрет государя императора, — помолчав, опять заговорил он. — Как раз на том месте, где теперь зеркало. — Вы справедливо изволили заметить, — ответил пан Паливец, — висел когда-то. Да только гадили на него мухи, так я убрал его на чердак. Знаете, ещё позволит себе кто-нибудь на этот счёт замечание, и посыплются неприятности. На кой чёрт мне это надо? — В этом Сараеве, должно быть, скверное дело было? Как вы полагаете, уважаемый?.. На этот прямо поставленный коварный вопрос пан Паливец ответил чрезвычайно осторожно: — Да, в это время в Боснии и Герцеговине страшная жара. Когда я там служил, мы нашему обер-лейтенанту то и дело лёд к голове прикладывали. — В каком полку вы служили, уважаемый? — Я таких пустяков не помню, никогда не интересовался подобной мерзостью, — ответил пан Паливец. — На этот счёт я не любопытен. Излишнее любопытство вредит. Тайный агент Бретшнейдер окончательно умолк, и его нахмуренное лицо повеселело только с приходом Швейка, который, войдя в трактир, заказал себе чёрного пива, заметив при этом: — В Вене сегодня тоже траур. Глаза Бретшнейдера загорелись надеждой, и он быстро проговорил: — В Конопиште вывешено десять чёрных флагов. — Нет, их должно быть двенадцать, — сказал Швейк, отпив из кружки. — Почему вы думаете, что двенадцать? — спросил Бретшнейдер. — Для ровного счёта — дюжина. Так считать легче, да на дюжину и дешевле выходит, — ответил Швейк. Воцарилась тишина, которую нарушил сам Швейк, вздохнув: — Так, значит, приказал долго жить, царство ему небесное! Не дождался даже, пока будет императором. Когда я служил на военной службе, один генерал упал с лошади и расшибся. Хотели ему помочь, посадить на коня, посмотрели, а он уже готов — мёртвый. А ведь метил в фельдмаршалы. На смотру это с ним случилось. Эти смотры никогда до добра не доводят. В Сараеве небось тоже был какой-нибудь смотр. Помню, как-то на смотру у меня на мундире не хватило двадцати пуговиц, и за это меня посадили на четырнадцать дней в одиночку. И два дня я, как Лазарь, лежал связанный «козлом». На военной службе должна быть дисциплина — без неё никто бы и пальцем для дела не пошевельнул. Наш обер-лейтенант Маковец всегда говорил: «Дисциплина, болваны, необходима. Не будь дисциплины, вы бы, как обезьяны, по деревьям лазили. Военная служба из вас, дураки безмозглые, людей сделает!» Ну, разве это не так? Вообразите себе сквер, скажем, на Карловой площади, и на каждом дереве сидит по одному солдату без всякой дисциплины. Это меня ужасно пугает. — Всё это сербы наделали, в Сараеве-то, — старался направить разговор Бретшнейдер. — Ошибаетесь, — ответил Швейк. — Это всё турки натворили. Из-за Боснии и Герцеговины. И Швейк изложил свой взгляд на внешнюю политику Австрии на Балканах: турки проиграли в тысяча девятьсот двенадцатом году войну с Сербией, Болгарией и Грецией; они хотели, чтобы Австрия им помогала, а когда этот номер у них не прошёл — застрелили Фердинанда. — Ты турок любишь? — обратился Швейк к трактирщику Паливцу. — Этих нехристей? Ведь нет?
120
19
Давно не было новостей из селедкиной страны. В общем, какая-то там государственная служба безопасности предотвратила чудовищн
Давно не было новостей из селедкиной страны. В общем, какая-то там государственная служба безопасности предотвратила чудовищную шпионскую операцию по извлечению информации у шведского дипломата относительно отношений страны сюрстреминга с евроколхозом, а так же в отношении принятия решений на первом уровне. Отчитались о задержке трех россиян. Селедкины копы считают, что целью операции было "влиять на принятие решений в стране и наносить ущерб РЕПУТАЦИИ страны". Репутация у них, ты посмотри. Но наш канал специально для своих подписчиков разузнал, как проходила секретная разоблачительная операция, и в следующем посте мы раскроем вам детали. Не переключайтесь.
135
20
Проснулась сегодня, а на кухне уже лежит угощение от соседей: кабачки и помидоры. Поймали мужа утром и вручили. Хорошие соседи❤️ .
132