КОМПРОМАТОР

Криминальное Подмосковье: протеже депутата Геннадия Панина попался на взятке В Подмосковье снова коррупционный скандал: силовики задержали мэра Звездного городка Евгения Баришевского по подозрению в получении взятки в крупном размере. По версии следствия, Баришевский взял деньги за то, чтобы принять работы по благоустройству детского сада «Ласточка». Такие истории в регионе давно стали нормой, но этот случай интересен тем, что Баришевский часть «сетки» бывшего главы Орехово-Зуево, а ныне депутата Госдумы Геннадия Панина, покровителя известного коррупционного тандема в Павлово-Посадском городском округе – его главы Дениса Семенова и руководителя Совета депутатов Романа Тикунова. Баришевский и Панин давно работают в одной связке. Еще в 2014 году, когда Панин возглавлял Орехово-Зуево, Баришевский был его правой рукой - главой городской администрации. Они вместе управляли городом, и это время запомнилось жителям не лучшим образом. В Орехово-Зуево тогда разгорелся скандал с мошенничеством в ООО «Орехово-Зуевское ГЖП»: руководителей компании обвинили в крупных хищениях. Панин сам обращался в правоохранительные органы, но это не сняло вопросов о том, как под их контролем могли происходить такие вещи. При них город тонул проблемах и конфликтах - от разрушенного памятника Пушкину, который разломали спецтехникой во время благоустройства, до взрыва газа в жилом доме в 2020 году. А в 2021 году Панина уличили в нарушениях агитации на выборах в Госдуму: он использовал фото с детьми, что запрещено законом. Но это не помешало ему пройти в парламент, а Баришевскому - стать депутатом Мособлдумы, где его «посадили» на строительную тему – одну из самых коррупционных в Подмосковье. Руководители Павловского Посада Денис Семенов и Роман Тикунов – люди из той же обоймы. Панин обеспечивает им политическое прикрытие в Госдуме, у него масса интересов в Павлово-Посадском г.о. (смежный с Орехово-Зуево). Семенов и Тикунов превратили округ в свою личную вотчину, монополизировали рынок управления жилыми домами, а из местной ГРЭС сделали майнинговую ферму для близкого к себе предпринимателя. Параллельно с этим они насытили администрацию своими приближенными, с которыми работали еще в «Элинкоме», набравшем контрактов на сотни миллионов рублей. В это время в социальной сфере округа полный развал. Геннадий Панин регулярно бывает в округе с визитами, но почему-то не обращает на все это внимания. Между тем, задержание Баришевского станет хорошим маркером – сможет ли Панин вытянуть своего протеже из уголовного дела. И если нет, то уверенности в своей безнаказанности поубавится и у Семенова с Тикуновым. Впрочем, есть и другой, еще более важный фактор – губернатор Андрей Воробьев, под чьим руководством Московская область и превратилась в рассадник коррупционеров и прочего криминала.

Черти-шайтаны, трубы и миллиард: как Рамазанов и его команда «доят» Башкортостан Про «чертей», которым Радий Хабиров обещал обломать рога, мы уже писали. А теперь — новая история о мошенниках во главе с Вадимом Рамазановым. В 2012 году руководители Уфы решили создать муниципальное предприятие по обслуживанию инженерных сетей — МУП «Уфимские инженерные сети» (УИС), чтобы не зависеть от частных компаний вроде «БашРТС». Городское имущество передали МУП, чтобы он обеспечивал население теплом и горячей водой. В 2013 году директором МУП стал Максим Петров. Но уже через год часть объектов теплосетевого комплекса «Север» оказалась в аренде у ООО «БашРТС». Дальше началось странное и зловещее. В 2018 году «БашРТС» подал в Арбитражный суд РБ заявление о банкротстве МУП. С этого момента пошла череда совпадений: в 2019-м суд ввел внешнее управление, а управляющим назначили Дмитрия Молина. Петров оставался исполнительным директором, а в 2020-м «БашРТС» добился резкого повышения тарифов, что вызвало массовые протесты и «штурм» Башкирского Белого дома. В 2022 году внешнее управление завершилось, МУП признали банкротом, открылось конкурсное производство, а главным кредитором стало… ООО «БашРТС». Тут и появляется Вадим Рамазанов — консультант «БашРТС» по банкротству, который взялся «набить карманы» и укрепить контроль над активами МУП. После этого Петров стал директором «БашРТС», а Дубровский — генеральным директором «Башкирской генерирующей компании», став ключевым лицом ИнтерРАО в республике. На этом фоне Рамазанов и компания разработали схему взыскания с правительства Башкирии одного миллиарда рублей. МУП «УИС» требовал компенсировать упущенные доходы за 2013–2014 годы, но Арбитражный суд Уральского округа в декабре 2025 года отказал. Для «схемы» Рамазанов использовал мощный арсенал: московских юристов, карманных экспертов, оплату услуг через личные счета и постоянные переводы между приближенными. Экспертизы, которые должны были быть независимыми, делала один и тот же человек — Раиса Отичева из ООО «Аудиторская фирма «Учет мастер». Рамазанов же обеспечивал оплату напрямую со счета своего отца, обходя депозит суда. Но дело не только в миллиарде. Рамазанов и Дубровский мечтают о влиянии на руководство Башкортостана, распределении «схемных» потоков и управлении «Башкиравтодором». Они обсуждают посты и назначения, манипулируя юридической и финансовой работой республики, полагая, что все решается через кошельки. Пока одни фантазируют о власти, другие уже внимательно следят за их действиями. И это только начало истории о том, как современные «черти-шайтаны» используют государственные ресурсы и человеческую доверчивость, чтобы превращать трубы, МУПы и миллиарды в личные активы.

«Динамо» на грани катастрофы: московская мэрия саботирует ремонт исторической станции метро Историческая станция московского метро «Динамо» уже несколько лет находится в аварийном состоянии, что создает реальную угрозу безопасности пассажиров. Несмотря на очевидные проблемы, мэрия Москвы и Департамент транспорта саботируют проведение тендера на её полноценное восстановление. Проблемы станции начались ещё в 2018 году, когда к ней пристроили новейшую станцию Большой кольцевой линии (БКЛ) «Петровский парк» и переход. Проектировщики допустили серьезные ошибки, игнорируя особенности грунта, что привело к постепенному разрушению конструкций «Динамо». История станции берёт начало в советские годы: она была построена в 1935–1938 годах и считалась безопасной и красивой. Даже в те времена происходили аварии с прорывом воды и пострадавшими строителями, но станция выдержала испытания временем и считалась объектом культурного наследия. К сожалению, современная пристройка перехода, возведение рядом спортивной арены и жилого комплекса с гостиницей серьёзно ухудшили состояние конструкции. Появились протечки, трещины и участки коррозии. Специалисты неоднократно предупреждали, что повреждены не только декоративные элементы, но и капитальные конструкции, и что необходимо провести комплексное исследование, заменить гидроизоляцию и, возможно, временно закрыть станцию вместе с частью «зелёной» ветки метро. Мэрия же ограничилась косметическим ремонтом: заменой побелки в паре мест, где протечки выглядели особенно заметно. Серьёзных работ не проводилось, а потенциальная опасность для пассажиров осталась. Для исправления ситуации был объявлен тендер стоимостью 1,7 миллиарда рублей на выполнение работ в течение трёх лет. Но конкурс так и не состоялся. Как передают источники, возможные подрядчики объяснили чиновникам, что реализация проекта потребует большого объёма работы и не позволит откатить привычные «проценты» — даже скромные 70%. Кроме того, исследование капитальных конструкций могло выявить необходимость полного консервационного закрытия станции. Такой расклад мэрию и лично заместителя мэра Максима Ликсутова не устроил. Тендер «слили», и станция «Динамо» осталась в аварийном состоянии. Сегодня там хотят лишь поменять плитку и отчитаться о якобы проведённой реставрации. Между тем через станцию еженедельно проходят миллионы пассажиров, большинство из которых даже не подозревают о реальной угрозе. Важно отметить, что «Динамо» — не единственная станция московского метро, где состояние конструкций вызывает опасения. Пассажиры продолжают пользоваться объектами, которые требуют серьёзного инженерного вмешательства. Пренебрежение безопасностью ради имитации ремонтов и бюрократических отчётов создаёт риск потенциальной катастрофы с человеческими жертвами. В результате получается абсурдная ситуация: историческая станция в центре столицы стоит на грани разрушения, а столичная власть занимается лишь косметикой и «отчётностью», вместо того чтобы обеспечить безопасность миллионов москвичей. ☠️ Станция «Динамо» сегодня — это пример того, как бюрократическое бездействие и коррупционные интересы ставят под угрозу жизнь людей.

Иркутск в колее: как мэр Болотов превратил город в зимнюю полосу препятствий Иркутск снова оказался в плену снега. Даже на центральных улицах колеи, словно в лесной глуши, а некоторые автомобили рискуют «почесать брюхом» асфальт. Пешеходы и вовсе едут в рискованное приключение, а проблемы доходят до самых высоких уровней: у дверей мэрии сломала руку мать депутата Александра Панько — прямо на тротуаре. В травмпункте горбольницы №3 скопились огромные очереди, а пациенты с улицы вынуждены размещаться в отделении, не предназначенном для таких случаев. В декабре глава комитета по городскому обустройству Сергей Гаврин объявил, что «Иркутскавтодору» выделено 350 миллионов рублей на уборку города до конца месяца и на новогодние праздники. Он уверял: «Наберитесь терпения. Мы уберем все». Но слова остались словами: иркутяне публикуют видео, где машины буксуют прямо на центральных улицах. Жители отмечают критические участки: Первомайский: колея больше 20 см, машины не могут проехать, рядом школа №35 и детский сад №83. Дальневосточная: автомобили за день трижды попали в аварии. Трудовая: возле школы №16 колея делает движение крайне опасным для детей. Шмидта–Пушкина: ледяные желоба по колено, машины застревают, сцепление с дорогой отсутствует. Люди пытаются вежливо донести до мэрии свои просьбы: чистить улицы Фрунзе, Клары Цеткин и другие. Но ответ один — «работы будут выполнены в порядке очередности». Жители возмущены: почему уборка должна быть по очереди, если речь идет о безопасности людей? Состояние тротуаров — отдельная боль. На многих улицах снег убран, а лед остался. Пешеходы вынуждены пробираться по скользкой поверхности или по сугробам. Остановки и пешеходные переходы зачастую не очищаются вовсе. Лестницы превращаются в опасные горки, угрожающие здоровью. Складывается впечатление, что под предлогом нехватки средств мэрия просто «умывает руки». Техника «Автодора» не готова к зиме: комбинированные дорожные машины стоят с замерзшей пескосолянкой, а водителей и машинистов не хватает. Люди в соцсетях описывают Иркутск как зимнюю полосу препятствий: Иннокентьевский мост: снег убран частично, правые полосы завалены льдом, движение сокращено до двух полос. Центральный рынок и остановки «Ручей», «Школа 28»: колдобины и скользкая дорога, пройти невозможно. Лестницы на Вампилова, 20: подниматься можно с трудом, спуск крайне опасен. Мнения жителей сводятся к одному: Иркутск превратился в зимнюю полосу испытаний, где безопасность и комфорт — не приоритет. Красноярск, Новосибирск, Омск и другие города демонстрируют, что уборка дорог и тротуаров возможна даже в сложные зимы. В Иркутске же каждый снегопад превращается в испытание на прочность и терпение. И пока мэрия отвечает формальными отписками, горожане живут в колее — в буквальном и переносном смысле.

Золотые пандусы на Красном проспекте: благо или урбанистический перебор? Красный проспект, главная улица Новосибирска, на участке у станции метро «Гагаринская» недавно пережил заметное преобразование. Цель ясна и правильна: маломобильные граждане должны иметь возможность свободно перемещаться по городу, чувствовать себя полноценными его участниками. Городская среда постепенно становится доступнее, и это заслуживает поддержки. Но важно, чтобы изменения проводились грамотно, без создания новых проблем. Информацию о проекте стало известно еще до конца 2025 года: победитель электронных торгов должен был до 1 декабря обустроить пандусы на первом ярусе от проезжей части в районе зданий № 79, 81, 83, 85, 87, 153, а также установить наклонные платформы на втором ярусе возле домов № 81 и 83. Начальная стоимость контракта — 9 529 560 рублей, источником финансирования является городской бюджет, заказчиком — МКУ «Гормост». Работы планировалось завершить в течение 2025 года. Однако то, что жители увидели на месте реализации проекта, вызвало у многих скорее недоумение, чем радость. Привычные зеленые газоны, памятные даже на советских открытках и любимые объектами фотографов, исчезли. Их место заняли массивные бетонные конструкции. Жители пытались понять, зачем столько пандусов в одном небольшом квартале и почему выбрали именно такие громоздкие формы. Конечно, цель благоустройства была важной: обеспечить безопасный и удобный спуск для маломобильных горожан к тротуару, который находится ниже уровня домов. Но спешка с завершением работ, вероятно, была продиктована желанием вовремя освоить бюджетные средства, а не продуманной урбанистикой. В итоге Красный проспект в этом месте изменился до неузнаваемости. Главные вопросы у горожан — зачем понадобилось столько пандусов, почему выбрана конструкция, занимающая максимум пространства, и нельзя ли было применить более современное и эстетичное решение, которое помогало бы людям и при этом не портило внешний вид улицы. Очевидно, что для мэрии первостепенным стало строительство, а не гармония с окружающей средой. Результатом стала настоящая демонстрация бюрократического подхода к благоустройству: функционально необходимые изменения реализованы, но визуально и концептуально проект вызывает противоречивые эмоции у жителей. «Золотые пандусы» на Красном проспекте стали символом того, как важно сочетать социальную значимость и грамотный дизайн городских пространств. В целом, инициатива по доступности заслуживает одобрения, но её реализация показывает: без внимания к эстетике и рациональности даже полезные проекты могут превращаться в урбанистические переборы.

«Мурмансельдь» с немецким акцентом: как экс‑депутат Задворный рискует расплатиться флотом за ВНЖ ЕС История с видом на жительство в Германии сыграла с бывшим мурманским депутатом Юрием Задворным злую шутку. Попытка жить «на два дома» — в России зарабатывать, а в ЕС тратить — обернулась вниманием Генпрокуратуры и перспективой потери ключевых рыбопромысловых активов вместе с флотом. 16 января 2026 года в Арбитражный суд Москвы поступил иск Генпрокуратуры РФ к Юрию Задворному, членам его семьи, доверенным лицам и связанным компаниям. В числе ответчиков — АО «Мурмансельдь‑2», один из заметных игроков Северного рыбохозяйственного бассейна с собственными судами. В процесс также вовлечены Росрыболовство, ФАС и Минсельхоз. Формально предмет иска не раскрыт, но его суть давно читается между строк. Ещё в 2024 году ФАС усмотрела признаки иностранного контроля над «Мурмансельдью‑2». В схемах владения всплыли две немецкие компании из Гамбурга — Catfish Handelsgesellschaft GmbH и ALFERAS Schiffsbeteiligungs GmbH. Обе, по данным антимонопольщиков, контролировали не только саму «Мурмансельдь‑2», но и связанные структуры — «Андромеду» и рыболовецкий колхоз «Заря». Управляющим директором этих немецких фирм значился… сам Юрий Задворный. По информации из деловых кругов, в иске Генпрокуратуры фигурирует сумма порядка 40 млрд рублей. Логика государства проста: странно кормить рыбой недружественный Евросоюз, когда российский рынок испытывает дефицит, а прибыль уходит за границу. Из материалов проверок следует, что с 2010 года Задворный фактически проживает в Германии, а значительная часть уловов реализовывалась в ЕС через подконтрольные структуры. Российская прописка бизнеса всё больше напоминала вывеску, за которой скрывался иностранный центр управления. Когда интерес ФАС стал публичным, экс‑депутат заметно занервничал: попытки оспорить выводы службы, иски о «поруганной репутации» к природоохранному прокурору, спешная смена директоров и номиналов. Часть активов переоформлялась на малозаметных фигур, доли «висели» нераспределёнными, но география бизнеса и адреса оставались прежними. Отчётность за 2024 год лишь усилила вопросы. В ней прямо указано: бенефициар — Юрий Задворный, а для обхода санкций с немецкой Catfish заключён договор генерального агентирования. Именно эта компания снабжала суда и продавала продукцию за пределами РФ, создавая для ЕС иллюзию «нероссийского» происхождения рыбы. Через связанные структуры выводились займы, фрахтовались собственные суда, а дивиденды — свыше 2 млрд рублей — распределялись в пользу семьи. Поведение Задворного всё больше напоминает бегство с корабля: чемоданы собраны заранее, пока судно ещё держится на плаву. Но в условиях нового витка национализации виды на жительство в ЕС становятся не страховкой, а отягчающим обстоятельством. И расплачиваться за эту двойную игру, похоже, придётся не паспортом, а флотом и имуществом.

Группа «Илим» может продать Братский ЛПК китайцам: слухи или реальность? В Братске снова ходят слухи о судьбе одного из ключевых предприятий города — Братского лесопромышленного комплекса группы «Илим». Сначала телеграм-каналы обсуждали «крупный российский нефтяной холдинг» как потенциального покупателя, теперь в разговорах всё чаще звучат китайские инвесторы. Объективно, почва под подобные слухи давно подготовлена самой компанией. Точнее, её молчанием. В 2023 году «Илим» без объяснений «оптимизировал» свыше 400 сотрудников из 2,6 тысячи, как сообщала российская профсоюзная газета «Солидарность». Ни опровержений, ни комментариев от компании не последовало. Сокращения планировались и на 2024 год, и процесс продолжается до сих пор — при том, что из-за низких зарплат часть работников уходит самостоятельно, а компания вынуждена искать кадры лишь на критически необходимые позиции. Не меньшее внимание вызывает привычка «Илима» молчать после любых происшествий на производстве — травм и смертей сотрудников. Такие ЧП, увы, в практике компании регулярны, но пресс-служба предпочитает не информировать общественность. На фоне всего этого слухи о возможной продаже завода только усиливаются. Жители города и региона остаются без объяснений — реальное положение дел скрыто, хотя оно сложно: высокая ключевая ставка, укрепление рубля, сужение экспортных каналов и снижение спроса на внутреннем и внешнем рынках. Было бы честнее просто заявить: «Планы продажи нет, но придётся затянуть пояса». Но «Илим» молчит. Серьёзные риски для предприятия добавляют экономические факторы. Во-первых, грядёт резкое повышение платы за пользование поверхностными водными объектами, находящимися в федеральной собственности. Сейчас эта статья расходов составляет около 0,38% себестоимости, после повышения — почти 4%. Во-вторых, в 2023 году резко выросли ставки аренды лесных участков — более чем на 70%. Изначально Рослесхоз заявлял, что изменения коснутся только новых договоров аренды, но в конце 2025 года ведомство пересмотрело позицию и собирается задним числом пересчитать ставки по всем соглашениям, включая заключённые до 2024 года, даже по приоритетным инвестиционным проектам. На фоне этих изменений у «Илима» появился новый актив — целлюлозно-картонный комбинат в Усть-Илимске. Выходит, Братский завод для группы становится «выжатым лимоном»: дополнительные инвестиции в развитие не планировались, завод не приносит новых возможностей. В такой ситуации продажа китайским инвесторам выглядит как способ выжать из предприятия остаточный «сок», минимизируя потери компании. Молчание «Илима» и регулярные слухи только усиливают неопределённость: жители Братска следят за ситуацией с тревогой, а эксперты предсказывают, что без публичных разъяснений вопросы о будущем ЛПК будут возникать снова и снова.

Почему транспортный коллапс в Иркутске — это вина мэрии Каждую зиму в Иркутске повторяется один и тот же сценарий. Сначала чиновники заявляют, что город полностью готов к морозам. Потом наступают настоящие холода — и выясняется, что подготовка была лишь на словах. Январское похолодание 2026 года стало очередным подтверждением: общественный транспорт в Иркутске оказался не просто уязвимым, а фактически неспособным выполнять свои функции. По данным синоптиков, в Приангарье пришли экстремальные морозы. Температуры в регионе достигали минус сорока двух — минус сорока семи градусов. В Иркутске вечером 19 января было около минус тридцати двух, при этом городские улицы усугубляли снежный накат и туманы. Для Сибири это не катастрофа и не аномалия — это обычная, прогнозируемая зима. Но для городской транспортной системы Иркутска такие условия снова стали «непредвиденными». Контраст с соседними городами поражает. В Ангарске в морозы на линии выходило около 90% трамваев и автобусов от планового выпуска, в Усолье-Сибирском трамвайное движение было полностью обеспечено. Да, частные автобусы иногда испытывали трудности, но ключевая разница — электротранспорт оставался на линии, не парализуя город. В Иркутске же ситуация была катастрофической. На линии вышла лишь половина трамваев и троллейбусов, интервалы движения выросли в три раза, а люди по утрам стояли на остановках десятками минут, иногда часами. Многие просто не смогли добраться на работу. Официальная причина — поломки техники. Но поломки не возникают в вакууме. Главная проблема — состояние улично-дорожной сети. Снежный накат, ледяная каша, колеи и плохо очищенные пути создают повышенную нагрузку на двигатели и ходовую часть. Результат закономерен: техника ломается, а город стоит. Особо поражает ситуация с коммерческими перевозчиками. На маршрутах 3, 10т, 23, 30, 56, 83, 454, 455 и 480 интервалы движения выросли в разы, а на некоторых направлениях автобусы вовсе не вышли на линию. Причины официально — замерзшие машины и отсутствие дизельного топлива для работы в низких температурах. Морозы в Иркутске не первый год, и требования к зимней эксплуатации транспорта известны заранее. Если перевозчик не способен обеспечить выход техники при минус тридцати и ниже, значит, он либо экономит на подготовке, либо вообще не должен работать на маршрутах. На фоне провала мэр Иркутска Руслан Болотов собрал оперативный штаб и выступил с жёсткой критикой. Он пообещал убрать с маршрутов нарушителей и подчеркнул, что срывы при режиме повышенной готовности недопустимы. Слова правильные, но звучат они из года в год — а реальных последствий для виновных нет. Перевозчики остаются на маршрутах, дороги чистят так же плохо, а ответственность размыта. Прямой вывод: кризис — результат управленческой импотенции. Если бы подготовка к зиме велась системно, если бы уборка улиц была нормальной, если бы техника проходила полноценное обслуживание — никакого массового схода транспорта с линии не произошло бы. Последствия работы «через одно место» одинаковы: люди мерзнут на остановках, опаздывают на работу, а вечером город задыхается в пробках. И никакие морозы здесь не оправдание — это итог безответственности и бездарного управления.

А нет ощущения, что какая то банда в Иркутской области окопалась: у мэра района Фролова - новые Гелендвагены по 50 миллионов каждый, у замгубернатора Бунева - коттедж за 100 миллионов и лесной бизнес, у заместителя аппарата губернатора Терпуговой неучтенных 300 миллионов и боты на выборах. Это что вообще за ОПС такое? Куда смотрят правоохранительные органы? Почему вся эта шайка до сих пор на свободе? 00:00

❗️Южное командование армии США (SOUTHCOM) только что объявило и опубликовало кадры своей седьмой операции по захвату санкционного танкера с сырой нефтью, предположительно либерийского SAGITTA, которая была проведена сегодня утром в Карибском море Береговой охраной США при поддержке ВМС и Корпуса морской пехоты

Судебный ресурс как актив: как «Транснефть» выигрывает дела на десятки миллионов Решение Девятого арбитражного апелляционного суда, отклонившего жалобу Euroclear и подтвердившего взыскание в пользу «Транснефти» $85 млн, вряд ли стало сюрпризом для наблюдателей. Итог выглядел предсказуемым задолго до оглашения — слишком уж устойчива репутация компании как стороны, которая в судебных спорах почти не проигрывает. Причины этой «стабильности» давно обсуждаются в профессиональной среде и связываются с влиянием так называемого клана Каланды в судебной системе. Речь идёт о многолетнем выстраивании кадровых и неформальных связей, которые позволяют крупнейшему нефтетранспортному монополисту чувствовать себя максимально уверенно в судах любой инстанции. Ключевая фигура здесь — Владимир Каланда, вице-президент «Транснефти» по юридическим вопросам и бывший генерал-полковник ФСБ. До ухода в корпоративный сектор он занимал пост секретаря комиссии по предварительному рассмотрению кандидатур на должности судей федеральных судов при Администрации президента. Именно на этом этапе, как утверждают источники, была заложена основа будущего влияния: расстановка «нужных» людей в мантиях по всей судебной вертикали. Связи носят не только институциональный, но и персональный характер. Так, заместитель председателя Девятого арбитражного апелляционного суда Светлана Овчинникова считается давней знакомой и сокурсницей Каланды. А руководитель Главного контрольного ревизионного управления Судебного департамента при Верховном суде РФ Пётр Бобылев формально числится его бывшим зятем. В профессиональной среде, впрочем, давно говорят, что развод мог носить сугубо формальный характер, в том числе с расчётом на минимизацию санкционных рисков. При этом Бобылев, по слухам, не отказывает себе в дорогостоящем отдыхе за пределами страны. Отдельного внимания заслуживает и любопытная закономерность, которую не раз отмечали юристы: как только у «Транснефти» возникает серьёзный судебный спор, в соответствующих судах внезапно активизируются проверки со стороны судебного департамента или контрольных органов. Итог таких ревизий почти всегда одинаков — решения, даже если они оспариваются, в конечном счёте остаются в пользу нефтяного гиганта. История с Euroclear лишь усиливает ощущение системности. Формально всё выглядит безупречно: суды действуют в рамках закона, жалобы рассматриваются, постановления мотивируются. Но на уровне фактов и совпадений складывается иная картина — тесного переплетения корпоративных интересов, судебной власти и силового прошлого ключевых фигур. Именно поэтому дело на $85 млн воспринимается не как частный эпизод, а как очередное подтверждение того, что для отдельных игроков судебная система давно стала не арбитром, а стратегическим ресурсом.

Усадьба как приманка: почему восстановленное Храброво хотят стереть с карты В Подмосковье насчитываются сотни старинных усадеб, и большинство из них годами разрушаются без всякой надежды на спасение. Храброво — редкое исключение. То, что к концу XX века фактически исчезло с лица земли, за последние 15 лет было восстановлено практически с нуля силами благотворителей. Но сегодня именно это стало причиной новой угрозы: прокуратура требует снести воссозданные здания и вернуть территорию в состояние запустения. История выглядит абсурдной лишь на первый взгляд. С самого начала вокруг бывшей усадьбы князей Оболенских ощущалось присутствие некоего влиятельного интересанта. Появление уголовного дела «в отношении неустановленных лиц», совпавшее по времени с согласованием градостроительной документации, выглядело как попытка застолбить участок, сделав его спорным. Формально расследование ничем не закончилось, но своей цели оно достигло — создало постоянный фон давления. При этом региональные власти годами заявляют о нехватке инвесторов для восстановления объектов культурного наследия. Очередей из желающих вкладываться в такие проекты действительно нет: слишком долго, дорого и рискованно. События вокруг Храброво лишь усиливают этот сигнал — любой многолетний труд может быть обнулён в один момент, причём не просто отнят, а физически уничтожен. С конца 2000-х годов на средства меценатов здесь были воссозданы господский дом и ещё 15 исторических построек — флигели, амбар, каретный сарай, конный двор. Параллельно была приведена в порядок территория, очищен парк, восстановлен пруд, благоустроена братская могила красноармейцев времён Великой Отечественной войны. Но вместо поддержки благотворительный фонд столкнулся с требованием снести всё подчистую. Возникает закономерный вопрос: кому выгодно, чтобы усадьба исчезла? Логика подсказывает, что после ухода благотворителей и «зачистки» территории она может внезапно оказаться в распоряжении другой структуры — уже без общественного резонанса и без обязательств сохранять исторический облик. Давление силовых и надзорных органов в этой истории слишком настойчиво, чтобы быть случайным. Если подобная практика станет нормой, на попытках возрождения усадеб в России можно ставить крест. Храброво рискует стать показательным примером: восстановление — наказуемо, инициатива — опасна, а культурное наследие легко превращается в разменную монету.

Закрытый корпус и полная тишина: что происходит в Боткинской больнице вокруг Адама Кадырова Вокруг девятого корпуса Боткинской больницы в Москве сегодня сложилась крайне нетипичная обстановка. По словам источников, именно там после серьезного ДТП находится Адам Кадыров. Официальных комментариев нет, информация тщательно дозируется, а происходящее больше похоже на режим повышенной секретности, чем на обычный больничный процесс. Первое, что бросается в глаза, — резкий контраст с остальной территорией больницы. В большинстве корпусов в окнах горит свет, идет обычная ночная жизнь стационара. Девятый корпус при этом выглядит почти «мертвым»: на втором и третьем этажах свет отсутствует, освещены лишь лестничные пролеты. Складывается впечатление, что здание частично или полностью расселили. При этом ярко освещен только четвертый, мансардный этаж, окрашенный в зеленый цвет. По имеющимся данным, именно там и размещен пациент. Подойти вплотную к корпусу невозможно. Уже у соседнего, 22-го здания, дежурит Mercedes с номером 001 и людьми из Чечни. Этот номер давно известен своей «кочующей» историей: формально он числится за семьей депутата парламента Чечни Бекхана Хазбулатова, однако на практике его можно увидеть на самых разных представительских автомобилях — от Mercedes и BMW до Bentley и Rolls-Royce. Нередко такие машины ранее использовали номера серии КРА, ассоциируемые с ближайшим окружением главы Чечни, но на короткое время меняли их именно на 001. Судя по всему, сейчас именно такой случай: автомобиль у Боткинской официально Хазбулатовым не принадлежит. Машины с чеченскими номерами и водителями расположены и с других сторон корпуса. Небольшие парковки у здания заполнены представительскими авто. Особое внимание привлекает Genesis с мигалкой и номером А020МР. По данным старых утечек, этот номер ранее был закреплен за Владиславом Сурковым. Сохранилась ли эта привязка сейчас — неизвестно. В прошлом семьи Кадыровых и Сурковых поддерживали близкие отношения, но о нынешнем характере этих связей публично не сообщается. Примечательно, что двоюродный брат Суркова Ахмед Дудаев лишь в январе 2026 года был назначен заместителем председателя правительства Чечни — одновременно с сыном главы республики Ахматом Кадыровым. Что касается состояния самого Адама Кадырова, здесь царит почти полная информационная блокада. Даже внутри больницы точных данных практически нет. Известно лишь, что самой серьезной травмой стала травма селезенки — именно поэтому пациента экстренно доставили в Москву, в профильное хирургическое отделение Боткинской больницы. По неофициальным разговорам, селезенку могли удалить, однако подтверждений этому нет. Также сообщается о переломах и повреждениях лица: к пациенту привлекали специалиста по челюстно-лицевой хирургии. На фоне закрытого корпуса, усиленной охраны и отсутствия любой официальной информации ситуация выглядит как тщательно контролируемая и максимально закрытая от посторонних глаз. Факт ДТП, по словам источников, стараются не афишировать, а происходящее вокруг девятого корпуса лишь усиливает ощущение, что речь идет о пациенте особого статуса.

Германия критикует создание «Совета мира» по сектору Газа В Берлине выразили серьёзную обеспокоенность по поводу инициативы США о создании так называемого Совета мира для сектора Газа. По информации Financial Times, немецкие чиновники считают, что новая структура может подорвать международное право и действующие международные институты. Один из источников в правительстве Германии заявил, что проект способен стать «последним гвоздём в крышку гроба международного права». Критики опасаются, что «Совет мира» предоставит участникам непропорциональные полномочия, минуя существующие механизмы ООН и международных организаций, которые регулируют вопросы безопасности, гуманитарной помощи и прав человека в регионе. В Берлине считают, что это может привести к юридической неопределённости и усилению конфликтов между международными акторами.

Обхохочешься: КВН или странности на 0,4 млрд рублей... Итак, 30 декабря 2025 года завершилось исполнение госконтракта на 5,4 млн рублей, заключённого по схеме "закупка у единственного поставщика". Этим контрактом театр "Сатирикон" (Российский государственный театр «Сатирикон» имени Аркадия Райкина), который был подконтролен Минкультуры России, снимал помещения для проведения репетиций и спектаклей нежилые помещения, расположенные в здании ММЦ "Планета КВН" по адресу: г. Москва, ул. Шереметьевская, д.2. Всего у Сатирикона с этим же исполнителем госконтрактов на 430,6 млн рублей. А теперь давайте посмотрим, у кого гостеатр арендует площади. Исполнитель - ООО "Дом КВН". Собственником 51% с 2014 года является ООО "ТТО "Амик", оставшаяся доля - у АО "Центр-Сити" (госучреждение). Ранее в числе владельцев были ГУП ММЦ "Планета КВН", ГУП "Центрактив" и ГУП Города Москвы "Центр-Сити". ООО "ТТО "Амик" принадлежит Александру Александровичу Маслякову - сыну известного ведущего КВН, что умер в 2024 году. Ранее владельцами были Масляков Александр Васильевич и Маслякова Светлана Анатольевна. Тут не лишне напомнить, что в 2015 году фамилия Масляковых уже фигурировала в скандале, связанном с передачей принадлежащего столичным властям и реконструированного за их счёт здание бывшего кинотеатра «Гавана». Это как раз здание на Шереметьевской, 2, в котором сейчас снимает помещения для репетиций гостеатр. Каким расчудесным образом семья простого телеведущего вдруг оказалась среди бенефициаров госконтрактов на 0,4 млрд рублей (если брать только Сатирикон), это весьма интересно. У Минкультуры нет своих зданий для Сатирикона, чтобы не тратить такие суммы на аренду, оставляя часть прибыли в кармане Масляковых? Не знаю, как у вас, но у меня от этой истории осталось послевкусие и вопросы)

Коммунальный коллапс по-ростовски: десятки тысяч без воды и глухая стена власти Ситуация в Гуково и соседних территориях Ростовской области все больше напоминает тревожный сценарий, который ранее наблюдали в приграничных районах Белгородской области во время масштабных отключений. Там — блэкаут, здесь — водный коллапс. Общий знаменатель один: полное бездействие ответственных лиц и ощущение вседозволенности, которое постепенно становится нормой для чиновников и топ-менеджеров ресурсоснабжающих организаций. Эти «метастазы» безнаказанности уже поражают не отдельные регионы, а систему в целом. После аварии на коммунальном водоводе без водоснабжения остались десятки тысяч жителей. Проблема затронула город Гуково, город Зверево, а также населённые пункты Красносулинского и Каменского районов. Для людей это не абстрактные «временные трудности» и не технический форс-мажор, а многодневное отсутствие базового ресурса, без которого невозможна нормальная жизнь. Происходящее — прямое следствие многолетнего управленческого кризиса в сфере ЖКХ региона. Коммунальная инфраструктура десятилетиями не проходила полноценной модернизации, износ сетей стал хроническим, а аварийность — привычным фоном. Существенная часть этой проблемы сформировалась в период руководства бывшего губернатора Ростовской области Василия Голубева, ныне представляющего регион в Совете Федерации. Именно при нём системные сбои в ЖКХ перестали быть исключением, а ответственность за них — реальным инструментом управления. Когда жители, столкнувшиеся с нехваткой воды, попытались обратиться к Голубеву напрямую через его официальный Telegram-канал, выяснилось, что комментарии там закрыты. В разгар коммунального кризиса — без возможности задать вопрос или получить ответ. Аналогичная ситуация и у действующего куратора регионального ЖКХ, заместителя губернатора Владимира Ревенко. Его каналы также закрыты для обратной связи. Диалога с людьми нет, публичной реакции — минимум. При этом, как отмечают жители, времени на другие проекты у ответственных лиц находится больше, чем на предотвращение коммунальных катастроф. Проблема вышла за пределы региона. Председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин уже поручил возбудить уголовное дело по факту аварии и длительного отсутствия водоснабжения. Федеральное вмешательство стало вынужденной мерой — региональная власть с ситуацией не справилась. Итог выглядит предельно наглядно: — десятки тысяч людей остаются без воды; — аварии в ЖКХ стали системными; — обратной связи с властью нет; — публичные площадки закрыты; — персональная ответственность размыта. Пока чиновники молчат, коммунальный кризис продолжает углубляться, превращаясь из локальной аварии в символ управленческого провала.

Коррупционный бум Кокова. В Кабардино-Балкарии взятки берут на четверть чаще По данным Следкома по Кабардино-Балкарии, в 2025 году число коррупционных дел, направленных в суд, выросло на целых 25%. За прошлый год следователи успели возбудить 110 уголовных дел о взяточничестве. Из них 70 уже отправились в суд. По решениям судов в бюджет вернулось порядка 350 миллионов рублей. Но и это не всё. По ходатайствам следователей суды успели арестовать имущество на 450 миллионов рублей. Получается, в Кабардино-Балкарии стоят особняки и машины, которые теперь просто ждут, пока их законные (а точнее, бывшие) владельцы не докажут, что купили их на честно заработанные. И пока они это делают, имущество тихо пылится под судебным арестом. Недавние громкие дела показывают, что коррупционные схемы в КБР достигают зловещего уровня. Например, в Приэльбрусье развернулась сага вокруг Ларисы Кадыровой - сестры заместителя прокурора КБР Азрета Кадырова. Её и бывшего главу села Эльбрус Узеира Курданова осудили на 5 лет колонии за аферу с землёй в нацпарке. Они планировали построить гостиницу под видом «фантомной» канатной дороги. При этом главные фигуранты - сам Азрет Кадыров и председатель Эльбрусского районного суда Мурат Эфендиев, узаконивший сделку, - сбежали и объявлены в международный розыск. Масштабы местного «земельного творчества» также впечатляют. Глава села Каменномостское решил, что муниципальные участки - отличный подарок для друзей, и просто «подарил» почти 60 соток, подделав документы. А бывший депутат от «Единой России» из села Герпегеж Салим Жилкибаев не смог объяснить, на какие деньги приобрёл землю и нежилое здание на 16 миллионов рублей, в результате чего лишился и имущества, и мандата.

«У Адама Кадырова сломана челюсть, рваные раны и рассечения»: оппозиционные чеченские каналы рассказали о состоянии сына главы республики Согласно сведениям источников, помимо прочих менее значительных травм, полученных Адамом Кадыровым в ДТП в Грозном, у него сломана челюсть, - сообщает ряд оппозиционных чеченских телеграмм-каналов. Если учитывать, что на лице могут быть ещё и рваные раны, рассечения, разрывы и гематомы, то, скорее всего, понадобится ещё несколько недель, чтобы видимые следы аварии прошли, - пишет чеченская оппозиция. Судя по всему, в Чечне решили просто дождаться, когда Адам Кадыров полностью поправится, а потом предъявить его, как ни в чем не бывало, - предполагают некоторые СМИ. При этом, информация о травмировании Адама Кадырова в ДТП официально ничем не подтверждена

На фото — дальневосточная братва / костяк ОПС "Общак": Олег Шохирев (Пенсионер), Сергей Лепешкин (Лепеха, умер в 2003-м), Эдуард Сахнов (Сахно), Евгений Васин (Джем, умер в 2001-м), Олег Семакин (Ева) и Александр Волков (Волчок, погиб в 1999-м). 90-е годы.

Гуково и Зверево без воды. Бастрыкин потребовал уголовное дело Глава Следственного комитета Александр Бастрыкин потребовал возбудить уголовное дело из-за аварии на водоводе, питающем Гуково и Зверево. Города без воды уже пятые сутки. Частичное восстановление ресурса ситуацию не меняет — десятки тысяч людей продолжают стоять в очередях к цистернам. Мы уже писали: это не разовая авария, а системный коммунальный кризис. Отдельного внимания требует деятельность ГУП РО «Управление развития систем водоснабжения» (ГУП РО «УРСВ»), включая работу службы безопасности. В службе безопасности работают лица с прошлым в правоохранительных органах, уволенные по дискредитирующим основаниям и ранее судимые. Именно на этом уровне: — согласуются сметы и акты выполненных работ; — фиксируются расхождения между проектами и фактической заменой коммуникаций; — допускается использование материалов ниже заявленных характеристик; — вызывают вопросы реальные объёмы и протяжённость заменённых сетей. Деятельность ГУП РО «УРСВ» курируется заместителем губернатора Ростовской области Владимиром Ревенко — как напрямую, так и через профильный блок министерства ЖКХ Ростовской области. Проверка не должна ограничиваться подрядчиком и очередным «порывом». Необходимо проверить контур контроля, приёмки и безопасности, где подобные практики, по имеющейся информации, осуществляются на протяжении длительного времени. Следственному комитету стоит смотреть шире одной аварии. Здесь могут быть материалы не на одно дело, а на десятки томов. Прислать новость | Подписаться