Антон читает и пишет

​​«Страх, любовь и пропаганда: Механизмы влияния в сектах и тоталитарных системах», Александра Стайн (аудиокнига, чтец: Олег Томилин) Уж сколько всего написано про различные деструктивные секты и их влияние и всякие жизненные истории про бывших адептов. Я лет двадцать назад сам в них ходил этим увлекался и многое читал по данной теме (даже в универе прослушал курс по культам и сектам). И тут мне подвернулась новинка, добротная такая книжка, где много теории, но и жизненных историй из личных биографий тех, кто вышел из подобных организаций и захотел поделиться опытом. Книга написана Александрой Стайн, которая сразу ввергает в поток чужих историй, но параллельно повествует собственную. Ныне социальный психолог и один из ведущих специалистов в мире по механизмам влияния деструктивных сообществ, она десять лет сама провела в секте. Я о такой ранее и не слышал, в книге обозначена как "замысел Ньюмана" (я только на англоязычных сайтах узнал про психотерапевта Фреда Ньюмана, который был левых марксистских взглядов, организовал кучу партий и даже баллотировался на пост президента США). «Тотальная или абсолютная идеология, спускаемая лидером с верхушки пирамиды к массам у её основания, представляет собой овечью шкуру, под которой прячется волк, чьи острые клыки впиваются в шею последователя. Следовательно, наша с вами следующая задача — понять, как идеология поддерживает структуру, удовлетворяющую нездоровые потребности лидера» У Стайн получилось увлечь примерами самых различных сект и тоталитарных организаций. Тут есть и про самые известные деструктивные движения и "церкви", и про террористические организации, и про политиков, и про религиозных лидеров. Но главное, здесь живые примеры тех, кто пострадал и кто смог выйти из-под подавляющего и тотального влияния. Иногда текст наполнен терминами и теорией, но мне это не мешало, наоборот, узнал нечто новое и доселе незнакомое. Например, Стайн уделяет много внимания нашей психологии и теории привязанности, исходя из чего я понял, насколько важны здоровые взаимосвязи между личностью и окружающими людьми, а также сбалансированные отношения в коллективе. «Пропаганда — всего лишь верхушка айсберга, но связь последователя с группой укрепляется в результате индоктринации, которая происходит попутно с изоляцией, поглощением и стрессом, и проникает в его сознание через когнитивную брешь, образовавшуюся из-за ситуации неразрешимого страха» Из книги вы узнаете про: - дезорганизованный тип привязанности и как он влияет на адептов того или иного культа или системы, - роль харизматичного (часто психопатического по характеру) лидера и его безоговорочный авторитет, поддерживаемый группой приверженцев, - фрагментация (раздвоение) личности и важность укрепления идентичности, - диссоциирующую суть тотальной идеологии и в чём эта диссоциация проявляется, - групповое инакомыслие и как важно противостояние тоталитарной системе. А также узнаете разницу между "быстрым мышлением" и "медленным (критическим) мышлением", про "центральный путь обработки информации" и про "периферийный путь" (либо "периферийную модель") убеждения, на которую и делают ставку в сектах и тоталитарных системах. Книга полна цитат, примеров, историй (с десяток страниц ссылок и примечаний). Здесь для меня лично было важно узнать не только про тот путь, который проходит человек, становясь адептом подобной ячейки или частью системы (что и кто влияет и приводит к стиранию личности в угоду общине/движению/государству...). На страницах этого исследования приводятся конкретные шаги выхода и реабилитации людей, истории их побега из системы и реинтеграции в нормальные социальные отношения. «Тотальная идеология создаётся, чтобы устанавливать и защищать свой вымышленный мир с помощью постоянной лжи. Чем глубже последователь культа вязнет в этой системе, во внутренних слоях её лукообразной структуры, тем больше фикции проявляется в идеологии» Отличная книга. Советую. И берегите себя и свои мозги!

Прослушал и прочитал замечательную книгу, очень содержательно и всё подробно тут описано. Скоро напишу отзыв. А пока цитата: В немецких школах после поражения нацистов во Второй мировой войне ввели уроки, на которых рассказывали о вреде тоталитаризма. После окончания оккупации Западной Германии союзниками там была введена реформа системы образования, направленная на поддержание демократических принципов обучения, а позже, в 1962 году, произошло показательное событие: ...были выпущены «Рекомендации по раскрытию темы тоталитаризма в обучении», в которых противостояние проблеме тоталитаризма называлось основным компонентом гражданского воспитания. Учителей, работавших в учреждениях общего образования, призывали «ознакомить учеников с характеристиками тоталитаризма и с основыми особенностями большевизма и нацизма как двух крупнейших тоталитарных систем ХХ века». Я считаю, что нам, живущим в век поднимающего голову тоталитаризма, стоило бы распространить эти рекомендации за пределами Германии. #чточитаешь #цитата #пропаганда #АлександраСтайн #СтрахЛюбовьиПропаганда

🎥«Сталкер»丨реж. Андрей Тарковский丨1979 Раньше я почему-то воспринимал его кино как несколько "не от мира сего" и даже винил в некой "пафосности"... Видимо, нужно время и должен наступить какой-то возраст, чтобы осознать актуальность его кино для любого "сегодня", ту вневременность, которая сквозит через кадр... Такая вот #киноцитата на этот вечер

🍁Как не поделиться такими прекрасными видами с прогулки? Правда, это фотографии с прогулок из Канады — вновь порадовала Елена, за что я очень благодарен💚 Я что-то начал несколько книг читать, но ни одну не закончу. Ещё сто страниц и спать... #прогулка #цветы

​​В память о почившей накануне канадской писательнице, букеровской и нобелевской лауреатке, мастере короткой прозы Элис Манро (Alice Ann Munro) — отзыв из архива С интересом прочитал уже второй для себя сборник рассказов (первым был «Луны Юпитера»), в котором так психологически тонко и по сути обыденно сплетены истории из прошлого с рефлексиями и осознанием дня сегодняшнего: «Давно хотела тебе сказать» (Something I've Been Meaning to Tell You, 1974) Каждый из 13 рассказов похож на разговор, на некоторым образом доверенные тебе одному воспоминания и детали из них, вдруг всплывшие в памяти при тех или иных обстоятельствах. Это могут быть воспоминания о матери писательницы, учительницы в школе, которая предстаёт в памяти и выносит детали поездки к своей родне, в дом брата и двоюродной сестры, воспоминания о молодости и походе в церковь («Долина Оттавы»). Или день из жизни уже немолодой женщины — поездка на похороны неожиданно погибшего племянника, общение с сестрой и зятем, которые ведут себя как обычно, ощущение пропасти между сёстрами, между видимым успехом и уверенностью в себе одной и отстранённостью и некоторой апатичностью другой («Поминки»). Или странная история одинокого старика, живущего в доме с молодыми соседями-хиппи, про медитирующего и чуть не от мира сего парня Юджина, где-то ненароком упомянувшего о "хождении по водам", и что из этого в итоге вышло («Хождение по водам»). «Все мы созданы из стыда» Манро сумела в этих небольших произведениях вместить какие-то свои глубоко экзистенциальные вопросы к существованию — такого текучего, изменчивого, с возрастом приобретающего рамку фотокарточки и тускнеющие краски картины, но проявляющегося вдруг так ярко в том или ином эпизоде. Детская история о двух девочках-подружках, бредущих вдоль реки и нашедших уже забытую утлую лодку, ставшую предметом гордости мальчишек, которые её починят, покрасят и пустятся в плаванье, — это такое светлое и ничем не замутнённое чувство радости и невинности из детства («Лодка-находка»). История совсем юной девушки, работающей в большом доме, и лётчика, который устраивает полёты для публики, эта надежда на любовь, её ожидания и вера, разбитая о грубую реальность, и всё же это история о любви («Как я познакомилась со своим будущим мужем»). «Да и кому откуда знать, думаю я, пока пишу это, откуда мне самой знать то, что я якобы знаю? Я уже не в первый раз использую этих людей — не всех, но некоторых — в своих литературных целях» Меланхоличные и зачастую грустные истории полны скрытых откровений о человеческой пироде, о молодости и старости, о невысказанном и потаённом, о нас с вами: - о жестокости, мести, низменном, что копится и неожиданно проявляется, что злое и хорошее очень всегда очень рядом («Палачи»); - об умалчивании главного посреди обыденного и заведённого порядка, так что близкие люди могут так и не узнать, что стало причиной неожиданного самоубийства («Давно хотела тебе сказать»); - о неожиданно рассказанной истории, которая может открыть тебя свовсем с другой стороны, но может и дать повод открыться другому человеку с другой стороны («Марракеш»)... Каждый рассказ как небольшая жизнь, пронёсшаяся перед глазами, каждая история оставляет чувство недосказанности и вопросы, на которые каждый читатель ответит себе сам. Меня Манро сумела очаровать одновременно простотой повествования, налётом меланхолии и некоторой светлой ностальгии по минувшему, тронула своими героинями (ведь большинство героев — женщины), которые в разном возрасте притягательны и таинственны, пусть эти тайны и не столь привлекательны и эстетичны. «Жить по соседству и не иметь возможности быть вместе — и принять это как должное, отказаться друг от друга сознательно: на этом любовь может держаться долгие годы» Замечательный сборник! Обязательно продолжу читать эту канадскую писательницу. #книжныйотзыв #рассказы #ЭлисМанро

​​...Цитатник по роману «Любовники-полиглоты» шведки Лины Вульфф —ниже на фото (решил не откладывать в долгий ящик и к отзыву выше добавить немного занимательных отрывков) Лучшие истории находишь там, где никто не думает об историях, где никто даже не в курсе, что истории существуют. — Если у человека болит душа, — сказал я, — и он не знает, как справиться с болезнью, надо ходить на прогулки. Как тело чувствует себя лучше от света и свежего воздуха, так же и душа может излечиться благодаря тому же самому. Всё дело в снабжении кислородом. Некоторые люди носят в себе не те мысли так долго, что смерть в конце концов оказывается для них единственным решением. Сломленные люди разрушительны. Ох уж все эти люди, которым не хотят причинить боль, когда плоть хочет взять своё. Если подумать, то всё это действительно ужасно гнетёт, потому что плоти безразлично, кому причинять боль. Плоти плевать на всё. Злоба — скоропортящийся товар, и если не избавиться от неё вовремя, придётся с ней жить, а это как ходить на вечеринке с собачьим дерьмом, налипшим к подошве. — Я выбираю своих женщин, исходя из их человеческих качеств. Сначала — их человеческие качества, потом — каковы они в постели. Всегда только в этом порядке. — Не представляю себе, что моя мать могла бы блеснуть что первым, что вторым. Я всегда считал, что о человеке можно составить представление по его книгам, и мне стало интересно, её это книги или её мужа. — Мои, — ответила она. — Мой муж, который разбирается в литературе, считает, что моё собрание ужасно. Борхес пишет, что зеркала и соития отвратительны, потому что удваивают количество людей. Вероятно, в этом утверждении кроется какая-то всеобъемлющая доброжелательность по отношению к природе, потому что человек как живое существо, по крайней мере, если взглянуть на него немного сверху, выглядит по большей части деструктивным, слабым и мерзким. Первым советом моей бабушки было пожелание женщинам любить своё тело, поскольку оно дар Божий. — Когда я умру, ты унаследуешь Пруста, — сказала бабушка папе, постарев. — Ты должен прочитать все семь томов и разглядеть в них ту красоту, о которой говорил книготорговец. Я хочу, чтобы ты увидел её за меня и твоего отца. И не вздумай сдаться, пока не увидишь её. Я считаю, что то, что имеет за плечами годы и несовершенство, намного интереснее, чем новое и идеальное. #цитата #ЛюбовникиПолиглоты

​​«Любовники-полиглоты», Лина Вульфф Если сказать вкратце о том, что написала Лина Вульфф в этой небольшой книжке, то получится как-то банально: о том, что писатели-мужчины, когда пишут о женщине, то на самом деле пишут о себе. По мне так каждый писатель пишет больше о себе, чем о ком-либо ещё. Но кроме того, что это некий женский взгляд на писателей-мужчин, это ещё и необычно скроенный текст о женщинах, которых пытается этот самый писатель-мужчина описать. «Часть женщин стареет, как вяленая ветчина — постепенно, но всё же аппетитно. Некоторые изгнивают за одну ночь» Три части книги как три истории, в финале превратившиеся в некий философско-феминистический месседж. Первая часть посвящена 36-летней шведке Эллинор из провинциального Сконе, которая ищет партнёра в интернете, вспоминая ещё школьную влюблённость в простого местного парня, с которым познала азы совокуплений, потом пополнела и осталась с теми воспоминаниями. Она зачем-то соглашается поехать с полным и не очень ей приятным мужиком на окраину Стокгольма в его дом у моря, где вначале дерётся с ним, а потом вступает в связь. И остаётся пожить у литературного критика (им оказался этот мужик), и если вначале её остановила снежная буря и непогода, то потом она почему-то привыкает к такому ходу жизни: уборка, просмотр сериалов и... чтение книг Мишеля Уэльбека, книги которого она нашла и стала запойно читать... «Писатели — самые эгоистичные существа в мире, и по сравнению с ними все папарацци на свете — просто нежные фиалки. Когда писатель остаётся один в своей комнате, он пишет не то, что должен, а то, что хочет. И если внешне он кажется воплощением дружелюбия, то в глубине души у него могут гнездиться черти» Вторая часть посвящена писателю Максу Ламасу, который живёт с женщиной-делопроизводительницей, которая любит читать Ницше и давно не вступает с мужем в интимную связь. А муж знает с десяток языков, пытается найти вдохновение для написания романа, а ещё находится в поисках такой женщины, которая бы его удовлетворяла и физически, и интеллектуально. Но почему-то вступает в связь с немолодой секретаршей из бизнес-центра, которая подумывает покончить с собой и периодически предлагает Максу убить толстого неприятного босса, который никак не может избавиться от засидевшейся на своём месте секретарши. Третья часть посвящена старинному аристократическому итальянскому роду, а точнее — маркизе Латини Орсини, её дочери Клаудии и её внучке Лукреции, которая после смерти бабушки и потери почти всей недвижимости пытается кое-как выжить. Она пишет письмо в Швецию писателю Максу Ламасу с просьбой прислать сто тысяч евро. Ведь когда-то он гостил у бабушки, писал роман «Любовники-полиглоты», которым в итоге разбил сердце старой маркизы, вступившей с Максом в интимную связь. Именно эта рукопись с романом писателя-полиглота и соединит все три части повествования в одну связанную историю. «— Я тоже пишу, — сказал я. — Да. О сексе, не так ли? — Нет, я пишу не о сексе. Я пишу о любви. — Так говорят все мужчины. Но на самом деле они пишут только о мужчинах. О мужчинах и о сексе» Я не удивлён, что эта книжка получила низкие оценки на ЛайвЛибе и одновременно удостоена книжной премии Августа Стринберга (шведского писателя и публициста, основоположника современной шведской литературы и театра). Вульфф сумела весьма остроумно соединить мужское и женское, интеллектуальное и сексуальное, пробуя описать и заострить гендерные вопросы и проблемы в контексте литературы и творчества. Здесь есть место и Стивену Кингу, «которого нельзя назвать писателем» (зато у него можно найти меткие цитатки), и Марселю Прусту, семь томов которого могут быть куплены, чтобы так и не быть прочитанными... А ещё тут будет ослепшая женщина невероятной красоты, которая даст совет писателю выбраться из своего «я», чтобы написать настоящий визионерский роман. А что получилось — узнаете сами. Или нет. #книжныйотзыв #ЛюбовникиПолиглоты #ЛинаВульфф

«Любовники-полиглоты», Лина Вульфф Если сказать вкратце о том, что написала Лина Вульфф в этой небольшой книжке, то получится как-то банально: о том, что писатели-мужчины, когда пишут о женщине, то на самом деле пишут о себе. По мне так каждый писатель пишет больше о себе, чем о ком-либо ещё. Но кроме того, что это некий женский взгляд на писателей-мужчин, это ещё и необычно скроенный текст о женщинах, которых пытается этот самый писатель-мужчина описать. «Часть женщин стареет, как вяленая ветчина — постепенно, но всё же аппетитно. Некоторые изгнивают за одну ночь» Три части книги как три истории, в финале превратившиеся в некий философско-феминистический месседж нам, читателям. Первая часть посвящена 36-летней шведке Эллинор из провинциального Сконе, которая ищет партнёра в интернете, вспоминая ещё школьную влюблённость в простого местного парня, с которым познала азы совокуплений, потом пополнела и осталась с теми воспоминаниями. Она зачем-то соглашается поехать с полным и не очень ей приятным мужиком на окраину Стокгольма, где вначале дерётся с ним, а потом вступает в связь. И остаётся в домике литературного критика (им оказался этот мужик), и если вначале её остановила снежная буря и непогода, то потом она почему-то привыкает к этому ходу жизни: уборка, просмотр сериалов и... чтение книг Мишеля Уэльбека, книги которого она нашла и стала запойно читать... «Вот почему девушки должны обучаться карате, а не дзюдо, — ведь когда ты лежишь под стокилограммовой тушей, уже неважно, насколько ты гибкая и быстрая, сто кило есть сто кило, а закон всемирного тяготения ещё никто не отменял» Вторая часть посвящена писателю Максу Ламасу, который живёт с женщиной-делопроизводительницей, которая любит читать Ницше и давно не вступает с мужем в интимную связь. А муж знает с десяток языков и пытается написать роман «Любовники-полиглоты» и ещё находится в поисках такой женщины, которая бы его удовлетворяла и физически, и интеллектуально. Но почему-то вступает в связь с немолодой секретаршей из бизнес-центра, которая хочет покончить с собой и убить толстого неприятного босса, который никак не может избавиться от неприятной секретарши уже много лет. Я не удивлён, что эта книжка получила низкие оценки на ЛайвЛибе и одновременно удостоена книжной премии Августа Стринберга (шведского писателя и публициста, основоположника современной шведской литературы и театра).

9-го мая было столетие со дня рождения Булата Окуджавы. А 10-го мая было столетие Юлии Друниной. Захотелось вспомнить их стихи. Хорошей вам новой недели * * * Хрипят призывом к схватке глотки, Могилам братским нет числа, И вздёрнутые подбородки, И меч в руке, и жажда зла. Победных лозунгов круженье, Самодовольством застлан свет... А может, надобно крушенье Чтоб не стошнило от побед? Нам нужен шок, простой и верный, Удар по темечку лихой. Иначе – запах ада скверный Плывёт над нашей головой. 1991 #Окуджава * * * Я родом не из детства — из войны. И потому, наверное, дороже, Чем ты, ценю я радость тишины И каждый новый день, что мною прожит. Я родом не из детства — из войны. Раз, пробираясь партизанской тропкой, Я поняла навек, что мы должны Быть добрыми к любой травинке робкой. Я родом не из детства — из войны. И, может, потому незащищённей: Сердца фронтовиков обожжены, А у тебя — шершавые ладони. Я родом не из детства — из войны. Прости меня — в том нет моей вины... #Друнина #стихи #цветы

☺️🙂☺️☺️☺️☺️☺️ Хочу поделиться с вами своими книжками, которые недавно появились на полках моей библиотеки. Две книги были подарены мне прекрасной Натальей: ★Альбом «Тулуз-Лотрек», изд. «Белый город», всего 800 экз., отпечатано в Италии, текст: Валентина Крючкова ★«Эдвард Хоппер», маленькое, но прекрасное издание 1977 года, текст: Е. М. Матусовская. Очень люблю этого художника 💔 🖼️ Вот страница Натальи — у неё вы можете найти и приобрести замечательные издания по искусству. Спасибо за прекрасные издания! Три книги их серии «Шорт-лист. Новые звёзды», нашёл по очень приятным ценам в Вайлдберриз (от 135 до 220 р. за книгу): ★«Брак по-американски», Тайри Джонс ★«Тилль», Даниэль Кельман ★«Любовники-полиглоты», Лига Вульфф Две книги мне любезно предоставила почитать замечательный библиограф Евгения — из своих запасов книг про библиотеки и книжные магазинчики: ★«Подводная библиотека», Юми Канэко ★«Книжный домик в Тоскане», Альба Донати 💜Большое спасибо! И ещё одна книга — автобиографическая от писательницы-модернистки, которая словно написана от лица её подруги: ★«Автобиография Элис Би Токлас», Гертруда Стайн Что-то читали из этих книг или планировали почитать? Приятных нам чтений📖 #книжныеновинки #книжныепокупки

Очередных 🎥КИНОсмотров📺 пост 🎞На сей раз два сериала, которые точно надо смотреть Что смотрели, хотели бы глянуть❓ 🎬«Рипли» (Ripley), реж. Стивен Зеллиан, мини-сериал, 2024 Если вы не читали замечательный роман Патриции Хайсмит «Талантливый мистер Рипли» (отзыв здесь), то вы точно знакомы с его экранизацией, где сыграла целая плеяда звёзд: Мэтт Дэймон, Джуд Лоу, Гвинет Пэлтроу, Филип Сеймур Хоффман, Кейт Бланшетт (реж. Энтони Мингелла, 1999). И вот новый фильм. И абсолютно другой — и по стилистике, и по атмосфере, и сделанным в фильме акцентам. Удивительно, что переданы все те же события, те же персонажи, а смотрится как абсолютно другая история! История про нью-йоркского мошенника Тома Рипли, который подделывает банковские чеки. Ему улыбается удача, богатый папаша принимает его за друга собственного сына, который тратит деньги где-то в Италии, учится писать картины и наслаждается курортной жизнью. Рипли отправляется в небольшой прибрежный городок, чтобы помочь вернуть загулявшего отпрыска в лоно семьи. Тут совсем другой Рипли и другой по характеру фильм. Актёр Эндрю Скотт смог передать тёмную сторону персонажа и его хамелеонскую способность всё подделывать. А какие тут виды, какой нуарный чёрно-белый стиль и атмосфера 1960-х! И великолепная операторская работа. Параллельная история с художником Караваджо — отличная находка для сценария! 🎬«Оленёнок» (Baby Reindeer), реж. Вероника Тофильская, Жозефин Борнебуш, мини-сериал, 2024 История сценариста и актёра Ричарда Гэдда, которую перенесли на экран. Он же и сыграл главную роль. Про неудачного комика, работающего в баре и живущего в доме своей бывшей с её мамой. Посетительница бара, выдающая себя за успешную юристку, начинает преследовать парня. Получилась глубокая психологическая драма, поднимающая на поверхность много проблем и травм, которые тянутся у героев с детства. Мы узнаем историю молодого человека, про его попытки найти место в шоубизе, про влюблённость в трансвестита и про то, до каких пределов доводит созависимость. #киносмотры

Пусть будет замечательный и ярким у вас сегодняшний день. Вот с прогулки в Краснодаре фоточки.

Даже не знаю, почему я не читал Гертруду. Уже и книг толком нигде не достать. А тут третья в условной биографической трилогии: • Автобиография Алисы Б. Токлас (1933) • Автобиография каждого (1937) и эта... • Войны, которые я видела (1945) Больше заметки и наблюдения из французской деревни, где американская писательница со своей подругой следят за приближением немецких войск... Уже и издательство Колонна (Colonna Publications) прекратило свою деятельность. Что не удивительно в наших реалиях... Ладно, скрашиваю вечер просмотром Евровидения из Мальмё. Но всё равно чувствую себя в чём-то Гертрудой...

​​«Записки из Третьего рейха. Жизнь накануне войны глазами обычных туристов», Джулия Бойд Книгу я одновременно читал и слушал (чтец Максим Доронин). С одной стороны, она помогает прекрасно погрузиться в действительность: быт, работу и отдых, культурную жизнь — как элит, так и бюргеров, повседневную рутину и праздники простых немцев. Всё это — глазами путешественников, туристов или людей, приехавших работать либо учиться в Германию, навещающих своих родственников или друзей, иногда — нашедших свою вторую половинку, часто — по долгу службы/работы/призвания оказавшихся свидетелями всего произошедшего. С другой стороны, это невероятный срез судеб людей (разнообразных по взглядам, происхождению и социальному положению), которые изнутри узнали и поведали в дневниках, письмах и мемуарах о Германии времён Третьего рейха. О восходе и падении режима. При этом всё так буднично и живо, словно ты видишь и слышишь голоса. Эти голоса так разнообразны, лица и свидетельства так часто сменяются по ходу изложения, что можно запутаться в этом потоке свидетельств. «Между коммунистами и нацистами нет никакой разницы. Коммунисты замучают до смерти, если ты не рабочий, а нацисты — за то, что ты не немец. Аристократы предпочитают нацистов, а евреи — большевиков» Мнения и впечатления различных людей в книге — словно калейдоскоп впечатлений и реакций на различные события и ситуации. Поэтому есть спорные суждения и достаточно того, с чем мы можем совсем не согласиться. Ведь многие из упомянутых так или иначе сочувствовали либо откровенно поддерживали нацистский режим. Особенно это чувствуется в период прихода Гитлера к власти и до начала 1940-х, когда он начал без единого выстрела присоединять к рейху одну за другой земли и страны. С началом войны и ухудшением положения Германии эти голоса стали меняться. «Там, где жгут книги, будут сжигать людей» Следует заметить, что в книге британки Джулии Бойн много места уделено британским (в большей степени) и американским (в меньшей) гражданам. Перечислять всех, кого она цитирует и вспоминает в своём документальном труде, невозможно. Их слишком много. Военные атташе и дипломаты, министры и члены королевских семей, политики и предприниматели, писатели и музыканты... Одна глава посвящена литераторам и писателям, приезжавшим в Германию тех лет — «Литературные "туристы"». Было занимательно почитать про поездку Вирджинию Вулф с мужем, у которого еврейские корни, про откровенно поддержавшего нацистов Кнута Гамсуна и как он потом отослал свою нобелевскую медаль Геббельсу, про американского писателя Томаса Вулфа, которого нацисты не смогли сделать "своим", и про многих других. Меня привлекла ещё фигура китайского учёного и студента Цзи Сяньлиня, который в 1941 году защитил диссертацию по санскриту в Гейдельбергском университете, а на родину вернулся лишь в 1946 году. Его живые дневниковые реплики в этом исследовании отличаются особой откровенностью и эмоциональностью: «Я был ужасно зол, не знал, плакать или смеяться... обычные немцы всему этому верят. Я умру несчастным, если не увижу, как всё это немецкое здание рухнет и все они превратятся в рабов» Почти весь период существования Третьего рейха осуществлялась программа по обмену студентов: американские студенты проводили год в Германии. А британские аристократы считали полезным для своих отпрысков пожить в стране Гёте и Шиллера, Баха и Генделя, поучить другой язык и научиться немецкой практичности, набраться природных и культурных соков в живописных местах на фоне средневековых замков. Поэтому в книге много таких воспоминаний, касающихся поездок по красивейшим городам, культурным и историческим местам, музыкальным фестивалям... И лишь изредка путешественники обращали внимание на что-то выходящее из рамок "нормальности". пара слов в комментарии #книжныйотзыв #нонфикшн #ДжулияБойд #ЗапискиизТретьегоРейха

Был насыщенный на впечатления день. Были и книги, были и картины. Посетил Краснодарский краевой художественный музей имени Ф. А. Коваленко, которому на днях исполнилось 120 лет. От портрета Екатерины II кисти выдающегося портретиста В. Л. Боровиковского до портрета Е. А. Красильщиковой Валентина Серова. От древних икон до супрематизма Малевича и абстракционизма Кандинского. Не сама большая постоянная композиция, но было очень интересно. (остальные фото в комментариях) #antonio_art #прогулка

Сегодня дочитаю одну занимательную книгу, которая вся состоит из писем, воспоминаний, дневниковых заметок, архивов. Мне она помогает погрузиться в эпоху на фоне чтения Гюнтера Грасса. Приведу пару цитат. Тут упоминаются впечатления английского писателя Кристофера Ишервуда. «После выборов наступила неожиданно тёплая погода. “Гитлеровская погода“, — отметила жена швейцара дома, в котором жил Ишервуд. Все улицы Берлина были украшены флагами со свастиками. Ишервуд писал, что стало опасно не вывешивать на дома такие флаги. Было опасно также не уступать дорогу нацистам в форме или отказываться сделать пожертвование, за которым нацисты приходили в кинозалы и рестораны, гремя своими банками для сбора денег. Невозможно было спрятаться от речей Гитлера и Геббельса, которые передавали по установленным в городе громкоговорителям — Deutschland erwacht [Проснись, Германия]. Вскоре начали исчезать гей-бары. Молодые люди поумнее ушли в подполье, а “наиболее глупые бегали по городу, восторгаясь тем, как выглядят штурмовики в своих униформах“. Всем было известно о нетрадиционной сексуальной ориентации главы СА Эрнста Рема, поэтому наиболее оптимистично настроенные гомосексуалисты решили, что их время пришло. Но в течение нескольких недель сотни геев были убиты или арестованы (“для их собственной безопасности“). Гомосексуалистов стали отправлять в концентрационный лагерь в Дахау» И ещё: «В мае, незадолго до того, как Ишервуд навсегда покинул Берлин, он писал о хозяйке своей квартиры: “Она приспосабливается, она будет приспосабливаться к любому режиму. Сегодня утром я слышал, как она с уважением отзывалась о фюрера в разговоре с женой швейцара. Если бы ей кто-нибудь напомнил, что во время выборов в ноябре она голосовала за коммунистов, она бы стала горячо отрицать. Она просто акклиматизируется в соответствии с законами природы, как зверь меняет свой мех к зиме“» Хорошего вам дня #цитата #чточитаешь #ЗапискиизТретьегоРейха

Хочется поделиться своей прогулкой... А ещё одной цитатой из прекрасной книги. «Они отобрали сад, дом, отца, братьев. Бога они отнять не смогли, ибо царство Божие внутри нас. Но они отняли Россию. И в мои последние дни нет у меня к ним христианского чувства. Неизбывный грех. Не могу в душе моей найти им прощения. Грех мой великий». Это слова дедушки главного героя из романа Александра Чудакова «Ложится мгла на старые ступени» — глубоко религиозного человека из старинного священнического рода. А его жена — из знатного рода, она старается сохранить этикет даже в далёком сибирском поселении. Вообще часто вспоминаю эти истории, они берут за душу. Как же эти все политические или по другим причинам переселëнные со своих земель люди выживали. И сохраняли на многие годы традиции и саму душу той, уже ушедшей России. Доброго вам вечера. #прогулка #цветы #память #цитата #

​​«Схолии. Простые и сложные истории о людях», священник Александр Дьяченко Захотелось прочитать чего-то такого светлого и доброго в эти дни. А книга давно стояла на полке, досталась в подарок от одного интернет-магазина. Получилось неспешное чтение историй из жизни разных людей, которых судьба тем или иным способом соединила — через болезнь, потери, поиск ответов... Уже немолодой (за 50) батюшка из небольшого районного прихода рассказывает истории. Вначале кажется, что они ничем не связаны, но потом появляется некий внутренний стержень, на который, словно жемчужины на ожерелье, нанизываются рассказы — из советского прошлого, из 90-х, из сегодняшнего дня. «Тогда я специально для тебя расскажу одну историю. Мои истории обычно начинаются со слов «после службы ко мне подошла одна женщина», но в тот воскресный день ко мне подошёл мужчина...» Прихожанин Глеб однажды поведал историю про свою семью, про переезд с севера в Подмосковье и про дочь, которая перестала общаться с родителями, а потом попала в жуткую аварию. Она могла стать обездвиженной на всю жизнь. Это были как раз времена 90-х, было сложно с работой, родители отчаялись. А в недавно купленной квартирке нашлись исписанные тетради предыдущей хозяйки — верующей бабушки. И сколько же всего поведали эти "тетрадки с антресолей". Подкупает искренний и без поучительных интонаций стиль этой книги, где батюшка то передаёт чужие истории, то расскажет, как изменился его взгляд на людей и мир после рождения двух внучек, то вспомнит своё прошлое в белорусском Гомеле, учёбу в сельскохозяйственном институте, армию, как осел в России и нашёл невесту благодаря их общей любви к творчеству Владимира Высоцкого. «Сравниваешь то время с нашим: вроде и жили мы всё теми же интересами, мечтали об одном и том же, и даже грешили одинаково, но тогда было дело друг до друга, а сейчас как будто и нет» Истории из дневников старушки Надежды Ивановны раскроют жизнь большой семьи в тяжёлые годы голода, войны, гонений на верующих. И как её дедушка Андрей Кузьмич своими молитвами и примером доброй искренней веры поддержит и направит своих внуков. А эти дневники помогут пережить собственную трагедию семье Глеба. Читал и думал о том, что зачастую к Богу приходят только люди отчаявшиеся, потерявшие другие опоры, надежды, пути... И хорошо, что книга вышла такой совсем не зацикленной на православии или религиозных правилах и устоях. Она больше о поиске света и о людях, которые этот свет приносят другим. «Такое предназначение священника — жалеть людей» #книжныйотзыв #Схолии #АлександрДьяченко

Вспоминаю стихотворение, которое было написано на фоне трагической гибели отца Владимира Набокова. Скептически относившийся к религии (судя по поздним высказываниям), юный Набоков пишет такие проникновенные слова... И называет стихотворение: П А С Х А Я вижу облако сияющее, крышу блестящую вдали, как зеркало… Я слышу, как дышит тень и каплет свет… Так как же нет тебя? Ты умер, а сегодня сияет влажный мир, грядет весна Господня, растет, зовет… Тебя же нет. Но если все ручьи о чуде вновь запели, но если перезвон и золото капели – не ослепительная ложь, а трепетный призыв, сладчайшее «воскресни», великое «цвети», - тогда ты в этой песне, ты в этом блеске, ты живешь!.. 1922 г. Стихотворение В. Набокова было напечатано в день Пасхи — 16 апреля 1922 года в Берлинской газете русских эмигрантов «Руль» и посвящено памяти отца — Владимира Дмитриевича Набокова. Как и тысячи других бывших граждан Российской империи, семья Набоковых жила тогда в Берлине. Ещё не прошло и 40 дней с того страшного события, когда вечером 28 марта 1922 года в лекционном зале Берлинской филармонии прозвучали выстрелы. Стреляли не во Владимира Дмитриевича Набокова, одного из лидеров партии кадетов, а в его соратника по партии — Павла Николаевича Милюкова (с которым, кстати сказать, В. Д. Набоков был в «идейных» расхождениях). Владимир Дмитриевич, не раздумывая, быстро закрыл собой Милюкова и тем самым спас ему жизнь. Две выпущенные пули достались ему самому. Сын Владимир с матерью Еленой Ивановной приехали на место трагедии, когда всё уже совершилось, но выстрелы эти — рикошетом — попали и в них, в их души, в их сердца, соединённые неразрывно с сердцем горячо любимого ими человека — мужа и отца. И надо было стойко (таким был отец всегда) принять случившееся, осмыслить, пережить невыносимую боль и жить дальше… Сжать зубы, сдержать слёзы и молиться, молиться, только так можно понять, что ничего не прекратилось, всё осталось, отец с ними, он жив — в их любви, в их молитве… На #видео читает актёр Андрей Панин #стихи #Набоков

​​«Подросток Савенко, или Автопортрет бандита в отрочестве», Эдуард Лимонов, Альпина проза Вторая книга условного автобиографического цикла, названного "харьковской трилогией" (о первой уже писал ранее: «У нас была Великая Эпоха») повествует о подростково-пубертатном периоде будущего бунтаря-нацбола и поэта-революционера. Лимонов написал книгу уже после нашумевшей "нью-йоркской трилогии" про Эдичку-эмигранта, которую я с удовольствием прочитал ранее. 15-летний Эдик Савенко живет на заводской окраине Харькова под названием Салтовка. Середина 1950-х, нелюбовь военных к простоватому украинцу Хрущёву, который вдвое сократил пособия и выплаты, будни и праздники обычных рабочих людей... И мир, разделённый на две категории в глазах Эди-бэби (как его прозвал местный стиляга по кличке Кадик), — шпана и "козье племя". «Взрослые серьёзно играют в игру, в которую половина, а может быть, и никто из них не верит — Эди-бэби в этом убеждён» Композиционно роман представляет собой описание двух дней празднования Великой октябрьской соц. революции, то есть 7 и 8 ноября. Герой ищет деньги, чтобы отвести девочку Свету на вечеринку, она должна вернуться из Днепропетровска и пойти с ним как его девушка (ей 14 лет). Он пытается ограбить продуктовый магазин, пьёт с корешами и бандитами (часто это одни лица), выступает со стихами на конкурсе молодых поэтов, вспоминает не очень удачные эпизоды с первыми попытками поцеловаться или заняться сексом... И тяготится тем, что никак ещё не сделал "этого", чем, по его мнению, все пацаны уже во всю занимаются. «...он опять будет думать только о ней, опять заболит располосованное сердце или что там у него болит внутри. Душа? Медицина утверждает, что души у человека не существует, что же тогда у него болит?» Книга матерная, местами шокирующая натуралистическими сценами изнасилований, драк и убийств... Сегодня смотрится вызывающе "нетолерантной". Да, тут есть и про "черножопых", и про украинский язык (говорить на котором признак деревенщины), и про местные банды и правила улицы. Времена были такие, поэтому роман Лимонова смотрится весьма живо и аутентично по сравнению с официальными советскими фильмами и песнями. Кстати, в тексте много словечек и тех песен, что пели люди. Очень живой текст и сама история взросления, отделения от родителей и конфликта с ними, становления личности и будущего поэта и писателя. «Люди заслуживают того, чтобы их убивали. Когда я вырасту совсем, я обязательно буду убивать людей, думает Эди» Среди всего этого окружения Эди-бэби сумел оcтаться во многом особенным. Про эту его "особость" говорят ему многие — и местный следователь, к которому тот попал в руки (еврей-милиционер, что уже для Эди звучит как анекдот), и его кореш-стиляга, и какой-то интеллигентный мужик, который подслушал выступление Эди-поэта когда-то на городском пляже. Да и Светка появилась в его жизни не просто так. Её мать, которую все в округе прозвали проституткой за отдельную квартиру, увидела в нём романтика, полюбила этого тонкого юношу, пишущего стихи. Хотя описанные в книге события тех двух дней говорят нам о бунтарско-бандитской сути героя, постепенно вырисовывается экзистенциальный конфликт — как внутренний, так и внешний, — приведший Эди-бэби совсем к другой жизни. Да и удачливым он был, этот пацан с опасной бритвой в кармане, с мечтами о путешествиях и о настоящей любви. Продолжу читать Лимонова. Он прекрасное олицетворение и отражение эпохи, которая, как мы видим, продолжается и поныне. #книжныйотзыв #ЭдуардЛимонов #мемуары