Аля пишет

За шторкой примерочных разворачиваются драмы. Примеряешь туфли, мельком замечаешь новые морщины. Снимаешь джинсы, чтобы надеть юбку (или наоборот), видишь все свои трещинки, ага-ага. Еще и в холодном свете люминесцентных ламп. Кто их придумал для примерочных вообще? Мне нужен был купальник, и пока я выбирала между тремя вариантами, подумала, что в пунктах выдачи Ламоды и проч. должен, должен работать штатный психолог. Смешно, если тоже за шторкой. Экспресс-консультация, «сливочная» недовольства собой, поддержка в выборе и/или отказе от вещи, разговор за жизнь и стиль-совет, в конце концов. Честный. Без заискивания. Зеленый подчеркивает бледность кожи, а пудровый розовый, наоборот, освежает и молодит. И потом, сколько всяких историй за одеждой. Для кого эти наряды, зачем, почему сейчас, на какие шиши. Ведьмина служба доставки поддержки )) Со своими купальниками я с усилием, отрицанием и гневом разобралась, выбрав из трёх два, чтобы была смена, если один не успеет высохнуть. Женщина в соседней кабинке металась с ворохом вещей, звонила по видеосвязи, пытала собеседника собственным сомнением: «Вроде не сильно полнит, да? Модно же обтяг сейчас…». Точно говорю, нужен специальный человек в этих всех пвз и примерочных. На картинке скрин случайного совпадения шопсов в ВК. Купальники не покажу, не:)

Выгуляла «огородный» воротник и вспомнила: Я, ребята, не свекла, Я, ребята, не свекла, Я, ребята, не свекла, Я, ребята, свёкла. Так-то бурак, но в Москве потихоньку переучилась. Иногда вылетает на рынке вместе с рейганом (базиликом) и демьянками (баклажанами).

Степанида прибарахлилась. Прямиком из Перми от лягушачьего дизайнера приехали комбинезон, летний сарафан, купальник, платье и сумочка в подарок. После очередной гештальт-трехдневки как после тяжелого физического труда. Психическое живет по всему телу, переживания «всей собой» - не фигура речи. Треть лета почти прошла. Думаю-таки помыть четыре окна, разморозить холодильник, разобрать бумаги на столе (снова), продолжить инвентаризацию книг (остановилась на цифре 357 и это только два новых стеллажа). Хочу экслибрис. Еще хочу в банках запасти солнце: абрикосовый джем или варенье, не решила. Разгрузить шкаф с одеждой. Разгрузить голову. Придумали с ко-терапевтом план совместной профессиональной жизни, отложили его созревать. Впереди еще две трети лета.

Вселенная георгинов 🌺

Три года я собиралась поменять читательский билет библиотеки «Гаража». Три. Года. За это время библиотека переехала из одного помещения в другое, отменили читательские, вход платный по билету в музей или по карте лояльности (платный годовой абонемент). Прежний читательский теперь раритет, таких больше не делают. Ладно, сохраню на память с прежней фамилией. На будущее запомню сразу делать то, что настойчиво приходит в голову. Хорошо, хоть сам «Гараж» пока стоит. А то вон я в книжном музея истории ГУЛАГа хотела книжку купить, так теперь ни музея, ни книжного. Еле нашла в «Фаланстере» экземпляр. Не откладывайте на завтра то.

Всё время так делаю:))))) иногда даже беру книгу в поездку с мыслями, мол, таскать в рюкзаке не буду, чемодан же есть. Так книга в чемодане и катается ни разу не тронутая.

Бывают такие разговоры с кем-то из близких или друзей, которые вроде бы про хорошее, но осадок после. Крутишь в голове, что же там такое в этот осадок выпало, вроде и придраться не к чему, но ощущение не пропадает. У меня так с книгой «Оливковая ветка» Александра Стесина. Начиналась она как сборник новелл, объединенных историями о национальных блюдах и кулинарных традиций «народов диаспор», живущих в Нью-Йорке и окрестностях. Закончилась – для меня – противным чувство, что меня обманули, и под соусом (куда уж без гастро-метафоры тут) размышления об объединяющей роди еды, мне подсунули мысли об арабо-израильском конфликте и национальном вопросе. Как-то не ожидала этого всего в книжке с историями про еду. Они – истории эти – есть душераздирающе-прекрасные, аппетитные, побуждающие провести ревизию специй и что-нибудь эдакое забабахать на кухне. Остального и так навалом изо всех щелей. А вот где вы возьмёте такое:

Настоящая кабса — саудовский плов с верблюжатиной, морковью, изюмом, миндалем и сложным набором специй (кориандр, мята, имбирь, черный перец, чеснок, куркума, корица, мускатный орех, сушеный лайм, кардамон, бадьян, лавровый лист, гвоздика, зира, барабар). Как и в приготовлении узбекского плова, тут важно все — и сорт риса, и сорт моркови, и масло... То есть нет, не масло. Вместо масла используется вытоплен-ный жир из верблюжьего горба. А прямо перед подачей блюдо заправляется небольшим количеством томатного соуса «даккус». […] Когда пациенты приносят в отделение еду, это символ надежды на выздоровление. Не знаю, доведется ли мне когда-нибудь побывать в Саудовской Аравии, но, если и доведется, вряд ли я попробую там что-либо лучше той кабсы, которой угостила нас семья Абдель.

Или

Но тут приносят масгуф - главную гордость иракской кухни. Целый карп, разрезанный вдоль спины и распластанный в единый плоский кусок, замаринованный в смеси из оливкового масла, тамариндового пюре, каменной соли, куркумы и кориандра, а затем зажатый в специальной железной решетке и зажаренный на костре. Для костра обязательно использовать ветки абрикосового дерева. Кроме того, для масгуфа годен не любой карп, а только тот, что плавал в водах Тигра. Как карп из Тигра попал на кухню ресторана в Нью-Джерси, лучше не спрашивать. Так или иначе, «Альмазак» - чуть ли не единственное место в Америке, где можно попробовать настоящий масгуф.

Читала и вспоминала гостеприимство и одержимость едой любимых бакинцев, сирийские застолья («сфиха» - дальняя родственница лахмаджуна), сопереживала упомянутым пациентам (автор – врач-онколог), но бесилась каждый раз, когда натыкалась на позицию, поданную как рассуждение. Тем временем, нашла на Авито «Нью-йоркский обход», гремевший в 2019-2020. Не читала и хочу почитать. Нравится как Александр Стесин пишет.

Как семейный терапевт я вижу в этой пустой копилке феномен отношения к свадьбе среди покупателей:)))))))))))

Приключения Али в музейном комплексе села Ширяево 😎 Спасибо Ю. за картинку с комментарием «платье и бант в твоем стиле»:))

Эмбриолог в Kuji подкасте напоминает слушателям - из десятков миллионов сперматозоидов через защитную оболочку яйцеклетки проникает только один. Из миллионов - один! Я смотрю на листы, разбросанные по дому, на которых записываю то, что просится наружу, и договариваюсь с собой опубликовать всё, что хотела тут и в МК. Соотношение не один к миллиону, но ощущение «роения» текстов, заметок вокруг входа в канал есть:)

Упомянула Сергея Епишева и вспомнила, что совсем не рассказала о событии, из-за которого сыр-бор с нарядом и коленками. Всё началось с приглашения поработать над сборником гастрономических и около проектов для Фонда Потанина. Нюанс, от которого у меня мгновенно загорелись глаза, — форма подачи. Впервые Фонд готовил сборник с иллюстрациями в коллажной технике, поэтому моя работа с текстами была неотделима от творческих экспериментов Саши Монаховой, художника-иллюстратора, и наоборот. Я никогда раньше не работала в паре с художником, переживала, как это всё будет, совпадём ли мы ощущениями и подходами. Мы обе искали форму, не искажающую суть, компактную, с допустимыми отступлениями: я — при работе с описаниями уже реализованных проектов, Саша — в выборе образов, композиций, фактур. Совпали! Слово «совпадение» могло бы быть девизом этого проекта, потому что в команде было несколько человек, и мы все друг другу подошли по принципам работы вообще, по способу общения и прояснения трудных мест, взаимоподдержке и взаимодистанции) Величайшая удача, когда все занимаются одним делом, но каждый на своём месте, со своими задачами. Коллеги о моей благодарности знают (спасибо вам еще очень много раз за чувство плеча и спокойную уверенность в то, что всё получится, даже когда до спокойствия было как до луны). Короче, когда сборник вышел из печати, мы увидели диво-дивное. Разумеется, мы видели его столько раз, что иногда уже хотелось не смотреть, но вот таким — нарядным, ярким — класс! Накануне старта форума «Музейный гид» и фестиваля «Интермузей. БРИКС +» Фонд Потанина пригласил участников в Метрополь на ужин-презентацию сборника. Гостям дарили сборник, упакованный в фирменный пакет с коллажами, отсылающими к другим проектам и сборникам Фонда. Пакет сам хоть в рамку. Начинается вечер и вдруг (для меня вдруг, пропустила этот факт в приглашении) на сцену выходит Сергей Епишев с приветственной речью, которая местами кажется мне очень знакомой. Не сразу дошло, что некоторые пассажи перекочевали из сборника в текст «по сценарию». Приятно, что уж. Фотографии: Стефания Пипченко, Александр Клестов, мои. Тут издание и те, благодаря кому оно появилось на свет ✨

Мудрость дня 🤪

В метро случаются необъяснимые завихрения. Вышла на нужной мне станции, села в нужный поезд и снова вышла на той станции, с которой приехала. Может это и с головой завихрения, но всё же. Что любопытно, возвращаясь туда, куда надо, увидела мужчину с блокнотом и ручкой. Он что-то сосредоточенно и быстро записывал. Я сфоткала. «Живые знания». Ладно.

Я верю звенящему пространству. Бывает, кураторы нагородят словесный огород, концептуализируют до скрипа, приходишь на выставку – пустота, пшик, ничего не происходит, выверенное интеллектуальное упражнение. Смешное у Михаила Угарова прочитала. «Приходит на собеседование новая студентка, спрашиваю, что вас интересует, а она мне про метамодернизм. Какой «метамодернизм»? Вот вы утром проснулись, вы что из окна видели? Или, может, вас парень бросил? Или заусенец на пальце неудобный? Или обувь трет? Какое отношение метамодернизм имеет ко всему этому, к вашей жизни и вашим впечатлениям?» Это я к чему. Ходили вчера на спектакль, поставленный по технике Демидова (неизменен только текст, остальное – момент, импровизация, живой процесс, если коротко). А там – не звенит. Так, местами пробегало что-то похожее на живое, а потом снова как будто шелуху от семечек жуешь. Мы потом с В. обсуждали наше недоумение, потому что метод как раз в том, чтобы не изображать, а проживать персонажа, от этого всё электричество. А тут унылый бубнёж и никаких событий, кроме сценарных поворотов сюжета. Даже любопытно стало второй раз этот же спектакль посмотреть, может там заискрит. Обвес действия многообещающий. Зал крошечный, на каждом кресле – конверт с пьесой и материалами о спектакле. Перед началом выходил Валера (это он сам себя так, не моё панибраство) Караваев, режиссер, сказал, что в конверте – разгадка, которую мы узнаем после. Я не поленилась интервью почитать. Эффект такой же, как от умного кураторского текста на выставке. Вроде «складно звонит» и слова все подобраны, но у меня-зрителя недоумение – я там сидела, зевала, смотрела, как позёвывают еще люди, не чувствовала ничего, кроме собственного усилия что-то почувствовать , потом забила и рассматривала костюм Сергея Епишева (сам Сергей вытягивал спектакль). Вспоминала о работе с имитированными клиентами на семинарах. Людям говорят, вот синопсис, ты женщина, тебе 38, детей нет, замужем 10 лет, неделю назад узнала об измене мужа. Мужу – тебе 47, второй брак, в первом сын, вы не общаетесь, у тебя бизнес, родители умерли. Всё. Поверьте, безо всякого театрального образования, «клиенты» так живут во время сессии, что всю группу потряхивать может. Спонтанность, нерв, физические действия, неудобный заусенец и за окном ворона на мусорке сидит. Спектакль не понравился, про технику хочется больше узнать и посмотреть на тех, кто её нутром чует.

Стэнли Туччи, выпустивший пару популярных сезонов доксериала «Туччи в Италии» (а перед тем и два бестселлера про итальянскую кухню и свой актерский трек «Вкус. Кулинарные мемуары» и “What I Ate in One Year”), приступил съемкам кулинарного травелога по третьей для себя родной стране, которую сегодня называет своим «домом», – «Туччи в Великобритании». В пятисерийном доке он отправится в кулинарное путешествие по Великобритании, от суровых высокогорий до знаменитых побережий, попутно раскрывая оригинальные и неожиданные вкусы каждой местности. Сериал будет доступен на Disney+ и National Geographic. Стэнли Туччи:

Я очень рад возможности изучить историю, культуру и людей Великобритании через призму еды. Прожив здесь почти 15 лет, я хочу поделиться кулинарным разнообразием, богатством и глубиной ее гастрономической культуры

#Кино | @foodstudies

Как так получилось, что совсем недавно мы с подругой в баре обсуждали интрижки, мужчин и отношения, а теперь – онкомаркеры, КТ, будущее повзрослевших детей? Да и бар раньше был «Джоном Доном», а вовсе не Басби. Хотя фиш-энд-чипс все еще хороши.

«Ламповый дядька» (с) Максим Анисимович Кронгауз со-товарищи был сегодня моим компаньоном в домашних делах. Днём слушала его интервью на Форбсе о коммуникационных изменениях последних лет, психотерапевтической языковой волне, консервативном реванше, отказе от гиперсвязи как контртренде её же самой. Понравилось, как Кронгауз описал трудноописуемое отличие текстов, написанных ИИ, от «человеческих»: в ии-шных нет подтекста, языковой игры, глубины, культурной встроенности (контекста). Снижение активности в соцсетях объясняется не только усталостью от постоянной публичности, но и от постоянной конфликтности (вдобавок к страху высказывания вообще). Записала несколько фраз. «Мем – инструмент перекликивания», например. Через несколько часов пекла пирог и посмотрела его же у моих любимых Андрея Коняева и Тимура Каргинова. Тут и похихикать, и про мат, банализацию (с) литературы в школьной программе, и про новую книгу «Смех не без причины», масиков, тюбиков и прочих штрихов. В дне были разговоры с подругой, прогулки, рынок, подарки, переодевания по погоде, странные истории посторонних людей, абрикосовый пирог, белхэвен и сморщенные подушечки пальцев рук от частого мытья посуды.

Тем временем в параллельной Вселенной готов кое-какой летний шмот для Степаниды. Ей при любом раскладе надгробие ни к чему. Другая лягушка демонстрирует «как сидит по фигуре».

Длинная очередь за клубникой по 150, абрикосами и плоскими персиками по 200. Стою. За мной высокий дяденька в лавандовых летних брюках, мятной хлопковой ветровке, на левом безымянном - огромный перстень с каким-то прозрачным бирюзовым камнем. Говорю: Какой перстень у вас красивый! Дяденька: Отец подарил, его нет уже давно в живых. Недавно переесмотивал фотографии, там такая собака интересная, не знаю породу, не разбираюсь в них. Большая такая. Дааа..Съели ее. Я: Съели? Он: Да, в блокаду. Это не самая страшная история. Страшная у соседей отца была- там съели одного из тех детей, чтобы других накормить. Я стою за абрикосами и думаю больше ни о чем не спрашивать. Он (показывает на мою Мондриан-тату): А это у вас что такое нарисовано? Я: один из любимых моих художников, Пит Мондриант. Умер давно уже, мне нравится это равновесие цвета и форм. Он (на своей волне): это вот что. 60 лет назад, знаете, ванны дома были не у всех, ходили в бани. Я однажды видел в баре мужчины такого, фактурного, большого, у него на ягодицах была такая татуировка, знаете, печь паровоза, уголь и истопник, и когда мужчина этот двигался, было ощущение , что в печь подбрасывают уголь. Вот это нужно было знать как мышцы расположены и вообще, чтобы такую татуировку сделать! Я стою за абрикосами. Присутствием создаю пространство для поговорить:) Напротив лавка с искусственными цветами. Дяденька: Я вот хочу с вами посоветоваться. Поставил себе уже надгробие заранее, да, сейчас так делают, чтобы хлопот меньше родственникам и расходов, им только дату смерти выбить, вот, поставил и думаю, уместно ли цветами украшать. Надо бы раз уж пришел на рынок огурчики взять, помидорчики, зелень. Клубнику три дня назад брал здесь же, хорошая, вот поэтому вернулся. Я: Вам как больше нравится? Он: Я даже с батюшкой посоветовался, он говорит, украшать можно, но я не выбрал еще цветы. Я: У вас там фотография или гравировка? Он: Не, без фото, вот сейчас покажу (показывает в телефоне), видите, сделал просто на себя и на брата своего, даты рождения не стал, только годы, а финальную дату уже родственники сами. Жена у меня с родителями своими хочет и чтобы её сожгли, не хочет, говорит, чтобы её черви ели. Я ей говорю, ты эгоистка! Ты ешь курицу, мясо, а черви что? Они тоже есть хотят. Эгоистка.ю Удивительно, на люблинском кладбище такое место и надгробие, как я себе на Ваганьковском сделал, стоит 600 тысяч. А на Ваганьковском 300, представляете. Насколько дешевле! Очень хочу, чтобы моя очередь уже дошла. Он: Дочь моя выбросилась из окна в 27 лет. Несчастная любовь. Столько этих любовей может быть в жизни. Я: Она единственная? Он: Сынмладший еще есть, мы разругались с ним , не общаемся. Подошла моя очередь. Кило абрикосов, полкило персиков, одна огромная жизнь дяденьки с перстнем и готовым надгробием.