matik

shik shak shok

среди умников и невежд, между бедами и чудесами, небоскребы твоих надежд стали башнями-близнецами.

- Мама, вставай, проснись! Алихан плачет. Мам, ну мам?! Дада, дада?! Четырехлетний Аслан, пытался расшевелить свою истекающую кровью мать, которая уже ничего не слышала, а рядом с ней, без сознания, лежал раненый дед. Так они провели в своем подвале четыре дня, боясь высунуться на улицу, потому что село беспрерывно обстреливали, уничтожая все живое, все, что движется. Когда, на какое-то время обстрел прекращался, наступала такая пугающая тишина, что казалось в селе больше нет никого в живых. Снаряд, угодивший в наш дом, завалил выход из него, и я, истекая кровью, не мог даже пошевелиться. А рядом со мной лежала мертвая сноха. На руках ее, не переставая, плакал грудной шестимесячный Алихан. Ребенок давно ничего не ел и требовал у матери молока. Ему было невдомек происходящее вокруг, и в его плаче слышался упрек, что вот он пришел в этот мир, и хочет жить и кушать. Рядом вертелся Аслан, уже не по-детски рассуждая: – Дада, как мне помочь тебе, что делать? - крутился он в растерянности возле меня. – Не плачь, Алихан. Слезы не к лицу мужчине! Ты уже большой, и должен понимать, что твою мать убили русские, - успокаивал он своего шестимесячного брата, как будто бы тот его понимал. И, уставший от плача и изнуренный голодом, ребенок заснул. Я, осторожно постарался высвободиться из-под развалин, но не смог встать. Ноги не слушались. Они, оказывается, были переломаны в нескольких местах. Я постарался успокоить взволнованного внука, - Аслан, все будет хорошо. Потерпи, - ведь ты мужчина. - Да я и не плачу, - отвечал мне он, - вот только маму жалко, и оттого хочется плакать, но я не буду, слышишь, дада? Однако тут же слезы хлынули из его глаз и он, обняв ноги мертвой матери, зарыдал. Так, он долго плакал у ног своей родительницы, а я не стал ему мешать, ведь уже никто ему мать не вернет. Малыш вспоминал свою маму, которая будила его по утрам, целуя в щечку, ругая его, когда он не доедал, или шалил. И вспоминая все это, Аслан знал, что это уже никогда не повторится, и прижимался всем телом к трупу своей матери и выл, как волчонок. Маленький человечек, стал осознавать тяжесть великой потери. Так, миновало четверо суток. Мы все еще находились в заваленном подвале своего дома, оторванные от белого света. Алиханчик, так больше и не проснулся. Голод убил его, а рядом со мною лежал в забытьи Аслан. Он весь горел и бредил. Я был беспомощен, и слезы катились из моих старых глаз. - Я свое прожил, - думал я, - но в чем же вина этих детишек, которым бы еще жить и жить, - спрашивал я себя. Когда обстрел закончился, люди начали выходить из своих убежищ. Кто-то из сельчан больше не увидел белого света, среди которых моя сноха и ее грудной Алихан. Над каждым домом нависло горе. Всюду был слышен плач, причитания и слезы чеченских матерей, жен и дочерей. Слезы так и не высохли на моих глазах, и каждую минуту увлажняли бороду. - Дада, зачем ты плачешь? Вот я вырасту, пойду воевать и отомщу за маму и братика. Я посмотрел на Аслана и подумал о том, что же сделала война с этим маленьким мальчиком. Что он видел за свою жизнь? Что его ждет? Со слов очевидца событий зимы 2000 года в поселке Алды. Записал Ваха Банжаев.

slaadko💕

есть только два вида подарков: 1 - я 2 - мне

Хочу жить так, чтобы целый день вообще не брать в руки телефон и быть увлеченной реальностью. Хочу жить так, чтобы моя жизнь была посвящена делу, которым я горю. Хочу проживать интересную, насыщенную жизнь за пределами соцсетей. Хочу знакомиться с новыми людьми, получать от них опыт и знания. Хочу с головой погрузиться в свою жизнь так, чтобы даже в историю выкладывать что-то было ревностно. Самое лучшее чувство - это быть увлеченной собой и своей жизнью.

🥹