Прорывист

О нелюбви к начальству На днях прочитал статью про то, что россияне не любят начальство. Какое открытие, однако, сделали российские социологи. Ожидаем от них еще открытий, что снег обычно белый, а травка по весне зеленая. Хорошая иллюстрация, что социология без марксизма — это бесплодная регистрация фактов, не более. Однако по этому поводу есть что сказать. Хотелось бы отметить следующие моменты: 1. Качество буржуазного менеджмента, судя по результатам этого «исследования», ниже табуретки. Дело в том, что при нормальной и компетентной постановке управления руководитель для подчиненного, прежде всего, неформальный авторитет. Но неформального авторитета подчиненные массово не мечтают уволить — авторитет руководителя, компетентное и грамотное руководство, наоборот, помогают им без стрессов и трудопотерь времени выполнять работу, которую они могут не любить и даже ненавидеть, но при этом им приходится ее выполнять. Но на среднем буржуазном предприятии обычно наоборот. Чем выше руководитель, тем ниже его компетенция в собственно физических рабочих процессах. Потому что на низовые и средние управленческие должности буржуа еще может позволить себе роскошь нанимать по компетенции, а вот выше — уже только по лояльности безотносительно реальной компетенции в вопросах. И это уже с момента, как начинается управленческая должность, на которой требуется формировать бюджеты и управлять финансовыми потоками. Пока ты просто исполняешь бюджеты, ты можешь быть специалистом, но как только тебе надо принимать решения брать деньги из капиталистического кошелька, так начинается рекрутирование лиц по личной преданности и лояльности гораздо более, чем по компетенции — назначаются директорами «друзья и знакомые Кролика», победители в офисном чемпионате по интригам, усердные вылизыватели пятых точек и так далее. Это явление системное и неуничтожимо в капиталистических условиях — отрицательный отбор присутствует практически во всех отраслях и на всех предприятиях. 2. Уровень эксплуатации при этом достаточно высок и усугубляется некомпетентностью начальства. От капиталистического менеджера не требуют идеальной отладки процессов, от него требуют, в первую очередь, финансового результата. Самый простой путь к финансовому результату — это усиление эксплуатации работников, он не требует вложений или знания процессов. Например, возьмем известную мне область — склад. Склад плохо отгружает, много брака, пересортов, недостач, клиенты недовольны. Если смотреть чисто на финансовый результат, то есть очень простой способ — компенсировать недостачи из зарплат работников, увольнять проштрафившихся с перекладыванием их объемов на других. Но компетентный начальник понимает, что объемы переросли бумажную технологию и имеющимися силами без автоматизации ничего не сделать. А автоматизация склада прибыли не даст и снижение потерь может окупаться не один месяц и даже не год. Здесь капитализм законом прибыли сам блокирует «сделать всё по уму», и дурак-начальник радостно плывет по течению. Наблюдал, когда начальник с дипломом института физкультуры и соответственным интеллектом закрывал недостачи штрафами за то, что сотрудники садились на стул на складе. Любви это всё к начальству никак не прибавляет. 3. Униженное положение пролетария в системе производства порождает и соответственное отношение к нему со стороны буржуазии и стремящегося к вхождению в буржуазию менеджмента. Отношения на капиталистическом производстве закономерно носят характер систематических унижений со стороны начальника. Что там жалеть чувства какого-то там винтика, которых «за забором очередь»? Старые западные компании уже осознали, что такие отношения на рабочем месте только вредят рабочему процессу (для этого им понадобилось более 200 лет), но даже их регламенты ничего не могут сделать со стихийными унижениями по лестнице сверху вниз. Огромная власть, которую получает капиталист над пролетарием и которую он делегирует управленцу, в условиях эксплуататорского общества деморализует управленца, расчеловечивает его, превращает в асоциальное чудовище наравне с самим капиталистом. 4. В общем и целом такая ситуация, носящая системный характер, льет воду на нашу мельницу. Менеджмент, вместо того чтобы притушивать недовольство пролетария эксплуатацией, своими действиями еще усугубляет это недовольство. Потому что для большинства пролетариев агентом капитала выступает не лично капиталист, а его менеджмент. По действию менеджмента судят о политике фирмы (даже если эта деятельность не является утвержденной фирмой политикой и объективно ей вредит). То есть эта ситуация — дополнительный фактор раскачивания лодки. 5. В будущем недовольство пролетариев начальством, кроме позитивного момента в революционном процессе, когда работники увидят возможность революционным путем избавиться от надоевших начальников, будет иметь и негативные качества. В процессе революции пойдет активное сведение старых счетов с начальником, и это, несомненно, приведет как к ненужным эксцессам типа «рабочие повесили директора на воротах», так и огромному валу ЛОЖНЫХ СРАБАТЫВАНИЙ системы борьбы с контрреволюцией, отвлекая ее на выяснение вопроса, а не написан ли сей донос на специалиста только потому, что кто-то кого-то там уволил. В революционном процессе полетят не только чартеры в страны, где революции пока что нет, но и головы начальников, которые не заботились о том, чтобы с подчиненными хотя бы вежливо разговаривать. Более чем уверен, что среди тех мастеров и инженеров, которых в 1917 рабочие вывозили за ворота на тачках, были хорошие специалисты, которые остро требовались в индустриализацию, но они, не умея руководить, не раздражая подчиненных, выкинули себя с производства и сгинули в огне Гражданской. Одним словом, умному управленцу тут есть о чем задуматься: если он играет по общекапиталистическим правилам, то он активно вредит и производству, и самому себе, и единственным выходом из замкнутого круга, когда он может стать действительно хорошим начальником во всех смыслах, является уничтожение капитализма, перевод экономики на плановые рельсы, что создаст экономическую базу для перестраивания отношений на производстве на основах социального равенства, то есть товарищеское отношение ко всем. Впрочем, преувеличивать этот фактор тоже не стоит — большинство пролетариев, исходя из той же статьи, готовы терпеть какого угодно морального урода в начальстве за повышение зарплаты. Но это только пока, пока революционный выход из тупика рыночных отношений на производстве не стал очевиден. Как только на горизонте замаячит смена социального строя, отношение к начальству радикализируется и будет еще более нетерпимым. К тому же пытающимся спокойно почивать на факте продажности пролетария начальникам было бы неплохо помнить, что раскачивающаяся инфляция обесценивает не только зарплату, но и прибавки к ней, а вот идея снести к черту капитализм инфляции не подвержена. И. Бортник