Опусы шальной разведенки

Картиночки

В моей любимой деревне ничего не меняется. Вдоль широченной полоски пляжа, по которой размазано, дай бог, человек двадцать праздно-шатающихся, настроены разные ресторанчики: все как один. Даже сложно сориентировать вновь понаехавших, а в каком морепродукты жирнее. Потому что они вообще одинаковые: единообразные лавки коричневые, крытые одинаковым лаком, одни и те же аквариумы с разной снедью – перевязанные бечёвками крабы, многострадальные мечехвосты с икрой, синелапые креветки огромные, еще тигровые, белоногие и страшенные, как фубля – медведки, лангусты, лобстеры и – самое вкусное – непривлекательные раки-богомолы, прям царские. В отличие от наших говноедов из под коряжины – эти питаются мелкими рыбками. И справедливости ради – они не очень-то раки, это просто одни из ротоногих залупищ. По вкусу – лобстер, перетраханный с раком. Вот этим, нашим, ростовским, с укропчиком. До любимой деревни не доезжают туристы. Тут все для тайцев – для их привычного отдыха. И потому-то в кафешках все ведрами, потому что принятие пищи – процесс многолюдных, коллективный, семейный, объединяющий. Тут невыгодно заказывать себе одно блюдо. Его слишком много, оно на семью. Нужно заказать большой на всех жбан с белым рисом и много ведер подливок - тут и том ям, и три вида карри, и пережарочки всякие. С королевским базиликом (по-русский, "Василий"), устричным соусом, травой "утренний стоячок", нежным чесноком (не такой, как у нас), чили, мелкими рыбками и сушеными мальками креветочек. Широченная полоска пляжа - в тени. Тут нет пальм, тут казуарины. Листья их напоминают настоящую хвою, а плоды - настоящие шишечки, но, вообще-то, это "сосна австралийская", которая даже не хвойное дерево, а цветковое, "мясное" - про цвет древесины, а по названию – вообще птичье дерево, напоминающее своими "перьями" хвосты австралийских эндемиков-казуаров. Та еще птичка-то, если подумать. Когтем перешибает человечка надвое. Но деревья - прекрасны, они дают тень, обогащают почву азотом. Их них тут делают шалаши, в которых тайские семьи укрываются от прямого солнышка, чтобы бесконечно жрать за столом. Еда тут - культ, это неотменяемо.

Кстати, если есть водолазы бедные - то имейте в виду, что в Москве-реке до сих пор плавает колечко с бриллиантом. Может, не одно, но моё - выделяется.

Два часа назад я узнала, что сегодня – рабочий день. Кто-то спутал накануне календари, злостно убедив меня, что по старой привычке чего-то там, выпадающее на чего-то, переносится на следующий день. И я распланировала себе день лени. Я специально отдыхала так, чтоб устать, а в понедельник лежать кверху брюхом, как очень жирная нерпа на солнышке. Пить компот, а не пиво. Задирать к тучам ноги. Заходить по губу в бассейн – и висеть там, как копибара. Что-то жрать постоянно – но из холодильника, а не в нелепых блужданиях под солнцем. А оно ведь пришло, это солнце. Все выходные ебашил дождик, море накрывало сизыми тучами, в волнах киселями плавал ссаный планктон, охлаждающий ваше купание. И вот теперь, когда вдруг, блин, не выходной – все условия сложилися в соточку. Человек, нагугливший производственный календарь, безусловно, разбил мне сердце. Я годами существую без выходных, я на пляжах сижу с компьютером, а о роскоши выключить телефон – даже и не мечтаю, зачем мне? Но уж если я собралась и настроилась... Если в голове моей возник план, да даже не план - а картинка ЛЕНИ – то переключиться бывает болезненно. По ощущениям сравнимо с одним эпизодом, от которого у женщин, читающих мой канал, сейчас точно сведет подбрюшье и челюсть. Извините, если что. Готовы?Делал мне как-то предложение один гражданин. Влюблена я была в него – до потери колготок. Эпизод приключался на одном там мосту, ведущем к одному там московскому храму. На колено встал. Протянул кольцо. После чего на чистом глазу мне признался, что, вообще-то, женат, не разведется вовек, но чтоб мне было не обидно– вот колечко, которое якобы типа ну почти ты представь - настоящее. Нет, оно и было вовсю настоящим. Белое золото, бриллиантичек. Но даже за симулякр не сгодилось, хотя у гражданина возникла эмоция "чотакогото, я же хотелкаклучше". Это как тебе нарисовали мечту – и вот она мчится сквозь картинки с фантазиями – и на всех скоростях ломает себе позвоночник. Вот так и с отнятым выходным ленивым. Нет, я понимаю, раньше и трава была зеленее. И драмы у меня посолиднее – вы подумайте!!! Выходи за меня, только я женат, но как порядочный человек, дарю тебе воспоминание. И если бы в параллельной реальности не был женат - обязательно женился бы на тебе прямо сразу же!!!

Году, что ли, в двадцать первом, запостила фотокарточку в этот ваш фейсбук довоенный. Вот эту, извольте восхищаться, пожалуйста. Да и написала – восьмое, мол, марта, а меня внезапно поздравить некому. Да ладно поздравить, мол, не с кем выпить. И если есть в Петербурге мужчины свободные – да пусть даже без обязательств, просто праздношатающиеся, то жду их в кафе-ресторане в центре. Сама за себя, блядь, плачу, просто очень нуждаюсь в компании. Написало четырнадцать женщин. И с двумя их них мы-таки встретились. Мужики под постом писали: это, верно, какое-то наебалово, так что иди ты, на всякий случай, в задницу.

Не знаю, как вы собираетесь отмечать женский праздник, а я вот турку в директе ответила. Надо же с чего-то начинать. Мама говорит: Алееенна. А Алена - это я. Если государственный праздник у тебя не выходит - перепридумай его по-своему. Ну, вот, я придумала: пусть будет день турецкой культуры. С иностранцами у меня вообще очень просто общение выходит. Пока их язык не выучу. Спорет пупсинечек херни – а это не он идиот, а типа сложности перевода. И казалось бы – вот же решение! Панацея от идиотов. Но тут маменька снова вздыхают. И опять говорят: Алеееена. Языки нам даются без боя. Ты в пять лет их четыре знала. С наступающим, милые дядьки! Понимаю, сейчас вам сложно. Но вы же помните, зачем вам язык-то? Он один - и поддержка и опора. А в дни тягостных сомнений - особенно.

Умею выбрать пляжную погодку. Умею мощно лакшери въебать.

А чего как мало лайков стало? Эй, ты. Вот ты. Ну-ка, тисни подобайку! А то сидишь, прячешься, словно я тебе не родная!

Дорогие дети, сегодня мы пишем сочинение по картинке. Что происходит на слайдах?

Остров живет медленной жизнью – и подробно запоминает завсегдатаев. Мальчик-гей из крохотного ресторанчика (столы в клеенках, все ложки разные) едва не прослезился и задал вопрос: сколько ж мы знакомы с тобой, май дарлинг? Знакомы лет десять, я помню его в прыщах – закомплексованным нескладным подростком. Теперь ему 24 года, он похорошел, оформился, носит длинные волосы - с челкой такие, по европейской моде. Распрямился, улыбается широкой улыбкой. В моем отеле предсказуемо помнят – хохочут, визжат, встречают как родненькую. У нас заселение в два обычно, но для тебя мы сейчас все отчекаем – и заедешь через 10 минут. Жди, вот кофе, это друг твой, оказывается? И вот это - твой друг, вы банда? Как хорошо, конечно, продляйтесь, конечно, фулл букинг, но сейчас мы придумаем. "Мать" с далекого пляжа хохочет беззубо, тащит пепельницу (тиики бууули), тащит "манао" к моему пиву – это она меня выучила, как будет лайм, а то лимон у них тут вроде как тоже лайм, но они всегда зависают, когда туристы на лимоне настаивают. На Ао Вай - это дальний пляж - пришли сальпы, дурацкие животные склизские. Заходишь в них – как в бульон с хитином, непонятно только, что это за панцири плавают. На другом безлюдном пляже прибило ежей – один мой заклятейший друг их хавает, ну, он с Кунашира, они там ебнутые. И пока мы жрали "матрешек" из леса, они всякую слизь из моря вылавливали. Может, в гейзерах жарили, я не в курсе. Но ежей жрал сырыми, причмокивал. Очень медленный остров, подробный. Как домой, слава богу, вернулась.

Мокрое. Солёное. Шлёт вам привет, говорит, что скучает и ждёт.

Что я делаю в тени? Сосу жопы ракам.

Что я делаю в тени? Сосу жопы ракам.

Интересно, а как отсюда забрать кота? Прям в сердечко, сука такая

Это Витя. Он пришел и жрёт лобстера с моего стола. Есть же ощущение, что Витя охуел?

И вот еще что, пока помню. Когда меня перестали поздравлять с днем журналиста - я молчала. Ведь я давно уже не журналист. Когда меня перестали поздравлять с днем Радио – я не роптала, ведь я давно уже не диджей на радио. Но когда в день писателя (это сегодня) ни одна живая душа не поздравила меня с днем писателя – я была опиздошена, словно Пришвин, которому дятел проклевал все дупло под сенью весенних капелей и клокотанье глумливых кликуш. Теперь с истомой жду восьмого марта. Кто знает – может выясниться, что я и не женщина. А мужики-то не знают (с)