Scriptorium

Хабаровск: тема «ушла», а протесты - нет Тема Хабаровских протестов ушла из информационной повестки, но сами протесты не прекратились. Под транслируемой пропагандой фразой «протесты рассосутся» очевидно понимается: фактор времени, плавное усиление репрессий и попытка заболтать тему в виде инициированного М. Дегтяревым «Народного совета». Врио губернатору администрация президента особо не помогает. После единого дня голосования положение протестантов в Хабаровске ухудшается. Потенциальные и реальные очаги протеста (Иркутская область, Камчатский край, Башкирия) локализованы: формирование Дальневосточно-Сибирского протестного пояса в краткосрочной перспективе крайне маловероятно. У Системы развязаны руки для того, чтобы вплотную заняться Хабаровским краем. Однако усиление репрессивной активности даст обратный эффект. Более вероятна пассивно-наблюдательная тактика Центра. Вполне возможно, Центр начнет подбирать кандидатуру на выборы губернатора, который зайдет в регион не в виде врио, а в виде лоббиста и федеральной повесткой и одержит победу в честной, конкурентной борьбе с М. Дегтяревым. Опыт Иркутской области показывает: Центр не против добавить денег ради лоялизации региона, однако, очевидно, в случае с Хабаровским краем тактика должна быть более многоуровневой.

Сценарий власти Региональные выборы – не приоритетная для граждан тема. В условиях сверхцентрализации региональные конфигураций власти интересны только местным элитам и контрэлитам. Занятые выживанием регионы пассивно воспринимают султанатно-запредельные результаты переназначенцев. Утомленное общество проявляет терпимость. Людей приучили: губернаторов де-факто назначают, а выбирают только де-юре. Сейчас Система планово займется Хабаровском и другими проблемами. Открытым является вопрос про осенний губернаторопад. С одной стороны, некоторых давно уже пора убрать, а с другой – появление новых назначенцев сулит не меньше проблем. Учитывая высокий уровень социального недовольства на «феерические» результаты госдумских выборов общество может отреагировать протестами. Сценарий власти: введение на поляну новых политических партий и обеспечение полностью контролируемой Госдумы за счет распределения мандатов внутри сертифицированного набора акторов («Единая Россия», «Новые люди», «Партия Роста», самовыдвиженцы и т.д.) и создание между ними режима управляемой конкуренции. Нерв напряжения могут создать «КПРФ» и «ЛДПР», однако на них есть свои сдержки и противовесы.

Региональные выборы: самоуничтожение Лояльных Региональные выборы давно уже превратились в административно-властную процедуру, результаты которой все менее достоверны в восприятии общества. Главный урон в самоуничтожении Системой своего лояльного электората. Нелояльный электорат Система просто игнорирует: сушит явку, оставляет его в покое, хотя и демотивирует. А вот лояльному нужно напомнить о выборах, заставить проголосовать, отчитаться и т.д. Именно «лоялисты» лучше других знают, как делается «выборная колбаса» и у них, естественно, возникает отторжения к процессу. Снижается общий уровень лоялизма и каждые выборы обходятся Системе все более затратно именно с этих позиций. Искренних лоялистов все меньше, а процент проголосовавших «За» губернатора – все выше. Результат в виде «полугубернаторов» с утраченной лояльностью (Незыгарь) – закономерен. Отмена выборов и прямое назначение губернаторов напрашиваются сами собой, но это шаг на пути к федеральному кризису власти.

“Досрочно”- административные Триумфаторы Региональные выборы не вызывают в обществе, озабоченном преодолением последствий пандемии и бедственным положением, значительного интереса. Итоговые параметры явки свыше 40 % представляются завышенным. Итоговые результаты (явка, результат кандидатов от власти) – свидетельство усиления отчуждения общества от власти и безразличие граждан к региональному управлению. Преобладание доли досрочно проголосовавших на выборах глав и губернаторов – главный критерий для оценок результатов. Эти цифры выполнили роль демотиватора для протестно ориентированного электората. Для прежних губернаторов, сформировавших свой имидж и устойчивый антирейтинг (Пензенская область, Тамбовская область, Ростовская область, Краснодарский край, Татарстан и т.д.) ставка на досрочное голосование – важный маркер. Принцип утилитарный и простой: «своих» (бюджетники, пенсионеры, сотрудники крупных промышленных предприятий) мобилизуем, а остальную явку «сушим». В регионах, где избирались новые лица – Д. Махонин (Пермский край) и О. Николаев (Чувашия) тактика во многом была схожей. Впрочем, если в Перми как-то пытались раскрыть Д. Махонина как личность и управленца и завоевать для него симпатии избирателей, то в Чувашии политтехнологи действовали утилитарно: избрать таким образом кандидата можно, а вот наполнить смыслом его миссию – нет. Сейчас главе республике предстоит целый срок жить с образом «досрочно-административно» избранного, цель появления которого в республике – непонятна. В Иркутской области явка составила чуть более 30% и это показательно: «КПРФ» не удалось мобилизовать протестный электорат. Индифферентно-безразличные оценки врио губернатора И. Кобзева позволили ему избраться. Для внутриполитического блока администрации президента - это значимая победа. Тамбовская область (итоговая явка более 75 %, за действующего кандидата А. Никитина – 87 %) – продолжает поправочную традицию и превращает в настоящий электоральный султанат, способный дать фору республикам Северного Кавказа.

Досрочная «фора»? Предварительные данные по явке на досрочное голосование (11-12 сентября) на выборах губернаторов и глав регионов: 1.Еврейская автономная область – 57,89 %. 2.Республика Татарстан – более 52 %. 3.Тамбовская область – 49,45%. 4.Краснодарский край – 46%. 5.Республика Чувашия – 35,5 %. 6.Республика Севастополь – 34,15. 7.Пензенская область – 43,18 %. 8.Ленинградская область – 28%. 9.Ростовская область – 26,03 %. 10.Камчатский край – 25 %. 11.Пермская область – 24,5 %. 12.Калужская область – 23 %. 13.Архангельская область – 18,12 %. 14.Республика Коми – 16,92%. 15.Костромская область – 16,12 %. 16.Иркутская область – 16%. Нет данных по Брянской (в пятницу проголосовало - 14,75 %) и Смоленской области (в первый день досрочного голосования – 9,11 %). Ряд регионов (Татарстан, Краснодарский край, Чувашия и др.) пошли по поправочному сценарию. Характерно: наиболее низкий процент досрочно проголосовавших в Иркутской области, где самые конкурентные выборы. Чем выше уровень досрочного голосования, тем ниже легитимность выборов? Однозначно так утверждать нельзя, но мимо этого тезиса экспертное сообщество точно не пройдет.

Благотворитель городской думы Подавляющее большинство респондентов считают: депутаты городских дум должны заниматься благотворительностью («у нас много бедных», «это воспринимается позитивно», «пенсионерам нужно помогать» и т.д.). Примерно 15 % респондентов против такой практики и акцентирует внимание на прямых обязанностях депутата (законотворчество, депутатский контроль). В общественном сознании депутат – представитель не только власти, но и высшего сословия, социальная миссия которого адресная поддержка бедных (куличи на пасху, поздравления пенсионеров с днем рождения и т.д.). Еще из социально одобряемой деятельности – юридическая поддержка избирателей и работа с управляющими компаниями. По итогам 2019 г. в России уровень бедности - 12,1% (РИА). По завершению ковидного 2020 г. следует ожидать роста до уровня 16-20 %. Тенденция воспринимать муниципальных депутатов как благотворителей, а не законодателей будет расти.

Готов сказать / Готов голосовать В рамках социологических опросов в регионах готовность голосовать на региональных выборах демонстрируют 60-70 % респондентов. Реалии же, как правило, гораздо скромнее: по факту на выборы приходят 20-40 % избирателей. По мере ухудшения социально-экономической ситуации и давлении общества на власть уровень социально одобряемых ответов в анкетах растет. Социолог в российских регионах воспринимается как агент власти. Других коннотаций практически нет: в объективные исследования мало кто верит.

«Оптимизация» регионов Любые институциональные изменения на неблагоприятном социально-экономическом фоне обречены на настороженно-негативное отношение в обществе. Это же касается и укрупнения регионов. На уровне федерации люди чувствуют кратную разницу между уровнем развития Москвы и уровнем регионов. Аналогично и внутри субъектов федерации: разница между областным центром/столицей республики и периферией растет все больше. Склонные к ручному управлению губернаторы и главы уделяют пристальное внимание областным центрам и игнорируют периферию. Проекция темы объединения регионов может добавить негатива в общественно-политическую жизнь любой республики, что чревато национальным протестом. Учитывая демографические тренды укрупнение регионов, рано или поздно, проводить придется.В регионах оптимизировали все: больницы, школы (в сельской местности): возможно, Центр попытается «оптимизировать» и региональные администрации. Однако на деле это означает: регионы – пространства постепенной социальной деградации со всем букетом социальных и политических рисков.

Досрочно-Подданическо-Надбавочное Наличие процедуры досрочного голосования, формально, позволяет дать любой нужный результат, причем досрочно. Но это не не спасает от политических рисков, а скорее их провоцирует. Уровень социального недовольство и протеста в регионах различен: например, в Татарстане собираются голосовать даже в автобусах (в поправочно-конституционном стиле). Очевидно, такое не пройдет в Иркутской, Архангельской области или Камчатском крае. Сможет ли Система избежать очередных стресс-тестов в единый день голосования – вопрос открытый. Уровень напряжение за год повысился: тотальные фальсификации на региональных выборах уже не проходят. В лучшем случае возможны «надбавочные» административные 10-20 %. Думается, такой процент надбавки к провластным кандидатам общество еще готово проглотить, но не более. Для прогнозирования реакции общества на итоги выборов ключевое значение имеет и тип политической культуры. Подданический (Чувашия, Татарстан) минимизирует возможности протеста против итогов выборов. Активистский, напротив, их умножает.

Детская бедность Детская бедность примерно составляет 23-26%. Общая бедность, тоже по расчётам по итогам 2020 г., по моделям, вырастет с 12, 5 % до 16 %. Вывод: у нас каждый четвёртый ребёнок живёт в бедной семье (экономист Наталья Зубаревич).

«КПРФ» - не будет? Тогда будут Навальные Татарстанские элиты, ссылаясь на трудный и ковидный год, не хотели создавать даже иллюзию конкурентных выборов президента республики. Представитель «КПРФ» не участвует в выборах, что вызывало категорическое неудовольствие Центра. Как результат получили красочное расследование сторонников А. Навального, посвященное президенту республики Р. Минниханову. Весело зашел тезис о регулярной практике Р. Минниханова совершать рабочие визиты в Дубай прямо под новый год (29,30,31 декабря). А вот тезис: Шаймиев и Минниханов продали свой народ за дворцы и швейцарские часы - не зашел. В Татарстане понимают, что они живут намного лучше, чем в среднем по России. Интересно: воспримет ли Казань посыл? Результаты на уровне 80 % и выше «За» действующего президента – явно не самый лучший вариант. Как говорят в Татарстане: Неудаща. Скромнее надо быть.

Российская Каталония Татарстан – это такая российская Каталония, которой восхищаются большинство российских регионов. Выборы в Татарстане всегда проходят гладко, тихо, мирно, а результат власти всегда высок. Электоральные процессы проходят настолько гладко, что и выборами их назвать-то сложно. Злопыхатели кричат: значимость голоса избирателя в Татарстане одна из самых низких в стране. Оптимисты возражают: «зато» президент у них добрый и веселый. Центр периодически покрикивает на Казань за отсутствие конкуренции, но Татарстан гнет свою линию. Многие губернаторы и главы завидуют умению татарстанских элит контролировать территорию и давать нужный электоральный результат.

Рост беспокойства Опросы в промышленно развитых регионах последних пяти лет фиксируют среди наиболее значимых социальных проблем стандартный набор: повышение цен, здравоохранение, дороги и ЖКХ и невысокие зарплаты (в диапазоне от 35-45 %). Зафиксированный «Левадой» уровень общественного беспокойство (61%) повышением цен на товары широкого потребления – крайне высок. На фоне низкой покупательной способности населения и физической невозможности для большинства россиян иметь подушку безопасности – это фактор постоянного беспокойство. Впрочем, общество еще не до конца осознало: россияне стали примерно на 10-15 % беднее чем в доковидный период (девальвация рубля, повышение цен, падающая стоимость недвижимости в регионах, деградирующая экономика и т.д.). https://t.me/russica2/32274

Финансовая децентрализация маловероятна Финансовая децентрализация невозможна без корректировки всей финансовой системы. Для этого придется пойти на расщепление федеральных налогов и перераспределение нефтегазовых доходов. Но центр не согласится на такие изменения, поскольку это инструмент влияния на регионы, большинство которых финансово зависимы от Москвы. Регионам нужны четкие процедуры отладки экономики, а не формулы распределения дотаций. Однако пока не поменялась финансовая система страны, говорить о частичной федерализации можно, а вот о полноценной, которую ждут губернаторы, — нельзя» (экономист Наталья Зубаревич). Сейчас вопрос не в федерализации, а в том, как бы Центру минимизировать расходы на регионы. Центр может дать регионам дополнительные административные полномочия, но политическое влияния и финансы останутся в Москве. Вероятнее всего: формально регионам расширят полномочия с целью повысить ответственность губернаторского корпуса за тяжелую социально-экономическую ситуацию.

Анархия, Демократия & Автократия Для Системы основная проблема – отсутствие эффективного, прозрачного и регулярного управления. Даже если президент дает правильные посылы и ориентиры – они все равно часто не исполняются, идут перегибы и неисполнение поручений на местах – это и формирует представления об анархии. За двадцать лет даже неполитизированые, и далекие от политики граждане научились понимать технологии власти. В условиях неминуемой (из-за плохой социально-экономической ситуации) деградации регионов сложившаяся ситуация чревата не просто взаимным отчуждением общества от власти, но и ростом внутриэлитных конлфиктов и феодальным состоянием «война всех против всех». Стабилизирующие идеологемы, транслируемые властью в этих условиях не работают: высокий уровень социального недовольства оборачивается либо протестом, либо тревогой и неуверенностью в завтрашнем дне. Системе в этих условиях целесообразно сменить позиционирование, признать ненормальность социально-экономической ситуации и сконцентрировать фокус общественного внимания на мерах по преодолению. Вместо этого пиарщики, Росстат и Минэкономразвития ищут инфоповоды и манипулируют статистикой, пытаясь доказать: ситуация лучше, чем кажется. На уровне регионов аналогично: региональные чиновники только и думают как бы покрасивее отчитаться в Центр. Тема демократии и вовсе ушла из общественного дискурса, однако запрос на местное самоуправление и демократические процедуры устойчив. Процент людей, верящих в демократичность нынешней власти, крайне низок, однако децентрализованная онтология современного информационного общества актуализирует именно демократию, а не сверхцентрализованную автократию. Уничтожение региональными автократиями местного самоуправления уже негативно влияет на легитимность Системы. https://t.me/russica2/32234

Битва за известняк продолжается? Проблема сырьевой базы для «Башкирской содовой компании» («БСК») не решена. Влиятельный федеральный лоббист и председатель совета директоров «БСК» Г. Рапота требует от республиканских властей определится с позицией по поводу источников сырья. Г. Рапота продвигает тему добычи известняка из Куштау и ссылается на мировой опыт. Звучит тезис: разработка возможна даже несмотря на охранный статус. Эксперты предлагают добывать известняк из подводных слоев уже уничтоженного шихана – Шахтау. В таком случае сырья хватит до 2027 г. Этот вариант позволит избежать социальных конфликтов и протестов. Требуется технологическая и экологическая экспертиза возможностей реализации этого способа добычи сырья.

Мечта о региональном развитии Заимствование федеральным бюджетом денег из «Фонда национального благосостояния» (впервые с 2017 г.), помимо всего прочего, это еще и четкий посыл регионам: режим сокращение трат и строжайшей экономии на 2021 г., а, вероятнее всего, и на 2022 г., гарантирован. Тема экономического развития регионов на ближайшие годы – это не более чем мечта. Даже социальные расходы в региональных бюджетах будут сокращаться. Значимость губернаторов-лоббистов, ориентированных на основе личных связей на умение получить из Центра трансферты для своего региона возрастет. О прозрачных и четких критериях распределения бюджетных средств между регионами речь не идет.

Губернаторопадный расклад Перспективы осеннего губернаторопада будут зависеть от способности Системы эффективно пройти единый день голосования во всех регионах. Если власти столкнуться с электоральными проблемами (например, в Иркутской области), вероятность масштабного губернаторопада этой осенью уменьшится. В условиях ковидной неопределенности вообще непонятно что нового и свежего могут принести назначенцы Кремля. Отставки возможны за грубые просчеты, однако эти просчеты далеко не всегда можно решить заменой губернатора. Есть еще один инструмент. Дискурс об отставках – это способ держать губернаторов в тонусе, им Система пользуется активно. В 2021 г. заканчиваются полномочия у семи губернаторов и глав. Влиятельный на федеральном уровне А. Дюмин (Тульская область) может уйти на повышение, завязанному на С. Кириенко С. Морозову (Ульяновская область) давно пора на выход: вероятнее всего отставка будет в следующем году. Перспективы любящего пиариться и комментировать все подряд С. Рудени (Тверская область) непонятны. Также выборы глав планируются в Чечне (Р. Кадырова) и Тыве (Ш. Кара-оол). Помимо этого, полномочия заканчиваются у руководителей Северной Осетии (В. Битаров) и Карачаево-Черкесии (Р. Темрезов), но там выборы непрямые.

Избыточные обещания? Фиксируется устойчивый тренд: врио губернатора и главы региона предпочитают не давать никаких предвыборных обещаний и, чаще всего, отделываются общими фразами: «развитие региона», «повышение благосостояния жителей области» и т.д. Очевидное упрощение политического процесса. Выборы глав и губернаторов – это давно уже не борьба за избирателя и даже не референдум о доверии: это административно-политтехнологическая процедура, направленная на легитимизацию кремлевского назначенца. Зависимые от воли Центра регионалы сами не знают, что они смогут выполнить, а что – нет. Поэтому и предпочитают не выдвигать никаких программ и не формировать условия для роста своего антирейтинга. Актуализация высоких ожиданий от смены губернаторского корпуса – не соответствует духу ковидного времени и социально-экономическому кризису. Назначенцам бы избраться по-тихому и выполнять поручения Центра. На этом фоне разговоры о повышении политического значения губернаторского корпуса – фасадная риторика. https://t.me/aasafov/289

Имущественно-региональное неравенство Доходы россиян в первом полугодии 2020 г. сократились относительно аналогичного прошлогоднего периода на 3,1% (с учетом инфляции), однако почти в четверти российских регионов заработки и денежные поступления наоборот выросли. Разрыв в доходах населения в разных регионах доходит до шестикратного - от 14,8 тыс. руб. в дотационных регионах до 90,4 тыс. руб. на нефтегазовом севере. В среднем по стране доходы составляют 32,3 тыс. руб., однако меньше этой суммы получают жители 67 из 85 регионов Заметно сократилась доля предпринимательских заработков, что стало следствием огромных убытков и ликвидаций бизнесов. Усилилось имущественного неравенства (FinExpertiza). Официальный уровень инфляции гораздо ниже реального, но тенденция схвачена верно: пандемия усугубляет структурные проблемы российского государства. Подавляющее большинство регионов живут ниже общероссийских показателей, а уровень ассиметричности показателей регионов становится критично высоким. Никакими дотациями Центр ситуацию выравнять не сможет: политика по выравниванию социально-экономического положения регионов по факту неактуальна. На ее место приходит амортизационная политика. Ее задача - замедлить высокие темпы деградации дотационных регионов.