Лиза Лазерсон

Посмотрела фильм «Мы не знакомимся», и первые минут десять минут мне было неверотяно грустно, что то, что было на Горке в 2018 никак не задокументировано. Если вы видели это своими глазами, то объяснять не нужно. Подростки во все времена одинаковые, есть такой тейк. Но если верить фильму (а я верю), то младшие зумеры и старшие альфа – это самое здоровое, полноценное и нежное поколение. Главный герой Глеб рассказывает, как «просыпается утром с новой телкой», но стесняется поцеловать девочку в щечку. Кавказец запрещает нефорам бить трансов, но бить, понятно, никто никого и не собирался. Нефорята обнимаются с околофутбольщиками, вежливо общаются с бездомными, оценивают всех девочек на «девяточки» и поют «Владимирский централ» с люмпенизированными посетителями Покровки. Зумерский соцреализм. Счастливая подростковая мечта, воплотившаяся на Китай-городе. Даже полиция здесь – добрый дядя Степа, которого никто не боится. А за что нас забирать? И главное, никакого зла, желания забить ногами, обоссать и сжечь. И никакого страха, что забьют ногами тебя. На середине фильма ты начинаешь офигевать, что никакого подвоха не будет. Никакой жести не будет. Потому что этим подросткам есть, куда возвращаться. Для них КГ – это просто движ, а не безопасное место, как было для многих раньше. И как только ты начинаешь понимать, что фильм на самом деле про нас – про родителей этих подростков, воспитавших первое здоровое поколение детей, на экране появляется титр-посвящение мамам. Выходит, Китай-город – наш! Но это даже как-то нечестно.