ЕГОР СЕННИКОВ

Прошла неделя и пришло время очередного моего интервью на Republic c умным и интересным человеком о духе времени. Сегодня - мой разговор с бизнесменом Дмитрием Костыгиным: первым переводчиком Айн Рэнд на русский язык, совладельцем Юлмарта и Рив Гош. Поговорили об Айн Рэнд, бизнесе, домашнем аресте, бизнес-климате в стране и перспективах. Всем читать! "В конце 1980-х-начале 1990-х директора разных магазинов, гастрономов очень хорошо зарабатывали – благодаря дефициту – и обладали очень приличными деньгами. Но они могли работать только в условиях вот этой дефицитной социалистической системы – и для них, то что произошло в 1991 году выглядело как полный крах всей их жизни. Чаще всего они просто собирали те деньги, какие могли – и уезжали из страны. И насколько я знаю, ни один из крупнейших фуд-ритейлеров России не работал директором гастронома в советское время – и это несмотря на то, что у советских гастрономов была своя инфраструктура, поставщики, контакты. Для этих людей из гастрономов постсоветская Россия была реальной катастрофой, а для нас, молодых бизнесменов, она была временем и полем возможностей. И если говорить о сегодняшнем дне, то нынешнее обеление системы, рост прозрачности, воспринимается как крах – только уже теми молодыми бизнесменами, которые 25 лет работали и привыкли существовать в этой серой зоне. Все было просто: контрабандой завез, за наличные продал – и все хорошо. Сейчас такое делать становится все сложнее и сложнее – нужно переходить на работу «в белую»." https://goo.gl/AuqEMj

Славой Жижек пишет об Оксане Тимофеевой: «Как же вырваться из этой угнетающей ситуации? Оксана Тимофеева указывает путь: полное принятие нашей животности — принятие, которое не означает „возвращения к нашим естественным корням“, „свободного наслаждения нашей природной сексуальностью“ или чего-то в этом роде. Это принятие проходит через негативность, а свобода предстает как результат парадоксального движения, необходимость которого задним числом обнаруживается в метафизической философии и христианской культуре, традиционно (и ошибочно) противопоставляющей себя „животной“ природе и якобы отделенной от нее.» Это к тому, что мы опубликовали целую главу из «Истории животных». Будет что почитать на выходных. goo.gl/QWmhL3

Марлон Брандо в "Молодых львах" - подтянут и затянут в униформу

читаю тут всякие документы, касающиеся Петрограда послереволюционных лет. Вот, например, выдержка из донесений касательно настроений к кронштадтскому мятежу. как все это горько... так и вижу этих красноармейцев, просящих хотя бы шинелей, этих командиров, удовлетворяющих словом, этих взбунтовавших кронштадтцев, этот ветер ледяной (как сегодня). эту безнадегу, эти вихри, эту кровь.

Читаю книжку про историю ФБР - и там совершенно шикарная работа из офисной жизни Агентства времен Гувера - который управлял ФБР десятилетиями. Простите за неидеальный перевод - но доводить его до блеска мне немного лень. "С одной стороны, Гувер был перфекционистом. Когда он подрастал, горничная готовила ему на завтрак яйцо-пашот на тосте в его доме на Сьюард-сквер в юго-восточном Вашингтоне. Если яйцо не было целым, а протекало, то он его не ел, а отдавал своему эрдельтерьеру Spee Dee Bozo. Пристрастие Гувера к совершенству побудило его использовать технологии для раскрытия преступлений в лаборатории. Еще до распространения компьютеров он разработал свою систему архивации и индексирования. Он создал регистрацию отпечатков пальцев. По сути, ФБР было творением Гувера. Но причуды Гувера (а их у него было немало) входили в легенды. Если агент плохо себя чувствовал, то Гувер воспринимал и переживал это очень тяжело - как будто плохо ему было. "Что касается Гувера, то он и был Бюро. Его агенты были его семьей". Однажды Гувер запутал агентов. На служебной записке, присланной ему, он написал "Watch the borders!" Агенты не поняли о чем он говорит - а переспрашивать никто не решился: никому не хотелось показаться плохим профессионалом и несведущим агентом. Поэтому агенты ФБР решили, что замечание Гувера относится к проблемам на границе (причем было непонятно - канадской или мексиканской), обратились к таможне. Там ничего не знала о каких-либо событиях на границах. Несколько дней спустя стало понятно в чем дело. Текст служебной записки был набран с очень узкими полями. Всегда придирчивый, Гувер взял ручку и нацарапал на записке: «Watch the borders!» - имея в виду не границы страны, а границы текста на листе. Другой причудой Гувера был полный запрет на приготовление и употребление кофе на работе. Употребление кофе противоречило образу трудолюбивых сверхлюдей, которые никогда не делали перерыва. В результате запрета Гувера, агенты были вынуждены уходить с работы, чтобы искать кофе, а не пить кофе за рабочим столом."

Очень люблю вот эту историю про Ирину Одоевцеву, Георгия Иванова и Адамовича. В чем суть? Есть серьезные основания полагать, что Одоевцева, Иванов и Адамович, живя в начале 1920-х в доме на Почтамтской, напротив дома Фредерикса, совершили убийство человека. Смутных слухов и неподтвержденных разговоров об этом ходило много еще в 1920-е: Федин рассказывал о том, что ЧК нашло в квартире труп моряка - вскоре после спешного отъезда поэтов за границу; Ходасевич же рассказывал, что ЧК не просто нашла труп, но и заподозрила Одоевцеву и прочих в убийстве, писала даже французской полиции о том, что надо бы вернуть поэтов, так как они замешаны в уголовном преступлении. В 1950-х же Иванов поссорился с Адамовичем и написал литературоведу Роману Гулю подробную историю того, как якобы Адамович расчленял труп в ванной в квартире на Почтамтской, распихивал его по корзинам и чемоданам, а голову выкинув в Мойку. Непонятно, насколько можно верить его письму, да и вообще всей этой истории, но! В своем письме он упоминает, что Адамович узнал о том, что расчленение трупа не помогло - он прочитал в газете, что в реке найдена голова мужчины, описана его внешность, а также отмечено, что голова лежала в коробке с инициалами В.Б. (дорогая квартира на Почтамтской принадлежала тетке Адамовича, Вере Белей). Так вот, голову находят 8 февраля, а Адамович уже в 20-х числах февраля - в Берлине. А заметка вышла в газете 2 мая, когда Адамович уже был как раз у этой тетки в Ницце. Ну и есть еще вот это подозрительное стихотворение Одоевцевой. Вышло четверо их, Хлопнула дверь – Улик никаких, Ищи нас теперь. Небо красно от заката, Над Мойкой красный дым – По два карата На брата. Портсигар продадим. Четверо, каждый убийца и вор, Нанимают мотор. «В театр и сад Веселый Ад, Садовая пятьдесят». Кончили дело – Гуляй смело! В архивах ФСБ, правда, Адамович и Одоевцева как участники преступлений не числится. http://www.svoboda.org/a/443956.html

«Линейная столовая троллейбусного парка», 1948 год. Столовая предназначена для обслуживания водителей, кондукторов и работников конечных станций троллейбусов. На фото — повар-официантка А. Томилина.

Александра Федоровна (жена Николая I) в чумовом кокошнике. Чтобы все видели: русская царица

О прекрасном пишет Сима Ореханов "У Брессона было важное правило, которое он соблюдал всегда, несмотря ни на какие мольбы продюсеров: не снимать профессиональных актеров. Под это у него была выстроена сложная (и очень хорошая) система, которую долго пересказывать, но я тут нашел в сборнике о Брессоне интервью с ним, взятое Годаром. Они обсуждают фильм Au hasard, Balthazar (на русский как-то криво и по-разному переводится). Фильм великий и один из самых любимых. Главный герой фильма — осел, и минут сорок два лучших режиссера 20 века обсуждают, какое важное значение имеет крик осла в романе «Идиот» и как правильно снимать осла с учетом того, что у него глаза по разные стороны головы, а не рядом, как у людей. А потом Брессон признается, что он специально искал необученного осла, который даже не умел тащить тележку. То есть, человек настолько маньяк, что даже осла-актера искал НЕПРОФЕССИОНАЛЬНОГО. И Годар такой: да, понимаю, это очень важно." https://www.facebook.com/simaorehanov/posts/1785457614853940

Американский культуролог Карл Шорске пишет в своем известном труде о Вене в период fin-de-siecle следующее: "Два основных социальных условия отличают австрийскую буржуазию от французской или английской: она не добилась ни полной победы над аристократией, ни смешалась с ней; из-за своей слабости она оставалась одновременно и зависимой от Императора, и глубоко ему преданной, как пусть и отстраненному, но нужному и важному Отцу-Защитнику. Неспособность приобрести монополию на власть сделало буржуазию аутсайдером, постоянно ищущим возможности быть принятым в аристократический класс. Многочисленный и процветающий еврейский элемент в Вене с его сильной ассимиляционной мотивацией лишь усиливал эту тенденцию". И вот читаю это и думаю о том, что в очередной раз вижу что-то очень похожее на родные пенаты - не столько на сегодняшнюю Россию, сколько на нее же в 19-м и в начале 20-го века. Николай Бунге, председатель Комитета министров Российской империи и министр финансов при Александре III так писал о взаимоотношениях власти и бизнеса при Николае I: "Император Николай I хотел делать всё сам при посредстве администрации; Правительство неохотно допускало общественную инициативу в делах промышленности и торговли, предпочитая им предприятия государственные или казённые. В конце царствования императора Николая было всего 30 акционерных компаний" Позднее, конечно, в этом отношении произошли определенные подвижки, однако и даже после реформ Александра II, отношение к предпринимателям было несколько феодальным. Даже в начале века это отношение было заметным - и, например, когда купцы Елисеевы приглашали императорскую семью на празднование столетия семейного дела (которое началось с того, что в 1813 году Петр Касаткин начал в столице торговлю фруктами, императорская семья просто проигнорировала это приглашение.

Умершая Мария Евсеевна Сергеева вышла замуж за соседа моего прадеда сразу после войны. Тогда она была совсем молодой учительницей русского языка и литературы. Когда в 1947-м году в Клюкву пришла разнарядка на ленятев (объясняю: органы требовали выявить и посадить лентяев и саботажников, реальная степень вины не учитывалась), то собрался местный партийный актив, среди которого была Евсевна, и среди трех лентяев оказался мой прадед Фёдор Стефанович Пузанов. Через сутки он был под конвоем отправлен в лагеря. Моя же семья практически превратилась во "врагов народа", но только с той поправкой, что в деревне этот статус умножался голодом и старыми общинными традициями. Ещё в 2005 году я выслушал в Клюкве в свой адрес такое: "Ты внук врагов народа! Раньше их все ругали, а теперь они - герои народа!". В 2005 году! Аккуанты в социальных сетях у вас уже были? Мой дед, его сын, Михаил Фёдорович тогда делал военную карьеру в Германии, и как вы понимаете, его из нее попросили. Приехав в Клюкву, он стал собирать газеты со статьями о прадеде - он ходил в местных ударниках. И реальными причинами высылки была где-то зависть, а где-то, и что важнее всего мне сейчас признать, месть за его участие его в раскулачивании. Думаю, без последнего не обошлось. Через два года он вернется. Где-то сыграет свою роль дедовская борьба за справедливость, но главной причиной стал туберкулез прадеда, полученный в лагере. Дед был лагерным "сукою", будучи плотником от Бога, он обеспечивал мебелью семьи лагерных вертухаев. А ещё есть семейная легенда, переспросить сейчас об ее истинности мне уже не у кого: в том лагере врачом была то ли жена, то ли родственница генерала Андрея Власова, которая и добилась освобождения для деда. Он вернется из лагеря, и перезарожает туберкулезом своих внуков. У бабушки с дедом так умерли два подряд ребенка. И сам прадед умрет уже в 1952 году (его биография целиком - сама по себе увлекательнейшая история, но где теперь взять нужные подробности? Всё ушло и исчезло!). С семьей Евсевны мы до сих пор соседи и у нас до сих пор вражда. Бабушка вспоминала, как Евсевна выбегала 5 марта 1953 года из дома и падала со слезами в сугроб: должны были видеть. Отец вспоминает, как она ему заглядывала в рот после Пасхи и смотрела на пальцы: не ел ли он куличей, и не окрашенны ли у пионера пальцы от яиц? В 1990-м году она будет попрекать моего отца купленной "Нивой": дескать, в Чернобыль поехал, чтобы машину купить. После 1991 года она, естественно, будет собирать подписи за восстановление в Клюкве храма. В общем, рассказывать подобное я про нее могу долго. Но хочу закончить одной конкретной историей. В итоге, Евсевна стала многолетним заучем в школе в Клюкве. Однажды, она ударит цыганенка. Другая учительница, метившая на ее место, воспользуется ситуацией, и напишет на нее донос в РОНО. Евсевну снимут. А уже в 2002 году донос напишут уже на эту учительницу, и заучем перестанет быть она. Доносы, доносы, доносы... Довлатовский афоризм про пять миллионов доносов стал общим местом, а зря! В России нужно жить долго.

Только что в Клюкве умерла старуха, которая отправила моего прадеда в ГУЛАГ в 1947-м. Прадед умер в 1952 году. В России нужно жить долго. Со святыми упокой...

Рубрика "В этот день": год назад писал для New Times про Февральскую революцию, но это статья из разряда тех, что не устаревает: "Меньшую известность, чем Приказ № 1, получили действия правительства по чистке армии. Александр Гучков, принимавший вместе с Василием Шульгиным отречение Николая II, считался в кругах оппозиционной общественности главным специалистом по армейским и военным делам. Именно он и стал военным министром — на этом посту Гучков начал чистку армейского руководства, известную также как «избиение младенцев». Очередь в булочную Чуева на Солянке в Москве. Неизвестный автор, 1917 год. Из собрания Государственного исторического музея Гучков запустил этот процесс, практически ни с кем не советуясь. Необходимость перестановок в армейском руководстве признавалась всеми, но вот методы Гучкова у многих вызывали вопросы. Сперва Гучков только подтверждал уже случившиеся перестановки — выбывшие руководители военных частей, новые военные губернаторы получали от министра санкцию на продолжение работы. Затем он принялся составлять списки благонадежных и тех, от кого стоило бы избавиться. За время гучковской чистки из армии и Генштаба было уволено около 120–150 генералов; военные считали, что сама акция оказалась совершенно напрасной и к улучшению ситуации не привела и не могла привести". https://newtimes.ru/articles/detail/116503

На Кустодиева часто клевещут: имею в виду, что рубенсовщина его женщин не была всеобъемлющей. Он знал толк во всяком. "Лежащая натурщица". 1915. Бумага, сангина, уголь

Часто встречаю в фейсбучной ленте обсуждения каких-нибудь талантливых людей, чья общественная позиция кому-то кажется небезупречной, такой вот аргумент - "а вот, дескать, Гитлер, тоже рисовал хорошие акварели - что же, скорбеть по нему?". Ну и там дальше понятно что пишут. Так вот я это читаю - и прямо бешусь. Не только по понятным причинам, но еще и потому что это глубоко ложный взгляд на предмет. Дорогие мои, Гитлер рисовал ОЧЕНЬ плохие акварели - более того, он был в курсе их художественной никчемности. Акварели его шли либо как самые дешевые открытки, либо в качестве картинки в раме - которая нужна, чтобы рама не казалась голой и пустой. Да и достаточно просто на его акварели посмотреть, чтобы понятно все было. Ну и процитирую Бригитту Хаманн: "Гитлер изображает то, что нравится туристам, прежде всего, виды Вены: собор Святого Стефана, церкви Миноритскирхе, Шоттенкирхе и Карлскирхе, ратушу и парламент. Социальную нотку добавляет «Ратценштадль» («Крысиный город»), обедневший кварталв6-мрайоне.Всекартины—копиичужихработ, чаще всего, эстампов Шютца XVIII века. «С натуры», по словам Ханиша, Гитлер рисовать не умеет. Однажды они получили заказ: изображение Гумпендорфской церкви. Но похожих картин не нашлось, и рано утром они вдвоем отправились делать наброски. У Гитлера нашлись отговорки: мол, слишком холодно, пальцы окоченели. Картина так и не состоялась. Дочь багетчика Якоба Альтенберга жаловалась на низкий художественный уровень работ Гитлера: «Самые дешевые из всех наших товаров, ими интересовались только туристы, высматривавшие грошовые венские сувениры». С 1933 по 1945 годы картины Гитлера, разумеется, считали великими шедеврами. Культ художнического прошлого фюрера и взлет цен на его картины достигли таких масштабов, что он сам вынужден был вмешаться, не желая позориться перед специалистами. В 1944 году, когда цена за «настоящего Гитлера» достигла 10 000 марок, он сказал фотографу Генриху Гофману, своему близкому знакомому: Больше, чем 150–200 рейхсмарок эти вещи не стоят, даже сегодня. Платить больше — это безумие. Я ведь не собирался становиться художником, я рисовал эти картины, только чтобы заработать на жизнь и иметь возможность учиться. По-настоящему ценил он лишь свои старые архитектурные наброски, но большинство из них были утрачены. 28 марта 1938 года он полностью запретил публикацию своих работ. В венский период жизни Гитлера за картину дают лишь 3–5 крон, то есть — по 2–3 кроны на каждого. Часть выручки Гитлер тратит на краски и прочие материалы. Чтобы обеспечить жизнь себе и Ханишу, ему надо рисовать хотя бы по одной картине в день, но он этого не делает".

В 1677 году великий астроном Эдмунд Галлей предложил новый метод определения расстояния от Земли до Солнца ( или астрономической единицы). Для этого было нужно наблюдать прохождение Венеры по диску солнца из двух точек различных по широте - это должно было помочь определить солнечный параллакс (изменение видимого положения объекта в зависимости от положения наблюдателя) и точно вычислить искомое расстояние. Самому Галлею было не суждено воспользоваться предложенным им методом, так как прохождение Венеры по диску Солнца - редкое событие, которое случается раз в 121,5 лет (затем происходит 2 прохождения с диапазоном в 8 лет). Галлей жил в 17-м веке и последний раз Венера проходила по диску Солнца еще до его рождения. Следующее должно было произойти лишь в 1761 году. Галлей не дожил до него примерно 20 лет. Но его идею решили использовать другие ученые. Французский астроном Гийом Лежантиль отправился в 1760 году в Индию, в обсерваторию в Пондишерри - специально для того, чтобы наблюдать астрономическое событие. Причем Лежантиль был участником большого международного проекта астрономов (между прочим, его членом был и Михаил Ломоносов, оставивший записки о наблюдении за Венерой), идея которого заключалась в наблюдении за прохождением Венеры из множества точек на Земле и дальнейшем обмене результатами, для вычисления астрономической единицы. Но в это время продолжалась Семилетняя война. Англия и Франция были противниками. И осенью 1760 года англичане осадили Пондишерри. Так что когда Лежантиль добрался до Индии, он просто не смог высадиться на берег (при этом, само плавание также прошло неудачно, корабль сбился с курса и в течение 5 недель блуждал в Индийском океане). Он пытался провести наблюдение с борта корабля, но из-за того, что корабль сам находился в движении, французу не удалось получить точные данные. Потерпев такую неудачу, Лежантиль решил не сдаваться и остаться в этом регионе, ожидая следующего прохождения Венеры по диску Солнца в 1769 году. Сначала он исследовал восточное побережье Мадагаскара, затем вернулся в Пондишерри (после окончания войны). Астроном решил, что будет наблюдать за Венерой из Манилы. Он отправился туда, на Филиппины, где построил небольшую обсерваторию и начал ждать. Все было хорошо. 4 июня 1769 года должно было состояться долгожданное событие. За день до этого погода была отличная и безоблачная. Но именно в этот день небо заволокло тучами и провести наблюдение было совершенно невозможно. Вторая попытка Лежантиля потерпела крах. От полученного удара судьбы астроном чуть не сошел с ума. Но все же смог набраться достаточных моральных и физических сил для возвращения во Францию. Возвращение оказалось тем еще приключением - сначала пришлось отложить плавание из-за того, что Гийом заболел дизентерий. Затем, когда он все же покинул Манилу, его поджидала новая неудача - из-за кораблекрушения (в котором он едва выжил) Лежантиль застрял на острове Реюньон и потратил немало времени ожидая попутного корабля. Его подобрал испанский корабль. Лежантиль вернулся во Францию в 1771 году, проведя в своей затянувшейся экспедиции целых 11 лет - и не получив результатов за которыми отправлялся. Дома выяснилось, что из-за долгого отсутствия он был официально признан мертвым. Из-за этого он потерял свое место во французской Академии Наук, его жена вышла замуж за другого, а родственники разобрали на части все его имущество и недвижимость. Лишь вмешательство короля Людовика XV помогло астроному вернуть потерянное - он получил обратно свое место в Академии Наук, он вернул жену (!) и прожил с ней еще 21 год, он получил обратно свою собственность. Астроном умер в 1792 году, но его интересный жизненный опыт до сих пор вдохновляет многих на творчество. Так, канадская писательница и драматург Морин Хантер в 1992 году сочинила про него пьесу под названием "Проход Венеры", которую ставили не только местные канадские театры но и Королевская Шескпировская компания и BBC. В 2007 году пьеса легла в основу одноименной оперы.

А также я сегодня модный кинокритик: http://seance.ru/blog/stop-kadr-oleg-kashin-topaz/

Приложил руку к старту новой рубрики журнала "Сеанс" - интересные люди рассказывают о своем любимом кадре, первым отвечает Олег Кашин.

Час назад появился тизер нового фильма Соррентино. Loro в названии обыгрывает слова «их» и «золото» (его достаточно уже в тизере), а вообще-то посвящен Сильвио Берлускони https://www.youtube.com/watch?v=j3t8Bdb_Hns