Ethnogenesis of the Caucasus

🐴 Одомашнивание лошади

Согласно исслед. древних геномов, практически все остальные совр. лошади, происходят от одомашненных к северу от Кавказских гор.

Почти каждый шестой мужчина на Северном Кавказе является потомком тех, кто одомашнил этих лошадей, это мужчины с Y-ДНК гаплогруппами R1a/R1b.

Более ранние свид. одомашн. лошадей были обнаружены в Казахстане: около 5500 лет назад скотоводы ботайской культуры содержали кобыл в загонах, используя их ради мяса и, возможно, молока. Исследователи не нашли прямых доказательств того, что на ботайских лошадях ездили верхом, однако археологи долгое время полагали, что именно они были предками совр. лошадей. Ситуация изменилась в 2018 г., когда были проанализированы палеоДНК ботайских лошадей и получены неожиданные результаты: эти животные не были прародителями совр. лошадей. Напротив, они оказались предками нынешних лошадей Пржевальского — наход. под угрозой исчезнов. «диких» лошадей, обитающих в Монголии и когда-то давно вернувшихся к жизни в дикой природе после периода одомашнивания.

Это заставило генетиков начинать поиски предка совр. лошадей практически с нуля. Эту гипотет. линию они обозначают как DOM2 (от англ. *second domestication* — «второе одомашнивание»), хотя и не могут с уверен. сказать, произошли ли соотв. ген. измен. у диких лошадей или же у тех, что были ранее одомашнены.

После того как сформиров. сама линия DOM2, эти лошади стремит. распростр. по всей Евразии.

Одна из самых ранних дат — около 5400 лет назад — была получена при анализе кости ноги лошади, погребенной вместе с маленьким ребенком в кургане Майкопской культуры у поселка Айгурский на юге России.

В данном месте обнаружена женщина, палеоДНК образец AY2001, с мтДНК T2e, аутосомно близка древним популяциям энеолита Предкавказья, степной зоны Майкопской культуры, степи эпохи бронзы, а из совр. популяций пуштунам, адыгам, татам. Источник: https://www.science.org/content/article/ancient-dna-reveals-long-sought-homeland-modern-horses

Я Мы: Известные и возможные древние индоевропейские миграции на Кавказ. Бытует мнение, что Кавказ издревле был барьером для индоевропейских миграций, но это не так, на сегодня у науки есть доказательства различных миграций индоевропейцев на Кавказ, хоть и мало какие оставили свой след там до современности, поскольку в основном не проникали в горы, а на равнине часто новые волны кочевников сметали предыдущие. Первые миграции на Кавказ, о которых пойдёт здесь речь, столь древние, что невозможно сейчас уверенно сказать были ли они связаны с индоевропейцами, но возможность этого есть. Около 8ми тысяч лет назад, когда Чохская культура горного Дагестана переходит к неолиту, в Дагестане, в основном прибрежном, появляются следы резко отличной культуры, чьи памятники, как отмечает археолог Х. А. Амирханов, связаны с Северо-западным Прикаспием, генетических данных этих северных мигрантов нет, они прослеживаеюся лишь по материальной культуре. Их следы обнаруживаются, в том числе, довольно глубоко в предгорье Дагестана, Буйнакская стоянка, и даже в высокогорье, местонахождение Матлас, стоянки Данух 1 и Данух 2. Эти люди, имея контакты с населением местной Чохской культуры, передали им технику микропластинчатого отжима. Сами эти северяне, в отличие уже от чохцев, видимо, не имели производящего хозяйства. Датировки этой миграции столь глубоки, что, если её носители имели отношение к индоевропейцам, то не относились ни к одной известной ветви индоевропейских языков, предшествуя известному первому расколу индоевропейских языков, то есть, относились ко времени праиндоевропейского состояния. Вторая миграция, которая тоже может лишь предположительно иметь отношение к индоевропейцам, это миграция уже с юга. На сегодня последние данные об этногенезе ранних индоевропейцев говорят, что наиболее рано идентифицируемые индоевропейцы обитали в Кавказо-нижне-волжском регионе, и были результатом смешения местных степных охотников-собирателей, которые сами были смесью кавказских охотников-собирателей и восточноевропейских, а также мигрантов с юга, у которых доминировала месопотамская генетика, но также было уже очень заметна и кавказская. Авторы работы не могут установить какая их этих двух популяций является исконным носителем языка. В случае если вторая, то тогда есть смысл говорить об праиндоевропейской мигиации через Кавказ, которая распространилась в какой-то период и на него, и дальше в степи, где и возникнет в итоге наиболее достоверно индоевропейская степная культура, Ямная. Такой сценарий предполагает передачу языка южанами вместе с технологиями производящего хозяйства в процессе смешения с местными степными группами, последнее подтверждается и научными данными, в том числе и через ДНК овец, которые разводились тогда в западной степи, они были генетически очень близки овцам с территории Кавказа. Учёные пишут, что с этой Южной популяцией-компонентой в этногенезе ранних индоевропейцев могло быть связано, например, поселение Мешоко на северо-западном Кавказе. Стоит отметить, что отнесение этих южан к праиндоевропейцам автоматически исключает отнесение к ним северян из прошлой описываемой миграции, и так же наоборот. Следующая миграция, о которой пойдёт речь, уже является гораздо более уверенно связанной с распространением носителей индоевропейских языков, чем две вышеописанных. Это миграция носителей Анатолийской ветви индоевропейских языков из Кавказо-нижне-волжского региона, через Кавказ, что установлено по результатам гарвардской научной работы. Самыми известными потомками этой миграции являются знаменитые хетты. Следы этой миграции прослеживается через аутосомную генетику и на Кавказе, у образцов Арени-1, и южнее, например у населения археологического памятника Арслантепе в Анатолии, чья этническая принадлежность до конца не известна, и западнее в Калехоюк и Оваорен, непосредственно относящихся к старохеттской культуре. Продолжение в комментариях. Чат канала для дискуссий. Подписывайтесь на канал.

Луговой могильник у Мужичи(Ингушетия) VI–V вв. до н. э. (2400-2600 лет)

Луговой могильник один из наиболее значительных археологических памятников раннего железного века в горной Ингушетии. Памятник расположен у современного селения Мужичи, в Ассинском ущелье, на левом берегу реки Ассы. В старой литературе он фигурирует как могильник у села Лугового, поскольку Мужичи ранее назывались Луговым. Исследования памятника были начаты Е. И. Крупновым в 1952 году и продолжены в 1955–1957 годах. Всего было исследовано более 160 погребений; в справочной литературе Государственного исторического музея отдельные находки из могильника также непосредственно датируются VI–V вв. до н. э. Основная хронологическая позиция Лугового могильника определяется как VI–V вв. до н. э. — период раннего железного века. Такая датировка была предложена на основании комплекса археологических материалов: украшений и предметов позднекобанского круга, а также оружия, имеющего аналогии в скифо-сарматской среда.

Источник:

«Советская археология», № 3, 1958 г. Москва: Издательство Академии наук СССР, 1958. Издание Академии наук СССР, Института истории материальной культуры.

Практически каждый шестой мужчина из числа горских евреев возводит свою отцовскую родословную к предку жившему в средневековье, R-FTA39316 (850+/-250 лет), подветвью крупной ветви R-FT1713 (1750+/-350 лет) с территории современного Ирана. https://www.familytreedna.com/groups/jewish-r-m124/about/ https://elizabethonheiber.wordpress.com/2019/09/18/by-the-rivers-of-babylon-haplogroup-r-m124/

Шулавери-Арташен-Шомутепинская культура. Шулавери-Арташен-Шомутепинская культура(ШАШК) - это археологическая культура, существовавшая на Южном Кавказе(территории современных Армении, Грузии и Азербайджана) в позднем неолите. Датируюеся, примерно, 6000-5000 гг. до н. э. Названа по поселениям Шулавери-гора в Грузии, Шомутепе в Азербайджане и Арташен в Армении. Археологически многие характерные черты материальной культуры намекают на её связь с культурами Верхней Месопотамии, такими как Халафская и Хассунская. Исходя из генетических данных миграция населения оттуда на Южный Кавказ, за которой последовало появление ШАШК, выглядит весьма вероятной. В данный момент у нас есть несколько образцов ДНК, у которых определены родительские гаплогруппы и аутосомный профиль. По генетическим дистанциям G25 эти образцы относительно близки в основном современному населению Армении, Восточной Грузии и Восточной Анатолии. Однако это стоит воспринимать больше как генетическую схожесть, а не низменность ген профиля на этих территориях с неолита, хоть определенная генетическая преемственность у современного населения и имеется, однако с неолита на Южный Кавказ происходило не мало миграций, которые изменяли его генетическую картину. Отцовские Y-хромосомные гаплогруппы, обнаруженные у образцов Шулавери-Шомутепинской культуры с территории Армении: J2a-Y13341 и J2a-PF5174 и две из трёх с территории Грузии: J2-PF5160 и H-Y19966, обнаружены у современного населения Южного Кавказа, J2-Y13341 даже можно назвать типичной для современных армян, чего не скажешь об остальных, которые в целом редки сегодня для этого региона. Это позволяет сделать вывод, что современное население имеет в опрелённой степени генетическое происхождение от населения Шулавери-Шомутепинской культуры, о чём говорят и данные аутосомной генетики, ведь с неолита ни одна миграция на Южный Кавказ не стирала полностью его предыдущий генофонд. У неолитических образцов с территории современного Азербайджана определена редкая сегодня в этом регионе отцовская линия J2b-FTB48352, а у одного образца из Грузии определена ещё более экзотическая на сегодняшний день в этом регионе гаплогруппа R2, субклад неясен, возможно, R2-FGC13188. Стоит также отметить, что у этой культуры были локальные варианты, которые имели между собой как значительные сходства, так и значительные различия. На основании имеющихся материальных различий в Шулавери-Арташен-Шомутепинской культуре выделяются северо-западная, юго-западная и восточная группы, возможно в ней сосуществовали разные этнически группы, на что также может намекать разнообразие отцовских гаплогрупп. Чат канала для дискуссий. Подписывайтесь на канал.

Энеолитические поселения Гинчского культурного горизонта как звено между Чохской и Кура-Аракской культурами в этногенезе нахско-дагестанцев. Кура-Аракская культура, распространяясь по Южному Кавказу, как пишут археологи, замещала предшествующие халколитические культуры, что, вероятно, говорит о появлении новых людей. Любопытно, что на Северо-восточном Кавказе она, как считается учёными, имеет прямую преемственность с предыдущими культурами, и не является превнесённой. Это может говорить о том, что на Северо-восточный Кавказ эта культура распространила своё влияние через контакты без значительного замещения населения, но, беря в расчёт и генетические данные, появляются причины полагать, что сам Северо-восточный Кавказ мог быть источником миграций, способствовавших появлению Кура-Аракской культуры, в частности таковым могло быть энеолитическое/халколитическое поселение Гинчи в горном Дагестане. Помимо Гинчского в этот период там выявлены пселения Малинкарат, Архинда, Мучубахилбакли и Чинна, но только Гинчи являлось постоянным поселением, а не сезонным. К сожалению, на сегодня всё ещё нет генетических данных из самого халколитического Гинчи, хоть там и обнаружены захоронения, но они есть из Гинчской культуры бронзового века, происходящей от местной Кура-Аракской. Учитывая, что, вероятно, в горный Дагестан никогда не было миграций, тотально замещавших местное население, вероятно, у этого более позднего населения должна быть генетическая преемственность с халколитическим населением Гинчи. У образцов оттуда определена отцовская линия J1-Z1842, доминирующая у современных нахско-дагестанцев. В научной работе приходят к выводу, что данная линия ещё около 6500 лет назад присутствовала в горном Дагестане у пранахско-дагестанцев, исходя из её современного разнообразия и концентрации, что совпадает территориально и хронологически с халколитом Гинчи. В Дагестане эта линия также обнаружена у образца Кура-Аракской культуры из Великента. Но наиболее интересно, что эта отцовская линия обнаруживается и в более южных поселениях Кура-Аракской культуры, являясь наиболее заметной линией этой культуры. Хотя на Кавказе, будто, несколько прослеживается её большая концентрация у населения Кура-Аракской культуры, жившего севернее Куры, она обнаружена также в регионах за пределами Кавказа, куда археологически тоже распространялась Кура-Аракская культура, что может говорить о распространении этой культуры с носителями J1-Z1842. Учитывая, что в халколите эта линия должна была находиться в горном Дагестане, хорошим претендентом на конкретную культурную общность является халколитический Гинчской горизонт, с которым у местной Кура-Аракской культуры будет археологическая преемственность, чего, как было выше упомянуто, не скажешь про южнокавказский Кура-Аракс, где предыдущие культуры замещались новой Кура-Аракской, и, вероятно, новыми людьми, нёсшими её. Аутосомная генетика населения Южного Кавказа тоже говорит о значительном генетическом сдвиге с началом Кура-Аракской культуры там, причём в сторону кавказских охотников-собирателей, что тоже говорит в пользу миграции людей из горных регионов, что уже отмечалось в научной работе. Гинчское поселение, как отмечают археологи, имеет сильные отличия от Шулавери-шомутепинской культуры неолита Южного Кавказа, однако они и хронологически не совпадают, а вот с более поздней южнокавказской культурой Сиони отмечаются связи, даже встречаются термины "культура Сиони-Цопи-Гинчи" и "Цопи-Гинчи", но, например, археолог Антонио Сагона считал представления о такой культурной общность устаревшими и не относил Гинчи к одной культуре с Сиони и Цопи. Стоит отметить, что весьма примечательная черта Кура-Аракской культуры, повсеместное наличие очагов в жилищах, видимо, была свойственна и населению халколита Гинчи и ещё более ранней Чохской Культуры горного Дагестана, от которой Гинчи может происходить. Продолжение в комментариях. Чат канала для дискуссий. Подписывайтесь на канал.

3 картина демонстрирует нахождение стоянок каменного века, находящихся на периферии между благоприятными условиями, и ледниковым/тундровым биомом. Расположившись на колхидской низменности, эти популяции не только смогли сохраниться в условиях изоляции, но и учавствовать в этногенезе других народов, а так-же принимать чужие миграции. Это доказывается генетической преемственностью региона, а так-же его разнообразием, возникшим в крайне небольшие сроки. Последующие приливы разных неолитических популяций из ближнего востока, и северной степи не первый случай массовой миграции на Кавказ, поскольку приток ближневосточной и северно-евразийской генетики происходил и раннее, на постоянной основе.

2 картина представлена для демонстрации различия современного биома Кавказа, и раннего, представленного на первой картинке. Как видно на изображении, актуальная температурная картина Кавказа является куда более благоприятной, и как следствие окончание ледникового максимума, позволило обогатить генетическую историю Кавказа последующими массивными миграциями, способствующих появлению в том числе и современных популяций. .

1 картина демонстрирует биомы последнего ледникового максимума на Кавказе. Синий цвет - Ледник Голубой цвет - Тундра Желтый цвет - пустыня Коричневый цвет - степи/травяные равнины Красный цвет - сухие, хвойные леса Ярко-зеленый цвет - Тайга Зеленый цвет - умеренные леса. Обозреваемая картина, позволяет разглядеть температурное разнообразие Кавказа, и следовательно позволяет предположить о расположении возможных стоянок, в условиях умеренных климатических зон. Наиболее благоприятными для жизни регионами являлись Колхидская низменность, Прибрежная полоса Понтийского нагорья, некоторые плоскогорные регионы восточной Анатолии, и северо-запад Ирана/Юго-восток Азербайджана. Неудивительно, что под такой двухсторонней изоляцией в Колхидской низменности смогла сформироваться локальная популяция Кавказских охотников-Собирателей (CHG).

Объемы выплавляемого железа значительно превышали потребности внутреннего рынка Колхиды. Избыток металла уходил на экспорт. Потребителями колхидской металлургической продукции выступали государства Ближнего Востока (Урарту, Ассирия) и Эгейского региона, испытывавшие дефицит собственного сырья при высоком потреблении. Взаимосвязь с Кобанской культурой: Колхидский металлургический очаг оказал прямое влияние на формирование и развитие Кобанской культуры Северного и Центрального Кавказа: Перенос технологий: Горно-металлургические навыки, включая методы обработки сырья и принципы литья, транслировались из Закавказья через горные перевалы на северные склоны. Типологическое сходство: Формы орудий труда, топоров и элементов конской упряжи раннего этапа Кобанской культуры демонстрируют прямую зависимость от колхидских стандартов металлообработки. Единое пространство: Металлургические комплексы Кавказа функционировали как взаимосвязанная система технической передачи знаний, обеспечивавшая сырьем северные и южные склоны Большого Кавказа.

Металлургия Колхидской культуры Колхидская археологическая культура (XIII–VII вв. до н.э.) локализована на территории юго-западного Кавказа, с ядром в бассейне реки Чорохи (современная юго-западная Грузия). Главной особенностью региона является раннее зарождение металлургии железа и масштабный экспорт металлоизделий в регионы Передней Азии и Эгейского мира. Радиоуглеродные данные железоплавильных мастерских (например, «Мшвидобаури») фиксируют начало металлургического производства на рубеже XIX–XVIII вв. до н.э., что опережает массовое распространение железа в других регионах. В качестве руды использовались магнетитовые речные пески, залегавшие в предгорной полосе Западного Кавказа (от Лазистана до Северного Кавказа). Технологические особенности: Конструкция железоплавильных печей оставалась неизменной на протяжении более чем тысячелетия (с XIX по VI век до н.э.), что свидетельствует об устойчивости производственных традиций единого картвельского ареала.

Genetic Origins of Maeotians (G25) (Y-DNA) Генетическое происхождение меотийцев (G25) (Y-ДНК) Source - Источник: https://x.com/Urakaz0/status/2095163961989640399?s=20 https://umap.openstreetmap.fr/tr/map/turkic-dna-project-y-dna-database_1253587

🗡🗡 Карачаево-балкарцы: кратко с точки зрения генетики Легко видеть, что карачаевцы и балкарцы не отпочковались от каких-то средневековых тюркских племён или одного какого-то тюркского племени (к слову, даже и не имеют классической тюркской родовой и племенной структуры), а являются обычными потомками местного населения Кавказа, но смешанного состава, в первую очередь кавказско-иранского, которое сложилось ещё до гуннов и первых тюркских каганатов, т.е. до появления первых тюрков у отрогов Большого Кавказа.  Биологически, фундаментом данного этномассива служат этнические процессы V-XII вв. н.э., с последующей тюркизацией (переходом на одно из кипчако-половецких наречий) в пост-монгольский или ордынский период (лингвисты могут заняться этим вопросом плотнее); тогда-то и сложился эффект основателя на базе феодально-родовой формации, которая и определила социальный облик (например, различия от ущелья к ущелью) и %-ный состав нации. Стоит добавить, что генетические связи карачаевцев и балкарцев с кипчаками стремятся к нулю и присутствуют в виде нескольких %-в через связи с ногайцами в позднем средневековье. Если говорить проще, существует доминанта нескольких заметных феодальных линий: 5-6 линий R1a-YP451, 1 линии R1b-M478, 1 линии Q-BZ640, 1 линии G2a2-FT8419, 1 линии I2-Y32090, 1 линии J2-BY139400, 1-2 линий в G2a1-Z31461, 1 линии в G2a1-Z7941, суммарно дюжиной "родов" / "кланов" определяющих аж до 3/4 пула современных карачаево-балкарцев. Естественно, в средневековье они никак не могли быть племенами, а были отдельно взятые "отцы основатели", дюжина или ~. При всём при этом, во всех или практически всех этих линиях строго прослеживается обозначенная выше хронология TMRCA, очень тесные связи с кавказцами в этих ветках (порой десятками родов), будь то абхазо-адыги, сваны или нахи; практически отсутствие данных линий в тюркском мире (кроме спорадических точечных явлений) и у средневековых тюрков, но присутствие у кавказцев и сармат-алан. Недавние находки среди сарматов Европы, среди меотских племён и так далее лишь только укрепляют позиции вышесказанных тезисов.

В дополнение к данному посту рекомендуем также ознакомиться с деревом тюркских языков от лингвиста А. В. Дыбо, где карачаево-балкарский язык выделился, примерно, в ордынский период. https://t.me/turkicdna/227

Генетические данные из коллективного захоронения в античном поселении Чекупс, находившемся на границе Боспорского царства и территорий абхазо-адыгского населения: автохтонное и скифо-сарматское генетическое наследие. Данное поселение культурно отнесено к так называемой греко-варварской культуре, и сочетает как местные элементы культуры, так и превнесённые греческими колонизаторами. Там было обнаружено массовое захоронение 34х индивидов, было установлено, что на останках есть следы предсмертных травм и скальпирования. 24 индивида были взрослыми, остальные подростки и дети, все мужского пола. У многих обнаружены следы более ранних заживших травм, что может говорить об их отношении к воинскому сословию. В рамках научной работы был проведён генетический анализ останков из этого захоронения, имевших достаточно высокую сохранность. Он показал, что останки датируются 1м-4м веками н. э. По отцовским линиям у всех исследованных индивидов выявлено местное происхождение, так у семи из них определена отцовская линия J2-Z35831. Эта линия имеет глубокие кавказские корни, её старшая линия обнаружена у образца кавказского охотника-собирателя и пещеры Котиас в Грузии. А сама эта линия определена у образца Дольменной культуры из археологического памятника Шушук в Адыгее. У трёх других индивидов определена отцовская линия G2-FT34, которая также была определена у одного из индивидов в Шушуке. Обе эти линии являются типичные для современного абхазо-адыгского населения, особенно G2-FT34, которая является доминирующей отцовской линией среди всех современных абхазо-адыгских народов. Авторы пишут о том, что эту линию связывают с распространением Дольменной культуры, но стоит отметить, что на сегодня и вторая опрелелённая ими линия, J2-Z35831, также присутствовала в ней, и также как и в захоронении из Чекупса большая часть образцов из Шушука относились именно у J2-Z35831. Однако, учитывая огромный временной разрыв между временем жизни индивидов из Шушука, датирующихся средним бронзовым веком, и Чекупса, датирующихся античностью, делать далеко идущие выводы на основании данного совпадения в данный момент необоснованно. Результаты исследования материнских линий показали гораздо более разнообразные и несколько более неожиданные результаты. У образцов определены митохонлриальные гаплогруппы U5, U1, N1, H, H4, HV, X4, I1, T2, W1 и их подлинии. Была выявлено близость в той или иной степени их материнских линий с различным скифо-сарматскими образцами и образцами других древних индоевропейских популяций. Результаты данного исследования, хоть и не включали аутосомного анализа, но всё же продемонстрировали, генетическую преемственности античного и современного коренного абхазо-адыгского населения Краснодарского края, а также, что абхазо-адыгское население в начале нашей эры уже имело значительное смешение с индоевропейскими популяциями, вероятно, в значительной степени скифо-сарматскими, авторы выделяют совпадения по материнским линиям с захоронениями элитных скифских кланов. Контакты скифо-сарматов с местным северо-западным населенинм прослеживались ещё в меотский период, начавшийся примерно на тысячу лет раньше времени жизни исследованных индивидов. Стоит также отметить, что контакты со скифо-сарматами, вероятно не были самыми ранним индоевропейскими контактами абхазо-адыгоязычных, степные примеси находили ещё у вышеупомянутых образцов Дольменной культуры из Шушука. В научной работе, где они были опубликованы, эти их примеси смоделировали как связанные со Срубной культурой, население, которой является родственниками скифо-сарматов, вероятно, как минимум, через общее происхождение от праиндо-иранцев. Чат канала для дискуссий. Подписывайтесь на канал.

Y-ДНК состав хазар По данным 28 образцов. Схема: https://x.com/Iranicdna

Археологический ландшафт Кавказа на 2000й год до н. э. по версии Kvali. Данная карта демонстрирует четыре основных культурных массива Кавказа того периода и лежащие к северу от них территории степных индоевропейских культур. Самым крупным культурным горизонтом здесь оьозначена Триалетская культура, которая, несмотря на своё наиболее южное расположение, как раз таки, имеет явные связи с лежащими к северу от Кавказа Индоевропейскими культурами. По мнению археологов она является результатом миграции из, родственном Ямной культуре, Новотитаровской культуры, примыкавшей ранее к северо-западной части Кавказского хребта, или же иного близкородственного источника. На сегодня генетические и лингвистические данные говорят о том, что эта миграция принесла на Южный Кавказ протоармянский язык. Можно видеть, что автором обозначены на карте некоторые предполагаемые ареалы различных отцовских линий. По обозначенным в ареале Триалетской культуры отцовским линиям может сложиться впечатление, что в Триалетской культуре была широко распространена отцовская гаплогруппа J1-Z1842, что могло бы говорить о наличие в Триалетской культуре и носителей нахско-дагестанских языков. Нахско-дагестанские языки безусловно присутствовали в предшествующей Кура-Аракской культуре и, вероятно, даже были доминирующими языками Кура-Аракса, по крайней мере, на Кавказе, но присутствуие уже в Триалетской культуре, сейчас сложно подтвердить, несмотря на весьма ограниченные генетические данные этой культуры, археологические говорят о том, что появление Триалетской, а точнее её более раннего этапа, Марткопи-Беденской культуры, стало, вероятно, как минимум, одной из причин довольно резкого затухания Кура-Аракской культуры. Хотя типичная для Кура-Аракской культуры и современных нахско-дагестанцев отцовская линия J1-Z1842 по прежнему обнаруживается в Лчашен-мецаморской культуре, произошедшей от Триалетской, и даже в, последовавшем после завоевание этих территорий царством Урарту, урартском периоде, она в среднем составляет несколько процентов среди подалящего большинства степных индоевропейских линий, в основном R1b-L584 и I2-Y16419, связанных с изначальными носителями протоармянского языка, вторая также обнаружена в захоронении Триалетской культуры в Тавшуте на севере Армении. На самом севере Триалетской культуры, в горах Восточной Грузии, автор помещает носителей отцовской гаплогруппы J2-Y3612, типичной сегодня для нахов, однако эта линия найдена там гораздо позже и нельзя быть уверенным в её более раннем присутствии там. Также в ареале Триалетской культуры можно видеть, обозначение отцовской линии G2a2-Y18479, типичной сегодня для картвелов. Эта линия обнаружена у образцов Триалетской культуры из Ацкури на юге Грузии. Вероятно, это говорит о наличие в этой культуре картвелов, попавших под сильное культурное влияние индоевропейцев. К северо-западной части Триалетской культуры примыкает Колхидская культура, весьма надёжно ассоциирующаяся сегодня благодаря археологическим данным с картвелами. Генетических данных из Колхидской культуры, к сожалению, на сегодня нет, но более поздние миграции оттуда, прослеживаемые по материальной культуре, на восток будут нести типичные для картвелов отцовские линии. Северо-западнее Колхидской культуры простирается Дольменная, появление этой культуры вызывало множество споров у археологов, кто-то считал это дальней миграций, а кто-то местным развитием. Генетические данные пока не смогли окончательно пролить свет на вопрос её происхождения, поскольку показали преимущественно типичное для региона местное аутосомно происхождение, но по отцовским линиям сейчас не обнаружили совпадения с предшествующей культурой, хотя в Дольменной обнаружена отцовская линия J2-SK1317, безусловно имеющая глубокие кавказские корни, поскольку её старшая линия обнаружена у кавказского охотник-собирателя. Другая лбнаруженная в Дольменной культуре отцовская линия это G2-FT34, доминирующая линия современных абхазо-адыгов, что говорит о вероятной абхазо-адыгсой этничности этой культуры. Продолжение в комментариях. Чат канала для дискуссий. Подписывайтесь на канал.

Родство и генетическая близость кавказских охотников-собирателей и загроских/иранских неолитических фермеров. Использованы реконструкци Ancestral Whispers. Кавказские охотники-собиратели(CHG) и иранские неолитические фермеры(INF) суммарно в среднем занимают немногим меньше половины генофонда современного Кавказа. Эти популяции имею заметную генетическую близость друг к другу. Из-за этой близости иногда в научных работах при генетических расчётах используют только один из этих компонентов или объединяют их, чтобы избежать неточностей в их пропорциях. Такая генетическая близость может быть археологически объяснена их общим происхождением из Барадостской культуры раннего верхнего палеолита, или, что хртнологически более правдоподобно, от более поздней Зарзийской, находившихся в регионе Загроса на севере Ирана, немного задевающем и территорию современного Ирака на границе с Ираном. От Барадоской или Зарзийской культуры могут происходить некоторые культуры как Загроса, так и Кавказа. Такими Кавказскими культурами могут быть, связаные с CHG, Мезолитическая Триалетская, Имеритинская и Чохская(возможно, через посредничество Триалетской мезолитической) культуры. В Загросе же синхронно с ними продолжалась Заразийская культура и затем появилась Млефаатская культура, которые могут быть связаны с INF. У обеих этих популяций обнаруживаются различные гаплогруппы J, что тоже может намекать на общие корни, но у INF также присутствовала гаплогруппа R2, имеющая, вероятно, более северное происхождение. В целом, несмотря на близость, эти популяции генетически отличимы. Также значительно отличался их быт. Если CHG жили за счёт охоты и собирательства, то INF перешли к производящему хозяйству и, возможно, даже были самыми первыми скотоводами. Чат канала для дискуссий. Подписывайтесь на канал.

🔠🔠🔠🔠🔠🔠 🌟 Введение Вопрос о происхождении кумыков, одного из крупнейших тюркских народов Северного Кавказа, долгое время оставался предметом острых дискуссий. Упрощённый взгляд на кумыков как на "пришлый" степной этнос, вытеснивший или полностью замещавший коренное население равнин Дагестана, не выдерживает критики при комплексном междисциплинарном подходе. Ключевая методологическая ошибка таких построений заключается в отождествлении происхождения языка (лингвогенеза) с происхождением народа (этногенезом и эволюцией его генофонда). По поводу происхождения кумыков в историографии выделяются две позиции: одни исследователи придерживаются миграционной теории, причисляя их к тюркоязычным кочевникам (гуннам, савирам, булгарам, хазарам, огузам, кипчакам). Однако большинство сторонников миграционной версии никогда специально не занимались проблемой происхождения кумыков, касаясь её лишь мимоходом[1]. Учёные же, вплотную исследовавшие этногенез кумыков, обоснованно считают их коренными жителями Дагестана. Именно это разграничение составляет ядро концепции Г. С. Фёдорова, который на основе комплексного историографического материала подчёркивал автохтонность основы кумыкского народа [1]:

...основу этногенеза кумыков составляет местное население, занимавшее предгорные и равнинные районы Дагестана с первобытнообщинного строя. Местные племена гелы, каспии и др. на протяжении всего раннего и развитого средневековья подвергались влиянию материальной и духовной культуры пришлого тюркоязычного населения. В образовании кумыкского народа главная роль принадлежит местным племенам, относящимся к каспийскому и кавкасионскому антропологическому типу.

Анализ источников показывает, что предки кумыков жили в регионе с глубокой древности. При этом проникновение тюркоязычных групп проходило волнами, а сам процесс языковой трансформации ("отюречивания") местных племён Северо-Восточного Дагестана включал три основных этапа[1]: 🔸С конца IV в. до образования Хазарского каганата (середина VII в.): начало массового проникновения тюркоязычных племён, связанное с эпохой "Великого переселения народов" и миграцией гуннов (конец IV — начало V вв.); ▫️С 40-х гг. VII в. до конца X в.: период хазарского присутствия и социокультурного взаимодействия; ▪️XI–XII вв.: появление и частичное оседание половцев-кипчаков. Таким образом, кумыки - это коренные дагестанцы, воспринявшие тюркский (половецко-кипчакский) язык и отдельные элементы степной материальной и духовной культуры[1]. Важно отметить и личный фактор, Г. С. Фёдоров сам был кумыком, что исключает любые подозрения в личной предвзятости или стремлении занизить роль тюркского наследия. Его выводы опирались строго на академический анализ и за прошедшие три десятилетия с момента выхода его диссертации в научной литературе так и не появилось исследований, способных аргументированно опровергнуть концепцию автохтонности. Сложившаяся картина находит полное подтверждение и в данных современной генетики. Для описания этногенеза кумыков попробуем использовать теорию двойной наследственности (Dual Inheritance Theory / DIT). В её рамках этот процесс объясняется коэволюцией двух независимых каналов: вертикального (генетического), передавшего кавказский автохтонный базис, и горизонтально-наклонного (культурного), транслировавшего тюркский язык и социальные практики. 1️⃣Генетический канал: кавказский автохтонный базис С точки зрения теории двойной наследственности, генетическая линия передачи биологической информации демонстрирует высокую степень устойчивости и непрерывности. Современные данные однозначно подтверждают кавказский субстрат генофонда кумыков (перев. с англ.)[2]:

Позиция кумыков на границе генетического кластера отражает то, что основная часть их генофонда связывает их с кавказоязычными популяциями Дагестана, связывая их биологическую историю с автохтонным населением бронзового века, а не с глубокими степными миграциями из Центральной Азии.

Данные ДНК-анализа демонстрируют следующие ключевые особенности [2]: 🔸Отцовские линии (Y-хромосома): Преобладающими гаплогруппами у кумыков являются J1 (36%), R1b (19%), J2 (13%) и G2a (11%) [2]. Основной массив линии J1 представлен субкладом J1-Y3495, восходящим к древнему населению Дагестана (возрастом около 6.5 тыс. лет), что объединяет кумыков с даргинцами, аварцами и лезгинами [2]. 🔵Отсутствие степного компонента: В генофонде кумыков практически отсутствуют отцовские линии, характерные для центральноазиатских кочевых популяций (например, караногайцев) [2]. 🔵Аутосомный профиль (PCA): Анализ главных компонент [3] показывает кластеризацию кумыков внутри кавказского генетического пространства при минимальной (не превышающей единичных процентов) доле восточноазиатской/алтайской примеси [3]. Биологическая преемственность доказывает, что распространение тюркского языка среди предков кумыков происходило по модели языкового сдвига (language shift) без массовой демографической замены местного населения [2]. 2️⃣Археологический субстрат и антропологические доказательства Археологический материал Прикаспийского и Предгорного Дагестана фиксирует глубокую непрерывность оседлого населения региона [1]. Стратиграфия местных памятников показывает преемственность земледельческо-скотоводческого уклада со времён каякентско-харачоевской культуры позднего бронзового века до позднего Средневековья [1]. Местная культурно-хозяйственная база не исчезала, а последовательно вбирала и адаптировала отдельные элементы уклада степных кочевых и полукочевых групп [1]. Данные физической антропологии полностью согласуются с археологической картиной [1]. В антропологическом отношении кумыки принадлежат к каспийскому типу европеоидной расы с ощутимым участием кавкасионского компонента [1]. Отсутствие выраженных монголоидных черт в физическом облике этноса исключает концепцию о полной смене населения пришлыми степными группами и выступает самостоятельным доказательством его кавказских автохтонных корней [1]. 3️⃣Культурный канал: механизмы трансмиссии языка В отличие от генов, передающихся от родителей к потомкам (вертикально), элементы культуры распространяются также через наклонную (от социальных институтов и властных элит) и горизонтальную (между современниками) трансмиссию. Находясь на пересечении торговых путей Прикаспийского Дагестана, тюркский язык выполнял роль универсального языка межэтнического общения (lingua franca). DIT объясняет заимствование языка двумя эволюционными механизмами: 🔵Ориентация на престиж (Prestige-biased transmission): Перенимание языка доминирующих политико-экономических и военных элит региона. 🔸Конформистское усвоение (Conformist bias): Освоение языка, дающего максимальную адаптивную выгоду при интеграции в региональную систему торговли и управления. ☀️ Заключение Междисциплинарный синтез на основе теории двойной наследственности (DIT) подтверждает концепцию Г. С. Фёдорова и подкрепляется современными генетическими данными: 🔸Генетический канал (Вертикальный): Кумыки являются непосредственными потомками древнего автохтонного населения Восточного Кавказа [1,2]. ▪️Культурный канал (Наклонный/Горизонтальный): Кумыки сформировали тюркский языковой профиль в процессе социокультурной эволюции и межэтнического взаимодействия без утраты своего биологического субстрата [1]. Источники: 1. Федоров Г.С. История происхождения кумыков. Махачкала, 1996. 2. Agdzhoyan A.T. et al. Origins of East Caucasus Gene Pool: Contributions of Autochthonous Bronze Age Populations and Migrations from West Asia Estimated from Y-Chromosome Data. Genes. 2023. 3. Balanovska E.V. et al. The role of Caucasian, Iranian and Steppe populations in shaping the diversity of autosomal gene pool of the Eastern Caucasus. Bulletin of Russian State Medical University. 2023. #Кумыки #Этногенез #ИсторияДагестана #ИсторияКавказа #Дагестан 🗡️ Цахурский Архив