Sergey Vakulenko

Если мне приставляют нож к горлу или сулят банку варенья и корзину печенья и предлагают прокричать лозунг, я не стану кричать лозунг. Совершенно не важно, какой именно лозунг, горячо согласен я с содержанием или жестко против, мне все равно. Если ко мне приходят с "проверочным вопросом", я не стану на него отвечать, не важно, соответствует ли ответ, который хочет вытащить вопрошающий моим представлениям о мире или не соответствует, не в этом дело. Я не играю в virtue signalling in не поддаюсь на шантаж такого рода. Я не буду этого делать. На том стою и не могу иначе. Очень давний принцип, еще со школы. Иногда мне приходилось платить за такие убеждения и жить без них явно проще. Но менять их не собираюсь.

Через полчаса https://www.youtube.com/live/MR9GmIvK-0w?is=V1lMnqzmMwnfxKb3

Анатомия бензинового кризиса – насколько очереди за бензином являются хорошим индикатором недостатка бензина? Бензиновые кризисы случаются удивительно часто. В Великобритании они были в 2012 и в 2021 годах, в США – в 2021-м. В Великобритании они не были связаны с дефицитом бензина как таковым – там случились кратковременные перебои в цепи поставок. В США дефицит возник из-за хакерской атаки на крупнейшего транспортировщика и дистрибьютора топлива Colonial Pipeline, что на время нарушило его работу. Удивительно, что последствия краткосрочных нарушений разгребались в течение месяца во всех случаях. В Великобритании в 2021-м в некоторых регионах топливо (вообще хоть какое-то) по данным ассоциации независимых продавцов топлива (65% всех заправок Великобритании) было только на 10% заправок, входящих в ассоциацию. В благополучных – на половине. Кризис продолжался больше месяца, хотя власти устранили корневые причины, создавшие кризис, в течение дней. Похоже на то, как после блэкаута в электросети нормальная ситуация может восстанавливаться неделю, хотя порыв в магистральной ЛЭП, запустивший блэкаут может быть устранен за часы. Есть раздел теории операций, называемый теорией массового обслуживания или теорией очередей. Существует математическая модель того, как случаются такие кризисы и почему они устойчивы. Современные заправки не держат слишком много топлива, они работают фактически с колес. Это и на Западе, и в России так, это результат многолетних усилий по оптимизации цепочек поставок, позволяющих снизить необходимые запасы топлива на складах (с точки зрения компаний, вечный запас товара – это омертвленный капитал, а когда его удается снизить, вся выручка от продажи – это мгновенная прибыль). Ажиотажный спрос способен довольно быстро осушить этот запас, и тогда нужен большой парк бензовозов, чтобы его оперативно восполнять, но этого излишнего парка тоже нет из-за борьбы за эффективность и сокращение непроизводительных затрат на содержание недоиспользуемых бензовозов. Рациональное поведение единичного водителя, увидевшего признаки кризиса, состоит в том, чтобы поддерживать запас бензина в баке. Это означает две вещи – во-первых, средняя заполненность баков всего автопарка становится около 90%, а не около 50%. Это разовый всплеск спроса на довольно значительную величину, около 5% от годового потребления. Во-вторых, это значит, что каждый водитель начинает посещать заправки в несколько раз чаще, чем в спокойной ситуации. Это увеличивает очереди и сигнализирует другим водителям, что с бензином есть проблема, подталкивая их к такому же поведению, что создает положительную обратную связь. Заметим, лимиты на покупку топлива только ухудшают ситуацию, заставляя чаще заезжать на заправки. Основной вывод здесь такой – относительно небольшой дефицит топлива может спровоцировать значительный и длительный топливный кризис. Сами по себе метрики такого кризиса – число заправок без товара, длительность очередей – могут быть плохо скоррелированы c тем, насколько сократился физический объем предложения товара. Значительное сокращение практически всегда будет означать либо полномасштабный кризис с очередями и сухими заправками, либо рационирование (карточки, и как следствие, параллельный черный рынок). Но очереди и сухие заправки могут появляться и при минимальном падении предложения и длиться после того, как первопричина исчезла. Если кризис определяется через наличие очередей и закрытые заправки – это одно. Если через физическое сокращение предложения в несколько раз, свидетельством и доказательством чего объявляются очереди, это ошибочно. https://www.econstor.eu/bitstream/10419/320301/1/quan200319.pdf https://ktjhofmann.github.io/assets/pdf/PanicBuying.pdf https://www.reuters.com/world/uk/uk-gas-stations-are-running-dry-english-cities-retailers-association-says-2021-09-27/

Откуда берутся данные об объеме переработки, выпуске тех или иных топлив, работе заводов? Часть 2. Есть еще один метод, заработавший недавно – это данные предложения на SPIMEX, Санкт-Петербургской Товарно-Сырьевой Бирже. По закону, все заводы, участвующие в государственных схемах субсидирования нефти для переработки, обязаны выставлять не менее определенной доли своего производства бензинов, дизтоплива и авиакеросина на эту биржу. Разрешение этих данных – 1 день. Раньше заводы требованием выставлять объемы на биржу манкировали, сейчас за его исполнением следят. Если сличить график предложения на бирже с новостями, когда по какому заводу ударили, сколько мощностей выбили, сколько осталось, когда завод снова начал перерабатывать нефть, корреляция очень сильная. Каждый из этих методов анализа не идеален и не гарантирует полной точности, но основные поставщики данных и информации используют их в комплексе. Большинство из них распространяет свои материалы по платной подписке, хотя какие-то элементы просачиваются время от времени в мейнстримную прессу, особенно в горячее время, как сейчас. У некоторых из них подписка очень дорогая, тысячи долларов в месяц, но с точки зрения абонентов она того стоит. Наличие или отсутствие на рынке российской нефти и нефтепродуктов, уменьшение поставок дизеля за счет увеличения поставок нефти или наоборот, заметно влияет на мировые балансы и на цены, так что, эта тема горячо волнует далеко не только российских автолюбителей, украинских военных или тех, кто болеет за Украину или Россию в войне. Для трейдеров нефтью и нефтепродуктами, биржевых спекулянтов, инвесторов в акции нефтеперерабатывающих компаний эта информация влияет на решения стоимостью в десятки миллионов долларов, и провайдеры это знают. Предоставление неаккуратной информации будет означать, что клиенты откажутся от подписки, так что, у тех, кто публикует информацию, шкура в игре, для них цена вопроса тоже существенна. Соответственно, когда я отслеживаю агрегированные данные по России, я могу, конечно, сам собирать нужные мне цифры из базовых, и время от времени проделываю это, чтобы убедиться, что качество данных остается правдоподобным. Но в рабочем режиме бывает достаточно просто брать цифры из пары-тройки источников, смотреть, насколько они бьются между собой и исследовать причину значительных несовпадений, если такая наблюдается. Как от значений объема переработки переходить к объемам производства бензина, я тоже рассказывал, но повторю. И по стране в целом, и по каждому заводу известны выходы, во сколько килограммов каких продуктов превращается тонна нефти. Например, 280 кг бензина, 220 кг дизеля, 50 кг керосина, 200 кг мазута, 250 кг прочих продуктов. На другом заводе может быть 170 кг бензина, 590 кг дизеля, 90 кг керосина, 50 кг мазута, 100 кг прочих. Эти пропорции достаточно стабильны в широком диапазоне загрузки, а нестабильность и изменения можно заметить по структуре экспорта. Сведения с мест, от коллег и знакомых из России, это полезный источник для спот-чека, но на него нельзя полагаться как на регулярный, как правило, это событийная информация, а не цифровая, из одной-двух точек, сильно преломленная восприятием человека, который ее сообщает. Никакого единства методологии из месяца в месяц такой подход тоже не дает. У моего подхода есть недостаток – я практически никогда не могу сказать точно, какова ситуация сейчас, а не пару-тройку недель назад. Могу отталкиваться от последней известной точки и прикидывать с известными допущениями эффект последних событий, но о некоторых, как о прилетах в НПЗ, известно хорошо, а например, о перезапуске какого-нибудь другого НПЗ будет известно не сразу, об этом нынче принято помалкивать. В подавляющем большинстве случаев для практических целей это и не нужно. Журналистам для новостных эфиров, конечно, хочется мгновенных оценок, формат требует, но и только.

Откуда берутся данные об объеме переработки, выпуске тех или иных топлив, работе заводов? Часть 1. Удобно говорить, что данные от российских властей, они врут, поэтому не считается. На практике это утверждение ложно. Способов получить данные об объемах переработки несколько. Первичные данные – это формы отчетности, которые собирает ЦДУ ТЭК, организация при Минэнерго. Они публикуют множество справочных бюллетеней, до 2022 года они были доступны и зарубежным подписчикам, а сейчас – только российским под грифом «Для Служебного Пользования». От них данные попадают и в Росстат. До 2016 года он публиковал очень укрупненные данные о промышленном выпуске, а вот с 2017 по 2023 – в наличии была ежемесячная статистика в разбивке по широкой номенклатуре продуктов и по федеральным округам. Есть и различные косвенные способы посмотреть на объем переработки. Первый – это материальный баланс. Добыча нефти минус экспорт сырой нефти равно объем переработки. Хоть сколько-то значимого объема хранилищ в России нет. Добыча нефти известна, в частности, по данным, которые Россия сдает в секретариат ОПЕК, причем, последние несколько лет эти цифры аудируются двумя авторитетными отраслевыми агентствами. Объемы переработки Россия в секретариат ОПЕК, кстати, тоже сообщает, но поквартально. Экспорт легко измеряется, особенно сейчас, когда Россия экспортирует нефть всего в несколько стран. Есть данные индийской, китайской, венгерской и словацкой таможни. Есть отслеживание по отправкам танкеров. Оставшееся, как ни крути, это объем переработки. Больше нефти просто деваться некуда. Есть еще один способ – по экспорту нефтепродуктов. Россия традиционно экспортирует много дизтоплива и заметный объем темных нефтепродуктов (мазута, газойля и «маловязкого судового топлива», собственно, того же мазута). Внутреннее потребление этих продуктов известно и весьма стабильно. Есть сезонность, но ее легко учесть по опыту прошлых лет. Берем экспорт, который практически весь морской, а потому легко измерим, прибавляем внутреннее потребление, имеем объем производства этих продуктов. При сохранении технологического процесса объем производства прямо пропорционален объему переработки (и объему производства бензина). Если технологический процесс нарушается, например, разрушены гидрокрекинги, в которых мазут конвертируется в дизель, или каткрекинги, превращающие мазут в бензин, можно увидеть это по изменению пропорций продуктов в экспортной корзине. Эти способы особенно любят старые агентства – Wood Makenzie, Argus, S&P Global Commodities Insight (бывший CERA/IHS/Markit + Platts), отчасти Rystad и EA Analytics. Новые агентства – Kpler, Vortexa, практически полностью полагаются на большие данные – танкерную статистику и спутниковые наблюдения за НПЗ. Существуют спутники с высоким разрешением в различных диапазонах (тепловое излучение, видимый свет), по данным которых можно сказать, какие установки работают на каких заводах. И есть журналистские методы – спрашивать людей в отрасли, сотрудников компаний, чиновников, трейдеров, аналитиков, самых разных, что они думают, и на основе их мнения выводить некоторую консенсусную цифру. В Рейтерс, Блумберге, Платтс есть люди, которые годами сидят на очень узких темах, вроде российской нефтепереработки, они постоянно в этой теме и постоянно компилируют эти источники данных. Насколько я понимаю, время от времени журналистам в руки могут попадать загрифованные таблицы ЦДУ ТЭК, которые они тоже используют, чтобы проверить свой анализ, но это никогда не единственный источник. Есть общедоступный источник данных CREA Russia Fossil Tracker, получающий данные от Kpler, есть Агентство Энергетической Информации (EIA) министерства энергетики США (лаг в наличии данных по России может быть до полугода, но можно использовать для поверки старых данных других источников).

В Новой Газете Европа опубликованы письменные ответы обоих участников грядущих дебатов. Мои вы уже видели, я их с утра выложил в Сабстеке. Теперь можно ознакомиться и с позицией Вячеслава Ширяева. https://novayagazeta.eu/articles/2026/08/24/udary-dronov-vsu-po-npz-smertonosny-dlia-rossiiskoi-ekonomiki Сначала в статье идет предыстория, потом воспроизведена моя позиция, и примерно на 2/3 текста начинаются ответы Вячеслава.

Кстати, тем временем, вышло новое видео на нашем канале https://youtu.be/CY534XMCO6Y

Ровно неделю назад я выступал на The Breakfast Show, обсуждая положение дел на топливном рынке России. Два дня спустя там выступил Вячеслав Ширяев, предложивший задать мне острые вопросы, чтобы я на них ответил. Я этот вызов принял. Мои ответы ниже. Текст получился развернутый и с картинками, так что, в Сабстеке. https://sergvakulenkor.substack.com/p/174 Если интересно, вот транскрипт фрагмента эфира, в котором Вячеслав бросает мне вызов: Александр, я был бы очень рад, если бы вы с Кириллом задавали бы эти вопросы, например, господину Вакуленко. После появления которого в вашем эфире мне написали очень многие люди и сказали: "А вот что происходит? Как могут дважурналиста сидеть, слушать?" Я говорю: "А, они улыбались хотя бы, когда он говорил, что это сезонно, что 4 млн баррелей переработка нефти в сутки". Они говорят: "Нет, не улыбались". И Плющев, и Мартынов сидели серьёзными лицами и слушали, и кивали. В этот момент я подумал, что, вы знаете, пора уже людям, которые выходят в публичное пространство, давать письменное согласие на то, что они готовы не с журналистами общаться по этим вопросам, а с людьми, которые могут им задать правильные вопросы. Потому что то, что сейчас происходит, оттягивает э окончание войны на месяцы. Вот я хочу поставить вопрос ребром. Э-э, понимает ли кто-то, что когда такие люди, как Вакуленко и другие, приходят и говорят о том, что это временные трудности, всё под контролем, 4 млн баррелей в сутки, когда, ясно же, что 65% 70% переработки бензина уничтожено. Я это с конца мая говорю, с выкладками. Я пишу в Telegram-канале по каждому заводу, где сколько производится, где сколько осталось, куда дальше прилетит, что произошло там, что произошло сям.Нет, при этом приходят люди и пользуясь тем, что им не могут задать правильного вопроса, пользуясь тем, что можно всегда сказать: "Нет, я не согласен на дебаты с Ширяевым". Да, пользуются этим и разносят нарративы, которые продолжают эту войну, потому что миллионы людей до сих пор думают, что у Путина всё прекрасно, что с бензином никаких проблем нету, что можно воевать ещё годами. Вот борьба с тем, что сейчас происходит, происходит в информационном пространстве, должна быть бескомпромиссной. Дорогие подписчики, напишите, согласны вы или нет. Поэтому, чем дольше люди будут пребывать и в России, и в элитах, в ощущении, что у Путина всё под контролем, чем больше журналисты, даже оппозиционные, будут давать трибуны. Я ничего не против против не имею плюрализма. Я за то, чтобы люди приходили, высказывали разные точки зрения, но с одним условием. Они должны быть согласны пообщаться на эту тему с человеком, который говорит правду. Вот и всё. Либо письменно, хотите письменно, я вам напишу вопрос, вы передайте господину Вакуленко, он письменно ответит, если он не хочет с Ширяевым общаться. А вы потом зачитаете от вопрос Ширяева, ответ Вакуленко. А там вопрос встречный от Вакуленко к Ширяеву. Ширяев готов и в прямом эфире, и лично, и очно в студии, оффлайн, онлайн, как угодно объяснить всем этим людям.»

Третьего дня я выступал на The Breakfast Show у Александр Плющев c разговором о ситуации с бензином. А нонеча там же выступал Viacheslav Shiryaev (ссылки на оба выступления будут в комментариях), вызывавший меня на дебаты, причем, прозвучало это так, что я и такие, как я, этого боятся и на дискуссию не выйдут. Я ответил Александру Плющеву, процитирую этот ответ и здесь. ------- ...я дебатов не боюсь, если надо - дебатнусь. Устно, письменно, жестом, пантомимой, языком букетов - не вопрос. Письменно, впрочем, проще, ибо этот разговор потребует предъявления данных, графиков и ссылок. Я бурно, ожесточенно согласен с его утверждением "Вешать лапшу на уши несведущим людям он не должен. А каналы не должны давать трибуну тем, кто вешает лапшу на уши." - я и сам регулярно призываю к этому же. Люди имеют право на ошибку или заблуждение, но если у человека есть track record множества откровенно ложных высказываний в области его декларируемой экспертизы, такого "эксперта" звать не стоит. Но с другой стороны, just for the record - с г-ном Ширяевым я доселе никогда не пересекался, никаких картелей, перчаток или вызовов на дебаты в прочей форме я от него не получал, так что, мне крайне любопытно, на чем основывается его фраза, что я не готов на дебаты с ним. У меня есть сильные опасения насчет его манеры ведения споров - я не готов, действительно, спорить с человеком, который будет все время перебивать, перевирать сказанное и использовать прочие некорректные методы, так что, если речь зайдет о дебатах устных, надо будет договориться о регламенте и модераторе, который будет способен этот регламент поддерживать, но это мое единственное опасение. ---------------------------- На мой взгляд, разумный формат в этой ситуации таков - г-н Ширяев присылает мне свои вопросы, я отвечаю и задаю свои, он отвечает, публикуем это на его и моем тг-каналах и в ФБ, после чего идем в эфир прояснять. Обусловлено это вот чем - я настаиваю, что мои заявления базируются на конкретных цифрах, берущихся из понятных источников, и прозрачных манипуляциях с этими цифрами. Все это я готов продемонстрировать (и кстати, регулярно и демонстрирую в своих статьях), но это материал, который лучше читать, а не слушать, а в эфире, в заявлениях впроброс, возможность спокойного обсуждения таких материалов без того, чтобы вогнать слушателей в сон, крайне ограничена. Если мы оба сможем ссылаться на уже опубликованные тексты, таблицы и графики, я надеюсь, дискуссия будет плодотворней. (В комментариях будет несколько бонус-материалов)

Экспорт нефтепродуктов из Индии в Россию за 18 месяцев с января 2025 года по данным индийской таможни. Это, заметим, по отправкам, а не по приходу в Россию. Картинка красноречивее многих слов. Оно, конечно, в июне 2026-го есть заметный рост, но прямо скажем, все эти объемы - это околонуля, так что, я поленился смотреть детальнее, сколько это в тоннах и каких именно продуктов - все равно не материально.

В канале есть свежее видео, смотрите. https://youtu.be/zhG2DOVgpD0 Хейтеры в комментарии в ютубе уже набежали, правда, пока ни одного сравнения с Шольцем, Гомером Симпсоном и Пеннивайзом, прямо не знаю, что я в этот раз сделал не так :) (нет, не надо оставлять там таких комментариев). Ну и пусть им, алгоритмы ютуба не различают, хейтерские комментарии, или льстивые. Но ваше мнение мне всегда интересно.

Коллеги, грядет новый регулярный эфир на нашем канале, задавайте, пожалуйста, вопросы.

В 2025 году ВВП России был 214 трлн рублей. Бензина страна потребила, если грубо, 40 млн. тонн. 53 млрд. литров, по розничной цене 70 рублей за литр на конец года — примерно 3.5 трлн. рублей. Дизеля - 50 млн. тонн или 60 млрд. литров. По розничной 75 рублей за литр — 4.5 трлн. рублей. Итого — ВСЕ расходы экономики России на моторное топливо составили 8 трлн. рублей или 3.7% ВВП. Когда заходит разговор что повышение цен на топливо должно разогнать инфляцию на сотни процентов, потому что топливо во всем, вот возьмите буханку хлеба — в ней топливо сидит и в себестоимости пшеницы, и муки, и в логистике, и в том, что рабочим хлебокомбината надо до работы доехать, и поскольку бензин там везде, инфляция умножается на инфляцию и цены на все при повышенит цены бензина вдвое тоже неминуемо вырастут даже не вдвое, а больше, то вспомните, что для оценок объективных эффектов для страны и экономики в целом не надо считать, сколько там потребляет комбайн для обработки гектара пшеничного поля, какая там урожайность, сколько рабочий хлебозавода тратит на транспорт в пересчете на одну буханку, которую он выпекает. Есть готовая цифра для экономики в целом. 3.7%. На самом деле, все даже хитрее, потому что у России большой экспорт, он сырьевой и крупнотоннажный, в нем сидит довольно много затрат на мотрноеттопливо (довольно много относительно 3.7%), и импортирует страна товары, в которых доля затрат на топливо ниже. Дальше можно много говорить об инфляционных ожиданиях и прочем, доля истины в этом будет, но все таки на одних ожиданиях цены долго держаться не могут. Цены, взлетевшие на ожиданиях, если ожидания не подкрепляются реальностью, обычно падают. Рабочие могут просить прибавки, ожидая, что автобусные билеты подорожают, но работодатели этой прибавки не дадут. И другой работодатель, к которому постарается сунуться испуганный потенциальным ростом цен рабочий, тоже не даст. И у булочника поднять цены не слишком получится. Даже со ссылками на дороговизну овсов, тьфу, дизелей. в этом сезоне. Так что, каждый раз, когда вам говорят, что если бензин подорожает на 10%, то хлеб - на 20%, а поскольку хлеб едят все и на машинах ездят все, так что, все остальное подорожает на 30%, и это запустит инфляционную спираль, попробуйте все-таки представить, как это может работать на самом деле, и долго ли может, и помните про 3.7%. PS да, разумеется, физическое отсутствие топлива, создающее проблемы для доставки товаров и людей, может создать множество проблем, в том числе, выливающихся и в рост цен. Но это уже совсем другая история и обсуждать ее надо отдельно. Но во многих комментариях, как профессиональных комментаторов, так и в соцсетях, приходится видеть, слышать, читать как чуть не аксиому, что «а кроме прочего, рост цен на бензин запустит спираль инфляции». Нет, не запустит, так это не работает.

Про мини-НПЗ https://storage.googleapis.com/crng/russia-fuel-crisis-solutions.html

Я несколько устал обсуждать очередной раунд украинской кампании против российских НПЗ, так что, отвлекся на другую тему и решил поработать в научно-популярном жанре. О ресурсном проклятье, биржевых и рентных товарах, голландской болезни и прочих подобных материях на сабстеке по ссылке в первом комментарии. Любопытно, кстати, что статья про голландскую болезнь была одним из моих первых публицистических опытов, вышла она в Полит.Ру еще в прошлом веке. В русской Википедии статья о голландской болезни первая ссылка до сих пор ведет на архивную копию того текста. https://sergvakulenkor.substack.com/p/f9e

В Экономисте сегодня вышла вот такая статья. Я был сильно более осторожен в прогнозах и вообще очень не люблю их давать, но когда клещами тянут, приходится — и тоже ошибся. Я ожидал и более серьезного роста цен и уж точно не ожидал такого быстрого падения. В этом я был не одинок, практически все профессионалы думали так же, некоторые торговали на этих предположениях и им это довольно дорого обошлось. На нефтяном рынке, похоже, действительно что-то меняется, посмотрим, как надолго.

Выпуск внеочередной, но думаю, лишним не будет. Так увлеклись разговором, что изрядно превысили обычный хронометраж.

В связи с атаками на Московский НПЗ и обсуждением возможного дефицита бензина и прочих топлив, встает закономерный вопрос, а сколько вообще в стране нефтепереработки, сколько и каких нефтепродуктов потребляется, как это исторически развивалось. Надеюсь, несколько графиков смогут внести ясность. Источники данных тут самые разные - Росстат, современные данные об объемах переработки, собираемые по крупицам правдами и неправдами, исторические данные из разных источников, от Statistical Review of Energy до отсканированных сборников Госкомстата СССР. Обсуждать тут можно многое и долго - почему выпускается так много дизтоплива относительно его потребления, что такое "прочие легкие дистилляты" и почему их так много, как, почем, за счет чего падала и росла нефтепереработка, как отличается нефтеперерабатывающая промышленность России 2026 года от 2010-го и 1992-го, и на каждый этот вопрос можно написать большой пост, а меня и так упрекают, что пишу слишком длинно. Так что, пусть говорят картинки.

В связи с атаками на Московский НПЗ и обсуждением возможного дефицита бензина и прочих топлив, встает закономерный вопрос, а сколько вообще в стране нефтепереработки, сколько и каких нефтепродуктов потребляется, как это исторически развивалось. Надеюсь, несколько графиков смогут внести ясность. Источники данных тут самые разные - Росстат, современные данные об объемах переработки, собираемые по крупицам правдами и неправдами, исторические данные из разных источников, от Statistical Review of Energy до отсканированных сборников Госкомстата СССР. Обсуждать тут можно многое и долго - почему выпускается так много дизтоплива относительно его потребления, что такое "прочие легкие дистилляты" и почему их так много, как, почем, за счет чего падала и росла нефтепереработка, как отличается нефтеперерабатывающая промышленность России 2026 года от 2010-го и 1992-го, и на каждый этот вопрос можно написать большой пост, а меня и так упрекают, что пишу слишком длинно. Так что, пусть говорят картинки.