прикладная урбанистика

Малый город сам себя не разовьёт Разбираю свой видеоархив для книги «Новая российская урбанистика». Находка — доклад о малых городах на форуме БРИКС, запись 2023 года. Нет смысла обсуждать развитие городов, сёл и агломераций по отдельности. Есть смысл говорить о системе расселения — как мы живём на территории: кто мы, как взаимодействуем, у кого какая ответственность. Малый город сам себе не разовьёт — всё, что он может, он уже делает: выживает, хранит идентичность и хрупкость. Ответственность за развитие малых городов должны брать большие. В Калининградской области три года медленно вбрасываю тему: Калининград роль столицы не выполняет — впитывает туристов, вымывает людей из малых территорий, а обратно возвращает точечно и не совсем верно. Что столица реально может дать маленькому городу? Честный политический анализ расстановки сил — без оценок «наши/ваши». Чиновники, силовики, предприниматели, бывший глава с командой, активисты, внешний эксперт, купивший дачу. Команда губернатора такую карту не построит — она сама участник этих отношений. А когда карта интересов видна, понятно, к кому идти и кого с кем дружить. Появляется стратегический уровень. Мы прошли анкетой горожанина 24 муниципалитета Калининградской области — около 88 тысяч ответов, ещё 20 муниципалитетов — в Псковской. Ключевой вопрос: готовы ли вы встречаться с экспертами по темам, которые вас волнуют? Больше половины «да» — город не безнадёжен, собираем проектный семинар. Дальше главная развилка — поведение главы. Сказал «спасибо за идеи, дальше мы сами» — всё: люди будут ждать, что он всё сделает за них. Отпустил контроль — начинается развитие. На старте территорию вытягивают четыре типовых проекта: общественно-культурный центр — «общественная администрация», где люди сами ремонтируют заброшку, платят ЖКХ и учатся управлять; перезапуск рынка; продюсерский центр для календаря событий; творческий кластер — только не франшиза за 15 миллионов в городе, где меньше миллиона жителей. Светлогорск, 14 тысяч человек: из сквера, где рынка никогда не было, сделали фермерский рынок. Управляет команда из пяти, работает около тридцати фермеров, оборот — 30 млн в год. Славск: заброшенные гаражи администрации и двухсотлетний дуб в центре — за три дня с двадцатью жителями построили рынок мастеров. Единственное пространство в городе, которое не вандалят: вандалы его и строили. А в Немане, куда приходит завод на 900 новых работников, отговариваю строить отдельный микрорайон — это новое социальное гетто и колонизация. Город не любит, когда к нему относятся как к придатку, и начнёт саботировать — слухами, по-колхозному. 📌 Ключевое. Стратегия — это не «построить физкультурный объект». Стратегия — это кто вы и куда идёте; идентичность — с кем вы и какие вы. Может быть, вам вообще ничего не нужно строить — наоборот, снести то, что мешает работать. Запись: https://youtu.be/c62iJqlSKyg #урбанистика #малыегорода #сообщества #архив

Кемерово, наши дни.

Кемерово становится другим: как город готовится к «Пелене» Мы следим за подготовкой к фестивалю медиаискусства и видим, как Кемерово становится другим. Прямо сейчас техники и художники монтируют конструкции, настраивают свет и звук, готовят площадки в разных частях города. Эта работа уже показывает настоящий масштаб. Вместе с ним предвкушение становится еще больше! Что уже готово и что мы увидим в городе: ▪️ На Московской площади появится «Куб» от Folly Room — автономная аудиовизуальная система. Сначала она будет работать сама по себе, затем к ней подключатся живые музыканты, и площадь превратится в пространство для открытой импровизации. ▪️ На станции «Орбита» нас ждет проект «Рефлектор» от Tonoptik. Он превратит спутниковую антенну в прибор, который регистрирует невидимые физические сигналы и космические мюоны. Сложная физика станет одной линией света — работа о связи человека с тем, что за пределами привычного восприятия. ▪️ Музыкальный театр станет гигантским экраном для маппинга: архитектура потеряет привычные свойства — колонны «задвигаются», а здание превратится в изменчивую синтетическую материю. ▪️ В Музее-заповеднике «Красная Горка» развернётся опен-колл — выставка независимых художников. На опен-колл подано 46 заявок из разных городов мира. Есть работы даже из Алматы и Буэнос-Айреса. Отдельного внимания заслуживает инсталляция «Пересечение» на территории Стартового городка «Города Талантов». Она сделана на основе оранжевых светофорных стоек, которые хорошо знакомы каждому жителю Кемерова. Художники лишают их привычной функции: вместо линз внутри размещаются управляемые световые приборы. Светофор перестаёт указывать направление и становится объектом искусства, разбивая привычный сценарий движения по городу. До открытия «Пелены» осталось совсем немного. Мы видим, как идёт монтаж и подготовка, и нам есть что показать. Город Талантов — платформа фестиваля «ПЕЛЕНА». Скоро Кемерово станет другим!

Кемерово, наши дни, кадр, который символизирует переход (сонастройку) достижений нескольких поколений, фактически передача эстафеты вызовов и возможных достижений. Фестиваль медиаискусства Пелена, первый в Сибири )) P.S. страх, любопытство, гордость, вызов, творческий поиск, ступор, радость, ужас – все эти коллективные эмоции которые испытывает сейчас команда и сообщество вокруг фестиваля и есть переход/выход из индустриального )) инициация пеленой. Лечу исследовать и вам настоятельно рекомендую!

Разбираю свой видеоархив для книги «Новая российская урбанистика». Находка — лекция в Хабаровске, 2017 год. Город некому развивать — и это не фигура речи, а вывод полевого анализа Возьмём любой российский город от 300 тысяч жителей и разложим его на социальные системы. Их пять: власть, крупные промышленные предприятия, средний бизнес, мелкий бизнес — и жители. Дальше простой вопрос: как каждая из этих систем видит город и своё развитие в нём? Мы задавали его в сотнях глубинных интервью — и складывали из ответов социальную карту города. Власть видит город как вотчину. Открой стратегию социально-экономического развития на сайте мэрии — всё, что делает власть, делается ради того, чтобы статус-кво не менялся, а лучше усиливался. Крупные предприятия давно вошли в финансово-промышленные группы — это фактически государство в государстве. Топ-менеджер в интервью прямым текстом говорит: развитие города — не моя задача. Власть и менеджмент такого предприятия — одна корпорация. Капитал чаще вывозится, чем вкладывается обратно в город. Средний бизнес — студии, маркетинг, образование, логистика — на вопрос «готов развивать город?» отвечает честно: моя задача зарабатывать и растить свою компанию. Город — только если это принесёт выгоду. Мелкий бизнес атомизирован, каждый сам за себя. Его боль — кадры и реклама: чтобы вывеску видели все и повсюду. Стоит сойти с первой линии во дворы — и выясняется, что весь этот бизнес живёт на рекламе, а не на среде вокруг. Вывод жёсткий: ни одна из больших систем в развитии города не заинтересована. Каждая обеспечивает себе лояльность и делает ровно минимум, чтобы ситуация не менялась. А между собой эти группы чаще всего в конфронтации — ресурсы девяностых так и не поделены до конца. Значит, запрос на изменение должен прийти откуда-то ещё. Мы стали искать «второй тип» — неформальные городские сообщества. Признак простой: люди объединились сами, никто их не создавал, — вокруг темы или интереса. Велосипедисты и День велосипеда, защитники животных, молодые архитекторы и дизайнеры. Молодёжи хочется общения и возможности проявить себя. Таких сообществ по стране набирается до 150 видов; в Хабаровске мы насчитали около десятка. И это не мелочь: в среднем они втягивают 7–12% жителей — больше, чем любая официальная структура. Сравните с формальным сектором. В Пензе зарегистрировано под 10 тысяч общественных организаций, государство тратит на них порядка двух миллиардов рублей — а живых среди них единицы. Остальное — пустые оболочки, через которые власть пытается решать свои задачи и не может. 📌 Город меняют не те, у кого ресурс, а те, кому не всё равно. Сила неформальных сообществ — в связях: собранные в сеть, они обмениваются компетенциями и по вопросам смыслов и уникальности начинают действовать как единый субъект. Чтобы эту сеть увидеть и собрать, мы и сделали Форум городских сообществ — свели всех в одном месте и нанесли на карту, кто с кем связан. Запись: https://youtu.be/IKwzvsXH1Js #урбанистика #городскиесообщества #постсоветскийгород #архив

Позиция новой российской урбанистики – мыслить и действовать в системе расселения (то есть проектировать роли/связи в разных масштабах).

Креативная экономика начинается с генераторов смыслов Разбираю свой видеоархив для книги «Новая российская урбанистика». Находка — лекция в Новокузнецке про креативную экономику и городскую среду, 2017 год. Ключевая проблема креативных индустрий постсоветского города — нет внятного городского заказчика. Дизайнеры — лишь часть индустрии, а как устроен сам рынок креатива, не понимает почти никто. Моя модель креативной экономики отличается от европейских — того же Флориды с его «креативным классом». Она рождена снизу, в полях и в боях. Субъектов создания творческого продукта восемь, и самые важные — не дизайнеры, а генераторы смыслов: художники, музыканты, философы, учёные, городские идеологи, краеведы. Их продукт нематериален — смысл, идея, образ, открытие. За смыслы почти никто не платит, поэтому выживают они плохо. Когда своих смыслов нет, дизайн становится приспособленным чужим — лофты и барбершопы с вилками и расчёсками на стенах. История Дениса Башева: приехал в Нью-Йорк в ведущее дизайн-агентство — «портфолио отличное, а где твоё, российское?» Вернулся — переосмыслять российский дизайн. Вдохновляясь чужим упакованным опытом, копируешь максимум форму: смыслы завязаны на идентичность и культуру. Развитие креативной экономики — это всегда экспорт. Дизайн не продаётся как логотип, если он не уникален. Добавочная стоимость креативного продукта — уникальность, актуальность, скорость. И коммуникация: конференции, форумы, туризм. Часть технологий вообще отдаётся с отрицательной стоимостью: я ещё доплачу, чтобы вы попользовались моим дизайном, — понравится, закажете более сложную услугу. А у нас открывают кофейню — и всё оборудование, все схемы покупные. К местным дизайнерам за авторской мебелью никто не приходит: берут переделанные поддоны и бочки. Быстрее всех сориентировались китайцы — наладили станки для «состаренного кирпича» и краски под старину. Городам не хватает продюсера — того, кто соединяет айтишников, дизайнеров, мебельщиков, учёных в консорциумы под конкретные городские задачи. Стояла бы задача сделать для Новокузнецка комплект уникальной городской мебели — собрал бы консорциум из дизайнеров, архитекторов, сварщиков, инженеров, юристов, экономистов и пробовал бы в формате коротких воркшопов. В Самаре так проектировали уникальную остановку — с текущей водой и вертикальным озеленением. 📌 Ключевое. Креативная экономика — не корпорация, а среда: в ней нет главного, и государства в ней нет. Это сверхсложная коммуникация, интегрированная в глобальную. Нельзя родить новокузнецкий дизайн, не встраиваясь в глобальные связи уже на этапе рождения. И ещё. Креативный класс плюнул на собственный город — но постсоветский город нельзя переделать в угоду одному классу: здесь живут и бабушки советского периода, и те, кто пережил 90-е. А в развитых странах культура встроена в любые процессы. У Японии нет ресурсов — есть мышление и коммуникация, философия компаний с принципами, ценностями, целями и смыслами. Запись: https://youtu.be/auoNWtHeMwg #урбанистика #креативнаяэкономика #новокузнецк #архив

Городов нет — есть застройка. Город ещё нужно собрать Разбираю свой видеоархив для книги «Новая российская урбанистика». Находка — большая лекция про социальное проектирование, запись 2016 года. Я представляю Центр прикладной урбанистики — горизонтальную сетевую структуру без главного, мы представлены больше чем в 150 городах. Идеология простая: развитие городов силами самих горожан. Начинается всё с неудобного тезиса — городов у нас нет. Есть улицы, генпланы, застройщики, администрации, а города как сложной социальной системы, как его задумала цивилизация, на постсоветском пространстве нет — он только зарождается. Социальное проектирование — технологии, которые позволяют городским субъектам проявиться: сообществам, ассоциациям, площадкам. Диагностика отношений даёт жёсткую картину: до 60–80% горожан — в негативе к собственному городу, нейтральных совсем чуть-чуть. Сообщество — не группа в соцсети. Виртуальных групп в Петербурге тысячи, а в нашем неформальном реестре реальных городских сообществ — около 450. Реальное сообщество — самоорганизованная группа со своей системой ценностей и регулярной деятельностью. Маркер один — событие: мы так их и искали, глядя, что происходит в городе и кто это делает. Как живёт живое сообщество. Под каждое событие штаб собирается заново из активных, а после — обязательная рефлексия, разбор полётов: попробовал новую роль — получилось, иду дальше; не справился — мой косяк, помогите разобраться. Рефлексия — самый важный элемент социального проектирования. После первых успешных событий вместо одного активиста появляются роли — идеолог, коммуникатор, организатор, модератор. Делегирование расширяет круг: у одного человека ресурс эмоций и связей ограничен, на нём всё и сгорает. Дальше — выбор архитектуры. В иерархии источник импульса всегда один и всегда наверху, сигнал идёт вниз и искажается по дороге; идеал иерархии — «он один, всё под ним, всё контролируется». Горизонталь держится на другом: обмен людьми и темами, принципы важнее личностей. И главное — синтез. У каждого городского субъекта свой язык и своя система ценностей: краеведы, архитекторы, предприниматели, чиновники. Городу нужны толмачи-переводчики и коллективные события вокруг общегородских тем — культуры, образования, городской среды. Мораторий на критику: любая идея имеет право на жизнь. Не просто фестиваль, а фестиваль-субботник с раздачей бездомных животных в добрые руки и ремонтом велосипедов. И пример из практики: спальный район, соседский центр силами креативного класса — новая функция в помещении, жители сами собираются и сами делают события, окупаемость — полгода. 📌 Ключевое. Реальное событие — единственный честный маркер живого сообщества. Не вывеска и не группа в соцсети, а регулярная деятельность, рефлексия после неё и передача ролей новым людям. Запись: https://youtu.be/2ndGyB_rXYo #урбанистика #социальноепроектирование #сообщества #архив

Деревня — это не недогород, а другая цивилизация Разбираю свой видеоархив для книги «Новая российская урбанистика». Находка 2025 года — записывал комментарий про то, чем предприниматель в городе отличается от предпринимателя в деревне. Само словосочетание «предпринимательская деревня» мне режет слух — и вот почему. Город и деревня — два разных способа организовать жизнь человека на земле. Город стоит на правилах, на тексте, на отчуждении опыта: чтобы что-то сделать, ты обязан знать, как это устроено, — прочитать регламент, получить образование, оформить документы. Город — мега-машина, где специализация и отчуждение опыта и есть главная работа: что бы мы ни производили, оно потом может существовать и без нас. Деревня — наоборот. Там нет разделения труда и формальных правил, зато всё держится на традиции, культуре, языке, живом общении, родственных связях. Человек в деревне — как в космосе: у него нет профессионального шильдика «я музыкант» или «я учитель», он сразу всё. И он не может выйти из роли — в городе я как транзистор, включился-выключился, а в деревне всё время включённый, всё время в отношениях с семьёй, соседями, общиной, природой. 📌 Поэтому в деревне предприниматель — это каждый житель. Создавать нестандартные решения там не профессия, а повседневная практика выживания. Я вижу это по подросткам в малых городах Калининградской области: в Знаменске школьники без всяких туршкол и гидов сами начали водить туристов и за деньги показывать заброшенную психбольницу. Никто их не учил — это просто их способ жить. Но логика у двух предпринимателей противоположная. В деревне ты зарабатываешь, усложняя потенциал места, — и точно не станешь стрелять себе в ногу, разрушая общину, от которой зависит твоя семья и твой род. В городе предприниматель чаще латает противоречия: неудобно — поставлю костыль. Современный девелопмент — это и есть стрельба в ногу: кто-то решил заработать на том, что люди прячутся от тревоги в квартирах, строит высотку и убивает жизнь вокруг — сам в плюсе, все остальные в минусе. Ещё одно различие — ритм. Город живёт в конфликтах, он соединяет разные культуры и идеологии, и это его сила. Деревне рывки опасны: она меняется медленно, и в этом её плюс — нашла свою уникальную полезность и капитализирует её вдолгую. Именно поэтому деревне нужен город — как выход на внешние рынки и на сложные технологии. А городу нужна деревня как квалифицированный заказчик: «спроектируй мне школу на 50 человек, которая летом становится турцентром, а зимой — местом встречи»; «спроектируй материалы, которые сохранят аутентичность, но не заставят вкладываться в толщину стен». Мы привыкли решать всё копированием — перенести городское в деревню. Но деревня отторгает чужое. Даже библиотека там — не библиотека, а коммьюнити-центр, детский клуб, место мышления и «чуть-чуть» библиотека. Значит, и строить надо иначе: рядом с программой индивидуального жилищного строительства нужна программа коллективного, общинного — когда люди собираются группой и строят себе поселение. Тогда все начнут думать: сколько нас нужно, как учить детей, как зарабатывать вместе. Государство когда-то провело индустриализацию, разрушив крестьянский мир и превратив деревню в ресурс города. Пора в другую парадигму — где город берёт ответственность за систему расселения вокруг себя. Город — это всегда ответственность: за смыслы, за территорию, за сложные игры. И город, и деревня — мировоззренческие практики. Именно за счёт различия они и могут породить новое качество. Запись: https://youtu.be/BRVmdfwSLU0 #урбанистика #деревня #предпринимательство #архив

Почему городские инициативы вспыхивают и гаснут Разбираю свой видеоархив для книги «Новая российская урбанистика». Находка — лекция в Ижевске о смыслах и социальном проектировании, запись 2017 года. Я анализирую развитие постсоветских городов: хожу по ним пешком, общаюсь с жителями, работаю с администрациями и бизнесом, читаю лекции мэрам. И в каждом городе под слоем асфальта — не «население», а несколько культур, которые друг с другом так и не договорились. Базовая для наших индустриальных городов — крестьянская культура. Советская система держала её в тонусе кино, школой, культурой, парткомом. Как только это рухнуло, вернулся исходный горизонт планирования «год»: будет зима, а дальше неважно. Отсюда пластичность к любым переменам — и отсюда же ростовщики, раздающие займы под сотни процентов годовых людям, чья математика обмена — «мешок яблок на мешок картошки», один к одному. Отсюда же дорогие машины в небогатых городах — вопрос, который мне задают европейцы. В домохозяйственной экономике деньги просто некуда девать, и никто не считает ни стоимость владения, ни ремонт, ни страховку. Ижевск сложнее. Здесь к базовым культурам добавляется удмуртская — природная, со своими мифами, легендами и другим мышлением. И она в жёстком конфликте с заводской, инженерной цивилизацией: одни — про природу, траву, лес; другие — про план, чертёж, изобретение. Поэтому город живёт неравномерными вспышками: инициатива возникает и исчезает, устойчивые сообщества не складываются. Что с этим делать? Проблема большинства городских решений — их принимают за горожан и преподносят как уже утверждённые. Люди в итоге протестуют не против самого проекта, а против того, что их не спросили. Факт соучастия важнее содержания: если со мной говорили на равных, я своим присутствием уже разделил решение. Но просто собрать горожан — это «базар-вокзал»: все кричат, перебивая друг друга. Нужны городские модераторы и технологии коммуникации. А ещё — понимание, что администрация зажата федеральными рамками и закупками по 44-му закону: с ней надо работать, а не воевать. 📌 Ключевое. Городская сказка начинается с лекции в университете, а заканчивается торцовочной пилой. Регулярные короткие городские практики меняют человека: он привыкает к другим людям, город перестаёт быть только «магазином и работой», запрос усложняется. Так воспитывается горожанин. Технологии и примеры — в открытом доступе, проект «Среда для людей». Запись: https://youtu.be/R3Hqigzh-H8 #урбанистика #постсоветскийгород #ижевск #архив

ОТ ОДНОЙ ТЕРРИТОРИИ — К ЯЗЫКУ ВСЕГО СЕЛА Начиная нашу работу с поселком Бабушкино, задача звучала локально: разработать концепцию территории вокруг Дома культуры. Но после первого выезда стало понятно, что проектировать только участок у ДК — значит увидеть лишь часть системы. В Бабушкино частная среда сегодня заметно сильнее общественной. Жители ухаживают за палисадниками, выращивают розы, работают с деревом, самостоятельно делают ограды и мостики, ремонтируют дома, придумывают собственные способы обживания территории. Энергия, вкус и практические знания есть — но пока они остаются преимущественно внутри отдельных участков. Поэтому территория вокруг ДК для нас — не отдельный благоустроенный объект, а первый полигон, на котором можно проверить более широкую систему решений для всего села. Мы решили параллельно разрабатывать архитектурный код Бабушкино. Не декоративный «деревенский стиль», не одинаковые фасады и не попытку стилизовать село под один исторический период. Код здесь — это практический язык постепенных изменений: что убрать / что сохранить / что отремонтировать / что точно добавить Как работать с фасадом, входом, палисадником, забором, канавой, мостиком, светом, остановкой и небольшими общественными объектами так, чтобы сохранялись разнообразие домов, сельский масштаб и характер места Вторая часть этой работы — модульные конструкции, которые не требуют каждый раз отдельного дорогого проекта. Навес, лавка, стол, реечная кассета для фасада, входной модуль, секция ограды, поручень для мостика, небольшой павильон или парклет должны быть устроены как конструктор: их можно собрать поэтапно, заменить повреждённую деталь, дополнить, адаптировать под конкретный дом или участок. Важно, чтобы такие решения могли повторять сами жители — вместе с местными мастерами, из доступных материалов, с понятными чертежами и стоимостью обслуживания. То есть мы хотим сделать не один «авторский объект» около ДК, который останется исключением, а набор работающих принципов и деталей, которыми смогут пользоваться жители на собственных территориях. При этом код не должен лишать дома индивидуальности. Наоборот: он задаёт общий уровень качества и правила сопряжения, но оставляет семье возможность выбрать свой рисунок, растение, керамическую деталь, цветовой акцент или способ сборки. Частный вход, палисадник, мостик и ограда становятся не только частью участка, но и общим фасадом улицы. Идея простая:не привезти в Бабушкино готовый дизайн, а вместе с жителями собрать конструктор изменений из того, что в селе уже умеют делать хорошо. ДК станет первым местом проверки. Дальше удачные решения смогут распространяться по селу — не как обязательный стандарт, а как доступная возможность сделать собственный дом и общую среду точнее, удобнее и сильнее.

🟪Городское сообщество и деньги: как выйти из роли «одинокого героя» и превратить свой продукт в устойчивую систему Если вы делаете городской проект, вам знакомо это чувство: идея есть, энергия есть, желание сделать что-то важное для города — есть. Команда собирается на энтузиазме первых участников. Партнеры приходят, вдохновляются, помогают с первым событием. А потом наступает тишина. Партнеры переключаются на свои задачи. Вы остаетесь с проектом один на один — снова несете всё сами, потому что «так надежнее» и «пока некому передать». А ресурсов — и человеческих, и денежных — категорически не хватает, чтобы двигаться дальше. 8 сентября в 15:00 (МСК) Городской университет 2.0 проведет открытый вебинар «Городское сообщество и деньги: как развивать сообщество, находить партнеров и выбирать финансовую модель» Говорить будем предметно: — как понять, какие роли нужны проекту прямо сейчас, и где искать под них людей — как превращать зрителей и разовых участников в сообщество, которое продолжает жить своей жизнью — как выстроить бизнес-модель проекта и найти источники финансирования — какие есть модели привлечения денежных ресурсов в городские проекты: от краудфандинга и партнерских взносов до платных продуктов и услуг для сообщества — 5 рабочих схем кооперации, которые помогают проектам расти в небольших городах Опытом поделятся эксперты, которые прошли это на практике: Святослав Мурунов — урбанист, социальный инженер, основатель сети Центров прикладной урбанистики. За плечами 40+ городов России и больше 300 тысяч человек, которые благодаря этой методологии запустили свои городские инициативы. Автор методологии «Сетевая модель города». Мария Романова — директор по развитию образовательных продуктов «Городского университета 2.0», организатор крупных мероприятий для IT-сообщества. 🔥Вебинар открытый, разговор будет прикладным, с конкретными инструментами для вашего проекта. Регистрируйтесь на вебинар по ссылке Реклама. АНО ВО «Городской университет 2.0». ИНН 4205423727. Erid:2VtzqvJunAw

Мысли вслух: есть ли место урбанистике в России? )) или почему системные и междисциплинарные подходы не нужны вертикальным система, но очень нужны цивилизации ))

Город, который сам себе не виден Разбираю свой видеоархив для книги «Новая российская урбанистика». Находка — лекция «Модель города» в пространстве «Сигнал», запись января 2022-го. Модель постсоветского города — это несколько слоёв, через которые можно разобрать очень разные городские системы. Первый слой — физическое пространство: природное и созданное человеком. Городская среда — не только лавочки и брусчатка, но и климат, ландшафт, природные явления. В Мончегорске обсуждали развитие туризма, и вот наблюдение: карты города всегда чистые. На карте ничего не пылит, грязи нет — туристический кластер на ней проектируется идеально. А город живёт не на карте. Второй слой — социальные системы, и они городу не видны. Встреча губернатора с местными айтишниками: узнав оборот их компаний, он побелел — несколько миллиардов, а этих людей в городе он не видит. Спрашивает: что вам нужно, нормальные дороги? В ответ: зачем — у меня Lamborghini, ездить негде. Целые городские сословия — айтишники, дизайнеры — нигде не представлены. В нормальном городе дума — представительство разных сословий и сообществ, у нас — те, чьи интересы совпадают с повесткой. Администрация тоже в кризисе. Раньше она была в городе одна и могла всё — теперь снизу давят сообщества, сверху губернатор и федералы. Вместо одной темы развития на четыре года — несколько параллельных программ в год, и администрация просто завалена задачами сверху. Крупный бизнес городскую среду игнорирует — город для него непонятная система. Стадионы к чемпионату мира, второй аэропорт в Саранске — люди там не бывают. Реально города последние двадцать лет двигал средний бизнес: девелоперы, ритейл, услуги, локальные производства — социальная система, которой до 90-х вообще не существовало. Выход — вырабатывать общий городской язык. В Татарстане рабочая группа из девелоперов, чиновников и университетов год писала общий текст: сначала никто не был готов слушать другую сторону, а нащупать язык описания города помогли городская память и история. И учиться диалогу: диалог — это не с такими, как ты, и его результат не известен заранее. Диалога все боятся, потому что он затратен. На публичных слушаниях у нас драки — я выхожу и запеваю «Издалека долго течёт река Волга», и драка прекращается: людям просто страшно. 📌 Ключевое. Если не видишь всю систему целиком — можешь долго стрелять себе в ногу и удивляться, почему не ходишь. Развитие без длинных вопросов («кто будет этим парком управлять?» — «никто») — разорванное развитие, то есть деградация. Запись: https://youtu.be/oGtVHkTD9oU #архив #урбанистика #модельгорода #постсоветскийгород

💡Городской университет 2.0 приглашает на PELENA L.A.B. 26 — образовательную программу, международного фестиваля медиаискусства ПЕЛЕНА.💡 13 сентября, в Кемерово соберутся люди, которые создают фестивали, городские проекты, современное искусство и музыку в разных регионах России. Будем говорить о практических вещах: как собрать фестиваль федерального масштаба, договориться художникам и бизнесу, превратить локальную инициативу в событие на тысячи зрителей, использовать AI и AR в культуре и стать городским продюсером. А завершится программа живым разговором Аркадия Пикунова и Никиты Забелина о современной музыке. ПРОГРАММА: 11:30 — регистрация 12:00 — открытие и панельная дискуссия 13:20 — медиаискусство и интерактивные цифровые технологии 15:00 — локальная идентичность и городское продюсирование 16:20 — музыка: разговор и практика / игра «Путь городского продюсера» 17:30 — подведение итогов Среди участников: Андрей Тубольцев и Хабиба Зияева — dreamlaser и INTERVALS, Нижний Новгород Святослав Мурунов — урбанист и социальный инженер, методолог Города Талантов, Калининград Оксана Будулак — музейный центр «Площадь Мира» и Scan Fair, Красноярск Иван Ларионов — Street Vision, Томск Мария Романова — Городской университет 2.0, Москва Аркадий Пикунов — саунд-артист и музыкант, Москва Никита Забелин — электронный музыкант и основатель Resonance Moscow КОМУ БУДЕТ ИНТЕРЕСНО: Продюсерам и организаторам событий, художникам и музыкантам, сотрудникам культурных институций, креативным предпринимателям, студентам и преподавателям — и всем, кто хочет не только наблюдать за тем, как меняется культурная жизнь города, но и участвовать в этом процессе. PELENA L.A.B. — это не только образовательная программа: такие встречи нужны, чтобы профессиональное сообщество знало друг друга, чтобы опыт одного города работал в другом, художники находили продюсеров, идеи — партнеров, а знакомства однажды превращались в новые проекты. Участие бесплатное, необходима регистрация, места ограничены. 👉 Регистрация здесь Реклама. АНО ВО «Городской университет 2.0». ИНН 4205423727. Erid:2VtzqxNYbCP

🤩 Знакомим вас с одним из коллективов, работу которого вы увидите на фестивале медиаискусства Пелена 🟢TUNDRA — это творческий коллектив, исследующий грани взаимодействия звуковых и визуальных образов с человеческими эмоциями. Специализируется на создании аудиовизуальных перфомансов и иммерсивных инсталляций. Коллектив известен работами, которые были представлены на фестивалях мультимедийного искусства в России, США, Европе и Азии. ➡️ Работа The Dot, которую представят на фестивале, обращается к точке как к базовому элементу восприятия и пространственной организации. Подвесная многогранная сфера материализует эту концепцию, функционируя как непрерывный источник света и звука. Исходящие из сферы лучи и звук демонстрируют базовый принцип: любое визуальное или акустическое явление начинается из точки и распространяется от неё. ➡️ Увидеть The Dot на ПЕЛЕНЕ можно в РК Континент 11, 12 и 13 сентября, с 10:00 до 23:00. 🟢 Вход по билету «ИНСТАЛЛЯЦИИ» Город Талантов — платформа фестиваля ПЕЛЕНА

Лечу в Кемерово на Пелену, и вам советую, сибирский город в лазерах ))

Полгода назад мы раздали в Кемерово девять дневников наблюдения. Не анкету — дневник. Неделю люди сами смотрели на собственную квартиру и записывали: где светло, что звучит, где тесно, где отдыхают, какую вещь вынесли бы первой при пожаре. Вот что оттуда вылезло. В коттедже на 300 квадратов бельё сушат в котельной. Проект на 79 листов — сушки в нём нет вообще. Её просто не спроектировали. Мужчина живёт в трёшке и пользуется одной комнатой. Две другие он сам в своём дневнике пометил как ничейные. В доме два кабинета. Хозяйка работает «везде, где можно включить ноут». То есть кабинет как комната работу не удерживает — удерживает розетка и вай-фай. Подросток сидит в наушниках по два часа в день, друзья приходят к нему в Discord. Единственное место, где он бывает один по-настоящему, — туалет. Я эти дневники читал и всё ждал, когда появится разница между тесными и просторными. Не появилась. Боли одинаковые на 35 метрах и на 300, меняется только знак: «не хватает места» превращается в «не знаю, что делать с этим местом». Дефицит перестал быть метрическим. А продают (девелопмент 1.0 - извлечение прибыли под видом спасения) по-прежнему метры. Дальше мы сделали то, чего раньше не делали. Свели корпус в таблицы и построили имитационную модель: сутки по пятнадцатиминутным шагам, каждый жилец со своим сценарием дня, кот со своим лотком, собака со своими двумя прогулками. Модель расставляет всех по комнатам и считает, где они друг об друга спотыкаются.

Три числа, которые меня добили. Одиночка на удалёнке в трёх форматах — 46, 74 и 80 метров. Конфликтов ноль везде. А метры, которые за сутки не используются ни разу, растут с 8 до 28. Двое на удалёнке с ребёнком: в евродвушке 46 метров конфликтное время 9,5 часа в сутки, в четырёхкомнатной 80 — девять часов. Тридцать четыре дополнительных метра купили полчаса. Три поколения: те же метры дают разницу в шесть раз — но только когда у каждого появляется своя дверь. Не площадь работает, а количество независимых контуров.

Отсюда простая вещь, которую я теперь буду повторять на каждой встрече: сравнивать планировки по комнатности бессмысленно. Считать надо сценарную ёмкость — сколько одновременных непересекающихся сценариев формат выдерживает. Евродвушка с нормальной перегородкой бывает ёмче классической трёшки. Мы собрали из этого сервис для девелоперов и архитекторов. Устроен так: рассылку по своим жителям делает девелопер (персональные данные из его контура не выходят), жители неделю ведут дневник, мы кодируем корпус и отдаём функционально-сценарное ТЗ — не «кабинет 9 квадратов», а требования, привязанные к сценариям, с метриками проверки. Первый шаг — экспресс-диагностика планировок очереди. Присылаете планировки и профиль аудитории, за неделю возвращаем по каждому формату сценарную ёмкость, мёртвые метры и первые требования. Платно, фиксированным объёмом; если дальше идёт волна — сумма засчитывается в договор. И сразу, чтобы потом не было разговоров. Метод не заменяет ни ТЭП, ни экономику проекта, ни прогноз спроса. Он не даёт статистики — это качественное исследование, частоты берёт сопряжённая анкета. И он не работает, если заранее не назначен человек, который возьмёт выводы в работу: архитектор, продуктолог или оператор общих пространств. Без него любое исследование превращается в красивую папку. Демо можно покрутить самому — там настоящий расчёт, а не картинка. https://citydialogai.ru/p/developer-dnevnik Кафедра урбанистики Городской университет. Кемерово. Город Талантов.