Лапша немедленного приготовления

В этот вечер четверга хочу поделиться с вами фотографиями дома моего прадеда в деревне Чинчин, откуда он родом и его окрестностями. К сожалению за домом почти никто не следит, но он все еще в неплохом состоянии. Прадеда я не застала, он умер за 6 лет до моего рождения, но было невероятно интересно посетить места, откуда мои корни, встретиться с родственниками по этой линии. Многие ли из вас знают пятироюдных племянников? Я вот теперь знаю! Чинчин находится в Тавушской области Армении, это очень небольшая деревня. Рядом есть город Берд, где живут мои родственники. В переводе с иранских языков "чинчин" это кристальная вода. А еще здесь всего 10-12 километров до границы с Азербайджаном. По словам бабушки, часть семьи моего прадеда погибла в результате конфликтов с азербайджанским населением. Вообще жизнь моего прадеда Гарегина всегда меня поражала, и сейчас, увидев откуда он, стала удивлять еще больше. Как он первый в семье решил получить образование, как он доехал до Еревана (сейчас это 4 часа по горной дороге), как был в рядах красной армии, как искоренял преступность на Кавказе, как стоял на границе с Ираном во время Великой Отечественной, как занимался расследованиями, связанными с религиозными сектами на Кубани? А как он воспринял развал Советского союза? Точно не знаю, но знаю, что Горбачева он ненавидел. Очень жалею, что не довелось поговорить с ним лично. А главное, как это так произошло, что мой прадед просыпался с таким видом, а я сейчас просыпаюсь во Франкфурте. Это же ужас как удивительно. (На последней фотографии современные жители Чинчина!)

"Еще в детстве я был пленен Библией, мне всегда казалось, да и теперь кажется, что это величайший источник поэзии на все времена. С той поры я искал ее отражение в жизни и в искусстве. Библия - эхо природы, тайну эту я и хотел передать. Мне кажется, что в картинах этих запечатлена мечта не одного народа, а всего человечества. Они появились в результате знакомства с французским издателем Амбруазом Волларом и моей поездки в Палестину. Не мое дело комментировать. Произведения искусства должны говорить сами за себя. Если жизнь неизбежно клонится к концу, мы должны расцвечивать ее красками любви и надежды. В этой любви заключается социальная логика жизни и суть всякой религии. Мне кажется, что совершенство в искусстве и жизни достижимо, если приникнуть к этому библейскому источнику. Если же руководствоваться логикой и заниматься голым конструированием, то ни в искусстве, ни в жизни не дождаться плодов. Возможно, сюда придут молодые и не очень молодые люди, чтобы найти идеал братства и любви, который я стремился выразить своими формами и красками. И возможно, здесь зазвучат слова любви, которую я ощущаю во всем. Быть может, прекратится вражда, и, как мать, нежно пестующая свое дитя, молодые и не очень молодые люди примутся созидать играющий новыми красками мир любви. Осуществима ли эта мечта? Но в искусстве, как и в жизни, нет ничего невозможного, если действия направляет Любовь." Марк Шагал 1973

Этим летом я почему-то переодически думала о школе. Не то чтобы это какие-то особо теплые воспоминания; я знала, что этот период не станет моим самым любимым и лучшим в жизни, еще тогда, когда учителя и другие взрослые нам постоянно твердили это в начальных классах. Наверное, просто все больше времени проходит с окончания того периода и воспоминания все больше выстраиваются в определенную перспективу. Такой не очень стройный ряд случайных впечатлений. *** Первый день школы, мы стоим на торжественной линейке. Новое здание школы построено ровно к моему поступлению. У всех девочек смешные большие белые банты на головах, но мне кажется, что только я одета так ярко. Белое пальто с яркими кляксами, красные мокасины, — стеснительным детям модных мам было непросто вынести свэг двухтысячных. На улице холодно, но взрослые никак не закончат свои речи, из-за нового здания они длятся наверно раза в два дольше. Начинается учеба и время начинает идти быстро. Ощущаю себя самой умной на уроках литературы, все читают намного медленнее. Позже я пойму, что читаю даже слишком быстро. Первые неловкие моменты, когда путаю имена двух похожих одноклассниц. Совсем не помню за что, но почему-то не нравлюсь двум девочкам, мне даже от них прилетает. Мама говорит с ними, удивительно, но это помогает. Во втором классе у меня появляется Самсунг, у которого можно менять задники. Едем на экскурсии с подружкой и слушаем биг сити лайф через одни наушники. Жизнь ощущается огромной. *** Шестой класс пахнет котлетами, да вот такая фраза. Тогда уроки уже длятся до 3 и приходится есть в школе. В этом возрасте еще не достаточно крут, чтобы питаться буфетными сладостями. Поэтому надо за 15 минут съесть макаронный суп, витаминный салат и наполовину состоящую из хлеба котлету. Ощущать себя неловко перед уборщицей из-за друзей, топящих недоеденную котлету в компоте. И бежать на физкультуру, в пропахшей котлетами сорочке с бесконечными рюшами, сдавливающими горло. Стыдиться от неумения играть в волейбол, придумывать несуществующие еще месячные. Начинать ощущать себя недостаточно крутой, потому что мама очень любит и переживает, не хочет пускать ходить одной из школы. Начать ощущать себя некомфортно, с новым, неравномерно растущим телом. Упросить тетю сделать мне каре, пока мама в поездке. Переживать первые семейные драмы. Начинать ненавидеть математику. *** В девятом классе начинаю дружить по-настоящему. Перестаю видеть интересное только в себе, начинаю открываться миру. Заниматься всякой фигней, которая дико веселит. Спрашивать у консультанта читай-города про несуществующие книги Лимонова. Начинаю много разговаривать. Заканчиваю музыкальную школу с радостью, что больше не прикоснусь к фортепиано. Слушаю убийц в наушниках, смотрю на старшеклассниц в рваных колготках и думаю, попаду ли хоть раз на скотобойню. Получаю в подарок виниловый проигрыватель и прыгаю под рамонес на кровати. Ссорюсь с мамой, начинаю по-настоящему интересоваться политикой. Пугаю родственников и учительницу по истории нацболами. И жизнь тоже такая огромная, хоть и сложнее.

Знаменитые «Кухонные дебаты» между Ричардом Никсоном и Никитой Хрущевым состоялись 24 июля 1959 года на Американской национальной выставке в Москве, на фоне макета «типичной Американской кухни.» Диалог транслировался на обе страны. За 42 дня выставку, представлявшую «американский образ жизни», посетили в общей сложности три миллиона человек. Американская выставка поражала огромными кабриолетами, посудомоечными машинами и газонокосилками разных марок. Видимо такая популярность выставки среди советских граждан и спровоцировала Хрущева на выступление в роли главного критика. Никсон и Хрущев спорили в о том, каким должно быть устройство кухни и дома, чтобы облегчить труд домохозяек за счет рационализации быта. Обсуждали разницу кухонь при капитализме и коммунизме. А еще Хрущев заявил, что Кола отдает гуталином, а американские бытовые приборы слишком похожи на игрушки и вообще не так уж нужны и полезны, глубоко отметив, что «это все лишь штучки». Закончилось это все тем, что оба признали, что лучше соревноваться в мощи стиралок, нежели ракет. Но при этом, именно тогда Хрущев пообещал американцам показать ту самую кузькину мать. Стоит отметить, что выставка советских достижений в США, прошедшая месяцем раньше выставки Американских достижений в СССР, тоже впечатлила американцев; ее главным экспонатом стал первый спутник Земли.

Когда-то у меня случались моменты некоторой зависти к блогерам на ютубе. Вот именно к тем, которые реагируют на всякую фигню и получают с этого деньги. Но, когда недавно увидела, как одна такая блогерша (которой больше 30, и тут это не эйджизм!!) прокомментировала какое-то явление фразой "а представьте вот вы в бекрумсе и там происходит такая хуйня", поняла что есть в этом особое ощущение ужаса, когда в 35 лет надо снимать видео начиная его с чего-то по типу "да подписчики это прямо как если бы в бекрумсе черемша бы показала 67"

Нет а вы вообще думали о том что Грете Тунберг теперь почти в любой стране мира доступна бесплатная шаварма?? Ну и кто бы от такого отказался.. это вам не бесплатная пицца доминос за татуировку

тирамисуковшевая гейропоублюдия 😔

в то же время зумеры на собеседовании такие: 67 тун тун захур ✋✋ а вы дадите нам бесплатные нью роки 🤣🤪 откроете клуб клуб 💃 и абонемент на айслатте 🫶 только без газлайтинга пожалуйста у меня прл 😏

Одно из самых моих любимых занятий в жизни это наблюдать за другими. Это я давно за собой заметила. Мне нравится замечать какие-то мелочи в поведении людей, особенности, связанные с культурой, да и банально отличия в стиле и внешнем виде. Франкфурт - совершенно потрясающий для таких наблюдателей город, а я еще и живу в месте где 60% населения мигранты. Больше всего меня из моих наблюдений, увлекает язык. Тут и сами немцы говорят с достаточно забавным диалектом: жители Гессена часто заменяют глухой звук «х» (ich, nicht, mich) на «ш», то есть получаются иш, ништ, миш. А уж то, как здесь общаются (между и не между собой) мигранты кажется отдельным огромным полем исследования для лингвистов. Часто можно услышать как человек начинает разговор по телефону на немецком, а потом резко переходит на свой язык, потом снова возвращается к немецкому или вообще к какому-то миксу нескольких языков. Собственно, когда я решила поискать что-то на тему данного явления, узнала про термин Kiezdeutsch, предложенный лингвисткой Хайке Визе. Буквально это означает что-то вроде районного немецкого, а по сути является особым видом диалекта или говора, свойственного многонациональным кварталам крупных немецких городов. То есть на нем говорят не только мигранты, но и дети мигрантов, и сами немцы, выросшие в окружении людей из разных стран. Отличительными признаками Kiezdeutsch является упрощение предложений (опущение артиклей или предлогов, то есть самого грамматически муторного), разговорные редукции вроде слияния двух слов в одно и заимствования из других языков. Конечно, большое влияние тут у турецкого и арабских языков. Валлахи, Ялла и Хабиби можно услышать от людей с абсолютно разным этническим и языковым бэкграундом. Про Ялла и Валла, думаю, вообще написаны многостраничные труды, эти слова/дискурсивные маркеры в различных формах прижились и в балканских языках, и в иврите, и в сленге современных западноевропейских мегаполисов.

Der Libeskranke (страдающий от любви, букв. больной любовью) немецкого художника экспрессиониста Георга Гросса. У Георга Гросса в Берлине была репутация жестчайшего ненормиса. Он любил шокировать окружающих своими нарядами и напудренным лицом, а еще называл себя «графом Эренфридом». На картине он изобразил самого себя с пистолетом в кармане, окруженного атрибутами различных зависимостей. Такой показной декаданс году был, конечно, супер вызывающим для немецкого общества 1916 года. Из других интересных фактов о нем: -в 1916 году изменил написание своего имени на более американизированную версию из-за любви к англо-саксам и в качестве протеста -участвовал в восстании спартакистов но избежал тюрьмы благодаря фальшивым документам -вступил в Коммунистическую партию и вышел из нее спустя несколько лет, успев посетить Москву

Вчера с Маки посмотрели первую серию Майами Вайс, а это означает, что совсем скоро я куплю себе белый пиджак, льняную футболку дурацкого света и, конечно, мокасы… Учитывая, что во Франкфурте сейчас +40 и здесь достаточно пальм, эта идея становится все более навязчивой. Конечно, вы можете сказать, что я буду по итогу выглядеть как заряженный армянин на черноморском побережье в начале нулевых, но это скорее только добавит шарма! Когда-то у меня случилась подобная гиперфиксация после просмотра крестного отца и сопрано: я тогда купила разные пиджаки и костюмных штучки, так вот, до сих пор это все переодически ношу. А если серьезно, абсолютно несправедлив тот факт, что организованная преступность настолько эстетично представлена в поп-культуре. Слава богу, в Майами Вайс и мусора одеты стильно.

Пару дней назад мы были в Дюссельдорфе на концерте Кинг Кримсон (Beat), и заодно еще побывали в музее современного искусства. Не буду притворяться, что долгое время была фанатом Кинг Кримсон. Конечно, я про них слышала и даже слушала что-то из самого популярного альбома, но у меня в голове эта группа была в такой папке мужской аутичной прогрессивной музыки которая мне вряд ли сильно понравится. Но, мне показали их другие альбомы и песни (наверно больше всего нравится larks’ tongues in aspic и three of a perfect pair), и оказалось, что некоторое мне очень даже нравится. В общем, концерт был отличным и после него захотелось начать их слушать еще больше. А еще это был хороший случай для демонстрации мужчинам тягостей, с которым женский пол сталкивается при попытке попасть в туалет на всяких мероприятиях! Тут было ровно наоборот, ведь женщин почти совсем не было :) Коллекция в музее кстати тоже приятно удивила: и Бекман, которого я тут полюбила, и Кандинский, и Шагал, и Клее, и Пикассо. Много интересного в общем, думаю, будет отдельный пост. Поллока, с которым фото, я кстати не очень люблю 🤠 Сам город показался достаточно серым и типовым, правда в центре все равно есть интересные здания. Ну и здесь наверно один из самых страшных (в архитектурном плане) вокзалов, что я видела и очень чистое метро, где ходят старые поезда.

После долгого перерыва хочу похвастаться тут крутейшей книжкой с советскими постерами в стиле авангард, которую я случайно нашла во Франкфурте! Смотрите, сколько там всего красивого и интересного, а это только малая часть.

В самолете прочитала книгу Коли Степаняна "Где". Испытала самые разные эмоции: было и забавно и очень грустно и волнительно-страшно. Но самое главное, что книга ощущалось очень живой, постоянно было ощущение что находишься прямо там, в группе армянских солдат, пытающихся выжить в, казалось бы, абсолютно безвыходной ситуации. Книга по сути автобиографична: автор в интервью говорит, что 90% книги это реальные события. Сам автор — Коля Степанян, московский армянин, который в тайне от родителей уехал в Армению, получил гражданство и встал на военный учет. Вскоре после этого он попал на передовую Второй Карабахской, а потом пропал без вести на 70 дней. Книга не описывает военные действия, она даже почти не описывает убийства. Она скорее об авантюре, заключающейся в том, чтобы выжить любой ценой, о дружбе и взаимопомощи, и о том, как важно консервировать фрукты и овощи в деревнях. Понравилось и то, что в книге косвенно описаны факторы, повлиявшие на поражение в войне: насмешка общества над его решением, тюремные порядки в армии, отсутствие нормальной подготовки. Думаю, подобное состояние вооруженных сил можно увидеть во многих пост-советских республиках. Вообще, мне, наверное, тяжело быть субъективной в таких вопросах. Философски мне близко христианское мировоззрение, непротивление злу насилием. Мне больно от мыслей о том, сколько людей погибают в военных конфликтах. Но мне больно и за потерянные земли, мне страшно, что в период постоянных войн страны могут просто исчезнуть или потерять независимость. Часть моих армянских корней из места, которое скорее всего никогда уже не будет армянским. Мне близка идентификация с корнями и культурой, я испытываю уважение к людям, которые на многое готовы ради их защиты. Непросто жить с таким дуализмом в голове, друзья, когда реальность расходится с идеальностью. Я думаю, я не одна такая, поэтому настоятельно советую книгу.

Всем этим мелким зумерам никогда не достичь уровня моей нишевости в 18 лет..