Майский указ

💰 По итогам трёх кварталов 2026 года расходы федерального бюджета на реализацию национальных проектов составили 4,445 трлн рублей или 68 % от запланированных. Исполнение в порядке убывания выглядит так: «Международная кооперация и экспорт» — 84,7 %; «Туризм и гостеприимство» — 75,5 %; «Семья» — 72 %; «Молодежь и дети» — 70 %; «Развитие космической деятельности Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года» — 68,6 %; «Новые технологии сбережения здоровья» — 68,2 %; «Продолжительная и активная жизнь», 67,7 %; «Кадры» — 67,5 %; Промышленное обеспечение транспортной мобильности» — 64,2 %; «Беспилотные авиационные системы» — 63,6 %; «Инфраструктура для жизни» — 63,3 %; «Новые материалы и химия» — 60,4 %; «Эффективная и конкурентная экономика» — 59,5 %; «Экономика данных и цифровая трансформация государства» — 58,8 %; «Технологическое обеспечение биоэкономики» — 56,5 %; «Новые атомные и энергетические технологии» — 56,3 %; «Технологическое обеспечение продовольственной безопасности» — 54 %; «Экологическое благополучие» — 50,2 %; «Эффективная транспортная система» — 44,6 %. «Средства производства и автоматизации» — 38,6 %.

Премьер-министр Михаил Мишустин утвердил Стратегию развития биоэкономики до 2036 года с перспективой до 2050-го, увязанную в том числе с нацпроектом технологического лидерства «Технологическое обеспечение биоэкономики». До 2036 года Россия должна добиться технологической независимости по критически важным направлениям биоиндустрии, создать национальную инфраструктуру и запустить масштабные проекты глубокой переработки биомассы. В 2036–2050 годах планируются массовая «биологизация» основных отраслей экономики, формирование новых рынков и экспорт передовых биотехнологий с переходом к уровню «Биоэкономика 3.0». По базовому сценарию инвестиции в основной капитал отрасли вырастут с 755 млрд рублей в 2025 году до 1,045 трлн в 2036-м и 1,81 трлн к 2050 году. Валовая добавленная стоимость продукции увеличится с 1,896 трлн до 2,625 трлн и 4,545 трлн соответственно. Доля отечественной высокотехнологичной продукции в потреблении должна подняться с 39,5% до 74,6% и 82,7%, а экспорт — с $696,7 млн до $2,03 млрд и $3,51 млрд. Приоритетным при этом назван более амбициозный стратегический сценарий, переход к которому возможен после базового. В таком случае к 2050 году инвестиции могут достичь 4,211 трлн рублей, экспорт — почти $8,6 млрд, а валовая добавленная стоимость — 10,572 трлн. Доля высокотехнологичного и наукоёмкого сектора в ВВП должна составить 6% к 2036 году и 8% к 2050-му. Стартовые позиции значительно скромнее: российский рынок такой продукции сейчас составляет менее 1% мирового. Глобальный рынок в документе оценивается в $5,8–6,2 трлн с возможным ростом до $15–20 трлн к 2050 году. Одной из ключевых задач станет восстановление отечественного биотехнологического машиностроения, приборостроения и производства критически важных компонентов. В краткосрочной перспективе предусмотрено форсированное импортозамещение с применением обратного инжиниринга, а затем — серийный выпуск отечественных аналогов, соответствующих мировым стандартам. Одновременно предполагается изменить регулирование, в том числе в части генно-инженерной деятельности и применения генно-инженерно-редактированных организмов в микробиологической промышленности. Для стимулирования рынка рассматриваются налоговые меры, таможенно-тарифное и нетарифное регулирование, снижение финансовой нагрузки на компании, госзакупки и использование стратегий компаний с государственным участием. Среди научно-технологических приоритетов названы синтетическая биология, геномное редактирование и синтез ДНК, клеточные технологии и тканевая инженерия для получения искусственных органов и развития регенеративной медицины, культивирование клеток животных для производства белков, жиров и тканей, роботизированные биолаборатории и биореакторы нового поколения. В лесном хозяйстве планируется развивать геномную селекцию, цифровые двойники экосистем и предиктивное управление с использованием искусственного интеллекта и данных дистанционного зондирования. Значительный блок посвящён экологии и экономике замкнутого цикла. В числе направлений — биоремедиация загрязнённых территорий, биотехнологии водоочистки, энергетическая переработка органических отходов, превращение отходов ЖКХ, сельского хозяйства и других отраслей в продукцию с добавленной стоимостью и её вовлечение во вторичный оборот. Предусмотрены также учёт природного капитала и экосистемных услуг и внедрение принципов замкнутого цикла в ЖКХ. Предлагается сформировать сеть агропромышленных, лесных, морских и арктических «биорегионов». В Арктике среди приоритетов названы биоэкопоселения, Арктический биоресурсный центр, автономные системы жизнеобеспечения, сити-фермы, биогазовые реакторы, модули полной переработки отходов и технологии очистки экосистем от нефтяных загрязнений и накопленного экологического вреда. Вводится также понятие «биокапитала» — совокупности биологических ресурсов и процессов, включая генетические данные и биологические коллекции, рассматриваемых как воспроизводимый ресурс экономики. В перспективе его предлагается учитывать как самостоятельный класс национальных активов, создать систему оценки и верификации.

Вице-премьер – руководитель аппарата Правительства Дмитрий Григоренко утвердил методику расчёта семи показателей «цифровой зрелости» государственного и муниципального управления в регионах. Они используются при оценке эффективности губернаторов и региональных органов власти. С четвёртого квартала 2026 года в расчёт включается количество внедрённых сценариев применения доверенного искусственного интеллекта. Учитываться будут уникальные задачи, решаемые с помощью ИИ, из рекомендованного перечня, который формирует Минцифры совместно с представителями регионов. На базе одного сервиса может работать несколько таких сценариев. Внедрение, текущее использование и полученные результаты необходимо подтвердить документами. Сведения проходят проверку на портале «Цифровой регион», а сами решения должны соответствовать требованиям законодательства, включая защиту информации. Среди учитываемых эффектов — ускорение и повышение качества оказания услуг, сокращение расходов граждан, бизнеса и органов власти, увеличение бюджетных поступлений, повышение безопасности и снижение ущерба от различных рисков. Экономический эффект оценивается отдельно: допускается как фактический результат, так и прогноз, подготовленный при обосновании проекта. В показатель входит в том числе применение ИИ государственными и муниципальными организациями и исполнителями социального заказа. Личное использование чиновниками общедоступных сервисов, включая ChatGPT и YandexGPT, не учитывается. Не засчитываются и решения, внедрённые в частных организациях без бюджетной поддержки. Цели к 2030 году установлены отдельно для 88 субъектов РФ — от одного до 45 сценариев. Самые высокие значения предусмотрены для Красноярского края и Новосибирской области — по 45. Для Челябинской области установлен ориентир в 38 сценариев, Сахалинской — 37, Московской — 34. Значения могут пересматриваться при корректировке региональных программ цифровой трансформации. Для Москвы не рассчитываются индикаторы внедрения ИИ и обеспечения информационной безопасности цифровых платформ. В сфере регионального надзора целевая доля дистанционных контрольных и профилактических мероприятий к 2030 году составляет 10%. Засчитываются инспекционные визиты, выездные проверки, рейдовые осмотры и профилактические визиты через приложение «Инспектор» или региональные системы. Проверки по программам государственного строительного надзора исключены. Этот показатель рассчитывается со второго квартала 2025 года. Другие ориентиры на 2030 год — 95% российского программного обеспечения в деятельности региональных органов власти, предоставление 99% массовых социально значимых государственных и муниципальных услуг в электронном виде и использование типовых сервисов и платформенных компонентов электронного правительства 90% региональных органов власти. Для электронного документооборота целевое значение составляет 100%. Критерием для служащего считается наличие действующей учётной записи, для подведомственной организации — работающей системы. Органы власти и учреждения без широкополосного доступа к интернету в расчёт не входят. Меры информационной безопасности должны охватить 100% учитываемых цифровых платформ. В перечень входят соблюдение требований по защите информации, внутренний и независимый аудит, подключение к системам выявления компьютерных атак, учёт и автоматизированная обработка событий безопасности.