Stray observations

Нет, спасибо, меня не проведёшь: я читал Стивена Кинга и не хочу цыганское проклятие, после которого я буду весить минус 10 кг

Mountainhead показался точной и злой, но дежурной сатирой на Маска-Цукерберга-Тиля-Олтмена; когда комический эффект держится на узнавании стереотипов, сложно сделать что-то выдающееся. С другой стороны, просто сделать и что-то совсем скучное, а Джесси Армстронг манипулирует своими одномерными персонажами изобретательно: засовывает их в хорошо придуманный механизм противоборствующих мотивов и раскручивает до абсурда. В общем, мастер скетчей пишет классицистическую комедию с моралью: тут даже три единства соблюдены, а у героев имена в духе Venis (venal+penis; то есть что-то типа Алчлен). И хотя автор не сообщает ничего нового, он ярко формулирует известное; уже немало. Мне запомнился лобовой, но эффективный диалог: — Do you believe in other people? — I think one needs to. — Yeah, but do you? Eight billion people as real as us? Но больше всего я смеялся над попыткой посреди апокалипсиса унять мародёров-стримеров: Yeah, I asked them to knock it off, but the people in the chat are so pro-pillage at this point

Если вы не можете придумать название для книги, просто помните, что Иван Иванович Дмитриев выпустил книгу стихов под названием «И мои безделки» вслед за Карамзиным, у которого «Мои безделки»

Марк Мэрон, конечно, говорит на моём языке

Лучшее письмо в истории писем: мать объясняет 19-летнему Шопенгауэру, почему он душнила и всех достал

Тут предполагают, что наверняка кто-то уже написал про депрессивный AI. И как правильно отметили в другом месте, конечно, написал — и не кто-то, а Дуглас Адамс

Как разработчики Google Gemini получили доступ к моему внутреннему монологу?

Очень милая страница с прекрасного сайта про «мир жуков и изучающих их учёных», который ведёт коллектив Отделения жесткокрылых Лаборатории систематики насекомых Зоологического института.

Отправляю сценарную заявку Чарли Брукеру

Интересно, намекал ли Вудхауз в рассказе 1921 года на конкретных русских писателей? Причем если про Совьетски и Настикоффа никаких подробностей не приводится, то про Владимира Брусилоффа говорится, что это автор мрачно-безнадёжных романов, где ничего не происходит до 380 страницы, а потом the moujik решает совершить самоубийство. (А также Вудхауз смешно демонстрирует принцип «сам не похвалишь — никто не похвалит»; хотя тут, конечно, с учётом говорящего персонажа это явная самоирония, а не самовосхваление.)

Смотрим шведский сериал Modus. Героиня всё сделала по принципам крав мага: подобрала подручное средство, быстро переключилась на рукопашный бой, когда его выбили из рук, била в уязвимые точки, громко кричала и при возможности сразу убежала

Уже относительно давно посмотрел фильм Kneecap, но всё ещё под впечатлением, не в последнюю очередь от остроумных и разнообразных визуальных решений, которые и в целом динамичное и нескучное повествование делают ещё более динамичным и нескучным

Кстати, шутки при этом есть и неожиданно напоминающие гэги из «Симпсонов» (см. видео), да и в принципе интонация у фильма, скорее, иронично-остранённая.

Вообще я ожидал, что «Маньчжурский кандидат» окажется более прямолинейным высказыванием о злодейских коммунистах, которые управляют сознанием положительных американцев, но фильм в итоге произвёл более приятное впечатление. Да, элемент агитки там, конечно, есть: русские и китайцы — опереточные злодеи, а американские военные — ну прям такие добропорядочные и добронамеренные, что невозможно. Но при этом центральная сюжетная линия «коммунисты превратили американца в своего зомби» — лишь одна реализация мотива контроля и подавления чужой воли. Кроме этого, там как минимум есть политик, который говорит то, что ему скажут; сын, который пишет и делает, что ему скажет мать; жених, который беспрекословно подчиняется невесте. И такое нехитрое масштабирование основной темы сразу придаёт фильму глубины. Её же добавляет второстепенная и немного загадочная линия как раз с героем Синатры (хотя он вообще-то, наверное, главный персонаж): его страсть к чтению всего подряд и его странно-внезапный роман с женщиной, которая шутит странные шутки (сначала кажущиеся кодом), не вызывающие улыбки и смеха ни у героя, ни у неё самой. Ещё большей странности добавляет и то, что сыграно и снято это всё, как фильм 1962 года, — то есть, например, с какой-то неестественной театральностью и наивностью манер и отчётливой и громкой артикуляцией реплик. То есть общий эффект остаётся немного диссонирующий: содержание (даже не содержание, а sensibility) у фильма вполне современное, а форма — архаичная.

В этой сцене из «Маньчжурского кандидата» персонаж Фрэнка Синатры идеально описывает мои читательские привычки. (После этого разговора начальник Синатры начинает всерьёз беспокоится о его душевном здоровье и приказывает ему взять больничный.)

Джейсон Судейкис в байопике Климента Ворошилова когда

Знаменитую мелодию для вступительных титров «Секретных материалов» — ту-ТУ-ту-ту-ТУ-ту — сочинил композитор Марк Сноу. Он говорит, что и слова написал: The X Files is a show With music by Mark Snow. Продюсеры сериала почему-то использовали только музыку.

Крутая шутка, которую можно показывать тем, кто будет вам затирать, что «если шутку нужно объяснять, значит, это плохая шутка»