sororitas

если посмотреть на любое республиканское «исключение ради спасения жизни матери», во всех них есть оговорка. она гласит: женщинам, чья жизнь находится под угрозой, можно сделать аборт — за исключением случаев, когда угроза связана с суицидальными мыслями. и я хочу особо подчеркнуть, насколько это показательно. республиканцы знают, что принуждение к беременности против воли может довести женщину до желания покончить с собой. и они закрепили в законе, что им всё равно. в момент, когда мы слышим столько экстремальных, ужасающих историй, бывает трудно вновь сосредоточиться на этой основополагающей жестокости: принуждение кого‑либо к беременности против его воли — по любой причине и на любом этапе — наносит глубокий экзистенциальный вред. аборт — это не только медицинская помощь, но и свобода. вот почему каждый отказ в аборте — это трагедия, и всё больше американок это понимают. они не хотят, чтобы государство вмешивалось в их решения, касающиеся беременности, на любом этапе. впервые я приехала в вашингтон в 1992 году. мне было 13 лет, и мама привезла меня сюда на марш за право выбора и за жизнь женщин. возможно, кто‑то из вас там был. я помню мужчин, кричавших на нас с обочины, и помню, как я не могла понять, почему они нас так ненавидят. сегодня моя 13‑летняя дочь находится в этом зале — и это её первый визит в вашингтон. но при этом у неё уже меньше прав, чем было у меня 32 года назад. думаю, нам должно быть стыдно за это. моя самая глубокая надежда в том, что ей не придётся идти по стопам своей матери и бабушки и приезжать сюда десятилетия спустя, чтобы защищать человечность своей дочери. спасибо за ваше внимание.

их «компромисс» сделает с любой американкой, способной забеременеть, то же, что техас пытался сделать с кейт кокс. и снова это не ошибка. это осознанная часть гораздо более широкой экстремистской стратегии.

кейт кокс — жительница техаса, чья история стала широко известна в 2023 году: ей отказали в аборте в штате, где после отмены решения по делу «роу против уэйда» действовали жёсткие ограничения. у плода выявили тяжёлое заболевание, несовместимое с жизнью, но врачини не могли прервать беременность — по закону техаса аборт разрешали только при прямой угрозе жизни матери, а случай кейт под этот критерий не подпадал. она добивалась права на медицинскую помощь через суд, а позже была вынуждена уехать из штата, чтобы сделать аборт.

сейчас идёт тихая, но щедро финансируемая кампания под руководством самых влиятельных в стране групп, выступающих против абортов. её единственная цель — оказывать давление и принуждать женщин вынашивать заведомо обречённые беременности до срока. они не просто пытаются избавиться от исключений для нежизнеспособных беременностей — они стремятся полностью уничтожить пренатальную диагностику. ведь гораздо проще заставить женщину вынашивать умирающий плод, если ей вообще не поставят такой диагноз. когда я рассказываю людям об этом, чаще всего мне задают вопрос: «зачем?» зачем кому‑то сознательно создавать мир, в котором женщины вынуждены быть «ходячими гробами»? это кажется необъяснимым, пока не поймёшь, что всё это никак не связано с заботой о семьях или детях. речь идёт о навязывании мировоззрения, согласно которому задача женщины — забеременеть и оставаться беременной вне зависимости от цены и последствий. но, поскольку у республиканцев не хватает смелости признать эту правду, и поскольку они боятся избирательниц, которые как никогда склонны поддерживать право на выбор, они лгут. они говорят о сострадании, потому что знают: их законы жестоки. они используют слово «консенсус», принимая запреты, которых избирательницы не хотят. они называют демократов экстремистами, одновременно борясь за право отказывать женщинам в жизненно необходимых абортах в отделениях неотложной помощи. а поскольку республиканцы знают, что подавляющее большинство избирательниц выступают против их запретов, они делают вид, что смягчают свою позицию в отношении абортов, — продвигая одну из крупнейших лжи в политике вокруг абортов: «исключения». снова и снова республиканцы намеренно предлагают и принимают такие «исключения», под которые никто никогда не сможет подпасть. единственная их цель — позволить экстремистским законодателям изображать умеренность или делать вид, будто они на что‑то пошли навстречу. и, честно говоря, любой республиканец, утверждающий, что эти исключения реальны, должен заявлять об этом перед всеми теми женщинами, которым сказали, что они не имеют права на помощь, — даже когда у них развился сепсис или им пришлось удалить матку. они должны оправдываться перед такими женщинами, как кейт кокс, докторка деннард или бриттани уоттс, которой не просто отказали в помощи в религиозной больнице, когда у неё слишком рано отошли воды и беременность не могла продолжаться, — её арестовали, когда выкидыш произошёл у неё дома. единственное «исключение» со стороны республиканцев, в котором есть хоть крупица правды, — это оговорка о жизни женщины, хотя и не в том смысле, в каком они думают.

джессика валенти: с тех пор как решение по делу «роу против уэйда» было отменено, я документирую вред, который наносят запреты на аборты, — в своём информационном бюллетене под названием abortion every day («аборт каждый день»). я освещаю всё: от законопроектов и судебных баталий до стратегий и риторики противников абортов. но, к сожалению, чаще всего я пишу о страданиях. и хотя американки знают о части страданий, вызванных запретами на аборты, — благодаря храбрости таких женщин, как докторка деннард, — есть сотни других историй, которые так и остаются неосвещёнными. я разговаривала с 21‑летней женщиной из техаса, которой отказали в аборте, хотя у её плода не было головы, и с работницей больницы в южной каролине, которая видела, как студентка колледжа умерла, пытаясь самостоятельно прервать беременность. каждый день я получаю больше сообщений, чем когда‑либо смогу ответить. я могла бы делиться историями, которые шокировали бы и ужаснули вас так же, как они шокируют и ужасают меня каждый день во время этой работы. но я хотела бы использовать своё время здесь, чтобы подчеркнуть: эти невероятные страдания, эта жестокость, с которой к американским женщинам относятся как к существам, менее ценным, чем люди, — всё это не случайность, а часть продуманного плана. несмотря на заверения республиканцев в том, что такие случаи, как дело доктора деннард, — это результат «родовых мук» законодательства или просто непонимания закона со стороны врачинь, несмотря на заявления о том, что их запреты нужно лишь немного скорректировать или прояснить, я хочу чётко обозначить: вся эта боль и страдания не просто были ожидаемы. они были запланированы. законодатели и активисты, выступающие против абортов, хотят, чтобы избиратели верили, будто они и не подозревали, какой станет америка после отмены решения по делу «роу». но у них было 50 лет, чтобы подготовиться к этому моменту, — и они разрабатывали план тщательно, стратегически и безжалостно. каждая девочка, ставший жертвой изнасилования мужчиной и вынужденная рожать, каждая пациентка с раком, которой отказали в помощи, каждая женщина, арестованная после выкидыша, — всё это учитывалось, по этому поводу велась стратегия. но поскольку американки всё сильнее злятся из‑за того, как запреты на аборты влияют на их семьи и сообщества, республиканцы отчаянно пытаются скрыть эту правду от избирательниц. им нужно, чтобы мы верили, что они не те жестокие экстремисты, какими их выставляют их же законы. и уж точно они не хотят, чтобы мы знали, что они планировали смерти женщин — буквально так же, как продумывают тезисы для выступлений или анализируют результаты опросов. несколько месяцев я отслеживаю консервативную кампанию, цель которой — посеять недоверие к данным о материнской смертности. республиканцы знают, что статистика покажет: их законы убивают женщин, — поэтому они заранее заявляют, что цифры материнской смертности неточны. в некоторых штатах даже полностью распустили комитеты по анализу случаев материнской смерти. а поскольку чаще всего умирают наиболее маргинализированные из нас, они надеются, что никому не будет до этого дела. я также документировала, как движение против абортов месяцами закладывало основу для того, чтобы обвинять в смертях женщин врачинь — будто проблема в людях, которые работают под угрозой потери лицензии или тюремного срока, а не в законах, мешающих им выполнять свою работу. всё это значит вот что: когда республиканцы изображают удивление или сострадание по поводу ужасов, обрушившихся на америку после отмены «роу», они лгут. они знали, что женщины будут страдать и умирать из‑за их законов. они решили, что такой «обмен» стоит того, — и всё, что они делали с момента отмены решения, было направлено на то, чтобы скрыть этот факт. большинство этих лживых заявлений лежат на виду. когда республиканцы говорят американкам, что предлагаемый ими общенациональный запрет на аборты на сроке до 15 недель — это разумный компромисс, они умалчивают о том, что закон заставит женщин вынашивать нежизнеспособные беременности до второго триместра.

я не реагирую на псевдоаргумент «а что, если бы твоя мама абортировала тебя» не только из‑за парадокса «если меня не будет, то мне всё равно», но и потому, что я признаю в своей маме человека, обладающего правом выбора. а ещё я не считаю, что материнство и аборт исключают подруга подругу. женщины, сделавшие аборт, потом могут стать родительницами. родительницы могут делать аборты. откуда вы знаете, что у моей мамы когда‑то не было аборта? или у вашей?

1 сентября 2026 г. манчестер, англия — на этой неделе в манчестере, англия, начнётся суд над мужем, обвиняемым в том, что он более двух десятилетий подмешивал жене наркотики и совершал в отношении неё сексуализированное насилие. вместе с ним перед судом предстанут ещё дюжина мужчин, которых обвиняют в участии в насилии или в содействии ему. по данным прокуратуры, мужу — 60‑летнему мужчине из стокпорта, что на севере англии, — предъявлено обвинение по 48 эпизодам, первые из которых относятся к 2004 году. полиция не раскрывает личность мужа публично, чтобы защитить приватность его жены. изначально мужчина отрицал все обвинения. впоследствии он признал вину по 15 пунктам, как сообщили в прокуратуре: по пяти эпизодам изнасилования, шести эпизодам нападения с проникновением, трём эпизодам сексуализированного насилия и одному эпизоду распространения интимных фотографий жены без её согласия. по остальным 33 пунктам он вину не признал. 12 соучастников преступления в возрасте от 28 до 73 лет также отрицают обвинения. судебный процесс должен был начаться во вторник, но был отложен до среды из‑за «непредвиденных обстоятельств», как пояснили в суде. источник

Бунт женщин из-за прокладок #феминизмSOVA 🔴В социальных сетях набирает популярность обсуждение, которое можно называют «бунтом женщин из-за прокладок». Пользовательницы обращают внимание на странную бытовую несправедливость: в гостиничных номерах часто предусмотрено практически всё – от зубной щетки до бритвенного станка и расчески.  🌸Но средств менструальной гигиены обычно нет. И это перестало устраивать женщин: почему прокладка до сих пор считается необязательной мелочью, хотя туалетная бумага воспринимается как базовая необходимость? 🔴  SOVA  👩  задонатить 🔴

Какие идеи в традиционной психологии вредят женщинам? 4. Виктимблейминг В классических подходах (особенно в психоанализе, ранней виктимологии, семейной системной терапии и некоторых клинических моделях середины XX века) ответственность за насилие частично или полностью перекладывалась на пострадавшую. Современная традиционная психология недалеко ушла от этого, до сих пор в контексте разного рода насилия можно столкнуться с вопросами «что она сделала, чтобы спровоцировать?», «не бессознательно ли она этого хотела?» В контексте партнёрского насилия/абьюза все еще фигурируют рассуждения о созависимости, выученной беспомощности, патологической привязанности/стокгольмский синдром или мазохистических чертах жертвы. Системные подходы иногда говорят о «циклическом взаимодействии», где оба партнёра вносят вклад, фактически размывая ответственность агрессора. Ну и конечно же «вторичная выгода» жертвы, как же патриархальные психологи любят этот термин. Это когда начинаются рассуждения формата «Если она остаётся/не уходит/продолжает страдать — значит, ей это чем-то выгодно/что-то за этим стоит/она на самом деле не хочет» - вот это классическая форма виктимблейминга: фокус смещается с агрессора и системы власти на «мотивы» жертвы. Получается, что ответственность за продолжение насилия частично лежит на ней самой — потому что она «получает выгоду». 5. Ну и мое «любимое»: иерархическая модель «эксперт-пациентка». Традиционная терапия строилась на фигуре «эксперта»-мужчины и пациентки, которая должна была слушать его интерпретации и подчиняться. Что не так с этой моделью? В обществе, где женщины и так уже находятся в подчинённом положении, кабинет терапевта с идентичной моделью «знающего сверху» попросту становится продолжением той же патриархальной динамики. Клиентка снова оказывается в роли незнающей, не понимающей себя, той, кого нужно направлять и ИСПРАВЛЯТЬ. Это особенно опасно для женщин с опытом абьюза, гиперконтроля, обесценивания. Такая модель закрепляет зависимость — когда терапевт позиционирует себя как носитель истины, клиентка постепенно перестаёт доверять собственной оценке реальности, вместо усиления автономности происходит усиление зависимости от «эксперта». В конечном итоге это приводит к многолетней терапии без реального роста субъектности и видимых изменений. К тому же, если не рассматривать клиентку как главную экспертку своей жизни(своего тела, своей истории, своих чувств), а брать эту эспертность на себя, можно легко перейти в газлайтинг и получить полную власть над клиенткой. В традиционной модели власть часто не проговаривается и кажется, что терапевт просто помогает, на деле полностью самостоятельно определяет повестку, интепретации, критерии успеха. Когда власть не проговаривается, она становится невидимой, тогда её сложнее оспаривать и критиковать. Полного равенства в отношениях психологиня-клиентка быть не может, у психологини есть ответственность, профессиональные знания. Проблема начинается тогда, когда эти знания превращаются в позицию превосходства, а клиентка — в объект, который должен слушаться и который нужно исправить. Именно эта динамика воспроизводилась и воспроизводится по сей день в традиционной психологии. Поэтому фем терапевтки предложили отойти от этой ассиметрии и открыто говорить о власти, максимально её уменьшать(прозрачность методов, совместная постановка целей, право клиентки не соглашаться и тд), относиться к клиентке как к равноправному субъекту, а не объекту исправления, передавать клиентке экспертность касаемо её опыта и усиливать её собственный голос. 2/2

Какие идеи в традиционной психологии вредят женщинам? 1. Адроцентризм. Это когда всё мужское воспринимается как универсальное, а женское — вторичное. В медицине у нас как? Мужской организм — это первостепенный шаблон: ● все препараты тестируются на самцах; ● заболевания органов учитывают исследования, основанные на мужских организмах; ● в медицинских учебниках «стандартные» органы почти всегда изображены на мужском теле. Женская анатомия появляется в основном в разделе репродукции; ● для женщин боль — это норма, для мужчин — симптом; ● все женские заболевания не так важны и не требуют острого внимания. Мужчина рассматривается как стандарт «нормального» человека, а женщина — подобие этого человека со своими «женскими примочками». В психиатрии и психологии, к сожалению, схемы не отличаются. Как только начались зарождаться пси-направления, все исследования проводились на мужчинах, а результаты обобщались на всех. Когда в исследования стали включать женщин и их результаты отличались, это трактовалось, как отхождение от нормы. В настоящее время да, стало получше, благодаря фем терапевткам восприятие женщин в психологии немного изменилось, но всё еще можно встретиться с предубеждениями: многие современные работы в поведенческих и мозговых науках о половых различиях, на самомом деле, не проводят корректных сравнений. Женщины по прежнему слепое пятно для «биг психологии». 2. Игнорирование социального контекста. Тадиционные пси-направления грешат биологизаторством и очень любят приписывать женские ментальные проблемы к генетике, гормонам, анатомии, «женскому мозгу» и многим другим научно не подтвержденным догадкам. Традиционная психология рассматривает такие явления, как тревога, депрессия, проблемы в отношениях, как результат внутренних конфликтов, «искаженного мышления», личностных дефицитов, игнорируя социальные условия. И почему же в контексте психологических тем, если речь идет о женщинах, важен социальный контекст? Потому что на формирование многих переживаний и симптомов влияет политэкономическая обстановка, высокая распространённость насилия и следствие — травмы и многое другое. Учёт социального контекста не исключает биологию, а сочетает анализ структур, помогая отличить адаптивную реакцию от «патологии» и увидеть, почему именно конкретные переживания возникают у многих женщин в определённых условиях, как эти переживания поддерживаются и как их можно изменить. А объяснение женского поведения и страдания через биологию смещает фокус и ответственность. 3. Патологизация женского опыта. Помимо того, что мужской организм и опыт ставятся в центр изучения и берутся за норму, женский в свою очередь считается чем-то больным и ненормальным. Например, гнев, отказ от традиционных ролей, сексуальная активность или, наоборот, отказ от секса часто трактовались как симптомы болезни (истерия, зависть к пенису, мазохизм и тд). Если женщина соответствовала гендерной роли (пассивность, зависимость), то она считалась здоровой, если же вела себя иначе — становилась больной. В данный момент с точки зрения традиционной психологии какая женщина считается ментально здоровой? Считается ли нормой, если женщина не хочет вступать в брак, заводить детей, в целом быть с мужчиной? Традиционная психология вводит в статус патологии любые социально неприемлимые реакции женщины, локализирует проблему внутри женщины и предлагает адаптацию к существующим нормам, опираясь на мужской опыт. Что предлагает фемтерапия: не просто учитывать женский опыт, но и переосмыслять «симптомы» как стратегии совладания, сопротивления или логичные ответы на угнетаюшую среду. 1/2

То есть права мужчин уменьшаются тем, что права появляются у женщин :) видимо речь идёт о правах собственности на женщин и детей?))

Вот когда мужчина ноет о том, что их ущемляют, уменьшают их права в пользу женщин... То всегда, если задать им вопрос в чем именно, они начинают перечислять вещи, которыми раньше ущемляли женщин, но давали привелегии им. А теперь, когда право на жизнь, тела, выбор —вернулся к тем, кому они и должны принадлежать, они этим жутко недовольны. Ещё и за детей заставили отвечать :( раньше можно было просто оставить ребёнка в лесу вместе с женой, если кормить на хочешь. Ну, и куда без армии. Классика. Причём тут женщины? А похуй, тоже виноваты.

Да пусть воспитывают, беда только в том, что когда мать одиночка это прицеп, а если мужик, то герой славы, все готовы памятник поставить, и все сразу такие радостные и счастливые. Ну воспитал/ воспитала и? Молодцы. Я вообще не понимаю ни одни ни вторые вопли.

Ля, это из серии “детей должна воспитывать женщинааа! Мужчина добытчиГг.”Зато когда хвалят воспитание ребёнка, он всем расскажет, какой хороший папа) У меня бывший буквально на любую жалобу по воспитанию ребёнка (я уставала жестко) говорил ТЫ ЖЕ МАТЬ🤕🤕🤕 И что теперь, у меня какие то супер силы в родах появились?? Т.е. В его понимании родившая женщина физически не может устать от ребёнка, никак, вот вообще. Иначе она не мать. Занавес🤡

Оооо!!!!! У меня есть история на эту тему! Знакомый чел не захотел отдавать ребёнка жене, типа нехуй, раз ты решила от меня уйти, то она будет СО МНОЙ. И он просто скинул ребёнка на свою мать и всем говорил, что воспитывает ребёнка ✨✨САМ✨

Вот разговор, в котором я однажды участвовала: Мужчина: У нас недостаточно секса. Я бы хотел, чтобы у нас его было больше. Я: Но я устала, вымотана и расстроена. Ты пальцем о палец не ударишь, чтобы помочь по дому. Я целый день работала, потом забрала детей из садика, приготовила ужин, убрала их игрушки, искупала их и уложила спать, а ты даже не удосужился протереть кухонный стол или поставить стирку. И после этого ты рассчитываешь на секс! Мужчина: Ну, возможно, мне не хочется делать что-либо из этого, если у нас нет секса. Сценарий, разыгравшийся в том разговоре, воспроизводится в разнополых семьях по всему миру, особенно там, где есть дети. Значительная часть постов на Mumsnet с хэштегом AIB ("Разве я на пустом месте придираюсь?") начинается с того, что женщины спрашивают, не слишком ли они придираются, разозлившись на мужей, которые не выполняют свою долю домашних обязанностей, не менеджерят быт и не заботятся о детях. В ходе обсуждений часто выясняется, что эти мужчины не только домашние лодыри, но и насильники, которые ноют своим выжатых как лимон жёнам, чтобы те добавили минет в и без того длинный список дел. Однако, когда мужчины ищут совета по отношениям на Mumsnet, ситуация обычно обратная. Главная жалоба мужчин заключается в том, что их не устраивает частота секса в отношениях. И лишь где-то в разгаре обсуждения всплывает, что их жёны выполняют почти всю работу по дому. И мужчины часто изображают удивление, когда другие пользователи указывают на возможную связь между этими фактами. Такие ситуации показывают, что существует фундаментальное разрыв в том, как мужчины и женщины понимают «желание» и «потребность» применительно к сексу и домашним обязанностям. Жаль, что я не осознавала этого яснее раньше, потому что теперь понимаю: я потратила кучу времени, пытаясь достучаться до мужчин так, как будто говорю с другими женщинами, тогда как на самом деле приоритеты большинства мужчин совершенно иные. Я не собираюсь утверждать, что «мужчины с Марса, женщины с Венеры». Я не считаю, что женщины от природы созданы для быта, и не призываю нас «изучать язык любви мужчин» или использовать наш «эротический капитал», чтобы хитростью заставить мужчин выполнять домашнюю работу. Но я действительно думаю, что в этом больном порно мире очень многие мужчины проводят чудовищное (и часто не известное окружающим) количество времени за просмотром порно фото и видео, которые подстёгивают их либидо и чувство сексуальной привилегированности и поощряют их желание делать то, что не то что не приносит удовольствия женщинам, а вообще им вредит. Очень многие женщины не осознают - или предпочитают не осознавать - насколько это искажает способность мужчин вести себя как разумные взрослые в реальном мире. Я думаю, нам нужно хорошенько присмотреться к этому разрыву, потому что иначе женщины продолжают действовать, исходя из иллюзий о мужчинах, а не из реальности. Полностью: https://fembaza.notion.site/2faa959b2c9980b3bdc1e60fa144bbbf

о да восхвалять и романтизировать зверское насилие над малечкой аабсолюююютно тоооже сааамое что и не любить трансов и писать об этом в твиттер ну прям ващееее тооооо же самое эти остолопы каждый день меня поражают

твиттер поражает с самого утра. > дегенерат выкладывает эдит по антивоенному фильму "иди и смотри" о преступлениях нацистов в беларуси; эдит восхваляет нациста, изнасиловавшего тинейджерку > пользовательница ретвитит это со словами "мужчины активно празднуют изнасилование женщин и девочек" > некий гражданин на английском языке отвечает ей: нейротипичные люди восхваляют насилие против всех, кто от них отличается, а указывать на то, что мужчины восхваляют насилие, означает игнорировать преступления джоан роулинг что я, чёрт побери, только что прочитала?