λόγος φάλλοςα

Вышла. https://cataclysm.online/post/vladimir-yankelevich

Шизоанализ для самых маленьких

https://cataclysm.online/post/nol-po-shkale-chelovechnosti Рустам и Я завершили работу над нашим эссе об Инфоноэзисе. Философия ходила вокруг образа человека всё своё существование, не сумев отойти, продолжает через имя иного продвигать гуманные взгляды. Маски чужеродного остаются на человеческих головах с оными мыслями и рецепциями, эта работа — попытка сделать шаг в сторону, проходя рядом с изменением человечности в иные формы к совсем чужой разумности. В этой работе мы проводим последовательную критику гуманизмов, производя новые оптики, через которые отрыв от реляционной петли антропного представляется возможным. Таким концептом дистанцированного от человека Иного - является пространство инфоноэзиса, манифестируемое в статье.

⊶⊚⊖⬚⊟⊑∷༜⊚༜∷⊒⊞⬚⊖⊚⊷ ᐛᢰ|•ᒣ ᐂ +ᢳᐉ ᗛ ꕢ ꔮ ᕳ≒ᐍ ꔆ ᐂ≓ᕲ ꔮ ꕢ ᗘ ┌ ∴༶༜࿀⊖࿀༜༶∴ ┐█ ͇ ͇ ͇͇ ͇ ͇ ͇ ͇ ͇ ┌ ▄█▀▄ ͇ ͇ ͇͇ ͇█ ͇ ͇ ͇ ▐▄┌

В ближайшее время ляжет окровавленный труп отрицания человечности с вспоротым брюхом, внутри коего имманентным образом сидел гуманизм латентной формы. Убийца его будет известен совсем скоро, и он будет на свободе от кодификации нашей логикой.

Уже на этой неделе выйдет наше совместное эссе с Рустамом. В нем мы рассекаем имплицитные корни всех ныне существующих гуманизмов в философии, подвергая их деконструкции и радикальной пересборке. Главной целью эссе является предложение концепта по-настающему иной нечеловеческой разумности. Антропос - готовься ко встрече с ним.

Ладно, это оказалось никому не интересным, но пусть будет вторая часть. Критики Канта Соломоном Маймоном 2. Кант разделял познание на две изолированные способности, пассивную чувственность (получение ощущений) и активный рассудок (применение категорий). Маймон ставит перед этой схемой вопрос о праве, как наши чистые умственные понятия могут на законных основаниях применяться к чувственным созерцаниям, если они имеют совершенно разную природу? По мнению Маймона, кантовская схема воображения не решает эту проблему, так как между абсолютно разнородными сферами невозможно построить мост. Это косвенно продолжает тему "вещи-в-себе", но вот какую альтернативу предлагает Соломон. Чтобы снять противоречия, Маймон призывает отказаться от дуализма, чувственность и рассудок должны иметь единый источник. Он вводит понятие бесконечного рассудка, человеческий разум — лишь его ограниченная часть, и то, что кажется нам пассивным ощущением, приходящим извне, для бесконечного рассудка является его собственным, ещё не полностью осознанным продуктом. Проявляется вполне себе гегельянская тема, раз субъективация снимается и остаётся место лишь объективности. Разделение чувственности и разумности противоречивым, поскольку результат их соединения в трансцедентальном схематизме по мнению Маймона должен быть ЛИБО созерцанием, ЛИБО понятием, таким образом пропасть между пассивным чувством и активным разумом не заделывается. Достаётся и априорности в понятиях Канта, априорность математики принимается как факт, и в этом ничего такого, здесть же выступает "но". Физика и естествознание не может быть априорным, оные категории по типу причинности к явлениям природы не применимы, потому что априорное понятие причины не обязательно подчиняет себе физические явления, мол, в опыте мы имеем дело лишь с постоянными совпадениями, что не необходимы (получается контингентность Мейясу какая-то). Априорное в таком случае может быть в статусе идеального, которое не должно переносить на физическое и его законы. В первой части я обмолвился, что Маймон также критикует понимание пространства-времени, так вот, для Канта пространство и время были пассивными вместилищами опыта, отделенными от рассудка, для Маймона они продукты активной деятельности ума, конструирующего отношения между объектами, мол, отрывая формы чувственности от категорий рассудка пространство и время содержательно пусты без логических отношений различия и тождества, которые их генерируют. Непрерывность пространства и времени не может быть дана в пассивной чувственности, поскольку их непрерывность конструирует ум исходя из конечных вещей, собирая всё это в бесконечность, и бесконечное деля до конечного и т.д. Жидковато получилось. Третьей части не будет.

https://cataclysm.online/post/kosmicheskiy-pessimizm Юджин Такер. «Космический пессимизм». Юджин Такер - современный философ, автор известного исследования «В пыли этой планеты». Его небольшое эссе «Космический пессимизм» — это меланхоличное и поэтичное исследование границ человеческой мысли. В нём Такер препарирует понятие пессимизма, выводя его за рамки бытового «дурного настроя». Переводчик: Mon T'Age Обложку сделал: nicoe

Одной из тем противостояний между постгуманистами и, например, ингуманистами (стоит сказать, что ингуманизм является формой постгуманизма), может быть разное понимание сознания, если первые стремятся улучшить или изменить разум посредством аугментации или эволюции, что очевидным образом предполагает физиологическую корреляцию майнд-боди (тело тут понимается как мозг), то для вторых разумность выступает отдельной самостоятельной системой, которая способна автономно изменяться в обнаружении инвариантов себя же. То есть имеется вполне ощутимая способность рационально преодолеть нынешнюю конфигурацию, но вот в чём загвоздка. Гуманистический разум считает себя данным (мы не конструируем свои биологические мозги с нуля). Постчеловеческий разум должен обладать способностью к самомодификации. Такой самомодифицирующийся разум постоянно сталкивается с проблемой импредикативности, он должен переписывать код своей собственной логики, используя саму эту логику, которая испещрена парадоксами и зависаниями, будь то хотя бы гёделевский барьер, который утверждает, что будущая модификация системы не может быть избавлена от противоречий, и всегда будет нуждаться в системе более высокого уровня, вплоть до всезнающего и всеблагого (очевидно на что намёк) другого, что создаёт зависимость от более лучшего. Если развить мысль с самомодификацией, это приведёт нас к банальной вере в то, что новый виток разума будет лучше, поскольку разум должен доказать сам себе своё превосходство. Ингуманизм как усиленный рациональный гуманизм оставляет сознание самому себе без всякой биологии, но с коллективизацией, то есть шансы на ложное развитие только увеличиваются, поскольку в синтезе нескольких сложным систем напряжение растёт, самомодификация отводится всё более ограниченным системам, что видят каждый свой наилучший исход преодоления границ, или наоборот не видят. Реза Негарестани идёт дальше, и даёт человеку способность назвать своим именем другое разумное существо, будь то машина или животное, опять таки, это очередной человек, а не non-human, уже знакомый и только-только догнавший до нашего состояния, но не новый, не иной, притом что ингуманизм критикует антропоцентризм, но наделяет человечностью всё разумное и креативное.

https://cataclysm.online/post/kseno-shiftery-k-boyu Текст о том, как толпы Sorge-Полицаев бегут за безумными ксено-шифтерами, чтобы вернуть их в лоно полезности. Но эти негодяи вновь и вновь ускользают от них. И всё же, почему мы забыли о творчестве?

Перевел тут один невероятно сочный текст из 1996 года - «PoMophobia» (Помофобия) за авторством раннего Марка Фишера и Робина Маккея. Это эпоха зарождения легендарного кибернетического кружка CCRU: смесь академического концептуализма, кибер-готической паранойи и уличного лондонского рейва. Суть текста - безжалостная атака на постмодернизм (то самое «ПоМо»). Фишер и Маккей препарируют постмодернистское искусство как мертвый, вымученный конструкт, где всё пропитано парализующей саморефлексией. Ты не танцуешь, ты «отыгрываешь танец». Ты не делаешь что-то, ты спрашиваешь у внутренних «Жак-офицеров» (привет Лакану и Деррида), что значит это делать. В чем была главная сложность (и кайф) перевода? Читать раннего Фишера - это как слушать техно вперемешку с лекциями Делёза. Переводить его сухим академическим языком - значит убить всю контркультурную агрессию текста. Поэтому я пошел по пути сленговой адаптации, скрещивая философию с языком интернета и тусовок. https://cataclysm.online/post/pomofobiya

Критика Канта Соломоном Маймоном. (Вещь-в-себе) В первую очередь достаётся такому небезызвестному понятию как "вещь-в-себе", нечто ноуменальному, недоступному для мышления и категоризации. Однако вещь-в-себе не является независимой ноуменальной сущностью, поскольку благодаря ней в стиле Гегеля даётся возможность познать опыт как таковой в его полноте, то есть вполне допустимо сказать, что Маймон предвосхитил гегелевское "мыслить о границе значит уже её преодолеть". То есть вещь-в-себе потенциально познаваема, поскольку Маймон помещает понимание и чувственность в удобоваримую область. Это прежде всего идея, которую нужно постичь, а не нечто причинно удалённое от нас. "Знание о вещи-в-себе — это не что иное, как полное знание феноменов" («Philosophisches Wörterbuch oder Beleuchtung der wichtigen Gegenstände der Philosophie in alphabetischer Ordnung»). Оно не может быть дано из другой части, находящейся за пределами сферы знания и его условий, потому что в этом случае оно (снова) будет причинно данным, что неприемлемо с критической точки зрения. Тем самым понятие вещи в себе предстает у него как внутренне противоречивое, она обладает тем, чем обладать для неё невозможно в силу самого ее понятия. В книге «Категории Аристотеля» Маймон объясняет это противоречие на примере созерцания красного цвета:

"Созерцание некоторого объекта не означает созерцание объекта вне сознания. Это не имеет никакого смысла. Красный цвет, например, есть созерцание. Но что посредством него созерцается? Вещь вне сознания, которая в сознании является красной, есть бессмыслица!"

Впрочем, само понятие "вещь-в-себе" (якобы (не Якоби)) немыслимо и невозможно для понятия, ведь недоступное знанию не может быть необходимым условием для познания. Если вещь-в-себе есть, имеет свойство быть, то и возможно может стать представлением для сознания. Также Соломон Маймон критиковал дуализм чувственности и рассудка, выдвигая свой монизм, поскольку и то и другое степени единого процесса познания, а несовершенство первого связывалось с её неспособностью понять правила, лежащие в основе объектов. Дуализм Канта же, по мнению Маймона, не позволяет синтетически понимать априори, поскольку это принципиально разнородные способности. Множество тем было затронуто еврейско-немецким философом, вплоть до понимания пространства и времени Кантом, если будет интересно, то возможно пост обзаведётся продолжением в виде второй части.

Всем жертвам философского автозака соболезную.