Н.Коляда печатает...

Спасибо китайцам Когда начинаю ставить спектакль, еду на Кировский оптовый рынок за идеями. Спасибо китайцам. Пройдешь по рядам и сразу выберешь себе то, что надо для спектакля. Все свои спектакли я только так и поставил. Художника у меня нет, всё придумываю сам. Никаких эскизов не рисую. Как-то всё на ходу придумывается. Всю эту неделю езжу на рынок, закупаюсь для спектакля "Слуга двух господ". Увидел такие пластмассовые скатерти-накрывашки (не знаю, как называается это): с одной стороны один рисунок, с другой - другой. Красиво - невозможно как. Размер у них - метра полтора на метр. Купил сразу коробку. По 18 рублей штучка. 180 штук купил. Привез в театр, выложил на сцену, артисты стали с этим играть. Красота. Просто красота. Вдруг, как полянка, как ковер какой-то на сцене. А можно свернуть и сделать шапку. Будет цветная такая шапка. А если в самом верху шапки приспособить ткань, чтоб она волочилась, будет высокая шапка с тряпкой. Ну, короче говоря - что-то такое красивое. На другой день поехал и купил много-много хлопушек. То есть, мухобоек. Они красивые тоже. Их можно использовать, как веер. Можно лупить по стенам, будто мух полно. Еще раз поехал и купил много-много штор. Штора три метра - четыреста рублей, пять метров - семьсот. Я купил 15 штук. Приехал в театр, накрыл шторами артистов. Сказал им: "Сидите так, как казахская невеста!". У нас так в деревне говорили про человека, который разоделся. А с этим шторами всё, что угодно, делать можно. И завернуться, и накрыться, и сделать фату, и черт знает что. Еще раз поехал и купил красивые такие колпаки. Накрывашки от мух, от насекомых. Хотел их раньше купить много, а их разобрали. Осталось только две. Ну, две тоже хорошо. Тоже красивые. Их можно на голову надеть, как шляпу. Еще девчонкам-артисткам купил летние платья китайские по пятьсот рублей шесть штук. Яркие-преяркие. Еще я там видел обувь, но она дорогая - по семьсот рублей пара. Такие полусапожки, сделанные из какой-то будто вязанной ткани, будто из салфетки. И белые, и синие, и всякие. Жаба давит, денег жалко. Но куплю всё равно потом. Так что - спасибо китайцам за идеи и за товары. Что бы я без них делал? 20 августа 2012 года.

Транссёрфинг Позавчера сидим мы в моем кабинете с новым моим директором Александрой Чичкановой (с нового сезона она стала исполнительным директором) и думаем, где найти денег на поездку в Кишинев. Нас позвали туда на фестиваль в ноябре и очень хочется съездить, показать там "Ревизора", а это - 19 человек и, если на самолете, то надо 294 тысячи. Часть дороги устроители оплачивают, но, поскольку мы знаем, что они сами ("Театр с улицы Роз") беднее бедного, то и требовать чего-то с них - совсем некрасиво. Вот, сидим. Дверь вдруг открывается, входит молодой человек, очень волнуется, руки дрожат и говорит, протягивая мне конверт: "Я хотел бы помочь вам немного деньгами". Я взял конверт сразу, не ломаясь - мол, не надо, а сказал "спасибо" десять раз и пожал руку человеку. Он ушел. Я заглянул в конверт, а там ... 100 тысяч рублей. Понимаете? Тамара Зимина, которая ходит в какие-то секты на всякие семинары, называет это "транссёрфинг" (так пишется это слово?). То есть, чего захочешь - оно тут же исполняется, только сильно надо захотеть. Вчера мы купили билеты на самолет, полетим в Кишинев 24 ноября и 30 явимся назад. Сказать, что невозможно благодарен этому человеку (только и знаем, что зовут его Андрей) - не сказать ничего. А просто, товарищи, ведь так - не бывает в жизни, только в сказках, правда? Но вот уже который раз (а помогали нам так, не скажу, чтобы часто, но помогали люди и всегда - мы выкручивались из самых сложных ситуаций) такое происходит. Дай Бог всем здоровья, кто помог, спасибо вам. Не знаю, как и благодарить. Понимаю, что это постыдно, когда здоровы и сильны, а стоим с протянутой рукой, но всё-таки - хоть мы и здоровы и сильны, но без помощи не можем. Так уж получается. Еще раз спасибо. И верьте в транссёрфинг. 19 августа 2009 года.

Всеобъемлюще Сегодня мои артистки Тамара Зимина и Наташа Гаранина прочитали эту пьесу в "Театре в бойлерной". Народу было много, человек 100 на 60 мест. Все, поди, пришли посмотреть как он "наш-то, совсем с ума спятил". Все мои артисты пришли, смотрели и говорили потом слова какие-то. Я им не верю. Врут они всё. Правды никогда не скажут. Представляю, как, скажем, новомодный драматург Паша Казанцев (который и двух букв пока связать не может в текстах), вышел после этой презентации на крыльцо театра и сказал: - Да как они заебали эти бабушки-артистки, их проблемы, этот всегдашний его колядовский прием - в конце плачут! Надоело! Всё правильно. А теперь ты придумай так, чтоб на основе твоего, новомодного языка, в течение часа держать внимание зрителя (хотя бы 100 человек), чтобы они ржали и потом - плакали. У тебя есть другой, отличный от моего способ вызывания слез и смеха? Ну, сделай, я посмотрю. Правда 18 августа 2008 года.

Вот на этой фотографии, где я в Америке (см.ниже): мы поехали на каком-то пароходе или на пароме - черт его знает - куда-то. Кто-то меня сфотографировал. Фотка осталась. Начало перестройки - "кооперативная" (как же это называлось? паленка? крученка? красилка) рубашка, их делали в гаражах, моднявые были такие рубашки - хотя, нет, я, кажется, покупал ее где-то за границей, ну, не важно, так вот - рубашка, Коляда, на заднем плане - башни. Но - я на них никогда не обращал внимания, рассматривая эту фотку. А обращал внимание всегда вот на того ребенка, который на заднем плане смотрит в объектив. Кто это ребенок? Он уже взрослый человек. Как он попал в кадр? Не знаю. Не знаю почему, но я боюсь быть в чьей-то фтографии случайно, на заднем плане. 17 августа 2005 года.

Паучок Сегодня на даче первое, что сделал: пошел смотреть гнездо в кусте крыжовника. Птички сидят на краешке гнезда и смотрят на меня: мол, чего надо? Я тихо-тихо ушел. Через полчаса летают во дворе вроде как птенцы. Опять пошел смотреть гнездо - а там пусто. Хотел сфотографировать - сели батарейки. Гнездо такое беленькое внутри. Восемь лет назад я купил этот дом. Посадил много всего. Первый год этот - выросла слива, желтая, сладкая. Штук двадцать всего, но всё равно. На Урале - сливы. Неделю назад в мою машину забрался паучок (наверное, на даче) и жил там. Утром выхожу из дома, сажусь в машину: на зеркале он сделал паутинку. Наверное, потому, что в зеркале отражается свет и он так ловит мошек. И так - дня четыре подряд. Пока езжу паутина упадет, он ночью снова сделает. Днем сидит где-то в машине, катается со мной, прячется. Потом забрался в кабину и стал делать паутинку на руле. Сейчас исчез. Наверное, решил покинуть эту грязную машину, в которой столько мошек. 16 августа 2005 года.

Вечером сидели в ресторане - я, Лия, Мария и Сергей. Мы с Ахеджаковой сто лет не виделись, зацепились языками и давай всем кости мыть, вспоминать всё, смеяться. Сергей и Мария сидят, грустно на нас смотрят, даже неловко стало. Слушал Лию - так давно я не смеялся. Ужасно смешные истории про всех общих знакомых. А в конце вечера я говорю ей абсолютно искренне: - Лия, какое счастье, что вы играли в пяти моих пьесах. Вы великая артистка, такой подарок вы мне в жизни сделали. И это правда. Она говорит: - Правда, что ли? В пяти? Говорю: - Ну да. Сосчитаем: "Селестину", "Половики и валенки" с Покровской, "Мы едем, едем, едем" с Яковлевой, Петровой, Леонтьевым, "Старосветскую любовь" с Богданом Ступкой, "Персидскую сирень" с Жигаловым. Говорит: - А правда. Будем вот скоро в Риге играть "Персидскую сирень". По-моему, мы ее тысячу раз сыграли за эти 25 лет. )))) 15 августа 2016 года.

Думаю вот Вчера приехала наша декорация. Вывалили из машины всё это барахло на сцену. Грузили это в Польше в последний день, ночью, после спектакля, а оно всё сырое, в поту, всё в краске после "Лира", не выстиранное и в дороге всё - так крепко завоняло. Шофер говорит, что на таможне его заставляли все выкладывать на землю и таможенники это рассматривали, фотографировали, сверяли со списками. Представляю лица таможенников, нюхающих эти кости, банки из-под кошачьего корма, чулки, костюмы из строительных мешков и прочее, прочее, прочее говно, которое я подбирал для спектаклей не для того, чтоб выебнуться, а по бедности, по бедности дикой. Вот стоял я, тоже смотрел на это говнище грязное, стоял, смотрел на это и думал: - Коляда, милый? Ну какой это театр? Дичь какая-то. Тащимся в самолеты с сумками с реквизитом, встаем в шесть утра там, в какой-нибудь Польше или Греции, и сами ставим декорацию. Плачу артистам деньги за это, потому что беру с собой всегда только одного монтировщика, больше - никак. Я таскаю всё барахло вместе со всеми. Не подъезжаю я на лимузине к театру к пяти вечера с вопросом: "Готова декорация? Ну, пройдем пару сцен". Блин, устал я тащить всё на себе. Устал жутко. Потом они в театре удивляются: а чего это он срывается? Да вот и от этого тоже, милые: эти бесконечные поездки на рынок, эти постановки спектаклей, придумывание из говна костюмов, декорации, когда жилы рвешь, чтобы в этой комнатке что-то сочинить, что-то выжать из ее стен, чтобы было что-то новое, а потом - выдать всем зарплату, орать на полупьяных артистов и ленивых техников, бороться со всеми и всями, "стариннаярусскаязабаваборьбасевреем", и еще и спектакли играть, и вечером падать без сил. И так - восемь лет уже. Как я вообще это выдержал - не понимаю. Не жалуюсь. Кому зачем жаловаться? Зачем? Глупо. А просто - устал. Такой вот я есть. Никому не надо то, что ты делаешь. Никто не поможет. Наоборот: пнут под жопу, похихикают, поиздеваются, разными гадостями, да похлеще, в статьях обольют. Позавчера в Доме актера сидел, смотрел на всех - все такие чистые театралы, ухоженные, гламурные, успокоенные, занимающиесятеатромвжопусил, равнодушные, сидел - смотрел на их морды. Ладно. Проехали. Просто когда в заграничных газетах читаешь про себя что-то хорошее - хочется завыть. Плакать. Завыть, заорать и сказать: да знали бы вы … 14 августа 2011 года.

В Логиново В воскресенье и в понедельник был я в Логиново. Ездил за грибами. Грибов - море (не верьте всем этим, кто прогнозы делает: грибов не будет, сухое лето! - сушь! - врут: грибов - море). За полчаса собрал три ведра груздей. Насолил ведро. В Логиново тихо ночью, звезды на небе как замёрзли будто, сияют, молчат, а всякие "Ковши" такие красивые, смотреть на них и мечтать, что кто-то там тоже есть и на тебя смотрит оттуда - не могу как приятно. Рябинка у меня во дворе столько ягод на себя высыпала, я хотел срезать какие-то, чтоб она не сломалась. Но Мишка, сосед, сказал весело: "Погодь, дрозды найдут, прилетят!" Мишке виднее. Говорят: много рябины - к войне. Так и есть. Рябины все и в городе, и когда едешь, сбоку: видишь - ломятся от ягод. Никогда такого не видел. 13 августа 2008 года.

Про театр Театр - весь из детства. Это когда один ребенок играет, а другому игрушки не досталось и он смотрит, завидует, как другой балуется с этой игрушкой. Я люблю, когда театр делается из пустяка, из ничего. Замечательно, когда на сцене миллион костюмов, дорогой декорации и всё ездит, катается, работает. Но еще лучше: взять старый ботинок, посадить напротив себя зал в тысячу человек и заставить эту тысячу смотреть, как ты с этим ботинком играешь: вот это - корабль, он плывет, вот в ботинке варят кашу и зал смеется, вот ботинок надевают на голову и зал умирает от хохота. Вот ботинок хоронят - и весь зал плачет. Хотя все знают, что это - ботинок. Я люблю бедный, но талантливый театр. А похоронить ботинок, как человека, чтобы все заплакали, может только талантливый человек. 12 августа 2007 года.

Кино Маринка Чувайлова целый год снимала документальный фильм под названием "Коляда Театр". Именно так, без черточки. И у меня дома снимала, и на даче, и на рынке, и на репетициях, на пьянках - везде. Заманала. Сняла 25 часов. Смонтировала 52 минуты. Вчера выслала фильм на отборочную комиссию фестиваля неигрового кино "Россия", в Москву, а фестиваль будет проходить здесь. Может, пройдет конкурс. Вчера же днем принесла фильм и мы все в фойе сели, весь театр и давай смотреть. Хохотали - до упаду. Посмотрели еще раз. Еще больше хохотали. По-моему, только я один оба раза плакал. Кино очень смешное. Посмотришь на себя со стороны - дурдом, ужас. Как живешь, какие глупые поступки делаешь, как всё это смешно дико. Фильм начал копировать, чтобы раздать всем артистам, хотя Маринка запретила. Томка Зимина в фильме - такая придурошная провинциальтная прима, Кабалин - премьер. Маленький молоденький артистик Женька Чистяков, а остальных как бы сильно не видно. Но вот такие выписаны четыре типа. Зимина - бедная, такая смешная, такая дура, как мы все хохотали над ней, а ей плевать, тоже смеется сидит. И молодец. Вот такое кино. Кстати, называется кино теперь иначе, вот так, без запятых: "Ужас летящий в ночи" Это я, стало быть. А может, и не я. А то, что на всех нас движется. Это потому, что в одной рецензии про меня было написано: "Коляда - это ужас, летящий на крыльях ночи". Смешно. 11 августа 2005 года.

"Гамлет" сегодня Я сегодня Тень Отца Гамлета не играл. Играл Виктор Иванович Поцелуев, мы с ним в очередь. Я сидел за кулисами и слушал, как они играли. Какой всё-таки Ягодин потрясающий артист. Как мне повезло, что он у меня в театре. Я циничный и злой человек, меня на мякине не проведешь и я знаю, что всё в театре - играется, всё - вранье, правды - нет. Но когда он в финале под струями воды, голый, корчась на полу, как курица худая, бройлерная, костлявая, говорит: "Дыши тяжелым воздухом земли И поведай всё про жизнь мою Дальнейшее - молчание" - и умирает я - сижу и плачу. Видели ли вы когда-нибудь плачущую старую театральную крысу? Не увидите. Потому что я в темноте сбоку плачу сижу. 10 августа 2007 года.

Цветы ночью И только я собрался спать. Выключил компьютер. Звонок в дверь. В Ебурге час ночи. У меня домофон. Никто в домофон ничего не говорил. Спрашиваю испуганно: - Кто? - Цветы вам привезли. Открываю дверь. Стоит парень с огромной корзиной цветов. Не просто огромной, а какой-то немыслимо огромной, тяжелой. Я не знаю, что сказать. - А в честь чего? - говорю. - День рождения у вас, - говорит парень. - Распишитесь тут. Я расписался в бумажке. Говорю: - У меня день рождения 4 декабря ... Парень ушел. Я сижу, тупо смотрю на эти цветы. Никогда в жизни такого не было. Что это такое?! Или плакать или смеяться? ))))) 9 августа 2015 года.

Наше северное лето У природы нет плохой погоды, - это, конечно, но не до такой же степени. Ночью было плюс три, днем плюс десять и так - вот уже две недели. Никогда в жизни такого не было. Ну, пройдет дождь, потом солнце, потом опять. А в этом году - зарядило и льет, льет, с утра до ночи, не останавливаясь, и в ближайшую неделю - улучшения не ждите, говорят по ящику. Вот уж точно: "Наше северное лето - карикатура южных зим". Почему этим туркам так везет, и у них солнце с апреля по ноябрь? Одна радость: идет дождь и может потому, что холодно так - у нас каждый день аншлаги в августе, в самом нетеатральном месяце. 8 августа 2009 года.

Ромео Мой кот Ромео ненавидит театр. Он играет в «Золушке» кошечку Мурочку, которую Золушка достаёт из подпола и жалуется ей на свою жизнь. Ему только три минуты на сцене и – домой. Каждое утро, когда я собираюсь в театр, Ромео прячется так, что найти его невозможно, надо всё поднять вверх тормашками. «Золушка» не каждый день, но он всё равно на всякий случай перед моим уходом прячется. Сегодня еле нашел его. Не любит он театр, вот ведь счастливый какой. Несколько лет назад идем с Кравцевым по коридору театра «Современник» перед спектаклем «Ревизор». В гримерке сидит Волчек, дверь открыта, она увидела нас в зеркале, сидела, гримировалась, говорит: «Идите сюда». Мы входим, жмемся у порога. Она говорит устало, с ненавистью: «Вот видели вы хоть раз артистку, которая горит желанием выйти на сцену? Ну, смотрите на меня в зеркало». Мы смотрим. У нее настроение, видно – хоть удавись. Мы как-то ретировались, ушли в зал. Идет спектакль. Выскакивает Анна Андреевна-Волчек: «Как?! Уехал?! Антон?! Антоша!!!» Зал – лежит от хохота. И как будто не она, не Волчек, только что за кулисами еле-еле жива была. Она, конечно, потрясающая актриса. А вот мой Ромео в руках у Золушки, играя Мурочку, и на сцене всем видом показывает: «Я ненавижу театр!!!!» Я, кажется - тоже. 7 августа 2005 года.

Было это давным-давно В Италии сидит парень безрукий, в метро. И я, совок гнусный, пожадничал - не дал ему денег, потому что самому впору было сесть рядом с этим парнем: моя агентша не давала денег русскому автору - мол, обойдешься. Я мелочь в кармане потрогал, прошел мимо парня этого. А Норман, переводчик “Рогатки”, который шел со мной, дал ему что-то, какие-то монетки. Я говорю: “Добрый человек, Норман ...” А он смеется: “Да ведь это я не ему подал милостыню, это я - себе подал!” А я - не подал себе. И в тот вечер и потом несколько дней - все у меня полетело кувырком. Так мне и надо. 6 августа 2008 года.

Матрица для Захара Вчера Аня Богачева первый раз пришла с Захаром в театр. Захару два месяца с копейками. Ждали в фойе папу, пока он сыграет Карлсона. Я говорю Захару: - Захар, станешь спортсменом, да? Будешь денег много зарабатывать, на Олимпиадах побеждать, ага? Только в артисты не иди, Христом Богом прошу! Тут Аня рассказала жутко смешную историю. Она перед родами ходила на всякие семинары для беременных. Инструктор говорит: "Очень важно то, что вы скажете ребенку сразу после того, как он родился! Нужно заложить матрицу! Скажите ему: "Станешь президентом!", "Станешь миллионером!", или что-то в этом роде". " Ну и вот, - говорит Аня, - только родился Захар, я в тумане, ничего не соображаю, очнулась и слышу, как нянечка говорит Захару: "Ой, какой хорошенький! Папа у тебя артист, да? Тоже артистом станешь, да?". Аня говорит: "Я смотрю в потолок и думаю: "Ну, блин, не успела, всё пропало! Матрица заложена!". 5 августа 2012 года.

Потоп Третий день меня топят соседи сверху - то бежит, то не бежит. Звоню-звоню им и утром, и вечером в дверь - нету их. Может, уехали в Турцию, а может, не дай Бог, померли. И что мне делать? Как можно уехать, закрыть дом и никому не дать ключи, чтобы навещали? Или там цветов нету в квартире? От потопа в квартире пахнет сырой штукатуркой - противный запах, душит. Хорошо, что я не делал десять лет ремонт и мне плевать, но если бы был у меня евроремонт - завыл бы, побежал бы в домоуправление. 4 августа 2008 года.

Сегодняшний "Гамлет" Все соскучились, наверное, и играли сегодня просто замечательно. Я в образе Тени отца Гамлета выскочил на первую сцену, топтать пробки, потом, как все, встал на коленки и начал эти пробки собирать и подкидывать в воздух, а пробки по чистой, ровной, красивой, заново отремонтированной, отлаченной сцене катаются, и я вдруг как заплакал (хорошо хоть никто этого в этой суматохе на сцене и под громкую музыку не видел), вспомнив всё лето, грязь, доски, гвозди, тяжкую работу и вдруг - чистая сцена, опять артисты пляшут и я среди на них на этих новых досках ... Продолжал под музыку делать всё, что этот придурок режиссер придумал, все его задачи, а слезы бегут: зараза - спасибо всем, кто помог нам сделать новую сцену. Нет слов. Нету. 3 августа 2007 года.

Ходить пешком Возле театра перерыли улицу Первомайскую и очень неудобно подъезжать к театру и выезжать от него. Сегодня пошел платить по каким-то счетам на Главпочтамт и подумал, что пешком будет быстрее. Сделал большой круг от театра к почтамту, потом по Ленина мимо музкомедии к УрГУ и опять к театру. Столько вдруг всего вспомнил и столько увидел. В машине ты пролетаешь (или стоишь в пробке) и не видишь, что изменилось за окном. Тут я шел, смотрел под ноги, смотрел налево-направо, заходил в какие-то магазины, выходил и снова шел и вспоминал всё своё прошлое - восьмидесятые, семидесятые. Напротив милиции на Толмачева (там был вытрезвитель) была такая в подвале забегаловка - там в советское время вкусно кормили. Зашел туда. Теперь там всё в таджикском евроремонте и дорого жутко. Стоит автомат "Закажи песню". (Раньше в ДРИ на Пушкина стоял такой же автомат: кидаешь 15 копеек и пластинка выезжает из общего ряда, ее было видно как она выезжает и становится на место и начинает играть. Где бы взять такой советский аппарат?) Зашел за сигаретами в забегаловку на Толмачева, где в советские времена было смертоубийство за водкой. Там также водкой и торгуют. И даже на разлив. Передо мной мужик купил коньяку сто грамм и попросил туда же влить сто грамм водки. Продавщица это сделала. (Мужику жена дома не разрешает пить, что ли? Что они там кучкуются, за столиками? Там интереснее, что ли?) Прошел мимо своего бывшего дома на Ленина 46 - моё окно на пятом этаже, 46-ая квартира. Теперь - окно пластмассовое. Когда в те годы в восьмидесятые все шли 9 мая на салют на площадь, я в ложился на подоконник и смотрел вниз на людей. Было видно всё и всех и так было красиво - весна. В киоске возле "Уральского рабочего" купил газету ("Коммерсант"). В этом самом киоске в 1982 году купил газету "Уральский рабочий" с моим первым рассказом, а потом всё время там покупал и "Вечёрку" и "На смену" с моими публикациями - самыми первыми. Прошло 26 лет. Сделал вот такой кружочек и пришел снова в театр. Прошел - как будто попрощался со всем тем, что было. Как-то грустно стало. 2 августа 2008 года.

Как было Сегодня мне звонил корреспондент Информационного Агентства "Апельсин" Алексей Еньшин и задавал разные каверзные вопросы. Я ему каверзно отвечал. Еньшин (и Колосов, ныне мой сотрудник) в этом году закончили у меня учиться. Вот, Еньшин в "Апельсин" пристроился, даст Бог - там у него всё будет удачно. Спрашиваю у него сегодня после каверзных вопросов для его новостей: "А что твоя пьеса-то, "Транзит", ею интересовалось РАО?" Говорит: "Да поставили. Кажется, в Сарапуле". Подробностей я выяснять не стал. Ему кажется - поставили, ну и ладно. Наверное, тогда было другое время, в конце 80-ых, когда мои пьесы начали ставить, но я тогда ездил на каждую премьеру в любой самый маленький городочек. И главное - они меня звали и всё мне оплачивали. Так я съездил в Бугульму, в Шадринск, в Серов, в Орск, в Дзержинск и многие такие маленькие города, куда ехать надо было с пересадками, ночуя на вокзале. Но я ездил, мне было весело, я был молодой, мне хотелось увидеть другие театры и вообще понять, что такое - театр, было столько приключений во всех этих городах (особенно в Орске - в театральной общаге, пили, орали, дрались, чего только не было!). Еньшин, алёёёё, учеба продолжается. Утром ты придешь в "Апельсин" и первое, что ты сделаешь, войдя в Интернет, ты посмотришь ЖЖ Коляды (нет ли там новостей?). Есть, Алексей. Езьди на все премьеры. Пусть это не Ковент-Гарден, но, знаешь, Сарапул - это просто чудо что за город. Я там был! На премьерах, даже на двух премьерах своих пьес! Там - здорово. Жизнь - там. Нет? 1 августа 2007 года.