Frostelina.

Мужчина осторожно укладывает на постель младшего, только теперь отстраняясь, чтобы посмотреть. Посмотреть на едва разведенные ноги, затуманенный взгляд, бугор чуть ниже живота и часто вздымающуюся грудь. Не может ждать. Не может не попробовать. — Тэхен, — голос отдается эхом в пустой комнате, где кроме дыхания нет ни единого звука. — Да? — В душ и ко мне, — он похлопывает по чужой голени, и Тэхен устало вздыхает. — Поторопись, я уже не в том возрасте, чтобы ждать.  И Тэхен послушно пошел. А Чонгук старался. Старался ждать. Член неприятно впивался в молнию, ныл, просил испробовать горячую плоть мальчишки. Воображение рисовало невозможные картины: Ким лежит под Чоном и громко кричит его имя из раза в раз, прося глубже, сильнее, мощнее. Закатывает свои невозможные глазки. Ноги скрещивает на пояснице. Жмется, молит, плачет. 

cr. by @psixinthecity

— я тут главный, покажите мне хоть одного льва. ⚡️

http://t.me/WxlpqQi

https://t.me/+JdS4Ut7WXFs5OGQy

https://t.me/DEATNLVE

https://t.me/rimakoto_bot

🦇This just might be one hell of a night (yeah, yeah, yeah) Come with me, we gotta go outside (yeah, yeah, yeah) Everybody's leaning on the walls (ooh) Fuck it, I might take a little more now, yeah, yeah.