![🖤: 𝗦𝗼𝗻 𝗠𝗶 𝗥𝘆𝗼 [457]](https://cdn.tlmtr.io/_next/image?url=https%3A%2F%2Fimg.tlmtr.io%2Fc%2F2BYlhh%2F5339414595934218563%3Fty%3Dl&w=48&q=75){kind=small}
🖤: 𝗦𝗼𝗻 𝗠𝗶 𝗥𝘆𝗼 [457]
Open in Telegram
♡ я ᴄᴏн ʍи ᴩё (уᴋᴩᴀᴧᴀ ɸᴀʍиᴧию, ᴏᴛᴄыᴧᴋᴀ нᴀ ᴄᴏн ᴋи хунᴀ), ᴧибᴏ жᴇ ʍиᴩᴇй, ɜдᴇᴄь будуᴛ: — ɸᴀнɸиᴋи ᴨᴏ иᴦᴩᴇ ᴋᴀᴧьʍᴀᴩᴀ. — ʙᴏɜʍᴏжны ɸᴀнɸиᴋи ᴨᴏ ᴀниʍᴇ, ᴨубᴧиᴋᴀция ᴧичных ᴩᴀᴄᴄᴋᴀɜᴏʙ, нᴏ нᴀ дᴀнный ʍᴏʍᴇнᴛ ᴛᴏᴧьᴋᴏ иᴦᴩᴀ ʙ ᴋᴀᴧьʍᴀᴩᴀ. [457]
Show more555
Subscribers
No data24 hours
-127 days
-5430 days
Posts Archive
![🖤: 𝗦𝗼𝗻 𝗠𝗶 𝗥𝘆𝗼 [457]](https://cdn.tlmtr.io/_next/image?url=https%3A%2F%2Fimg.tlmtr.io%2Fc%2F2BYlhh%2F5339414595934218563%3Fty%3Dx&w=64&q=75){kind=small}
"Танос, хватит смотреть на меня свысока." — 2 часть. #230124h
[354 танос/нам гю]
‼️ ФАНФИК НЕ ПРОПАГАНДИРУЕТ УПОТРЕБЛЕНИЕ Н#РКОТИЧЕСКИХ ВЕЩЕСТВ, А НАОБОРОТ ВЕДЁТ ПОВЕСТВОВАНИЕ О ТОМ, КАК Н#РКОТИКИ ГУБЯТ ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ЖИЗНЬ ‼️
Лампы надоедливо мелькают. Издают странный звук, напоминающий прерывистое жужжание пчелы. Ведущий, теневые спонсоры. Их финансовое положение позволяет провести реконструкцию. Правда ничего они делать не намерены. Никого не волнует простой туалет для игроков, большинство из которых вскоре передохнет. Пусть спасибо скажут, что ходят не в вёдра. Нам Гю хватает Таноса за воротник футболки, что игриво показывается под олимпийкой. Он оттягивает партнёра в сторону, прижимая спиной к запотевшему мрамору.
— You are ugly, Нам Гю, если сюда хоть кто-нибудь зайдёт, я сверну тебе шею. —
Танос недовольно следит за дверью, сжимая руки в кулаки. Его брови образуют два холма, когда он нахмуривается.
— Эй, Танос, ты же знаешь, я не люблю дерзких людей. —
Нам Гю говорит полушёпотом. Его передние зубы напоминают рысьи клыки. Он чуть стягивает футболку с плеча Таноса и вонзается в него зубами. Так резко, будто прокусывая яблоко и тут же хлынула тёплая кровь.
— Ай, shit! Блять, Нам Гю!
Даже под наркотиками подобные действия во время сексуальных потех не доставляли Су Бону никакого удовольствия. Всё же любого рода насилия любил порождать он.
— Танос, не рыпайся.
Нам Гю отцепился от гладкого плеча, оставляя за собой нить слюны. Он слизал кровь с нижней губы, опускаясь на колени. Волшебная таблетка по ощущениям будто только начала растворяться с желудочным соком. Она бурлила и кипела пеной внутри, как в медном котле, растекаясь по венам. В туалете всегда было морозно. Казалось, что вентиляционные люки ведут прямиком на улицу, пропуская морской воздух. Но всё было отнюдь не так, иначе сбежать было бы легче лёгкого. Однако Нам Гю вспотел, едва ли не задыхаясь от духоты. При этом его кожа была не темнее снежной крупицы, да и на ощупь не была тёплой. Весь этот пыл только обман, пробужденный злом — наркотиками. Задрав футболку Таноса вверх Нам Гю провёл по животу потной ладонью.
— Нам Гю, у тебя руки холодные, не трогай.
Ворчания Су Бона только раззадоривали Нам Гю, как ребёнка, перед которым жадные родители ели шоколад, не давая и дольки.
— Ага...
При каждом касании Танос втягивал живот, от чего по сторонам проглядывали рёбра. Заметно как наркотические вещества влияли на физическое состояние парня. Его пресс исчез неизвестно куда, если вообще когда-то был. Да и кости нездорово торчали. Словно каждая таблетка изымала плату за мнимый кайф. Она разбирала рэпера по частям как конструктор. Язык как острый кинжал медленно и виртуозно проходит по животу Таноса. Хочется подняться выше и примкнуть к соскам, но что-то останавливает и тянет к паху. Нам Гю приспускает штаны Су бона, как страстная любовница, либо пошлая проститутка, оставляя жгучий поцелуй на лобке.
— Танос... Хочешь я тебе отсосу? —
Его взгляд с увеличенными зрачками поднимается. Пытается измудряться так, чтобы увидеть лицо Таноса хоть на миг, но тот задирает голову вверх.
— Suck me, i want it, Нам Су! —
Внезапный бзиг. Быть может безбашенный рэпер, окунается в эйфорию, либо просто сходит с ума под наркотой. По крайней мере он вскрикивает. Хватается за тёмные стекловидные волосы Нам Гю и как псину тычет носом в свой пах.
— Нам Гю... — Холодно поправляет товарища 124-й и кусает его за лобок.
— Ай! —
Танос прижимает место укуса двумя ладонями и отшвыривает Нам Гю пинком с колена. Наверное, первое правило леса — не зли зверя. Разбудишь, так и останешься без руки, если вообще выживешь.
— Ты злишься на меня, Танос? —
Тень падает на рыжие веснушки Нам Гю, когда он поднимается со скользкого кафеля. Он только ехидно хохочет, щупая свой нос холодными пальцами, проверяет не сломал-ли его 230-й.
— 3 часть нового фанфика по пейрингу 457 (сон ки хун/хван ин хо) — "Попробуй найди меня, Сон Ки Хун." читать отсюда!
— милые, здесь может присутствовать водичка... но в следующей части вы поймёте, что это было необходимо для развязки сюжета! поверьте, 4-я часть будет ОЧЕНЬ вкусной...🙏
♡ напоминаю, что это Альтернативная вселенная, а не канон, детективный жанр с уклоном в раскрытие химии данного пейринга.
Пойти в душ или почистить зубы с утра казалось пыткой. Бедолага был никому толком не нужен, ему не писали, не присылали сообщений. Каждый день только спам звонки от мошенников, либо от уведомлений разрывался рабочий чат. Но сейчас Сон не работал, оповестив более ли менее понимающее начальство о плохом самочувствии. Какого было удивление Сона, когда на месседжер пришло новое сообщение. Ему писал криминалист Хван Ин Хо. Сообщение следующего содержания:
«Ки Хун, вы давно не появлялись, не звонили мне, что-то случилось? Как бы то ни было, я бы хотел пригласить вас на романтический ужин. Помню всё, что было между нами тем днём и не могу забыть. Буду счастлив, если вы согласитесь.»
— Ин Хо, я... —
Джун Хо пытается коснуться плеча своего брата. Виновато он смотрит на мать своего не родившегося племянника, что медленно дышит под кислородной маской.
— Не трогай меня. —
Ин Хо взмахом отталкивает руку младшего. Его сердце окутывает глухая тоска, словно колючие ветви шиповника и никто не помогает их срезать.
— Ин Хо, что я должен был сделать? Стать донором и умереть? —
Боль утраты и потеря надежды изводили здравый рассудок Ин Хо, изничтожив всё живое в его доброй душе, подобно пришествию Антихриста.
— Мне всё равно... Тебе лучше уйти. —
В тот день Хван не желал смотреть на старшего брата. Его взгляд был прикован к возлюбленной. Её тёмные шоколадные волосы были подобны нитям шелкопряда, блестели даже сейчас. Бледное лицо, фарфоровая кожа. Но даже так её губы казались и были для Ин Хо самыми сладкими. Джун Хо покинул реанимацию. Ин Хо остался приглядывать за женой в пластиковое окошко на двери закрытой палаты. Навязчивая мысль о чудовищной несправедливости хлынула, словно цунами. Он отдал младшему брату свою почку, жертвуя своим будущем. Но тот встал в ступор перед страхом смерти, когда Ин Хо понадобилась помощь.
— То есть ваш брат ненавидит вас из-за того, что вы не стали донором печени для его жены? —
Всё было так запутано, что Ки Хун чуть было не упал на пол. Потому медленно сползал на корточки. Он старался переварить полученную информацию, переосмыслить историю Джун Хо. Только вот ни как не получалось. Одно оправдание для Ин Хо было лишь тем, что пережитое горе сыграло с ним плохую шутку.
— Всё именно так, но дело не в этом... Господин Сон, жена моего брата пропала из больницы, как вы можете заметить в документации, её похитили из реанимации. —
5 лет назад, апрель 2020-го года. Жена Ин Хо была похищена из реанимационной палаты, где пребывала в период своей комы. Документ свидетельствует о том, что выбило пробки с электричеством. В больнице пропал свет. Окно в палате реанимации разбито. Женщины на месте не оказалось.
— Тогда получается, что... Его жена и ребёнок погибли? —
Ки Хун, словно медиум, сполна вобрал в себя чужую боль. Слёзы, как мелкие крупицы льда, покалывали, собираясь в глазах. Они стекали по щекам так же, как и слёзы криминалиста в ту безумную ночь, когда он прибежал в больницу. Приехал на такси почти в чём мать родила. Сотрудники больницы сообщили ему о внезапной пропаже жены.
— Всё верно... Потому Ин Хо ненавидит меня ещё больше, теперь и за то, что я не нашёл серийных похитителей, он то быстро смог связать все эти случаи воедино... —
Огорченное лицо младшего брата уже не выражало особых надежд на примирение. Иногда он действительно хотел вонзить нож себе в печень. Вырезать и принести брату на острие. Чувство вины порою способно убивать человека и без помощи любого оружия.
На улице вечерело. Всё же осенняя пора. Чем холоднее сезон, тем быстрее темнеет. И свет фонарей уже освещал Сеульские улочки. Но безлюдных трущоб, куда перекочевали только бездомные, это не касалось. Судьба каждого бедняка, это не простая ноша. Сон Ки Хун проживал в тесном кошивоне, где от сырости прогнили полы. А обои стали отходить вместе с побелкой. В комнатушке было всего одно маленькое узкое окно. Расположенное так близко к потолку, что приходилось вставать на табурет при необходимости открыть. Разговор был нелёгким. Поговорив с Джун Хо мужчина понял, что Ин Хо двигала лишь обида. Возможно с самого начала Хван пытался внушить Ки Хуну те подозрения лишь ради мести.
"Меня обманули, мной просто воспользовались..."
Сон уткнулся лицом в мягкую подушку. В комнате душно, но у него явно нет сил на проветривание. Ки Хун испытывал сочувствие, сострадательно перенимая горечь Ин Хо и на себя, как никто другой понимая каково это, терять родных. Только вот от понимания становилось не легче. Сон чувствовал себя обманутым и разбитым, как материнская стеклянная ваза. Ки Хун не покидал квартиру неделю, засыпая под снотворными. Даже в туалет он и то поднимался с трудом. Держался только на остатках старых продуктов в полупустом холодильнике. Новый депрессивный эпизод.
В мыслях следователя что-то заискрилось. Щёлкнуло и он быстро ухватил то, к чему клонит Ки Хун. Это заставило его схватиться за голову.
— И кого же из нас вы хотите обвинить, господин Сон? —
Грозный взор устремляется на полицейского. Ки Хун старается рассмотреть черты его лица. Задумывается о том, может ли он вообще быть убийцей. Всё это как-то странно. Но внушение, как гипноз, брало верх над разумом.
— У меня много мыслей, но я помню, что вы неоднократно помогали моему отцу выбраться из передряг... —
Сон опустил взгляд в пол, спиной упираясь на шершавую стену. После чего продолжил.
— Не знаю каким мог быть ваш мотив, возможно за убийство должников много платят, но я не исключаю, что убийцей можете оказаться именно вы, господин Джун Хо. —
Морально Джун Хо был готов к подобному ответу и даже не удивился. Он только устало потёр в уголках глаз указательными пальцами, согнув спину.
— Эхх... Господин Сон, кто надоумил вас? Кто привёл вас к такой мысли? —
На плечи следователя падает тяжёлое обвинение. Статья уголовного кодекса в Южной Корее под номером 250 — убийство. Но он, как неприступная крепость, даже не переживает за свою учесть. Это заставляет Ки Хуна и злиться, и изумляться одновременно. Он сжимает руки в кулак, стиснув губы.
— Какая разница? Лучше расскажите мне, что вы делали в тот вечер, когда произошло убийство, уважаемый следователь Хван Джун Хо? —
Мужчина звучал саркастично, когда произнёс "уважаемый" в сторону следователя. В подозрениях он сощурил глаза, по-прежнему наблюдая за реакцией Хвана.
— Что ж... Всё ясно, вы ведь часто общаетесь с криминалистом Хваном Ин Хо? Полагаю, он преподнёс вам эту идею? На его стиль работы это очень похоже. —
Видно, что Джун Хо был умён. Казалось, что семье Хванов всё ни по чём. Им было бы сложно соревноваться в уровне интеллекта. Джун Хо поднялся со стула, переглядываясь с Ки Хуном. Будто играя в детскую игру, гляделки, но пытаясь прочесть друг друга. Когда зрачки Сона забегали следователю стало ясно, он прав.
— Почему вы молчите, господин Сон? Значит я не ошибся, я знал, что Ин Хо в обиде на меня, но чтобы настолько... —
Джун Хо переменился в лице. Глаза на мокром месте. Сердце сжималось, будто сам Ин Хо держал его в кулаке, у себя на мушке. Ки Хун думал об этом с самого начала, он предполагал, что у братьев, мягко говоря, напряжённые отношения.
— В обиде? Что между вами произошло?
— Хоть это вас и не касается, но я расскажу, всё же мне бы не хотелось быть в зоне ваших подозрений. —
Следователь исчез с поля зрения. Он долго и громко копался в ящиках, в соседней комнате. Перевернул всю антресоль и перерыл документы. А теперь наконец нашёл необходимые, собрав в одну кучу. Пыльные старые документы от 1997 в плоть до 2023 года Джун Хо скинул на стол. Какие-то уже были пожелтевшими. Нашёлся даже лист с пятном от когда-то пролитого кофе. Был и лист с чернильной кляксой.
— Вот, фуф... Смотрите. —
Джун Хо оттряхнул руки и сдул волос с лица. Ки Хун принялся внимательно рассматривать документы. Оказалось, что это распечатанные файлы по делу о серийных пропажах людей. В бумажных материалах были лица, фамилии, имена, дата пропажи и общая информация о людях.
— Пропавшие без вести? —
Общая картина была ясна. Всех пропавших связывал почерк похитителя, либо же целой группы. Тем не менее взор Сона непонятливо блуждал то по занятным листам, то переходил на Джун Хо. В очередной раз его водят вокруг да около. Подобный подход начинал раздражать. Неужели нельзя объяснить всё сразу? Но Хван быстро успокоил внутренний пыл мужчины.
— Внимательнее посмотрите на фамилии, документ за 2020 год. —
Следователь ткнул на нужный лист пальцем, вздохнув.
— Жена моего брата, она была тяжело больна, цирроз печени. К тому же беременность и врачи не давали никаких шансов.
Кадры горестных воспоминаний чёткими образами представали перед Джун Хо. Как кадры фильма, причём казалось, что режиссёр именно он. Состояние жены Ин Хо ухудшалось. Женщина попала в кому. Тусклый больничный свет, что то и дело мигает. Коридоры пустые и слышен каждый шаг. Правда в отделение никого и не пропускают.
— Я ведь предупреждал вас, Ки Хун, помните? Говорил, что протрезвеете и станете жалеть. —
Таинственный взгляд, как воплощение зла, людских пороков, Хван лишь насмешливо смотрит на спинку кровати. Он понимает, что Ки Хун не заметит и только продолжает упиваться триумфом. Ведь он вновь смог предсказать новый шаг мужчины. Его слова и очередной конфликт с самим собой.
— Да... Помню, но всё равно спасибо вам, господин Хван, вы помогли мне. —
Ки Хун с трудом выдавливает улыбку. Кажется спустя прошедшие, после траура, месяца на его лице появилось больше морщин.
— Чем же я помог вам, Ки Хун? —
Ин Хо мог с головой погрузиться в человеческий анализ, прийти к манипуляциям, если его вовремя не остановить.
— Вы и сами знаете, вы помогли мне расслабиться, вы дали совет... —
Ки Хун поднялся с постели, принявшись натягивать на себя штаны. Хоть он и не чувствовал пальцев рук.
— И мне пора воспользоваться вашим советом, господин Хван...
— О чём вы?
— Сегодня я навещу вашего брата.
Хван Джун Хо согласился на встречу с Ки Хуном. На удивление, сразу, договорившись по телефону. Убитому горем мужчине тысячи раз могло казаться, что следователя совершенно не волнует его дело. Однако каждый раз ему удавалось доказать обратное.
— Хуххх... Господин Сон, я надеюсь, что разговор правда важный и вы выдернули меня из отдела не просто так. Всё же я понимаю, что ваше дело не шутка... —
Джун Хо отворил дверь ключом от домофона. Весь в поту, в горле словно затесался порох. Всё из-за того, что ему пришлось бежать домой сломя голову. По телефону голос Ки Хуна казался довольно странным, измотанным. Будто его подрали собаки. Это напугало молодого следователя. Ведь он явно подумать не мог, что тот звонит ему после выпитого пива. И к тому же, после секса с его братом.
— По поводу убийцы, нам нужно серьёзно поговорить... —
Ки Хун выглядел угрюмо, казалось настроен недружественно.
— Давайте сначала зайдём в дом. —
Переступив порог квартиры Джун Хо провёл мужчину в гостинную. В отличие от своего брата, Хван младший жил намного проще. Квартирка была невзрачной и находилась на первом этаже. Причём в самом заядлом подъезде. Поблизости был торговый район, но явно без крупных центров. Совершенно простой район для уличных торговцев. Носки, кепки, всякие безделушки, домашние маринованные овощи, фрукты, ягоды со своих палисадников. И всё в таком духе. Тем не менее Джун Хо имел отдельную комнату для гостей. Даже с круглым хрустальным столом под чай и угощения.
— К чему такая срочность? Вы вышли на потенциальных убийц? Пострадали? Вы напугали меня, господин Сон. Объясните, что случилось? —
Ки Хун облокотился на край хрупкого стола, хоть и было трудно устоять на ногах. К тому же лакированные ботинки, которые дал ему Ин Хо, были великоваты. Доставляли дискомфорт. Тем более шнурки постоянно развязывались. Но всё же ему совершенно не хотелось садиться напротив главного подозреваемого.
— Со мной всё в порядке, но мне кажется я имею новую зацепку, только вот полиция не хочет содействовать мне, Джун Хо. —
Тяжёлый вздох. Джун Хо делает глоток воды из прозрачного стакана, что невесь сколько простоял на столе. Затем выдох.
— Вы позвали меня только для этого? Ки Хун, я думал с вами что-то случилось и мой долг как следователя был прийти к вам на помощь, а вы просто решили поговорить о зацепке... Серьёзно? —
Разочаровывающее понимание того, что ничего важного не случилось. Слава богу, но следователя лишь отвлекли от работы.
— Сначала послушайте меня, господин Джун Хо! —
Ки Хун повысил голос, загораясь как спичка. Затем быстро остыл и продолжил, отойдя от стола к стене.
— Сегодня утром я говорил с участковым Ким Чхолем, он отверг мои подозрения, прогнал из отдела... Дело в том, что я обратил внимание на подозреваемых и среди них были преследователи моего отца, мафия, друзья, но... Никого из правоохранительных органов. —
"Попробуй найди меня, Сон Ки Хун. " — 3 часть. #457h
♡Альтернативная вселенная, 457.
Лёгкий шлейф алкоголя и мускуса витает в пространстве с крепко закрытыми окнами. Мужчин в слиянии охватывает приятный жар, не похожий ни на что другое. Сравнимый лишь с райским теплом омовения в азиатских горячих источниках.
— Мм... Ки Хун, вам нельзя пить, вы так разогнались... —
Терпеливые сдержанные стоны и мычания. Непрерывные ехидства. Всё только заставляет Сона двигаться быстрее. Проталкивая член глубже, Ки Хун хватается за густые волосы Ин Хо, накручивая на свой кулак.
— Если вы стонете, то значит... Вам нравится. —
Быть может не гоже наивно судить людей по себе, но Сон действительно не мог сдерживать своих громких порывов. Впрочем, и Ин Хо питал неподдельное удовольствие, что не было симуляцией.
— Ххх... Что ж, здесь вы правы, Ки Хун, гххх... —
Как хищник в период половой охоты Ки Хун резво двигался внутри Ин Хо. В такт, казалось, безостановочному сердцебиению. В узком пространстве Сон чувствовал в какие крепкие объятия входит его член. Хорошо, так же как ютиться медведю в берлоге. Он прерывался лишь в те мгновения, когда нужно было смахнуть горячий пот со своего лба. Как соткать роскошные ткани, из них блестящую скатерть, а потом разорвать в клочья. Так и услады Ки Хуна разрывались на лоскуты боли.
"Чем я занимаюсь? Я ничтожество..."
Видимо трезвея, Ки Хун сходил с пьедестала собственного бесстыдства. Секс продолжался, но все ощущения рассыпались в прах, когда Сон Ки Хуна потревожили мысли о себе. Совокупление, всё это хорошо. Только вот мужчина перестал понимать кто он такой. Каковы его цели, почему всё время он отвлекается не на то. Нужно думать о деле, но как же он жалок. Поплакался в плечо криминалиста и в очередной раз дал себе вольную. Быть может всё было не так, но глаза, преисполненные ненавистью к себе, смотрели в одну точку на спине Ин Хо. На впадину меж лопаток. Стоны утихали, как голоса мертвецов, что пропадали навеки в не тушимом огне. Жалобные крики и остаются лишь прощальные вздохи. Сквозь кровь и страх, сквозь боль и жажду. Ки Хун на грани того, чтобы излить потоки своего возбуждения. Резко отпуская пряди волос Ин Хо из своей грубой хватки, Ки Хун берётся за шею. Надавливает на неё пальцами, словно в дело входит ошейник, затянутый до упора.
— Господин Хван, ещё немного и я кончу.
— Верно... Гхх, невежливо делать это без предупреждения, Ки Хун...
Сон Ки Хун бессильно усмехается, активнее двигая бёдрами.
— У вас глупые шутки... —
На ягодице Хвана остаётся багряный след мужской ладони. Сам он стягивает простыню на себя, вцепившись в неё руками, прогибаясь спиной вперёд. Скорится момент истины, поток тепла поступает к половому органу.
— Аггххх... Сколько же её вышло... Кажется вы были сильно возбуждены, Ки Хун? —
Даже такой стойкий человек с непоколебимой волей как Хван Ин Хо не способен сдержаться на выводе своей страсти. Его пальцы ослабевают, становятся лёгкими, как пушистые облака.
— Да... Наверное. —
Словно амнезия, Ки Хун правда так глупо забыл, что чувствовал во время секса и тогда, когда закончил. Не даром так, ведь его мозг, как старая игрушка, набитая сентипоном, впитал в себя слишком много. Всё то, что пугало, всё то, что печалило и что утомляло. Не было места для удовольствия. С тяжестью Ки Хун свалился на спину Хвана. Видимо к нагрузкам она была вынослива, раз тот не издал ни писка.
— Ки Хун, я снова узнаю вас, чем вы так расстроены сейчас? —
Алкоголь вытягивало из крови морской пеной, пузырьки лопаются и растворяются. Сон приходил в себя, но не спешил отталкивать Хвана, видя в нём своё единственное спасение, пока тот видел в нём своё наслаждение.
— То что было между нами сейчас... Это ошибка? Стоило мне начинать это в моём положении? —
Ки Хун запутался в нитях сомнений, примыкая к шее Ин Хо быстро сохнущими губами. Норовит приласкать и массируя мужские плечи Сон Ки Хун будто бы старался извиниться. Извиниться перед Хваном за то, что не удовлетворил в нужной мере, за то, что поник в самый неудачный для этого момент.
— ещё хоть одно видео подобного плана в рекомендациях и мои фанфики будут писаться с таким сюжетом...
(шучу, не стреляйте)
— 2 часть нового фанфика по пейрингу 457 (сон ки хун/хван ин хо) — "Попробуй найди меня, Сон Ки Хун." читать отсюда!
♡ напоминаю, что это Альтернативная вселенная, а не канон, детективный жанр с уклоном в раскрытие химии данного пейринга.
p.s: пока неизвестно сколько всего частей будет в данном фанфике, постараюсь не задерживаться с продолжением, новая часть выйдет непосредственно после моих рабочих дней.🥹
Одинаково голодные глаза встречаются друг с другом, когда Ки Хун стаскивает с Ин Хо домашние брюки.
— Ки Хун, я бы не подумал, что вы способны на подобное.
Комната словно нарочно не пропускает в себя дневной свет. Что утром, что днём, всё словно ночь, благодаря чёрным занавешенным шторам. Хоть и днём горит настольная лампа.
— Я бы тоже не подумал, что вы можете... Трогать малознакомого человека ночью, тем более вашего пола...
Как больная тема, вчерашнее событие засело в голове Сон Ки Хуна, но сейчас этим он хотел только подколоть. Хоть и взор у него был суровый. И это, очевидно, рассмешило Ин Хо.
— Ха-ха, злопамятный же вы, Ки Хун.
Блаженный напиток, проносясь по крови, пробуждал всевозможные процессы в организме. Он стал и катализатором к миг настигшему возбуждению.
— Господин Хван, кажется... У вас тоже встал?
Ки Хун схватил затвердевший мужской член в свой крепкий кулак. Его уста устремились целовать гордую шею Ин Хо.
— Всё именно так и я буду рад, если вы скорее закончите дразнить меня прелюдиями, Ки Хун.
Терпкий вкус похоти, что как прыжок с высоты, притягивает своей неизведанностью и риском. Но в то же время не знаешь, ожидать худа или добра. Сон дразнит не только взятого под контроль, но и себя, держась из-за всех сил от снятия тяготящей одежды.
— Ин Хо... Ваша футболка... Она мешает мне...
Становится трудно дышать без перебоев. Особенно когда животная страсть надоедливо закрадывается в лёгкие, как лёгочный червь.
— Правда? Мне стоит снять её?
Возможно Хван пытается издеваться в ответ, гривуазно ухмыляясь.
— Да... Снимайте.
Ин Хо послушно снимает с себя футболку, обнажаясь перед мужчиной не только телом, но и душой. Подчиняться не в его натуре, но секс это совсем другое, здесь каждый имеет право на разную роль.
— Я думаю вам тоже мешает одежда, Ки Хун.
— Не сейчас... Подождите...
Сон сорвался с цепи, когда перед его глазами предстал горячий мужской пресс. Ин Хо явно часто посещал спортзал и имел невероятную силу воли, судя по рельефности его накаченных мышц. Мужчина молча покрывал тело Ин Хо быстрыми поцелуями, сползая с кровати, тем самым опускаясь всё ниже. Его влажные пламенные губы касались торса, затем переходя на запретную зону, ниже пупка.
— Кх... Ки Хун, не боитесь брать его в рот?
Сон встал на колени, на краю постели, придерживая рукой набухший орган Хвана, касаясь головки губами.
— Вовсе нет...
Доказательно он прошёлся по ней языком. Но нет, не время минета, пора позволить и себе испытать удовольствие. Ки Хун поднялся с кровати, целиком вглядываясь в соблазнительное тело Ин Хо, расстёгивая ширинку.
— Вам уже не терпится заняться со мной сексом, Ки Хун? Что ж, я не против сделать это прямо сейчас.
Хван понимал всё по одному лишь взгляду, тугие канаты необузданного вожделения затягивались не только на его шее. Огония страсти охватывала их обоих. Ин Хо быстро принял соответственную позу раком, встав на четвереньках как пёс.
— Я думаю, что смазки у вас нет, верно?..
Ки Хуна настигло чувство свободы, стоило ему снять штаны, в след за ними трусы, медные оковы были сломлены.
— Нет, банально и глупо, но нам придётся воспользоваться вашей слюной, Ки Хун.
Ин Хо опустил голову вниз, глумясь над мужчиной, который очевидно не знал как правильно себя вести в подобной атмосфере, но старался казаться смелее.
— Ладно...
Любуясь телом, очарованный взгляд Сона скользил по спине Хвана. Ки Хун взялся за крепкое бедро мужчины, пальцем лаская его гладкую ягодицу. Как душераздирающий саспенс, Ки Хуном правило запретное желание войти напролом, ощутить насколько сладок этот плод.
— Сколько же вы выпили, Ки Хун?
Тот только молчит, ведь не поверишь, что он пропустил лишь пару стаканов.
— Чхоль сказал мне, что... Что я несу бред... Хах, я несу бред... Господин Хван, я так устал, всё это бессмысленно...
Улыбка просто маска, способ самозащиты. И правда, его смех, его пьяный тусклый взгляд, такие уставшие.
— Вы больше не хотите искать убийцу?
Снимая с мужчины сырую обувь Ин Хо поднимает на него свой взгляд. Ему всегда было интересно наблюдать за людским отчаянием. Интересно наблюдать как сила воли, стимул и ярая цель покидают человека. Прекрасно, когда перед тобой есть ярчайший пример человека, начинающего осознавать свою ничтожность.
— А вы думаете, что есть смысл?
Хван, подобно энергетическому вампиру, питался подобными сомнениями. Если разочарованный бедолага даёт ему право что-то решать, то это воистину глоток свежего воздуха.
— Это решать вам, но всё же... Я думаю стоит завершить начатое, попробуйте допросить людей самостоятельно.
— Хах, господин Хван, вы думаете так легко выйти на связь с целым отделом? Я простой работящий, никто из следователей не станет со мной разговаривать... Кроме вас и Джун Хо.
Ки Хун просто бесцеремонно падает на чужую кровать, когда ему помогли разуться. Градус алкоголя никого не щадит.
— Возможно с моего брата вам и стоит начать.
Ин Хо садится рядом, внимательно смотря за реакцией.
— Любите же вы своего брата, господин Хван... Я не завидую Джун Хо.
Ки Хун проваливался в постель Ин Хо, она столь мягкая, будто бы море без дна. Навивает воспоминания. Казалось бы это было только вчера, но подобный уют создавал эфемерное ощущение, что он уже давно спит в этой постели.
— Господин Хван...
Сон резко поднимается, теперь сидя с Ин Хо так близко, развесив ослабленные, как сосульки, руки меж ног.
— Мне нужна ваша поддержка... Мне правда нужны вы... Вы единственный, кто меня понимает...
Промилле алкоголя в крови меняют людей. Так и Ки Хун на глазах становился другим человеком, прикладывая ладонь к шее Ин Хо. Его взгляд проникновенно тянулся вглубь таинственной мёртвой тишины в глазах криминалиста.
— Ки Хун... Вы пьян, вам нужно поспать, хоть сейчас и день, но...
Ин Хо не успел договорить, указательный палец Сон Ки Хуна зажал его губы.
— Тшш... Господин Хван, вчера ночью вы касались меня, я знаю, что вы не спали, вам нечего скрывать.
Свет истины пробивался сквозь жалкий самообман. На самом деле Ки Хун понимал, что Хван трогал его не во сне. Только вот сложно принять подобное на трезвую голову.
— Правда? Ки Хун, вы хитёр... Не спали и ничего мне не сказали?
Лисья усмешка, в ответ Ин Хо мог только улыбаться, делая вид, что ему стыдно.
— Спорный вопрос кто тут ещё хитёр, господин Хван...
Рука на тёплой щеке Ин Хо. Но покуда разгонялась кровь в венах, Ки Хуну тепло казалось совсем кипятком. Без спроса Сон утянул Ин Хо в грешные, не библейские чувства, приласкав его губы в поцелуе. Он мимолётный, но мужчина успел поделиться своим перегаром.
— Господин Хван, можно мне сделать это?..
— О чём вы, Ки Хун?
Всё Ин Хо понимал, он даже не дрогнул от поцелуя чужого мужчины. Складывалось впечатление, что он ждал этого момента с самого начала. Всё было видно в его жадном проглатывающем взгляде.
— Ну хватит, вы же понимаете... Хочу заняться с вами сексом...
Ки Хун хмурился, как ребёнок, будучи пьяным он был слишком эмоциональным. Впринципе не ведал что творит и говорит. Взгляд глупого рассеянного медвежонка, он мнёт щёку Ин Хо.
— Вы правда хотите этого, Ки Хун? Хорошо... Надеюсь вы не пожалеете об этом, когда протрезвеете.
И вправду, Сон часто жалел о своих пьяных похождениях, когда трезвел. Но сейчас это было совсем не важно, пути назад нет. Хван Ин Хо резко падает в постель, улыбка на его лице говорит прямо — "делай со мной что хочешь, пока я предоставляю тебе эту возможность".
И возможно его дедукция не подводила, но у всего есть свои подводные камни. Потому Сон Ки Хун не спешил быть прямолинейным по отношению к Хван Джун Хо.
Душный кабинет вновь встретил Сон Ки Хуна в своих дверях, после того как его приход одобрила администрация на стойке информации. Офисный стул уже породнился с мужчиной, что приходил в участок как к себе домой. Кому что — для кого-то подобный стул, чтобы штаны протирать днями напролёт, а для кого и наоборот, смиренно сидеть, через боль в ягодицах. И всё только ради того, чтобы найти и наказать особо опасного преступника.
— Ну-с... Сон Ки Хун, с чем пожаловали? Помнится мне вы сказали, что не дождётесь от нас никакой помощи, видать и возвращаться не хотели, в чём же дело?
Сон Ки Хун не взял во внимание подстрекательства участкового, выложив стопку бумаг из своей папки на стол.
— Господин Чхоль, вы же знаете что это?
— Ну... Конечно, материалы дела, мы ведь сами распечатали их для вас, думаете я не видел их тысячу раз?
Участковый недоуменно почёсывал кончик носа, то и дело шмыгая, глядя на бессмысленные распечатки.
— Есть один момент, которого я так и не нашёл здесь...
Ки Хун берёт в руки половину стопки, специально оставленную сверху. Он перелистывает бумаги, как колоду игральных карт, рассматривая список опрошенных и подозреваемых. В том числе в материалах записаны алиби.
— Я не вижу здесь ни одного из ваших сотрудников...
Его глаза как раскаленные угли, жгутся, опаляя настроенным взглядом.
— Кх... Вы вообще понимаете о чём, говорите? Думаете, можете ходить сюда когда вздумается и подозревать наших людей?!
От услышанного участковый давится горячим чаем, что заварил совсем недавно в маленькой чашечке.
— Вспомните историю маньяка, казненного в Советском союзе, Андрея Чикатило, убийца помогал искать самого себя и это не единичный случай... Я считаю необходимо допросить всех, кто так или иначе связан с расследованием.
Сон был непреклонен, его слова были лишь внушенным повтором слов Ин Хо, которыми он так проникся. Скорее всем этим заправляло отчаяние, как ещё может поступить человек, если ему предоставляют один единственный шанс? Он всегда воспользуется возможностью и возьмётся хотя бы за мельчайшую зацепку.
— Довольно... Покиньте мой кабинет, вы не знаете в чём нас обвиняете... Со своим бредом обращайтесь в инстанции выше, ваше дело и так передано криминальному отделу, на этом мои полномочия закончены.
Не было толку разочаровываться, ответ на то, какова будет реакция полиции лежал на поверхности. Понятно то, что подобные подозрения они сочтут за сумасшествие. Но мир Ки Хуна с каждым днём всё только рушился за спиной, как в экшен фильмах. В тех самых, где главный герой перебегает разрушающийся мост. Холодные ветра, и кому бедолага с сырыми кроссовками нужен в баре с банальным названием "Островок"? Но всё же, пару сотен вон на два стаканчика холодного пива, в дырявом кошельке, ему удавалось найти. В тепле Ки Хуна быстро разносил алкоголь, к тому же на голодный желудок. Он быстро пьянел, несмотря на то, что выпитое пиво не назвать крепким. Замёрзшие пальцы с тяжестью двигаются, но всё равно набирают сообщение в мессенджер. Сон обменивался номерами с криминалистом Ин Хо не так давно.
"Полиция снова игнорирует меня, могу ли я придти к вам? Надо поговорить."
Сообщение с трудом отправляется без ошибок, благодаря авто-исправлению. В нём толком не понять всей ситуации, но Хван ответил излишне скоро. Кажется он всегда был рад встретить Ки Хуна у себя.
— Ки Хун, вы пьян? Позвольте помочь вам зайти.
Ин Хо, стоя на лестничной клетке, видел с каким трудом Ки Хун ползёт до верха. Шатается, вплотную прижимаясь к скользким перилам. К тому же напевает какие-то печальные песни. Щёки красные, как плоды сочной земляники.
— Буду вам... Благодарен...
Хван понимающе подхватывает Ки Хуна за талию, пока тот забрасывает руку на его плечо, через шею.
" Попробуй найди меня, Сон Ки Хун. " — 2 часть. #457h
♡Альтернативная вселенная, 457.
Такое хрупкое состояние меж сном и бодрствованием, когда ты уже вот-вот проваливаешься в сон, но малейший шорох способен всё испортить. Ки Хун действительно был лишён всяческих сил и выспаться для него было чем-то в край необходимым. И кажется, что в просторной постели Ин Хо с мягким чистым матрасом было куда комфортнее, чем в его тесной кровати дома. Та уже действительно не была похожа на кровать, простой набор гниющих досок, ещё и тех, что скрипят, а от твёрдости матраса постоянно болела спина. Обычно все как один голосят, что в гостях хорошо, но дома ещё лучше, правда в случае Сон Ки Хуна всё было совсем наоборот. Невольно подскочить Ки Хуна заставили прикосновения до его чувствительной спины, он распахнул глаза, вздрогнув. По скольку первое, что он почувствовал было щекоткой, в его голову приходили разные мысли. Первая из них то, что возможно по нему пробежался жучок. Но хоть мозг совершенно отказывался соображать, мечтая лишь закончить свою тяжкую работу хоть на пару часов, Ки Хун быстро сообразил, что его спины касаются пальцы Ин Хо.
"Наверное он спит..."
Сон Ки Хун нашёл непрошенное оправдание действиям Хвана, думая о том, что он просто двигается во сне. И всё это несмотря на то, что подобные действия были странно точными для спящего человека. Лишь только Ин Хо прекрасно знал, что вовсе не спит. Он поглаживал голую спину Ки Хуна пальцами, то и дело меняя их, с указательного на средний, со среднего на безымянный. Проникающий вглубь взгляд, как величавый ястреб, парящий над гнездом своей добычи. Птенец находится в неведении, пока ястреб готовится вцепиться в него своими когтями.
"Сон Ки Хун... Сон Ки Хун, сколько же ещё ты будешь бороться?"
Оставшийся после прошедшего ливня хаос нельзя было назвать слякотью. Кругом лужи по самую щиколотку, густая грязь и всем этим вдобавок заправляет гнусное серое небо. Небось сам господь разгневался на сей мир. Худо было Ки Хуну, который отчаянно старался не ступать ногами в это безумие. Всё же новых кроссовок у него не было, а на последних и без того отходила подошва. С одной стороны Ин Хо предлагал ему вызвать такси, но мужчину и так глодала совесть, уж слишком часто приходится полагаться на других. А что подумала бы о нём его дочь, если бы узнала как зависим её отец? Явно ничего хорошего, по крайней мере именно так думал Ки Хун. Благо дочь проживает в Америке с матерью и не видит финансовых бед родного папы, возможно это не так очевидно. По пути в полицейский участок, где его приход уже был чем-то само собой разумеющимся, мысли Сона об утреннем разговоре с Ин Хо разъедали мозги. Просто не давая покоя.
— Ки Хун, постойте... Прежде чем вы пойдёте в участок, я должен вам кое-что сказать.
Хван был чем-то встревожен.
— О чём, господин Хван?
— Хван Джун Хо, вы с ним знакомы? Он так же в числе тех, кто расследует дело об убийстве вашего отца, Ки Хун.
Стоя в дверном проёме тогда, Ки Хун в который раз поражался удивительной способности криминалиста. Способности в который раз тянуть кота за хвост.
— Ну да... Знаком, он главный следователь, назначенный на моё дело и если мне не изменяет память, он ваш брат, так в чём дело?
— Знаете... Джун Хо мой брат, это так, но всё же, вы помните то, о чём я вам говорил? Ваш отец ни раз был засвечен в кругах правоохранителей. В том числе его проблемами с теми, кто "выбивал" из него долги, занимался мой брат...
Ки Хун всматривался в глубокий многозначный взгляд Ин Хо, что был так лёгок на слова.
— Вы хотите сказать, что не стоит выпускать Джун Хо из поля подозрения?
— Даже меня не стоит выпускать из поля подозрения, Ки Хун.
Как же просто Хван Ин Хо говорил о том, что его брат мог оказаться убийцей. Что это? Возможно им двигали личные внутрисемейные счёты, либо несказанный профессионализм. В любом случае Ин Хо умел включить названый холодный разум, когда ему было необходимо. Всё же доверять очередному сотруднику полиции, хоть и другого уровня, стоило с опаской. Очевидно, что советы Хвана могли засадить свой росток внутри дела и продвинуть его.
— хочу поделиться милейшим тгк прелестной девушки, которая пишет чудесные зарисовки, особенно по 457!
♡ добро пожаловать к кёнхе — https://t.me/kyunghaeya
— 1-я часть фанфика по пейрингу 354 (230/124 Танос/Нам Гю) — "Танос, хватит смотреть на меня свысока" читать отсюда! ♡
♡ пишу 2 фанфика паралелльно и не хочу заставлять вас сильно ждать, поэтому простите за концовки на самом вкусном месте...
Мокрым языком парень проходится по тёплой щеке Таноса. Кажется, он смирился со своей долей, позволяя себе черпнуть сладостных вод из рек запретных удовольствий. Номер "230", только взглянув на заветную цифру Нам Гю взялся за молнию на олимпийке, стягивая её вниз.
— Нам Гю, поверь мне, я отомщу тебе за это...
Танос усмехнулся, заранее представляя свой черёд отыграться перед озабоченным наркоманом, что не побоялся отдаться разврату в общественном месте.
— Эй, опять дерзишь? Тебе нужно... Подрезать язык...
Опустошенный взгляд наркомана прошёлся по 380-й, которую так и хотелось разорвать в клочья. Нам Гю уселся на пол, рядом с кроватью Таноса, стараясь унять терзающий гнев.
— Stop it! Нам Гю, не хами старшей.
Чувствуя как накаляется атмосфера Танос встал меж своей и постелью Сэ Ми, как рефери на ринге бойцов. Печалило только то, что он вновь посчитал себя выше и вновь не принял сторону друга. Хоть таковым и было истинное лицо злосчастных наркотиков, но так или иначе подобное только выводило Нам Гю на эмоции.
"Он снова принижает меня... Он снова ставит себя во главе всему... Он снова забывает о моей значимости и думает, что выше..."
Проглатывающая злоба, чьи острые клыки вонзались в кожу не только её жертвы, но и владельца, сменила курс, теперь переходя на друга. Карие глаза становятся красными, тяжёлый камень ложится на сердце и переступая через бессилие Нам Гю поднимается.
— Танос, пойдём со мной, нам надо... Поговорить...
Бледный, как совсем не живой, парень хватает 230-го за плечо. Спустя каждое слово Нам Гю делает паузу, ведь в глазах периодически появляется нечто иное, чем происходящее здесь и сейчас. Простыми словами — всплывающие галлюцинации, вызванные недавно принятым наркотиком, что всё ещё действовал на организм.
— What happened? Зачем ты притащил меня сюда, Нам Су, а?
Танос не был доволен идеей Нам Гю провести разговор в туалете, но сейчас он был единственным местом, где можно остаться наедине. Он возмущенно поднял бровь, угрожающе глядя на друга, будто не объясни сейчас тот, что задумал и получит за это по морде.
— Танос, послушай... Ты... Прекрасно знаешь моё имя... Прекрати...
Нам Гю мутило, но так, будто что-то насильно пытались вместить в его горло, это не было похоже на простую тошноту. Из-за внезапных продолжительных морганий казалось, что его подрубает в сон, но в этом были виновны лишь искры света, очередная часть галлюцинаций.
— Друг, ты не устал возвышать себя за мой счёт? Ты не устал унижать меня перед... Перед этой сукой Сэ Ми, а?
Нам Гю смотрел Таносу прямо в глаза, стараясь увидеть в них ответ на свой вопрос, осознавая, что тот вряд-ли даст конкретный ответ, тем более когда им правят наркотики.
— Эй, Нам Гю... Не зли меня, okey? Отпусти меня и не неси хуйню, fuck.
Танос шевелил плечами, пытаясь оттолкнуть с них навязчивые руки Нам Гю, который так и пытался доказать своё величие.
— Только в такой ситуации ты можешь вспомнить моё имя, да, Танос?
124-й ухмыльнулся, всё прижимая 230-го спиной к непонятному козырьку, похожему на подоконник, видимо раньше здесь было что-то вроде окна, а сейчас эта стена заколочена досками и забита гвоздями. Ясно то, что Таноса не волнуют людские претензии, даже претензии Нам Гю. Пылкое дыхание ртом, губы смещаются на шею Таноса и голос становится шёпотом.
— Танос, ты... Не хочешь воспринимать меня всерьёз...
Чувства компоновались в смятый лист бумаги. Сначала 124-й старается донести свою обиду до Таноса, желает заставить его поплатиться за унижения... Но наркота, как всегда, сыграла с ним злую шутку. Бутон распускается, словно благовоние невиданного в природе цветка усыпляет рассудок, теряется здравый смысл. Нам Гю бросается в осознание того, что известный рэпер для него не просто тот кумир, чьего признания он так желал, но и человек, ставший единственной отдушиной среди тех, кто пришёл сюда за надеждой на новую жизнь. Скользкие губы пробегают по шее Таноса в беспрерывной череде поцелуев.
— Нам Гю, какого чёрта ты сейчас делаешь, а? Ты больше не получишь таблетку!
Танос скалит зубы, терпение лопается и ярость показывает своё лицо. Он пинает Нам Гю с колена в живот, но всё тщетно, тот совсем не чувствует боли, перехваченный в паутину настигшей эйфории.
— Танос... Дай показать мне, что я могу из себя представлять...
— Танос! Представляешь, мы следующие.
Сейчас глазные шары Нам Гю и сами были схожи с колёсами, пожалуй покрупнее, чем те, что он употребил. Улыбка неестественно менялась, уголки губ шустро опускались вниз, затем поднимались в верх, явная дёрганость. Танос взял Нам Гю под локоть. Цепь на кандалах была достаточно длинной, потому в нужный момент можно было отсоединиться друг от друга на какое-то расстояние, чтобы не наступать на линию.
— Нам Гю! Let's go, boy!
Видать настрой на победу был серьёзен. Негативные последствия недавнего приёма наркотиков гасли под нечто иной жаждой — деньги. Танос не боялся умереть, он боялся не получить деньги, проиграв и потому просто не мог себе этого позволить. Настала их очередь сыграть в классики. Танос ловко бросает битку на цифру 10. Удивительно какова разница, они и прошлые пары, ведь для кого-то игра закончилась ещё на моменте, когда битка задела черту. Поражала та ловкость, с которой наркоманы выполняли прыжки, приноровившись к нестандартной игре в классики. И всё же этих двоих спасал лишь подавленный веществами страх.
Последний прыжок до финиша и время возвращаться назад, тем же темпом, по тому же беспощадному принципу. Журчание горного ручейка столь же спокойное, непоколебимое, как и состояние Нам Гю, вот только без наркотиков храбрость покидает его. Он в целом не способен вынести ни одной игры без употребления. Страх смерти сковывает тело, с головы до кончиков пальцев ног, начинает судорожно трясти, не желая встретить своего жнеца.
— Танос, мы почти справились, ха-ха, я же говорил!
Плечом к плечу, даже в состоянии, когда настигают голосовые галлюцинации, когда каждый шаг может стать последним, Нам Гю держится за Таноса, стараясь прижаться ближе. В самом деле Нам Гю терзал тактильный голод и иногда он старался утолить его даже в самый неподходящий момент.
— Нам Су! Run!
То ли помутнение рассудка, то ли внезапный удар в голову, фиолетовые вспышки перед глазами и под разгоном адреналина Танос рвётся вперёд. Нам Гю действительно не успевает среагировать, успевают лишь его ноги, что сами рвутся к победе. Одна нога, две ноги, парень ловко передвигается по квадратам в синхрон быстрым передвижениям Таноса. Удивительно то, как быстро разожженный как спичка наркоман привёл себя с другом к победе.
На новом финише Нам Гю падает, приземляясь на колени и при том невольно тянет за собой Таноса. Дышать становится легче, после того как вся жизнь пролетела перед глазами, но наконец всё закончилось.
— Танос... Мы победили...
Нам Гю заключает Таноса в объятия, его рука трусится, но проходит в копну фиолетовых волос, такие мягкие и пушистые. Он поглаживает голову Таноса своими худыми пальцами, слыша как надзиратель снимает кандалы с его ноги.
— Fucking crazy man, ты что делаешь, Нам Гю, отцепись, не гомосек же...
В душе 230-й радовался победе в игре не меньше своего друга, хлопая его по плечу, но столь близкие объятия при таком количестве людей были для него неким табу. Всё же он не на сцене, где в прошлом он ни раз творил странные вещи с аудиторией своих слушателей. Здесь, на играх, атмосфера была абсолютно иной, такой чужой и нерадивой, что выводила из зоны комфорта. Видимо эти двое были рождены в рубашке, раз им было суждено вернуться в зал для сна живыми. И всё это несмотря на то, что игру Танос с Нам Гю проходили под воздействием наркотических веществ. Иронично, что с деньгами у них возникли проблемы, влипли в долги, но зато им повезло с живучестью.
— Придурок, ты выжил? Я удивлена, наверное тебе снова помогли наркотики.
Своими силами Танос сформировал альянс, благодаря второй игре и одна из них не теряла возможности в очередной раз уколоть Нам Гю. 124-й и 380-я не поладили сразу, воюя как кошка с собакой. Пожалуй Сэ Ми так не раздражал даже Танос и потому то её внимание привлёк именно вернувшийся живым Нам Гю.
