🎨ЦВЕТА ДУШИ|АКВАРЕЛЬ и не только
Open in Telegram
Привет! Я Надежда, 🖼 художник из Перми. Канал для ценителей душевных картин 🦋 ✅ Здесь можно купить картину: https://t.me/kartinicvetdushi
Show more559
Subscribers
-424 hours
+47 days
-130 days
Posts Archive
Утром проснулась под вой сирен. Решила, ладно, будем больше рисовать, чтобы как-то добавить энергии на сторону добра:)
В этом году я решила наконец-то нормально прожить акварельную осень.
Почему-то прошлые годы у меня с осенними пейзажами всё складывалось странно: я их любила, сохраняла референсы, восхищалась этим светом, сухой травой, холодным небом, краснеющими деревьями — а сама писала осень мало.
Как будто каждый раз не успевала.
А ведь это, пожалуй, самое живописное время года. Цвет уже не просто красивый — он сложный.
Тёплое всё время спорит с холодным, зелень уходит в охры и серые, воздух становится прозрачнее, свет — ниже и острее.
Даже обычное поле вдруг начинает выглядеть так, будто его кто-то специально придумал для акварели.Поэтому этой осенью хочу исправить эту несправедливость и писать много.
Не одну «осеннюю работу для галочки», а целую серию — поля, дороги, туманы, первый холод, остатки зелени, поздний свет, сухие травы.
Посмотрим, какой у меня получится эта осень.
Пока вот третья работа.
"В краю родном" 30*40 см., акварель, бумага.
В интерьер примерила в комментарии к этому посту:)
Утром проснулась под вой сирен. Решила, ладно, будем больше рисовать, чтобы как-то добавить энергии на сторону добра:)
В этом году я решила наконец-то нормально прожить акварельную осень.
Почему-то прошлые годы у меня с осенними пейзажами всё складывалось странно: я их любила, сохраняла референсы, восхищалась этим светом, сухой травой, холодным небом, краснеющими деревьями — а сама писала осень мало.
Как будто каждый раз не успевала.
А ведь это, пожалуй, самое живописное время года. Цвет уже не просто красивый — он сложный.
Тёплое всё время спорит с холодным, зелень уходит в охры и серые, воздух становится прозрачнее, свет — ниже и острее.
Даже обычное поле вдруг начинает выглядеть так, будто его кто-то специально придумал для акварели.Поэтому этой осенью хочу исправить эту несправедливость и писать много.
Не одну «осеннюю работу для галочки», а целую серию — поля, дороги, туманы, первый холод, остатки зелени, поздний свет, сухие травы.
Посмотрим, какой у меня получится эта осень.
Пока вот третья работа.
"В краю родном" 30*40 см., акварель, бумага.
+1
Увидела в сети старую картину, написанную, наверное, лет сто назад, и захотелось переосмыслить её по-своему.
Я изменила композицию, добавила дом, но сохранила главное — настроение вечернего света.Мне нравится думать, что где-то там, вдали, люди идут домой. Что впереди у них чай, книга, разговоры и тихий семейный вечер. Без суеты и спешки.
Просто жизнь в её красивом, спокойном виде.
Дорога получилась извилистая, будто немного парящая над землёй. И почему-то она сразу вызвала у меня ассоциацию с жизненным путём — он тоже редко бывает прямым, но всё равно куда-то ведёт.Завтра оформлю работу. Может быть, повешу её в зале.
Последнее время очень хочется окружить себя вещами, от которых становится спокойно.
Картину назвала «Дорога домой»
Размер: 40 × 60 см
акварель, бумага.
Если вдруг эта картина Вам приглянулась,
пишите в сообщения группы.
Осень — волшебное и моё самое любимое время.
Когда живёшь на земле уже почти сорок три года, кажется, что всё уже привычно. Что глаз уже всё видел, а сердце обросло броней привычки как старый лесной пень мхом. Но осень каждый раз застает врасплох, обнажая в душе способность восхищаться так остро, будто видишь всё это в первый и последний раз.
В эту пору душа, переполненная недосказанными смыслами, погружается в удивительно тонкую, звенящую романтику. Мир вокруг становится похож на зашифрованное послание — кажется, он ждёт того, кто наконец сумеет расшифровать этот природный код. Когда я была девчонкой лет 12, я влюбилась в скрипача в нашей музыкальной школе — мальчишку, красииивый был, Серёжей звали.
Я ему даже записку написала с признанием :) Помню ту осень, я была такая счастливая, шла из музыкалки и представляла, как он читает мою записку и думает, кто же эта незнакомка?
Под ногами шуршали листья, и мне хотелось петь и танцевать. Дурочка, зато счастливая :)
Каждый раз кажется, будто осень ждет своего Шекспира. И чуть-чуть грустит, когда вместо него по мокрым аллеям проходит равнодушный прохожий, бездумно топча в лужах багряное кружево опавших листьев.
А мне в такие дни отчаянно хочется любить и петь.
И ещё — брать в руки кисть. Снова и снова ловить на бумаге этот ускользающий свет, превращая вдохновение в яркие осенние акварели.
Осень, я тебя Люблю!
+4
После Алтая во мне осталось столько глубоких впечатлений, что я, кажется, ещё долго буду мысленно возвращаться к этой поездке. К Катуни, к огромным камням на её берегах, к горам, дорогам, дождям, двойной радуге, пещерам и местам, где человеческая жизнь вдруг ощущается небольшой частью чего-то гораздо более древнего и масштабного.
Но самое важное, что случилось со мной на Алтае, связано даже не с красотой этих мест. Эта поездка неожиданно стала путешествием к самой себе.
В какой-то момент я испытала странное ощущение: будто появилась вторая я, которая смотрела на меня со стороны. Не оценивала, не выискивала недостатки, не составляла список того, что я снова сделала недостаточно хорошо. Она просто наблюдала.
И вот что она увидела.
Женщину, которая может за один день пройти десять километров, забраться на камни, попасть под дождь, рисовать на берегу Катуни, разговаривать с незнакомыми людьми, продавать картины, придумывать новые проекты и с любопытством идти туда, где ещё никогда не была. Энергичную, сильную, креативную, немного безрассудную и совсем не среднюю.
Мне потребовалось уехать за тысячи километров от дома, чтобы наконец заметить очевидное: я гораздо интереснее, смелее и способнее, чем привыкла о себе думать.
В обычной жизни внутренний критик умеет говорить очень убедительно. Он постоянно требует доказательств, сравнивает, обесценивает, напоминает о несделанном и шепчет, что всё могло быть лучше. Но на Алтае его словно выбросило из поезда на полном ходу. Возможно, ему просто не хватило воздуха среди такого количества пространства. А может быть, рядом с горами его голос стал слишком мелким и нелепым.
И впервые за долгое время я смогла посмотреть на себя без его комментариев.
Эта поездка оказалась для меня чем-то похожим на несколько сеансов у очень хорошего психолога. Только вместо кабинета были горы, вместо кресла — камни на берегу Катуни, а вместо вопросов — дорога, на которой многое становилось понятным без слов.
Я увидела, что иду своей дорогой. Не идеально, не по заранее утверждённому маршруту, иногда на ощупь и с неизбежными сомнениями — но своей. И мне не нужно делать мечты скромнее только потому, что так спокойнее и привычнее. Не нужно уменьшать себя до размеров, которые никого не пугают. Не нужно заранее соглашаться на меньшее, чтобы потом не переживать из-за возможной неудачи.
Мои мечты не обязаны быть разумными, удобными и среднестатистическими. Они вообще никому ничего не обязаны.
Мне самой нужно больше работать, больше доверять своим способностям и гораздо меньше тратить силы на внутреннюю критику. Потому что критика, которая ничего не создаёт, — это не требовательность к себе. Это просто утечка энергии.
Я сидела на берегу Катуни и рисовала. Вода шла своим стремительным путём, где-то над рекой собирались облака, вокруг возвышались горы, а я чувствовала себя удивительно живой и настоящей. Казалось, весь мир вокруг пульсирует, движется, меняется, и ты тоже являешься частью этого движения.
В такие минуты особенно ясно понимаешь: жизнь нельзя бесконечно откладывать до лучших времён, большей уверенности, идеальных обстоятельств или чьего-то разрешения. Нельзя всё время готовиться начать жить по-настоящему.
Надо успевать жить сейчас — свою единственную, драгоценную жизнь. Рисовать картины, которые хочется рисовать. Создавать проекты, в которые веришь. Ехать туда, куда давно звала дорога. Не бояться выглядеть странной, слишком смелой или чересчур увлечённой.
После Алтая я вернулась домой прежней — и всё-таки немного другой. Без громких обещаний начать новую жизнь с понедельника. Просто с более ясным пониманием себя.
Я сильная. Я энергичная. Я креативная. Я способна на большее, чем привыкла себе разрешать.
И главное, что я привезла из этого путешествия, — не фотографии, не камни и даже не воспоминания о невероятных пейзажах. Я привезла право смотреть на себя собственными глазами, а не глазами внутреннего критика.
И твёрдое решение: больше никогда не усреднять свои мечты.
ДРЕВО
Самое интересное начинается там, где заканчивается необходимость всё объяснять.
Можно сказать, что это дерево. Можно - что космическое дерево.
Можно рассмотреть корни, уходящие в темноту, свет на стволе, звёзды между ветвей и странные знаки, происхождение которых зрителю никто не обязан объяснять.
Но мне хотелось написать не пейзаж.
Мне хотелось написать место силы — не в эзотерическом, а почти в первобытном смысле этого слова.
Место, где чувствуешь масштаб мира и одновременно собственную причастность к нему, где корни удерживают тебя в земле, а ветви почему-то заставляют смотреть вверх.
Человек вообще удивительное существо: нам мало просто существовать среди вещей - нам необходимо наделять их смыслом. Мы оставляем знаки на камнях, повязываем ленты на ветвях, придумываем символы, храним талисманы, смотрим на звёзды и уже тысячи лет пытаемся договориться с неизвестностью.
Поэтому знаки на этом дереве появились не случайно.
Я знаю, что в них зашифровано.
Но пусть это останется между мной и деревом.
Скажу только, что ничего тёмного я туда не прятала. Напротив — там довольно много света, движения, творчества и надежды на хороший урожай.
А всё остальное теперь пусть делает время:))
Размер акварели: 42*30 см.
+3
Есть подозрение, что горы потому и выглядят такими невозмутимыми, что давно поняли про человека всё и теперь просто наблюдают, как мы носимся со своими дедлайнами, тревогами, планами на новую жизнь с понедельника и другими чрезвычайно важными событиями, которые через пару сотен лет не сможет вспомнить вообще никто.
А они останутся — тёмные хребты, холодная вода, туман, зацепившийся за каменные склоны, и птица, летящая над этим миром так свободно, словно ей одной сообщили главный секрет мироздания.
В этой акварели вечность не позирует и не пытается произвести впечатление, она просто запечатлена в горных хребтах и спокойно ждёт, когда человек наконец перестанет суетиться и посмотрит на неё.
Картина называется «Тишина», и самое смешное, что я её написала, отложила — и благополучно забыла выставить на продажу.
Вот такой я художник: сначала ловлю вечность на хлопковой бумаге, а потом кладу её куда-нибудь в угол и занимаюсь более срочными делами :))
Теперь исправляюсь.
Оригинальная акварель «Тишина», размер 55 × 48 см, хлопковая бумага.
Картина продаётся - если вам хочется поселить дома немного пространства, в котором человеческая суета наконец замолкает или нужно что-то подарить мужчине, пишите мне в личные сообщения 🫡.
Есть подозрение, что горы потому и выглядят такими невозмутимыми, что давно поняли про человека всё и теперь просто наблюдают, как мы носимся со своими дедлайнами, тревогами, планами на новую жизнь с понедельника и другими чрезвычайно важными событиями, которые через пару сотен лет не сможет вспомнить вообще никто.
А они останутся — тёмные хребты, холодная вода, туман, зацепившийся за каменные склоны, и птица, летящая над этим миром так свободно, словно ей одной сообщили главный секрет мироздания.
В этой акварели вечность не позирует и не пытается произвести впечатление, она просто запечатлена в горных хребтах и спокойно ждёт, когда человек наконец перестанет суетиться и посмотрит на неё.
Картина называется «Тишина», и самое смешное, что я её написала, отложила — и благополучно забыла выставить на продажу.
Вот такой я художник: сначала ловлю вечность на хлопковой бумаге, а потом кладу её куда-нибудь в угол и занимаюсь более срочными делами :))
Теперь исправляюсь.
Оригинальная акварель «Тишина», размер 55 × 48 см, хлопковая бумага.
Картина продаётся - если вам хочется поселить дома немного пространства, в котором человеческая суета наконец замолкает или нужно что-то подарить мужчине, пишите мне в личные сообщения 🫡.
Есть подозрение, что горы потому и выглядят такими невозмутимыми, что давно поняли про человека всё и теперь просто наблюдают, как мы носимся со своими дедлайнами, тревогами, планами на новую жизнь с понедельника и другими чрезвычайно важными событиями, которые через пару сотен лет не сможет вспомнить вообще никто.
А они останутся — тёмные хребты, холодная вода, туман, зацепившийся за каменные склоны, и птица, летящая над этим миром так свободно, словно ей одной сообщили главный секрет мироздания.
В этой акварели вечность не позирует и не пытается произвести впечатление, она просто запечатлена в горных хребтах и спокойно ждёт, когда человек наконец перестанет суетиться и посмотрит на неё.
Картина называется «Тишина», и самое смешное, что я её написала, отложила — и благополучно забыла выставить на продажу.
Вот такой я художник: сначала ловлю вечность на хлопковой бумаге, а потом кладу её куда-нибудь в угол и занимаюсь более срочными делами :))
Теперь исправляюсь.
Оригинальная акварель «Тишина», размер 55 × 48 см, хлопковая бумага.
Картина продаётся - если вам хочется поселить дома немного пространства, в котором человеческая суета наконец замолкает или нужно что-то подарить мужчине, пишите мне в личные сообщения 🫡.
Не окончена.
Потому что наш седобородый гид вдруг достал серебряные монеты романовских времён.
И подарил нам с Надеждой по одной.
На удачу.
Он собирает и покупает такие монеты по всей стране и сказал, что решил подарить их нам из симпатии — двум девчонкам, которые открыты впечатлениям, слушают все его истории и готовы лезть туда, куда им предлагают.
Стою.
Держу на ладони старую серебряную монету.
Настоящий драгоценный металл.
И начинаю подводить итоги.
За день мы:
оставили духам желания;
повязали им ленточки;
построили недвижимость;
ничего не украли с жертвенника;
уважительно поговорили с каменной вагиной;
пережили лошадь;
пережили пещеру;
не полезли в Катунь;
не стали откалывать кусок НЛО.
И в конце получили серебро.
Совпадение?
Конечно.
Абсолютно рациональное совпадение.
Но монету я сохраню. 😏
Теперь где-то в горах стоит мой каменный домик для духа.
На дереве висит белая ленточка с желанием, о котором никто не знает.
А у меня лежит серебряная монета.
И знаете…
по-моему, духи заявку приняли.
#АЛТАЙ
ПОДАРОК ДУХОВ
Сегодня Алтай выдал нам полный пакет:
лошади, горы, женские ритуалы, духи, водопад, шаман, пещера, НЛО, древние могилы, жертвоприношения, дикая конопля, двойная радуга и в финале — серебро.
В общем, обычная суббота.
Началось всё в 11 утра, когда мы отправились в долину Чеч-Кыш.
Первым нас встретил гид.
Седые волосы, седая борода, совершенно небесно-голубые глаза.
Выглядел он так, будто последние лет триста живёт где-то между мирами, а экскурсии водит исключительно в свободное от колдовства время.
Не хватало только посоха.
Я посмотрела на него и сразу поняла:
скучно сегодня не будет.
И не ошиблась.
Первое приключение — лошади.
Мы полезли верхом по узкой горной тропе.
Лошади шли совершенно спокойно. Вот прям оскорбительно спокойно.
У них явно был план.
У меня плана не было.
Потому что чем выше мы поднимались, тем прекраснее становилась Катунь внизу — и тем настойчивее в голове крутилась одна совершенно не романтическая мысль:
«А эта лошадь точно не споткнётся? Потому что лететь отсюда, конечно, красиво. Но долго».
Лошадь не споткнулась.
Профессионал.
Наверху мы любовались долиной, Катунью и делали примерно сто пятьсот фотографий, потому что человеческий мозг в красивом месте почему-то уверен, что одного кадра недостаточно.
Потом спешились и отправились вниз — в Долину Горных духов.
И вот тут началось.
Первой была скала Девственницы.
Название у неё довольно целомудренное.
Внешность — значительно менее.
В скале есть большая расщелина, которая совершенно недвусмысленно напоминает женскую вагину.
То есть можно, конечно, долго рассуждать о символизме.
Но зачем?
Всё нарисовано крупно.
На тёмном камне вокруг видны белые отпечатки женских ладоней.
По словам нашего гида, женщины издавна приходят сюда просить духов о женском здоровье, любви, семье и самом сокровенном. А в определённое время здесь проходят специальные женские ритуалы — нагими и с песнопениями.
Мы ритуальную программу решили не расширять.
Одежду оставили на себе.
Но к скале приложились.
Гид совершенно серьёзно объяснил, куда положить руки, как встать, что делать и как почувствовать энергию камня.
И вот тут я в очередной раз поняла удивительное свойство Алтая.
Ещё вчера ты взрослый рациональный человек.
А сегодня стоишь возле гигантской каменной вагины посреди гор, выполняешь инструкции седобородого человека с глазами волшебника и внимательно прислушиваешься:
«Так… ну? Пошла энергия или ещё нет?»
Пошли дальше.
Водопад.
Мы фотографировались, залезали за водную стену, мокли, радовались жизни, а потом гид подвёл нас к очередной энергетически заряженной скале.
Надо было приложить руки.
Приложила.
И тут у меня начало щекотать кисти и макушку.
Вот тут я уже немного напряглась.
Энергетика?
Холод?
Нервная система?
Самовнушение?
Не знаю. Я сюда отдыхать приехала, а не защищать диссертацию.
Пусть будет энергетика.
Дальше — источник с чистейшей горной водой.
Попили.
Умылись.
Набрали с собой.
Загадали желания.
Потом гид оторвал для нас полоски белой хлопковой ткани и объяснил, как правильно повязать их на дерево: каким узлом, с какими мыслями и что при этом нужно загадать.
Повязали.
Теперь где-то на Алтае висит моя белая ленточка с желанием.
Что загадала — не скажу.
Духи в курсе. Этого достаточно.
А потом нам предложили заняться строительством.
Не простым.
Элитная недвижимость для духов.
Из камней.
Нужно сложить маленький домик и одновременно представить тот дом, который хочешь получить уже в своей жизни.
Причём филонить нельзя.
Гид сказал представлять всё подробно:
комнаты,
ремонт,
мебель,
и даже, мать его, цвет обоев.
Логика такая: сначала недвижимость появляется в мире духов. Туда заселяется дух. А потом каким-то образом всё это должно материализоваться уже у тебя.
Я строила ответственно.
Без экономии на материалах.
Потому что если от жилищных условий духа зависит моя будущая недвижимость, то пусть этот товарищ живёт достойно.
Ипотеку, надеюсь, оформлять не придётся.
После Чеч-Кыша мы поехали к Яландинским порогам.
И тут сценарист нашей экскурсии, видимо, решил:
«Духов достаточно. Выпускайте НЛО».
На берегу лежат огромные чёрные камни. В одном месте поверхность выглядит так, будто её действительно чем-то очень сильно оплавило.
У гида, разумеется, была версия.
Летающая тарелка.
По его рассказу, когда-то здесь приземлился НЛО, температура достигала примерно пяти тысяч градусов — и камни подплавились.
Стоим.
Смотрим.
Молчим.
Потому что спорить с седобородым человеком, который два часа назад познакомил тебя с каменной вагиной, совершенно бессмысленно.
НАСА пока официальных комментариев не давало.
А туристы тем временем пытаются отколоть кусочки этих камней себе на память.
Я решила ничего не откалывать.
У меня ещё дух без обоев сидит, зачем мне дополнительные кармические обязательства.
Дальше — пещера Шамана.
Гид рассказал, что живший здесь шаман после прихода советской власти был расстрелян — как и многие шаманы, подвергшиеся тогда преследованиям.
Нам с Надеждой выдали специальную одежду.
Фонарики.
И отправили внутрь.
Тут уже стало не до шуток.
Хотя нет.
До шуток нам, как выяснилось, всегда.
Пещера узкая.
Очень узкая.
Мы протискивались через грот, лезли по тесным проходам, где-то пригибались, где-то изворачивались, а кое-где пришлось натурально ползти на четвереньках.
И вот когда ты стоишь на четвереньках в тёмной пещере, в специальном костюме, с фонариком в зубах и задницей неизвестно где, фраза «выйти из зоны комфорта» приобретает наконец конкретный смысл.
Вышли с другой стороны.
Живые.
Счастливые.
Грязные.
Эмоций — вагон.
Дальше — Ороктойский мост.
И там Катунь уже вообще не милая открыточная речка.
Там она зверь.
Вода с бешеной скоростью несётся между скалами, ревёт, бурлит, закручивается — и ты стоишь сверху и очень хорошо понимаешь, кто здесь главный.
По словам гида, эти пороги крайне опасны и здесь погибали рафтеры, пытавшиеся пройти бурную воду.
Посмотрели вниз.
Оценили.
Рафтинг из программы вычеркнули.
Фотографироваться с моста оказалось значительно безопаснее.
На обратной дороге заехали к древним тюркским захоронениям.
На поле сохранились курганы.
По рассказу гида, воинов здесь хоронили вместе с оружием и лошадьми — чтобы в следующую жизнь человек отправлялся не с пустыми руками.
Рядом — древние петроглифы.
Люди.
Животные.
Особенно много козлов.
Стоишь возле рисунка, которому сотни лет, и невольно думаешь:
автор давно умер,
его мир исчез,
его язык, возможно, тоже,
а козёл, которого он выбил на камне, всё ещё здесь.
Козлы вообще удивительно хорошо переживают эпохи.
Рядом находился древний жертвенник.
И вот это место уже ощущалось совсем иначе.
По скале на несколько метров вверх тянется чёрный нагар.
Гид рассказал, что когда-то здесь разжигали огромные жертвенные костры и приносили духам пищу и животных.
Но самое интересное — люди продолжают приезжать сюда и сегодня.
Оставляют подношения.
В том числе украшения и другие ценные вещи.
А потом, конечно, находится человек, который смотрит на подарок духам и думает:
«Ну духу-то зачем золото?»
И забирает.
По словам нашего гида, заканчивается для таких людей всё очень плохо.
Он даже утверждает, что долго они после этого не живут.
Насколько эта статистика прошла рецензирование в научных журналах — неизвестно.
Но лично я решила:
красть у алтайских духов драгоценности — это какой-то совершенно безумный способ сэкономить на ювелирке.
Не мой вариант.
И тут я почувствовала запах.
От скал отчётливо пахло молоком.
Оказалось, камни и сегодня поливают им в качестве подношения духам.
Представьте картинку:
древние курганы,
петроглифы,
жертвенник,
запах молока,
вокруг растёт дикая конопля,
над тобой горы,
а в голове всё ещё живёт рассказ про НЛО.
К этому моменту мой внутренний рационалист просто молча вышел из чата.
И тут Алтай решил устроить финал.
На обратной дороге появилась двойная радуга.
Низкая.
Яркая.
Совсем близко над землёй.
И какое-то время она словно ехала вместе с нами.
После всего произошедшего за день это выглядело уже не как обычное природное явление.
Это выглядело как:
«Экскурсия окончена. Спасибо, что выбрали Алтай. Ваши духи будут ждать вас у выхода».
Но нет.
Им и сегодня поливают камни, принося таким образом дар духам. Вокруг росла дикая конопля, рядом лежали древние курганы, на камнях сохранялись петроглифы, над всем этим возвышались горы — и в какой-то момент становилось совершенно непонятно, какое сейчас столетие.
А потом произошло то, что невозможно было бы придумать для финала лучше, даже если бы очень хотелось.
На обратной дороге появилась двойная радуга:))
Низкая, яркая - она стояла над землёй и какое-то время словно двигалась вместе с нами.
После целого дня, наполненного рассказами о духах, шаманах, древних обрядах, загаданных желаниях и местах силы, подобное появление природы выглядело почти как тщательно подготовленный заключительный акт- будто Алтай решил, что одних впечатлений нам всё-таки недостаточно.
Но и на этом день не закончился.
Наш гид сделал нам подарок — серебряные монеты романовских времён. Эти монеты подарены нам на удачу, как символ симпатии к двум открытым к впечатлениям девчонкам, сам он их приобретает по всей стране, особенно много в Краснодарском крае.
Маленькая тяжёлая вещь на ладони, пережившая людей, времена и целую эпоху. После древних курганов, петроглифов и рассказов о шамане такой подарок казался особенно уместным: ещё один крошечный кусочек прошлого, который теперь поедет домой вместе с нами.
Ну а после духов, шаманов, лошадей, пещер, инопланетян, курганов, жертвенных огней и двойной радуги человеческая натура наконец потребовала самого простого и понятного земного удовольствия.
Мы поехали есть.
Вкусно поужинали в кафе и уже совершенно уставшие, но счастливые и довольные вернулись в гостиницу.
А теперь, когда всё это записано, я думаю: именно за такими днями и стоит ехать далеко от дома.
Возвращаешься вечером усталый, перебираешь фотографии и вдруг понимаешь: ещё утром ты ничего этого не видел.
Не было ни горной тропы под копытами лошади, ни белых ладоней на скале, ни ледяной воды, ни домиков для духов, ни тёмной пещеры, ни древних козлов на камнях, ни ревущей под мостом Катуни, ни запаха молока у древнего жертвенника.
А теперь всё это — уже твои воспоминания, а где-то на Алтае осталась маленькая белая ленточка с желанием, о котором никто, кроме нас и местных духов, не знает:))
#АЛТАЙ
ПОДАРОК ДУХОВ
Сегодня был совершенно потрясающий по впечатлениям день, я вынесла из него много сокровищ - незабываемые впечатления и один очень ценный подарок из настоящего драгоценного металла.
Наш день начался в 11 утра, когда мы отправились в долину Чеч-Кыш. Первое впечатление произвел гид: седовласый, седоборый с небесно голубыми глазами, он буд-то сказочный колдун приглашал нас в параллельный мир.
Первое приключение ожидало нас почти сразу: в горы мы отправились верхом. Лошади неторопливо поднимались по узкой горной тропе, словно им одним было доподлинно известно, что бояться здесь совершенно нечего. Нам же временами казалось иначе.
Чем выше поднималась тропа, тем прекраснее становился вид — и тем меньше хотелось смотреть себе под ноги. Внизу, среди гор, изгибалась Катунь, то исчезая, то вновь показываясь между склонами. Красота была из тех, которыми хочется любоваться бесконечно, если бы где-нибудь на краю сознания не сидела маленькая назойливая мысль: «А лошадь-то точно не споткнется и мы не слетим вниз кувырком?»
Лошадь, к счастью, не споткнулась.
Наверху мы вдоволь насмотрелись на долину и Катунь, сделали множество фотографий, после чего спешились и отправились вниз, в Долину Горных духов.
Само название уже обещало, что прогулкой среди красивых пейзажей дело не ограничится.
Одним из первых необычных мест стала скала Девственницы. В ней есть характерная расщелина, а на камне видны белые отпечатки женских ладоней. По словам нашего гида, сюда издавна приходят женщины: совершают свои обряды, нагие и под определенные песнопения обращаются к духам с просьбами о женском здоровье, семейном благополучии и сокровенном.
Что именно происходит здесь во время настоящих ритуалов, мы, разумеется, не видели и знаем только со слов гида. Но белые ладони на тёмном камне выглядели настолько необычно, что пройти мимо равнодушно было невозможно.
Гид объяснил нам, как следует подойти к скале, куда приложить руки, как постоять возле неё и попробовать почувствовать её энергию.
Мы, конечно, приложились.
И вообще надо сказать, что Алтай удивительно быстро приучает человека к вещам, над которыми в обычной жизни он, возможно, ещё вчера посмеялся бы. Но когда вокруг горы, над головой небо, рядом шумит Катунь, а серьёзный человек объясняет тебе, как разговаривать со скалой, — почему бы, собственно, и не поговорить?
От скалы мы отправились дальше, к водопаду.
После тишины гор его слышишь ещё прежде, чем увидишь. Вода с шумом падает вниз, воздух становится прохладнее, камни влажными, и совершенно естественным кажется желание подойти поближе, потрогать, почувствовать.
Мы фотографировались у водопада, прятались за водной стеной, а потом снова последовали наставлениям гида и приложились к каменной стене, которую здесь считают местом с особенно сильной энергетикой. У меня щекотило кисти рук и макушку головы:)
Можно сколько угодно спорить о природе подобных ощущений, но что-то мы действительно почувствовали. Возможно, дело было в холодном камне, шуме воды и общем настроении этого места. А возможно — кто его знает? Алтай вообще не очень располагает к категорическим выводам.
Следующим был источник с чистой горной водой.
Мы пили её, набрали с собой, умылись и, конечно, загадали желания. Затем гид показал нам, как правильно повязывать на дерево белые ленты из рваной х/б ткани: он подготовил их так, как это принято у алтайцев, объяснил, каким узлом следует завязывать и о чём думать в этот момент.
И вскоре на ветвях остались наши белые ленточки — каждая со своим желанием, о котором вслух говорить, пожалуй, не стоит.
Потом мы строили домики для духов!
Вот тут задача оказалась куда серьёзнее, чем можно было предположить: нужно было сложить из камней маленькую пирамидку и во время работы как можно подробнее представить дом или пространство, которое хочется однажды получить в своей настоящей жизни.
Причём гид велел не лениться: представить комнаты, ремонт, обстановку и даже цвет обоев.
Смысл обряда, как нам объяснили, состоит в том, что такой дом сначала появляется в мире духов. Дух поселяется в нём, а потом задуманное постепенно получает возможность воплотиться уже здесь.
Так что свои камни мы складывали со всей ответственностью. Раз уж духу предстоит там жить, негоже оставлять его без приличного ремонта.
После Чеч-Кыша мы отправились к Яландинским порогам.
И здесь Алтай внезапно сменил жанр: если до этого в нашей истории были древние духи, женские обряды и священные источники, то теперь в ней появились инопланетяне.
На берегу лежат огромные чёрные камни, поверхность которых в одном месте выглядит необычно — словно её когда-то оплавило чудовищным жаром.
У нашего гида имелось объяснение.
По его рассказу, когда-то здесь приземлялась самая настоящая летающая тарелка. Температура при этом якобы достигала около пяти тысяч градусов, отчего камни и получили свой необычный вид.
Мы выслушали эту историю с большим интересом.
Насколько к ней причастны представители внеземных цивилизаций, утверждать не берусь. Но туристы, судя по всему, относятся к версии достаточно серьёзно: многие стараются отколоть хотя бы крошечный кусочек загадочного чёрного камня и унести его с собой.
После инопланетян настала очередь шамана.
Мы отправились к пещере Шамана, и здесь уже началось настоящее приключение.
Нам с Надеждой выдали специальную одежду и фонарики. Гид рассказал, что шаман, некогда живший в этих местах, после прихода советской власти был расстрелян — как и многие другие шаманы, попавшие под преследования новой власти.
А потом пришло время лезть внутрь.
Пещера совершенно не интересовалась тем, удобно ли нам.
Мы протискивались через узкий грот, пробирались по тесным проходам, оказывались в небольших внутренних помещениях, светили фонариками в темноту и временами принимали такие положения, которые человек в здравом уме обычно принимает только тогда, когда уже поздно передумывать.
Было тесно. Было темно. Иногда страшновато -и ужасно интересно.
Когда мы наконец выбрались наружу с другой стороны, эмоций было столько, что никакая фотография передать их уже не могла. В некоторых местах пришлось ползти на четвереньках:)
После пещеры дорога привела нас к Ороктойскому мосту.
Там Катунь предстала совсем другой.
Не той красивой рекой, которой мы любовались сверху утром, а мощной, стремительной силой. Вода с грохотом неслась между скалами, бурлила внизу, и от неё трудно было отвести взгляд. Есть что-то завораживающее в воде, которая совершенно очевидно не нуждается ни в человеке, ни в его восхищении и существует по своим собственным законам.
Мы стояли на мосту, смотрели вниз и, конечно же, фотографировали всё, что только можно было сфотографировать. По рассказам гида тут гибнет не мало отважных рафтеров, пытаясь преодолеть крутые пороги горной реки.
На обратной дороге нас ожидала ещё одна встреча с прошлым — древние тюркские захоронения.
На поле сохранились курганы. По рассказу гида, воинов здесь хоронили вместе с оружием и лошадьми: человеку предстоял путь дальше, а значит, и после смерти ему могли понадобиться те вещи и спутники, которые были важны при жизни.
Рядом находились петроглифы.
На камнях до сих пор можно различить древние изображения людей и животных; особенно часто нам попадались козлы. Рисунки простые — несколько линий, силуэт, движение, — но именно возле них почему-то особенно остро чувствуешь расстояние между собой и тем человеком, который когда-то стоял у этой же скалы и выбивал на ней свои знаки.
Прошли столетия.Человека давно нет, а рисунок остался.
Неподалёку находился древний жертвенник.
Его присутствие выдавал чёрный нагар на скале, уходивший на несколько метров вверх. Гид рассказал, что когда-то здесь разводили большие жертвенные огни и приносили духам подношения: пищу, животных — всё то, что должно было умилостивить силы, от которых, как верили люди, зависела их жизнь.
И что особенно удивительно — традиция подношений здесь не исчезла, до сих пор к этому месту едут люди с разных уголков нашей страны, чтобы разрешить свои вопросы. Есть те, кто забирают драгоценности, принесенные в дар богам, но, как утверждает наш гид, долго они не живут.
Еще я заметила, что от скал отчётливо пахло молоком.
Вчера я умудрилась побывать на "Марсе 1", продать две картины, улететь в стратосферу от красоты Южного Алтая и зарядиться энергией настолько фантастических пейзажей, что временами казалось — ещё немного, и из глаз действительно посыплются искры.
По дороге я обратила внимание на белые ленты, повязанные на деревьях.
Местные жители делают это особым способом — специальной петлёй, которая не затягивается на растущей ветке и не травмирует дерево.
И я вдруг подумала: а часто ли мы сами задумываемся об этом? Бросая монетку в воду или повязывая где-нибудь ленточку «на счастье», замечаем ли мы, какой след оставляем после себя?
Такой маленький вопрос к собственной осознанности.
У алтайцев ритуальные ленты называются кыйра или дьалама. И это совсем не наше привычное «загадать желание».
Повязывая ленту, человек обращается к духу-хозяину места. Благодарит за дорогу, просит защиты и благословения для себя и близких. Белый цвет означает чистоту помыслов и добрые намерения.
Но больше всего меня тронула сама идея взаимности этого обряда. Ты не просто просишь у этой земли покровительства — ты признаёшь её силу и словно обещаешь в ответ беречь её, относиться к ней с уважением и не нарушать её покой.
Наверное, поэтому Алтай так сильно ощущается не только глазами.
Чистейшие бирюзовые реки среди огромных горных степей, суровые склоны, бесконечное небо — и рядом люди, которые веками учились жить с этой землёй не как её хозяева, а как её часть.
Великий Алтай оказался настолько разным и щедрым на красоту, что моё сердце отзывалось буквально на каждый новый поворот дороги.
Вообще путешествия для меня — это всегда отдельная маленькая жизнь. Пусть всего на несколько дней, но настолько насыщенная событиями, встречами, открытиями и чувствами, что время в ней словно становится плотнее.
Ты уезжаешь одним человеком, проживаешь за эти дни целую историю, а возвращаешься уже немного другим.
И Алтай стал именно такой жизнью — короткой, невероятно насыщенной и какой-то особенно глубокой.
Делюсь с вами хотя бы маленькой её частью :)
Когда я была совсем мелкой, я обожала слушать дождь. Он будто гипнотизировал меня своим плотным потоком. В этом шуме на каких-то едва уловимых частотах мне чудился забытый дом. Бывают на земле звуки, цвета, моменты, которые будят в тебе то, чего у тебя вроде и быть не может, но оно есть. Иногда это блик в стакане воды. Холодный бело-голубой. Ты смотришь на него и не можешь отвести взгляд. Сейчас я в отеле в Чемальском районе. Только что прошёл такой мощный, зовущий дождь, что я ночью сорвалась вниз: вдруг он скажет мне что-то важное, хочу снова словить это ощущение. Я ,видимо, никогда не повзрослею.
Сегодня я прошла почти 10 километров 👁👁.
Нашла симпатичное место для пленэра, но пришлось делать всё очень быстро, так как дождь решил, что набросков будет достаточно.
Катунь потрясающе красивая бирюзовая река, я влюбилась. Везде где можно было полазить по пути, я полазила:)
🐦🔥Осень догорает, как свеча.
Каждый год кажется, что впереди её ещё так много. И каждый раз она проходит почти незаметно — оставляя после себя несколько золотых листьев и странное чувство, будто не успела наглядеться.
Через три дня я улетаю на Алтай — надышаться красотой. Одна, с красками и в предвкушении всего, что мне там откроется.
Надеюсь, в этом сезоне я не буду лениться и успею написать хотя бы десять осенних пейзажей.«Родной бережок»
Акварель 30*40 см.
