Папье-маше

Да кто такой этот ваш кенотаф? Дебютный роман Дарьи Митякиной «Даша строит кенотаф» называют кросс-жанровым, и не только потому что в нём автофикшн сменяется детективом, а личное эссе – научной работой. Используя разные формы в своём тексте, писательница горюет по своей бабушке и ищет других – вытесненных из истории фигурами своих родственников и коллег по цеху. Собрав, как настоящая сыщица, все жанры-улики, авторка возводит памятник (шутку со словом «рукотворный» я так и не придумала, поэтому, пожалуйста, просто представьте, что она тут есть и она точно несмешная) каждой женщине. Каким он получился – читайте в карточках. #ДарьяМитякина #романымиссисДэллоуэй

В эти хмурные октябрьские дни попросили писательницу Дарью Митякину составить мудборд книги «Даша строит кенотаф». Слово авторке: «Даша строит кенотаф» открывается фотографией безымянной женской могилы, которую я сделала в Петербурге в прошлом октябре. Надгробный камень так расстроил и озадачил меня, что я обошла все кладбище с блокнотом, а дома принялась за новый черновик книги. (См. четвертую карточку поста и первую главу!) Теперь я собрала целый мудборд талисманов, пасхалок и улик. Здесь есть мемориальное граффити, магазин тканей, оранжерея, фотография моей молодой бабушки в короткой юбке, кусочек ее обоев и святая покровительница всех фикциональных сыщиц. Кьют готика из э муд. Купить книгу.

Совершенно особенное ощущение — читать книгу и постепенно осознавать, что в тексте описан твой район и даже твоя улица. Со мной такое впервые. Про Орехово-Борисово я знаю, что тут везде кого-то убили, в нынешнем «Тануки» — расстреляли, на Борисовские прудах — сожгли вместе с машиной. Но, как не коренному жителю, мне сложно представить тот самый вайб, и Дарья Митякина, которая живет тут дольше и знает больше, как-то очень тонко запускает машину времени: через общий бэкграунд в виде детских детективов, который связывает огромное количество нас, через квартиру бабушки и бабушкину жизнь, через документальные факты об «ореховских», которые вроде и не присутствуют фоном, но, если задуматься, ходили этими дворами относительно недавно. Получилась книга, которую невозможно ни с чем сравнить. Не получается сказать: «Даша строит кенотаф» похожа на то-то и то-то. Личная, хитро скроенная, она похожа на… кенотаф, где хранятся предметы, памятные для того, кто их положил. Отдельно поражает детективная часть, устроенная в точности как те самые любимые бабушкины книги — если я правильно поняла, в ней действуют выросшие героини детских детективов, которым по закону жанра не принято вырастать. Восторг, любовь и буду перечитывать. Кстати, 13 октября состоится ридинг по книге с участием самой Дарьи — надо быть.

РИДИНГ ПО КНИГЕ "ДАША СТРОИТ КЕНОТАФ" С АВТОРКОЙ полгода я веду благотворительную феминистскую ридинг-группу, а теперь у нас будет открытая встреча с обсуждением книжки Даши Митякиной и туда можно попасть, предварительно записавшись в гугл-форме! на встрече мы будем собирать деньги для благотворительного фонда "Дари еду" про книжку: Кросс-жанровый дебют о бабушках и внучках, московских окраинах, детективах 90-х, забвении и скорби, возвращающей память."Даша строит кенотаф" переключается между автофикшеном, детективом и эссеистикой. книжку можно купить на сайте издательства "папье маше" где: зум когда: 13 октября (вс), 19.30 ведущая: Алиса Федосеева — экс-филологиня, поэтка, студентка ВШЭ

Конечно, на фестивале «Папье-маше» мы не могли обойти тему любви. В карточках рассуждают наши авторы Света Лукьянова («Я ничего плохого не делаю), Дарья Трайден («Грибные места») и Гриша Пророков («Ничто, кроме сердца»).

​​ДАША СТРОИТ КЕНОТАФ — Дарья Митякина Когда-то давно, в офисе No Kidding Даша подошла ко мне со словами, что она прочитала мой текст «Поэтика возвращения домой» в Незнании, и что она тоже работает над текстом о смерти своей бабушки. В моем тексте тоже есть картина Последний день Помпеи, сказала она. С тех пор, я ждала Дашиного текста, потому что бабушка это священное для меня слово. Моя скорбь по бабушке не может пройти, место от ее ухода так и будет зиять, приводя сознание к этим лакунам снова и снова. Когда я читала книгу, я конечно, думала о своей бабушке, возвращалась к ней мыслями, к ее жизни, к тому какое видимое и невидимое наследие оставила она после себя.

Я писала и думала, что надо скорее закончить. Когда я закончила, то поняла, что нечего было переживать: время письма и было моим погребальным подарком. Я знаю, что вру себе, когда говорю, что написала эту книгу только для бабушки. Конечно, я написала ее для себя.

«Даша строит кенотаф» построен из двух частей - автофикциональной и фикциональной (детектива!). Первая часть опирается на эссе Урсулы Ле Гуин «Исчезающие бабушки», в нем упоминаются четыре способа выписывания писательниц из истории: опущение, исключение, клевета и исчезновение.

Списки обязательного чтения мировой литературы в университете. За четыре года я встретила в них четырех женщин: Шарлотту Бронте, Марину Цветаеву, Анну Ахматову и Вирджинию Вулф. Сейчас я могу удивляться тому, что на филфаке мне никто не советовал читать Анну Бунину, Елену Гуро, Лидию Гинзбург, Елену Шварц, Людмилу Петрушевскую и многих других женщин, о которых я знаю теперь. Но тогда я не знала и не удивлялась. Тогда у меня не вызывало вопросов и то, что тексты, с которыми я выросла, переданные мне мамой и бабушкой, не считались достойными изучения. Джейн Остин и Агата Кристи оставались в поле домашнего чтения, а не академического интереса. Это — фигура исключения.

Этот клубок раскручивается дальше, на жизнь бабушки героини, на ее интересы, дневники, на район и время в котором она жила. Это были незолотые времена и один из самых криминальный районов Москвы. Этот zoom in - zoom out помогает героине расставить все на свои места, разглядеть невидимые ниточки в жизни своей бабушки, подготовить себя к прощанию с ней, почувствовать ее еще раз и еще, примерить на себя. Твистом возникает часть с героиней по имени Дора Помидорова, девочкой-детективом, которая обожает расследует дело пропавшей писательницы. И это самый настоящий детектив! Такой, какой бы точно понравился бабушке авто героини. Моя бабушка тоже любила читать детективы в последние годы жизни, самые те, из ларька с позорными иногда обложками, я только сейчас понимаю, как должно быть они поддерживали ее. Книги из-ва Папье Маше ассоциируются у меня с долгожданными перелетами и поездками в скорых поездах. Я оставляю их как ценность для тех моментов, когда бумажная книга тяжело вписывается (в самолете, когда оставили ночную подсветку, например). Свету Лукьянову я например читала по дороге в Берлин и текст остался крепко сцепленным с той поездкой. Дашину книгу я читала по пути в Индонезию, в какой-то момент ночью мы летели довольно низко, цифровой навигатор на экране не работал, но я зуб даю, что я видела китайскую стену. На обратном пути я планирую прочитать Аню Федорову ✈️📖 #субботняякнига

Писательница Тове Дитлевсен считала, что у каждого детства свой запах. Хотя нельзя не признать, что есть определённые артефакты прошлого, совпадающие у большинства представительниц одного поколения. В своём дебютном романе «Но это не точно» Аня Фёдорова воссоздала типичное миллениальское детство – со всеми его достоинствами и недостатками. В то же время маленькая автогероиня имеет свою историю, повлиявшую на взрослую рассказчицу. И всё же где-то между весельем и печалью в «Но это не точно» сможет найти себя не только писательница, но и читательница. Но это не точно. #АняФёдорова #романымиссисДэллоуэй #короткоечтение

Так уж вышло, что в последнее время я читаю книги о переживании утраты близкого человека. Дарья Митякина в своём романе «Даша делает кенотаф» пишет о смерти бабушки. Которую хорошо знала, любила, и эта любовь выпрастывается из небольшого романа, выходит за рамки привычных жанров и становится чем-то большим, чем просто литература. Даша сделала кенотаф и очень сильный роман о работе горя, при том что работа это - не всегда о боли наизнос, она может быть разной, собранной из воспоминаний о человеке, который не так давно дышал жизнью, смеялся, читал детективы и обожал внучку. В первой автофикшенной части романа Дарья расставляет по местам основные данные своей истории. Рассказывает о бабушке и её смерти, рассказывает о том, как переехала в её квартиру и искала повсюду призрака этой бабушки, которая только недавно была здесь, мылась, ела, жила. Очень трепетное отношение к родственнице, которое трогает читателя своей лиричностью. Здесь мы узнаем больше про историю самой Дарьи Митякиной и её семьи. Здесь как раз и появляются детективы… Донцова, Маринина, Полякова - пёстрые обложки их романов никогда не считались настоящей литературой. В этой части начинается кроссжанровость романа Митякиной - автофикшн сменяется эссеистикой о значении женской литературы для общества. На страницах упомянуто множество имён другие авторок, чьи книги неустанно вносишь в свой список на лайвлиб. Бабушка Дарьи читала женские детективы, считаемые общественностью бессмысленной беллетристикой. Её стеснялись, за неё стыдили, но её всё равно читали из-под полы и по-своему любили. Во второй части роман делает неожиданный поворот и сам становится женским детективом, увлекающим читателя вглубь ироничного сюжета. Начинающая детективка Дора Помидорова выросла вместе с бабушкой, которая любила романы Агаты Адовой о расследованиях самой Агаты Адовой. Правда, однажды Агата пропадает с радаров, и Доре приходится окунуться в новое расследование, чтобы разгадать загадку пожилой писательницы. Модернистский прием литературы в литературе, в которой идёт речь тоже о литературе удачно выходит у Митякиной, нагромождая историю на истории. В сюжетных поворотах кроется много психологизма, и не удивительно, что в конечном пути, Дора сама приходит к кабинету психотерапевта. Третья часть, закругляющая роман, - пособие для начинающих писателей автофикшна, которые пишут о смерти и боли. Писать сложно и почти невозможно, не писать - невозможно тоже. Тоска от потери преобразовывается в механизм литературного отпевания, в котором реальные люди врастают в фигуры выдуманных персонажей. Где проходит граница реальности в какой-то момент становится непонятно. Да и нужно ли её понимать? «Даша делает кенотаф» персональная панихида не только бабушке Дарьи, но и всем нашим бабушкам, замкнутом в своём собственном мире из милицейских сериалов, беллетристики на дешёвой бумаге, накопительстве ненужных вещей, баек о седом прошлом, и этот мир постепенно растворяется в быстром течении времени. Но мне нравится иногда ненадолго в него возвращаться.

Прочла «Даша строит кенотаф» Даши Митякиной — кроссжанровый текст, где автофикшн превращается в детектив, а потом вновь трансформируется в автофикшн. Эта структура — не только эксперимент феминистского письма, который осмысляет отношения детектива и женского опыта, но и личное признание в любви. Даша обходится с детективами нежно — как с частью своего детства, как с приметой времени. Рассказывая про взросление в районах, где орудовали ОПГ, про болезнь и смерть бабушки — ярой почитательницы детективного жанра, Даша создает пространство для такой работы с горем, которая концентрируется не на потере, а на общем прошлом. В пространстве детектива Даша и бабушка снова встречаются, и зазор между реальным и воображаемым позволяет яснее увидеть, как много всего в их отношениях сохранилось, несмотря на смерть. Кстати, именно во время разговора с Дашей я смогла найти детский детектив, за которым охотилась много лет — по совпадению, свойственному жанру, в тот раз я наконец так сформулировала гугл-запрос, что давно забытое название наконец всплыло. Возможно, это тоже заслуга незримой Доры Помидоровой, усталой девочки-детектива?

🥀🍂 Встречаем книгу Дарьи Митякиной «Даша строит кенотаф»! Кросс-жанровый дебют о бабушках и внучках, московских окраинах, детективах 90-х, забвении и скорби, возвращающей память. Молодая писательница, похоронив бабушку, обнаруживает, как мало письменных свидетельств остается о жизни женщин. Ключом к их общему стертому опыту становятся постсоветские женские и детские детективы. За дело берется альтер-эго героини Дора Помидорова — бывшая сыщица, которой судьба подкидывает новое расследование. Чтобы узнать правду, героиням предстоит столкнуться с историей Ореховской ОПГ, зависимостью, пропавшей иконой «Всех скорбящих Радость» и одной амбициозной литературной агенткой. Переключаясь между рамками автофикшна, эссеистики, «иронического» и детского детектива, авторка размышляет о скорби, мемориальной и похоронной культуре, замолчанном женском опыте и исследует феномен жанровой литературы, одновременно создавая и комментарий к ней, и ее отражение — памятник горячо любимым бабушкой книгам в мягких обложках. В карточках делимся любимыми цитатами. Книга на сайте. Читатель:ницы, оформившие предзаказ или подписку, файл уже улетел к вам на почты — проверяйте инбокс, а также папки «Промо» и «Спам». Также книгу можно скачать на странице книги на Бусти и в вашем личном кабинете на Gumroad.

В издательстве папье-маше скоро выйдет дебютная книга Дарьи Митякиной «Даша строит кенотаф». После смерти бабушки главная героиня осознаёт, насколько мало письменных свидетельств о жизни женщин. И обращается к литературе, которую любила сама её бабушка — женским детективам, и за расследование берётся альтер-эго героини Дора Помидорова. «Даша строит кенотаф» — это смесь автофикшна, эссеистики и детектива, изучение женского опыта и жанровой литературы. Мы публикуем отрывок из первой главы книги «Исчезающая бабушка». Предзаказ можно оформить на сайте издательства.

Наконец-то собрали в путеводитель бары из «Ничто, кроме сердца» Гриши Пророкова. Бывали в них? Делитесь!

Сегодня в Autovirus — отрывок из книги писательницы и дорогой подруги зина Даши Митякиной! Читаем по ссылке 🌚 Нам кажется, роман «Даша строит кенотаф», который скоро выйдет в издательстве «папье-маше», весьма созвучен нашим размышлениям о поставтофикшене, поэтому с радостью делимся фрагментом из него — о смелой детективке, блуждающей в тумане между реальной и фикциональной жизнью. Предзаказать можно тут (а тут — подписаться на канал Даши).

🔎Что такое этот ваш пост-автофикшн?🔎 На конец августа запланированы сразу два долгожданных релиза. В издательстве «Папье-маше» выходит роман «Даша строит кенотаф» Дарьи Митякиной — кросс-жанровый дебют о бабушках и внучках, московских окраинах, детективах 90-х, забвении и скорби, возвращающей память. А еще после перерыва возвращается независимый литературный журнал «Незнание» (база). Шестой выпуск посвящен эссеистике в разных формах и содержит двенадцать текстов, один из которых — эссе Даши. Тизер из четырех эссе — о стоматологии, смерти, рилзах и соседстве — уже доступен на сайте журнала. Чтобы поддержать нас и в конце лета получить оба релиза сразу на почту, оформите предзаказы уже сейчас. Предзаказ книги «Даша строит кенотаф» со скидкой можно оплатить на сайте «Папье-маше» с помощью сервисов Boosty и Gumroad (лучше с компьютера). Предзаказ на выпуск «Эссе» также можно оплатить с российской или иностранной карты — с помощью Boosty и Patreon.

Возведение своего дома и возделывание сада — одна из центральных тем «Грибных мест» Дарьи Трайден. Мы расспросили, что происходило в саду с тех пор, как книга закончилась. Рассказ Дарьи — в карточках. Телеграм-канал Дарьи. Купить книгу.

🌟 Традиционная быстрая распродажа на подписку для тех, у кого еще нет наших книг или есть только парочка, а также тех, кто хочет нас поддержать. До конца этой недели — оформить годовую подписку (10-12 книг) себе или в подарок можно со скидкой 20%. Вы получите доступ к файлам уже вышедших книг («Я ничего плохого не делаю» Светы Лукьяновой, «чорны лес» тони лашдена, «Ничто, кроме сердца» Гриши Пророкова, «Грибные места» Дарьи Трайден, «Но это не точно» Ани Фёдоровой, сборник «В хорошие дни я зверь»), а также все книги, которые выйдут в этом году. На подходе «Даша строит кенотаф» Дарьи Митякиной, а скоро новые анонсы! На Бусти скидка уже включена — сейчас подписка стоит 4000 ₽ вместо 5000 ₽. Если не получается купить по ссылке с телефона, то найдите нужный лот на этой странице. Чтобы оформить подписку с иностранной карты через Gumroad, перейдите по ссылке. Также подписку можно подарить. Чтобы подарить подписку через Gumroad, нужно добавить подписку в корзине по этой ссылке, отметить «Подарить» и ввести имейл получателя подарка. Чтобы подарить через Бусти, нужно купить этот лот (если не получается — найти лот «Подписка в подарок» в общей ленте).

Вау-материал! Flacon попросили Аню Федорову выбрать из ее романа «Но это не точно» фрагменты «о красоте и не только» и прокомментировать их. ПРЫЩИ «Бабушка тянет подбородок вниз и откуда-то изнутри достает: „Моя Аня дома!“ В этот момент из темноты квартиры выхожу я. Только красивая, без прыщей, в тех самых джинсах из журнала Oops! и клетчатой маминой рубашке». В моем детстве поход к косметологу был чем-то на богатом, поэтому моими средствами от прыщей в лучшем случае были лосьон или пенка от Clean & Clear, в худшем — салициловая кислота, которой я прижигала прыщи. Мама с бабушкой не разрешали мне пользоваться тональным кремом — наверное, это и хорошо, потому что у нас на базаре продавался только «Балет», — и всегда говорили, что я самая красивая, а прыщи пройдут. Мне вот 36, но прыщи почему-то не проходят. Купить книгу

По следам нашего июньского фестиваля выкладываем карточки с кратким содержанием дискуссий. В этой серии — размышляем, как писать о 90х, вместе со Светой Лукьяновой и Аней Федоровой.

«Грибные места» в подборке. ⬆️

🍄 Вдохновляемся на прогулки по лесам и полям. Собрали книги, в которых представители флоры и грибного царства — важные герои. #почитать