en
Feedback
Хроники культурной войны

Хроники культурной войны

Open in Telegram

Женский и другие вопросы как маркер скрытого противостояния. Для связи @ChroCultWarBot

Show more
204
Subscribers
No data24 hours
No data7 days
No data30 days

Data loading in progress...

Attracting Subscribers
November '24
November '24
+13
in 0 channels
October '240
in 2 channels
Get PRO
September '24
+36
in 4 channels
Get PRO
August '240
in 3 channels
Get PRO
July '24
+21
in 2 channels
Get PRO
June '240
in 3 channels
Get PRO
May '240
in 4 channels
Get PRO
April '24
+124
in 2 channels
Get PRO
March '240
in 12 channels
Get PRO
February '24
+10
in 8 channels
Channel Posts
Repost from Kirill Semenov
🏳️В СПб встречался с дорогим товарищем, который вернулся из очередной многомесячной поездки к афганским талибам (пока ещё запрещены в РФ). Я спросил его по поводу «страшных» законов, которые один за другим талибы приниабт, где женщинам запретили не только самостоятельно перемещаться, но «даже говорить вслух». Он мне поведал такую историю. В Афганистане есть комплекс озер, который называется Банд-э-Амир. Он пользуется у афганцев большой популярностью в качестве места отдыха. Согласно фирману амира Афганистана женщинам посещать этот комплекс категорически запрещено, с мужьями или без. При въезде в комплекс стоит пост амр биль маруф, то есть религиозной полиции, которая с каждым въезжающим проводит беседу, как себя вести, чтобы не показывать аурат и т.д. Провели беседу и с моим товарищем. Но вот было его удивление, когда оказалось, что женщин, которым вход туда категорически запрещен согласно фирману самого амира, среди отдыхающих оказалось больше чем мужчин. При том и одеты многие из них были не в строгие афганские чадры, а в свободные хиджабы в иранском стиле (накинутый платок). Когда товарищ пытался выяснить как так,почему, если женщинам там находиться там строго запрещено, они всё равно там находятся, в религиозной полиции ответили примерно следующее: «ну они же издалека приехали, не отправлять же их обратно». И так примерно обстоит дело с большинством иных ограничительных законов в ИЭА.

2
Западные СМИ: «‎талибы запрещают афганкам разговаривать и выходить из дома без паранджи!» Афганки: ходят на официальные мероп
Западные СМИ: «‎талибы запрещают афганкам разговаривать и выходить из дома без паранджи!» Афганки: ходят на официальные мероприятия в Кабуле, под флагом эмирата открывают там лицо и полуоткрывают волосы и выкладывают это в интернет Талибы: ... А, вот сегодня опять выступил спикер амр биль мааруфа и сказал, что «‎новый закон будет вводиться в силу постепенно». С графиком ввода, конечно, общественность не познакомят, так что реальный энфорсмент можно откладывать бесконечно — «‎время ещё не наступило»... Хроники культурной войны
2 022
3
Продолжение обзора на книгу Саада Мохсени 4. Основная же часть книги — это последовательное изложение истории Moby Group, с первого визита Мохсени в Кабул в 2002-м и до «‎политических изменений в Афганистане» (эвфемизм краха республики, используемый работающими изнутри страны частными СМИ). Разумеется, изложение предвзятое: успехи преувеличены, неудачи обойдены стороной (вот почему схлопнулся пафосно открывавшийся нацеленный на Иран проект Farsi1?), проблемные моменты вроде участия в финансировании USAID и структур Руперта Мёрдока (как раз для запуска Farsi1) хоть и затронуты, но поданы с выгодной автору стороны. Для тех же, кому интересен именно предметный обзор медиарынка Афганистана, могу посоветовать другую книгу, название которой не просто так перекликается с названием канала: Osman, W. (2020). Television and the Afghan culture wars: Brought to you by foreigners, warlords, and activists (легко находится в сети в известных местах). Это уже академическая монография, поэтому фактуры там больше, но и читается сложнее. Книга вышла перед падением Кабула и не застала сосуществование медиарынка с талибами (что само по себе повод для отдельного исследования), но позднереспубликанский период описан достаточно полно. 5. Понравился один момент. Рассказывая о запуске Arman FM, Мохсени вспомнил о заказанном им опросе, согласно которому большинство кабульцев желали на радио больше документальных и религиозных передач и меньше музыки. Саад делает логичный вывод: «‎наверное, респонденты отвечали так, как угодно правительству» (да, тому самому, чей министр культуры стоял у истоков Arman FM), ведь цифры не бьются с наблюдаемым им воочию оглушительным успехом музыкальной радиостанции! Когда уже при поздней республике такие же опросы давали результаты, выгодные её кураторам, у Мохсени и подобных ему вопросы «‎почему-то» не возникли... 6. Несколько раз Мохсени подчёркивает, что его медиаресурсы стремятся «‎представить разнообразие афганского общества» — и через абзац рассказывает, как успешно «злит консерваторов» запуском музыкальных шоу или продвижением «‎прав женщин». В полном соответствии с западной практикой diversity and inclusion распространяются только на тех, чьи взгляды угодны донорам. При этом повествование лишь несколько раз выходит за пределы столицы, один из таких эпизодов — попытка сторонников Муджиба ар-Рахмана Ансари сорвать кастинг Afghan Star в Герате. Что бы там ни заявлялось, понимание того, что Кабул и Афганистан — не синонимы, к основателю «‎главной медиагруппы страны», кажется, так и не пришло. Хроники культурной войны
2 013
4
Обещанный обзор на книгу Саада Мохсени Radio Free Afghanistan. 1. Главный тезис, сквозной нитью проходящий через всю книгу — «‎связи решают всё». Начиная с неназванных «‎контактов внутри талибов», разруливающих конфликтные ситуации, и заканчивая республиканским министром информации и культуры Саидом Махдумом Рахином, фактически инициировавшим создание Moby Group — без знакомств в нужных местах медиаимперию не построить и не сохранить. Как бы невзначай Мохсени упоминает, что его дедушка по материнской линии был прямым потомком Ахмада-Шаха Дуррани — в клановом обществе это автоматически открывает все двери. 2. Очень надеялся узнать «‎из первых рук», как Moby Group при нынешнем режиме удаётся держать относительно независимый курс по «‎больным» для того темам. К сожалению, мои ожидания не оправдались — почти все размазанные по книге главы о «‎настоящем» Moby Group сводятся к пересказу фактического положения дел (и во многом чуть расширенному пересказу публичных заявлений Мохсени в западных СМИ в духе «‎в Афганистане свободы слова больше, чем в Турции и Индии») с минимумом рефлексии. Забавляет в этом смысле концовка 13-й главы, где Мохсени даёт слово сотрудникам TOLOnews, предполагающим, почему же талибы их не трогают — в числе вариантов «‎будет негативная реакция» (как будто на неё нельзя плюнуть, что показало закрытие женских школ), «‎хотят, чтобы смотрели их пресс-конференции» (а по RTA не посмотрят, значит), «понимают, что в стране нужны независимые СМИ‎» (а зачем?). При этом очевидно, что автор книги знает истинную причину, на что указывает постоянно упоминаемое наличие связей с талибами (но не с действующим министром информации Хайрхахом, который будто бы отказывается от прямого контакта, но по факту проводит линию «‎прагматиков»), но «‎по какой-то причине» не желает нужным её раскрывать. Неудивительно, что по инфополю поползли слухи разной степени заборитости о настоящих кураторах «‎медиавольницы». Ну, может, лет через 20, в переиздании автобиографии, тайна раскроется... 3. А вот о том, как республика довела себя до ручки, рефлексии хоть отбавляй, ей посвящены целые главы. Выводы банальные: пронизывающая все институты коррупция, чудовищное неравенство между стратами, потеря Ашрафом Гани связи с реальностью, а США интереса к проекту стейтбилдинга. И, конечно же, автор предстаёт весь в белом, пытаясь до последнего убедить акторов остановить перед краем пропасти выстроенную ими систему. Продолжение в следующем посте
1 710
5
Сегодня в продажу поступила книга Radio Free Afghanistan основателя и владельца крупнейшего афганского медиахолдинга Moby Group Саада Мохсени. И конечно, спустя несколько часов после выхода электронная версия появилась на определённых ресурсах, так что в скором времени ждите обзор. В преддверии выхода книги Мохсени поговорил с Кристиной Ламб из The Times, где в очередной раз похвалился тем, что в кадре по-прежнему работают женщины (что так) и что нет ни одной темы, которую нельзя поднимать в телеэфире (что не так), но в то же время и посетовал на сужающееся пространство для манёвра. Тем временем, вышла очередная директива от талибского Мининформа: политические передачи не могут выходить в прямом эфире, гости и темы должны согласовываться с властями, «‎бездоказательная» критика решений властей запрещена. Хвост остатков медиаплюрализма продолжают рубить по частям. Хроники культурной войны
2 051
6
Хорошо про подноготную «‎гуманитарного сектора», в афганском контексте особенно актуально https://t.me/Oleg_Bazaleev/2968
485
7
👆В качестве иллюстрации — материал на сайте самого что ни на есть легального СМИ, телеканала Shamshad. Называется «Как повлияло 11 сентября на афганских женщин?». На «‎обложку» повесили кадр с одной из последних открытых протестных акций в Кабуле — в марте прошлого года. Так-то на освещение антиталибских протестов наложен блок, но если зайти «‎не в лоб», протащить их в эфир, как видите, можно. А дальше весь текст состоит из любимого тропа недобитых прогрессистов: «‎активистки говорят, что...», то есть типа мы тут ни при чём, мы всего лишь «‎предоставляем слово». Говорят «‎активистки» всегда одно и то же: что при республике всё было замечательно, и в вузы девушек пускали, и в политике они были представлены, и работать в иностранных НПО им не мешали. Ну ладно, были отдельные недостатки — до отдалённых деревень «‎плоды прогресса» из-за боевых действий не доходили, а «западные партнёры» мало и не так поддерживали «‎женское дело». Но главное, что в последние три года после политических изменений идут сплошные ограничения прав, которые, разумеется, хорошо бы незамедлительно отменить. Если бы Shamshad заявил это от своего имени как редакционное мнение, естественно, в лучшем случае быстро бы позвонили из Мининформа и попросили бы так больше не делать. Но раз «‎говорит активистка», то, получается, это нормально, а к тому, что ей вообще дали слово и пропустили материал, вопросов нет. Но не перепутайте — глушить надо Afghanistan International, который слишком топорной и легко разоблачаемой пропагандой скорее играет на руку талибам, а не тех, кто, пользуясь нестройностью в рядах «‎кураторов», протаскивает вражеские нарративы в публичное поле. Хроники культурной войны
2 213
8
Талибы научились в глушение вражеских голосов: Afghanistan International жалуется на помехи его спутниковому сигналу. Жалоба во все инстанции, разумеется, подана. Осталось понять, что угрозу режиму представляют не столько прямые нападки в его адрес, сколько пресловутое «‎продвижение чуждых ценностей» — начиная с многочисленных материалов на тему «‎прав женщин» том числе на легальных медиаресурсах и заканчивая банальными турецко-индийскими сериалами, каналами с которыми забиты спутники, вещающие на Афганистан. И вот с противостоянием такой «‎мягкой силе» у действующей администрации не всё так гладко. Хроники культурной войны
1 962
9
Наткнулся тут на два интервью руководительниц НПО, остающихся в Кабуле — немецкий Zeit поговорил с Мадиной Махбуби, а в подкаст Global Dispatches заскочила Зухра Бахман. Я неспроста объединил их вместе, потому что их лейтмотив один и тот же — «‎с талибами можно и нужно работать». Обе подтверждают, что запрет на работу женщин в НПО фактически перестал действовать благодаря многочисленным исключениям (которые они, разумеется, лично выбивали, чем не преминули похвалиться). Более того, по утверждению Бахман, даже процентное соотношение полов не изменилось с республиканской эры — в «третьем секторе» всё так же заняты 30% женщин. Разумеется, прозвучали и традиционные для подобных деятелей слова о необходимости снять санкции, разморозить активы и восстановить прежние объёмы иностранной финансовой помощи. Также и Махбуби, и Бахман обращают внимание на абсурдность позиции западных доноров «‎давать деньги только в обход талибов» — дескать, мы же платим налоги и квартплату, то есть, получается, всё равно финансируем талибов? Интересны два тезиса из интервью Бахман. Первый — смена режима дала возможность «‎разрушить стену», между талибами, не признававших сотрудников и сотрудниц сектора НПО за афганцев, и самим сектором НПО, не признававшим талибов за афганцев. Два некогда непримиримых лагеря вынужденно начали взаимодействовать, что не может не влиять на убеждения и республиканских прогрессистов, и особенно талибов. Второй тезис давно вертелся у меня на языке, но в таком явном виде вижу его сформулированным впервые: Зухра Бахман обратила внимание на противоречие между двумя функциями структур ООН в Афганистане. С одной стороны, они как бы являются представительством «‎остального мира» (по факту только доноров, т.е. «‎золотого миллиарда») и высказывают его точку зрения по социальным и политическим вопросам. В то же время ООН и её структуры являются основным получателем и распространителем гуманитарной помощи, что и создаёт конфликт интересов, ведь «‎гуманитарка» должна быть отвязана от политики. Выход из ситуации Бахман видит в расширении прямого дипломатического представительства в Афганистане — мол, в этом случае о политике будут говорить послы, а о гуманитарке — эмиссары ООН. И вот тут, на мой взгляд, кроется ошибка — нынешний мэйнстримовый подход к «помощи развивающимся странам‎», особенно в гендерных вопросах, сам по себе политизирован. Но воспитанная в этой среде (высшее образование получила в Лондоне) Бахман, конечно, признать это не может. Хроники культурной войны
3 564
10
С момента публикации закона «‎об амр биль мааруфе» прошло больше недели. И что бы вы подумали — конечно, никто даже не собирался исполнять самые спорные его нормы. Официальные медиаресурсы продолжают публиковать материалы с изображениями людей, ведущие на TOLOnews всё ещё сидят в галстуках, женские голоса из эфира никто не удалил. Всё это радостно протоколируется Amu TV и Afghanistan International, получившим очередное доказательство «‎лицемерию режима». Сами талибы по своему обыкновению эти нестыковки игнорируют. Главное, что волна гнева от «‎международного сообщества» получена. Иногда кажется, что ради неё всё и затеяно: сначала делано возмутиться «‎вмешательством во внутренние дела Афганистана», а потом всё равно сделать всё так, как удобно тому самому «‎сообществу». Хроники культурной войны
2 302
11
Начало выше Теперь мои комментарии: 1. Непонятно, как в логику «держим частные СМИ для собственной пропаганды» укладывается постоянное предоставление слова противникам закрытия женских школ/вузов и в целом жёсткой культурной политики — никакой выгоды от этого, кроме создания иллюзии плюрализма для внешнего мира (про которую не было сказано ни слова), талибы не получат. 2. Точно так же никакого отношения к «‎необходимости» не имеет разрешение работать бритыми и в галстуках — вряд ли будет кто-то всерьёз доказывать, что выходить в эфир иначе технически невозможно. Объяснение опять одно — умасливание кафиров. 3. Самое главное: в обсуждаемом законе нет ничего про возможность предоставления исключений ради «‎необходимости» или по иным причинам. Что и правильно, потому что в нынешнем мире под «‎необходимость» можно подвести фактически всё что угодно, чем многие «‎исламские» страны успешно занимаются. Но если практически из-под ограничений будут выводиться все, кто смогли договориться с талибами (привет женщинам в НПО), то это, как писалось ранее, превратит писаное право в фикцию, к которой не будет серьёзно относиться никто, кроме правозащитных организаций, ищущих любой повод для возмущения. Точно ли это то, чего добиваются? 4. С чем можно согласиться, так с тезисом о том, что в 90-х у талибов не было шансов в пропагандистской войне в том числе из-за собственной твердолобости в вопросе съёмки всего живого. Только вот шагнули «‎из огня да в полымя»: от тотального запрета до почти такого же тотального игнорирования своих же принципов. Хроники культурной войны
2 352
12
Дискуссия в англоязычном экс-твиттере по мотивам обсуждённого в прошлом посте закона. Джефф Ригсби, американский экспат в Кабуле (редкость по нынешним временам), обратил внимание на те самые статьи о запрете изображения живых существ и разумно забеспокоился насчёт будущего телевидения в стране: дескать, у меня на следующей неделе эфир, а по новому закону людям в кадре вроде как нельзя появляться. В реплаях появился пользователь под ником The Sure Path, тоже, так понимаю, базирующийся в Афганистане и давно и активно выступающий в защиту талибов. Дальше привожу смысловой перевод дискуссии: — Я предполагаю, что для ТВ и прочих медиа действует исключение «‎из-за необходимости», иначе все их придётся заменить на радио. И даже в 90-е при первом эмирате для иностранных журналистов делались поблажки*. *на самом деле делались только в самые первые недели после взятия Кабула, потом запрет на съёмку живых существ стал тотальным, и работать иностранцам приходилось исподтишка — пример документалки того времени прилагается. Исключение было только для интервью с официальными спикерами талибов, и то не всеми — Ну хорошо, допустим, моё появление в ящике прям необходимость. А оставят ли ведущих в кадре или заменят на закадровую начитку? И разрешат ли работать женщинам-ведущим, ведь женский голос теперь тоже аурат? — Есть [видимо, в законе — прим.] много верного в теории, но затруднительного в практической реализации, и предназначенного только для того, чтобы в будущем были найдены решения. Например, был объявлен запрет PubG и Instagram [sic, официально объявлялось только о запрете TikTok и Facebook — прим.], но он фактически не начал действовать: все до сих пор рубятся в PubG и сидят в Instagram. Что касается необходимости: сам факт того, что TOLOnews вещает, и их ведущие выходят в эфир в галстуках и с бритыми бородами [тоже нарушения по новому закону — прим.], говорит о том, что теория и практика расходятся. Tolo и СМИ в целом рассматриваются как необходимость для ведения пропагандистской войны против врагов режима, даже Almersaad [талибский медиаресурс, направленный против пропаганды запрещённой организации ИГ — прим.] использует изображения людей. В 90-х был тот же запрет, и из-за него ИЭА не мог защищаться от нападок противников, использовавших в ложном контексте фото- и видеоматериалы, поэтому в итоге решили, что их использование необходимо. * * * Конец цитаты. Понятно, что это не официальная позиция талибов (её во внятном виде по таким вопросам вообще невозможно получить), но это хорошая иллюстрация того, что в голове у «‎кураторов СМИ» и чем они руководствуются в своей политике. Продолжение ниже
2 100
13
Недавно был опубликован один из самых интересных законодательных актов второго эмирата — закон «‎о поощрении добродетели и предотвращении греха». Коллеги с @sputnikaf подготовили разбор, а мы поделимся своими соображениями, надо же раз в два месяца что-то писать. Первый главный вывод: закон содержит целый ряд закладок на будущее, реализация которых приведёт к кардинальному изменению культурной и общественной жизни Афганистана. Две самые большие — тотальный запрет на изображение живых существ в СМИ и признание женского голоса ауратом. Формально с этого момента практически все медиа, от фрондирующих TOLOnews и Radio Begum до государственных RTA и Bakhtar, нарушают закон, и продолжение их работы в нынешнем виде окончательно перешло в плоскость неформальных договорённостей с «‎кураторами», которые одним росчерком пера можно будет обнулить. Характерно, что «‎фрондёры» новеллы, ставящие их вне закона (а там ещё запрет на ношение галстуков, который ведущие частных каналов игнорируют) старательно обходят, что и неудивительно — подсветится явное противоречие с правоприменением. UPD: На TOLOnews всё-таки упомянули все «‎проблемные» места, но уклонились от оценки перспектив их применения касательно самих себя. Представитель Минюста в ответ на запрос BBC Pashto касательно возможного запрета телевидения ответил «‎надо проконсультироваться с начальством». Отсюда и второй главный вывод, в чём-то обратный первому: «‎строгость закона компенсируется необязательностью его соблюдения». Если в ближайшие месяцы «‎закладки» так и не будут реализованы (вероятность чего весьма высока), придётся окончательно признать, что «‎телефонное право» и непубличные инструкции имеют бОльшую силу, чем официальные законодательные акты, что ставит под сомнение способность талибов навести порядок как в культурно-идеологической сфере, так и в остальных. Некоторые другие замечания: - Удивительно, что при таком большом внимании вопросу хиджаба (аж два раза дали определение) совсем ничего про такую важную сопутствующую вещь, как запрет на смешение полов на рабочих местах. Возможно, это будет в каком-то новом НПА (наподобие трудового кодекса), но пока явный пробел. Если бы не описанные выше закладки, можно было бы подумать, что этот пробел оставлен намеренно для тех предприятий, где на разделение полов забили (как раз СМИ, а также банки, аэропорты и пр.), но, похоже, авторов закона они не очень волнуют. - Кстати, про хиджаб — судя по всему, предусмотренная указом от мая 2022 года особая процедура (по которой наказывались не сами нарушительницы, а их мужья и отцы) уступила место общей (с градацией аж из 7 пунктов), поскольку согласно заключительной, 34-й статье закона все ранее принятые противоречащие ему НПА утратили силу. - Отметим также интересную, как кажется, статью 4: «‎положения закона распространяются на всех, проживающих на территории Афганистана». Но не указано, постоянно или временно, так что непонятно, касаются ли они иностранных туристов, кроме того, не прояснён статус иностранных представительств и прочих пользующихся иммунитетом по международному праву, что даёт потенциальную почву для конфликтов. Впрочем, на практике «‎особые правила» для иностранных эмиссаров стараются соблюдать... Хроники культурной войны
2 965
14
Американская редакция журнала Elle выпустила текст за авторством Линзи Биллинг (известной журналистки, работающей фрилансером в различных горячих точках и в Афганистане в частности) о «‎судьбе последних шелтеров» для гонимых мужьями, отцами и талибами женщин. Как всегда в таких случаях, внимательное прочтение текста и изучение сопутствующих деталей заставляет задуматься. Впрочем, первая деталь бросается в глаза сразу: текст носит явно заказной характер и направлен на пиар организации The Khadijah Project, которая всеми этими шелтерами управляет. Основной лейтмотив — «дайте нам денег, иначе мы совсем загнёмся». Как правило, по чудесному совпадению деньги тут же находятся — не верите, спросите Хамиду Аман, она в таких пиар-сюжетах поднаторела, всё-таки полученный при республике опыт не пропьёшь. Тот, кто более-менее следит за тем, как подаётся «‎афганская повестка» за кордоном, тут удивится — какая The Khadijah Project? Шелтеры под носом у талибов же сумела сохранить совсем другая организация — Afghan Women Skills Development Center Махбубы Сирадж. А вот про неё в тексте ни слова, и даже можно догадаться, почему: отношение в антирежимных кругах к Сирадж резко испортилось после того, как та призвала к снятию санкций с талибов и переговорам по их признанию. Видать, чтобы их не злить, без Сирадж решили обойтись, сосредоточившись на менее засвеченных фигурах. Тут вылезают интересные подробности: упомянутая в тексте как создатель The Khadijah Project Пейванд Саидали живёт в Кабуле, более того, вполне открыто работает директором по Афганистану в НПО Women for Women International, что тоже не упомянуто в материале Биллинг. Самое же интересное, что Саидали не афганка, а «‎иранско-американский просветитель и культурный комментатор», текст об этом вновь умалчивает. При том, что на сайте The Khadijah Project декларируется, что в штате нет иностранок. Получается, на руководство этот принцип не распространяется. Сам сайт khadijah.org предельно аскетичен — страница с кратким описанием работы, ссылка на донаты и раздел с годовым отчётом (есть только за 2022 год), который всё равно почитать не дают, якобы из-за «‎чувствительности данных». Если есть что скрывать, то это уже само по себе повод насторожиться... А главное — нет раздела на дари или пушту, что сразу демонстрирует истинную ориентацию НПО. В курсе ли талибы о столь бурной деятельности «‎внешних сил» в такой деликатной сфере? Лишь в конце текста вскользь упоминается, что «‎подобные организации не могут работать без разрешения режима», дальше эта тема не развивается. А это практически ключевой вопрос. Не очень хочется признавать, что внутри талибов есть те, кто готов помочь «‎западным партнёрам» в работе против себя и против социальной ткани. Это же можно додуматься до того, что их можно использовать, чтобы повернуть режим в свою сторону, а заказа на это пока не поступало. И последнее. Хотя шелтеры в общественном сознании и ассоциируются с пристанищем для жертв насилия, по признанию Саидали, 30% обратившихся — вдовы, одиночки и жёны оставшихся без работы после краха республики, а непосредственно с насилием связано лишь 40% запросов. Хроники культурной войны
2 276
15
Разрешилась история с участием афганских спортсменок на грядущей летней Олимпиаде. Как известно, в стране существует два национальных олимпийских комитета — контролируемый талибами и «‎в изгнании». МОК, как нетрудно догадаться, признаёт именно второй (хотя поддерживал контакты и с первым), что и определило исход: в Париж от Афганистана поедут 3 мужчины и 3 женщины. Женщины, разумеется, из эмигранток, на международных турнирах мы их уже видели. Самое же важное, что МОК отказал в аккредитации представителям de facto authorities, как на дипломатическом новоязе называют правительство талибов. Тем самым исправили ошибку, которую допустили организаторы Азиатских игр, позволив включить в делегацию лиц, явно связанных с властями, что привело к забавной картинке на церемонии открытия, где они пошли под республиканским триколором. Вопрос теперь — отпустят ли спортсменов-мужчин из страны после такой демонстративной пощёчины режиму, или спортивное начальство продолжит следовать принципу «лучше такой допуск, чем никакой». Ничего не напоминает? Хроники культурной войны
618
16
Редко получается сейчас писать. Чтобы совсем не забыть, как это делается, скину передачу на TOLOnews в духе «‎прямая линия талибов с кабульцами»: позвали трёх чиновников средней руки (более важные не соизволили приехать) и начали перед ними поднимать вроде бы волнующие население проблемы. В целом эфир на удивление пустой, в основном обсуждались темы в духе «‎а зачем такси перекрашивать в голубой цвет». Но один момент всё-таки привлёк внимание: у замминистра амр биль мааруфа поинтересовались, как он собирается бороться с растущей популярностью иностранных спутниковых телепередач после того, как на местном ТВ запретили ‎харамную развлекаловку. Ответ выражает общую позицию афганских властей по поводу «‎слишком медленной» перенастройки общества: «‎20 лет продолжалась американская оккупация, как военная, так и культурная и социальная, а вы тут хотите, чтобы мы быстренько всё порешали, нужно двигаться шаг за шагом». Вроде бы и не поспоришь, но уже видно, как наследие «культурной оккупации» сказывается на идеологической твёрдости талибов, в том числе и не последних чинов, так что обещанное «‎постепенное культурное оздоровление» может и не состояться. Прозвучал и набивший оскомину вопрос об открытии школ и вузов для девушек. Ответ (тоже замминистра, но уже высшего образования): «‎мы работаем над этим, когда надо, откроем, и вообще, задолбали вы со своим женским образованием, вон сколько проблем вокруг». Проблем действительно хватает, но тут проявилась, пожалуй, главная слабость «догматического» крыла талибов — нежелание вести хоть какую-то коммуникацию с оппонентами в вопросах, где позиция тех изначально сильнее. Правда, иногда коммуникация всё-таки проходит, но в специфической форме: на одной из государственных гератских радиостанций рассказали, что «создание вузов направлено на воспитание безбожного поколения». Сами чиновники от таких эксцентричных заявлений воздерживаются, но ничего взамен, кроме надежды на «‎скорый указ эмира», предложить не могут. Хроники культурной войны
2 215
17
Пора вводить новую рубрику: «перемалывание косточек проталибским каналам». На одном из них вышел весьма занятный пост следующего содержания: Группа женщин открыли кафе и библиотеку в Кабуле. Несколько женщин в Кабуле открыли кафе и библиотеку для женщин, чтобы создать безопасное пространство для женщин... ...и так далее. Что же тут такого занятного? 1. Предсказуемо умалчивается, что, по утверждению Hasht-e-Subh, открытие сорвали талибы, ворвавшись в помещение в разгар мероприятия и потребовав разрешение на его проведение (хотя, по утверждению организаторов, оно было получено). 2. Ну ладно, допустим, опять враги режима наговаривают. В таком случае подсвечивается одна из ключевых черт политики второго эмирата — её систематическая бессистемность. Практика показывает, что подобные «‎кафе-библиотеки» — не что иное, как притоны для феминисток и им сочувствующих, где собираются «‎борцы с системой» и организуются протестные акции. В этом свете само словосочетание «‎женская библиотека» должно быть красной тряпкой для принимающих решения, вместо этого «‎медиаактивисты» (а также легальные СМИ вроде Salam Watandar) спокойно пропагандируют их открытие — «‎для популяризации культуры чтения и учёбы». Видимо, с той же целью те же принимающие решения закрыли школы и вузы для девушек, ведь, как мы знаем, внутри талибов противоречий нет... Или всё-таки есть? Хроники культурной войны
4 036
18
Интервью Shamshad News с губернатором Бамиана Абдуллой Сархади: — Почему афганкам нельзя посещать Банди-Амир, а иностранок пускают свободно? — Вообще-то иностранкам тоже нельзя, спасибо вам. — В смысле спасибо? — Спасибо, что обратили наше внимание, запрет действует для всех. Почему-то кажется, что и после этого никакого изменения фактической политики не будет — видимо, существуют указания свыше (вопрос только, с какого «‎выше», вряд ли прям от эмира) «‎не жестить» перед иностранцами. Там же Сархади заявил, что, несмотря на недавний теракт, число туристов в Бамиане даже возросло. Верите? Хроники культурной войны
441
19
Об афганских феминистках и демократических институтах Биографию Фаузии Куфи можно долго обсасывать. Про её связи с наркомафией слышали многие, а вот американо-афганский журналист Али Латифи (кстати, до сих пор базирующийся в Кабуле) регулярно припоминает ей другой эпизод. Для начала немного пояснений. В 2009 году Хамид Карзай ввёл в действие указом закон о ликвидации насилия в отношении женщин (Elimination of Violence Against Women, сокращённо EVAW). Согласно действовавшей тогда конституции 2004 года, он имел право это сделать, пока Волеси-джирга (нижняя палата парламента) находилась на каникулах. Формально в течение 30 дней после начала очередной сессии закон должен был быть вынесен на обсуждение депутатов. И тут внимание: в конституции, по-видимому, намеренно была оставлена дыра — в случае, если этого не происходило, закон не утрачивал автоматически силу, таким образом формально можно было вообще игнорировать парламент и править чисто указами, чем оба афганских президента (Карзай и Гани) активно пользовались. То же произошло и с EVAW: он не был внесён в парламент и действовал чисто на основании указа. В 2013 году по инициативе Фаузии Куфи EVAW всё-таки был внесён в Волеси-джиргу. И именно это Латифи и «‎защитницы прав женщин» ставят ей в вину: дескать, она своими действиями поставила «‎такой важный прогрессивный закон» (разбор его содержания выходит за рамки поста) под удар консервативных парламентариев. В тот раз «‎обошлось»: как только стало понятно, что противники закона настроены решительно, спикер Волеси-джирги вопрос закрыл, больше к нему до краха республики не возвращались. Сама Куфи утверждала, что хотела, наоборот, укрепить позиции правозащитников, дескать, при изменении политического климата принятый указом закон можно будет новым указом и отменить, а с прошедшим все процедуры актом придётся считаться. Но кто ж ей поверил? Есть только вот одна проблема. Исламская Республика Афганистан себя декларировала правовым демократическим государством. А одним из их атрибутов является такая вещь, как разделение властей, по которой написание и принятие законов — прерогатива законодательной власти. Подчёркнутое её игнорирование и проведение «‎нужных» законов в обход, пользуясь «‎правовыми» лазейками — признак не демократии, а самой банальной диктатуры. Не то чтобы насчёт республиканского Афганистана было много иллюзий по этому поводу, но такое саморазоблачение от «‎сторонников народовластия» забавно и поучительно. Когда в следующий раз услышите от «‎международного сообщества» и выкормленных им «активистов» про необходимость «‎восстановления демократии в Афганистане», вспомните, что они под этим понимают, и задумайтесь, нужна ли такая «‎демократия». Хроники культурной войны
2 295
20
3 мая отмечается очередной из более 200 ООНовских праздников — День свободы печати. По этому случаю легальный афганский «‎профсоюз журналистов» AJSC провёл не менее легальное мероприятие в Кабуле, где произнесли дежурные слова о важности доступа к информации и посетовали на ограничения для журналисток. Присутствовал аж пресс-секретарь МВД Абдул-Матин Кани (интересно, что не формально профильного Мининформа, косвенное свидетельство того, где реально принимаются решения). К этому же дню «‎Репортёры без границ» приурочили публикацию своего очередного рейтинга, где они поставили Афганистан на третье с конца место, ниже КНДР. Не видится ли противоречие? Страна, где журналисты могут в ограниченных объёмах, но обсуждать свои проблемы и ругать власть, никак не может стоять по «‎свободе слова» ниже, чем страна, где любые негосударственные СМИ и негосударственные точки зрения запрещены де-юре. Причём ещё год назад RSF это знали, и Афганистан стоял более адекватно, скорее даже чуть высоковато (ниже Афганистана была, в частности, Турция). Никаких реальных движений в сторону «‎КНДРизации» за год не последовало, так что политическая предвзятость налицо. Хроники культурной войны
439