Фламмеманн

ВОПЛОТИМСЯ НА ЧЕРНОМ РЫНКЕ Уже завтра (4 июля) (в субботу) Фламмеманн объявится на фестивале Черный рынок: ищите Ф за стендом издательства SOYAPRESS — мы будем ждать вас целый день (с 12:00 до 20:00) (а потом снова погрузимся в летний сон). А скоротать ожидание встречи с Фламмеманном советуем за очерком про него от нашей книжницы Ани Плотниковой под названием «3х3».

Навязанные воспоминания: 1. Запомните, что я хотела купить «Белую гвардию». 2. Что у вас тут? Книги? Слишком много, до свидания. 3. Мне снился ваш театр, здесь я ел школьное пирожное.  4. Мне идет этот журнал? 5. Я не умею вязать. Наверное, у меня нет души.

ФЛАММЕМАНН, ЧТО БЫЛО? Поэтам, поэтессам и иным сущностям есть что ответить.

Фламмеманния продолжает существовать, отвергая все надежды её врагов и все страхи её герцогов.

— Анна Фогель, хроникерка

я никогда не был нужен этому обществу, поэтому приходил, кажется, раза три. <…> я потом долго думал: почему это важно? что за раболепие? кто они все такие? как они определяют мою судьбу?

— Стас Мокин, радушный гость

ДЕТЕКТИВ МОРГНУЛ —— А ЭТО ОСАЖДАЛИ ГОРОД —— ОСКОЛОК —— ОСТРОВ —— ЯВЛЕНЬЯМИ ОБЪЯТ —— КЛЕПАЛИ ГОЛЕМОВ НА ПОЛЕ —— НА ПОХОРОНАХ ИГРАЛИ ДЕНЬГИ С КНИГ —— ТЕПЕРЬ ЗАПОЛНЕННЫЕ СТОЛЫ СВОБОДНЫЕ СНИМАЛИ ВНАЙМ —— МОРГАЕТ ДЕТЕКТИВ

— Кирилл Шубин, мумификатор

незаметно ныряет солнце. актёры пьют чёрный кофе и как будто репетируют диалог, разминают речевой аппарат, упражняясь в остроумии.

— Евгения Либерман, документалистка Полностью дневники и скрижали читайте здесь, а пока мы не открыты, не забывайте про возможность заказать некоторые наши книги на AVITO.

МЫ УЖЕ НА РАССВЕТЕ Сегодня и завтра в ДК Рассвет. Ждем только вас.

И МЫ УЗРИМ РАССВЕТ И увидимся с вами! Конечно, только если вы придете в эти выходные в ДК Рассвет. С 12:00 до 20:00 мы будем ждать вас за стендом «Сояпресс», а с собой у нас будут самые разные книги: новинки от «Горгульи», «журнала на коленке» и «Территории ноль тысяч», издания «Движка» и «Другарни ША/\АШ», журнал «Перевод», поэзия, проза, букинистика и так далее! До встречи! Не забудьте зарегистрироваться.

ФЛАММЕМАНН, МИЛЫЙ ФЛАММЕМАНН Нет, мы не купим вам Ф. Ф есть дома. Дома у Ульяны Мор! Отвлечемся от тоски и полюбуемся необычайной книжкой художницы авторства Ульяны Мор. А потом вновь затоскуем по Ф! Мы все еще закрыты. Пока тоскуете, не забывайте про нашу страничку на AVITO.

ФЛАММЕМАНН Запомните. Но вам можно просто — Ф.

С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, Ф. Сегодня нам исполнилось два года! С чем мы вас и всех обитателей Фламмеманна сердечно, нервно и пронзительно поздравляем!  В день нашего рождения, выпавшего на Международный день независимых книжных, делимся поздравлениями и посвящениями от дорогих друзей и подруг Ф. Это только начало.  Празднуем, пируем, но двери наши пока закрыты. Фламмеманн все еще временно не работает, но скоро мы обязательно увидимся! 

В ближайшее время Фламмеманн будет закрыт. Мы прогадали. Так бывает. Не пугайтесь! Пока что остаемся во Всемирной паутине: некоторые наши книги можно, как и прежде, найти на AVITO и OZON. Успейте соскучиться, совсем скоро вернемся.

ВСЕ ЖЕ ОН СЕГОДНЯ — ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ В последний день ярмарки non/fiction напоминаем: сегодня вы еще успеваете за книгами. Мы прячемся за Коллективным стендом малых и региональных издательств (стол МИ-15) — обязательно найдите СОЯПРЕСС & ФЛАММЕМАНН. Завтра будет поздно. Приходите, ведь разлука продлится: 13, 14 и 15 апреля Фламмеманн будет закрыт.

ОСЕНЬ НА ОСТРОВЕ САТУРН Куда ведет нас этот королевский лазутчик? Мы ведь уже на своем месте, во Фламмеманне, встречаем осень посреди весны, радуемся кометам, прислушиваемся к теням, готовимся к маскараду на покинутой планете. Стихотворения и поэмы из книги Михаила Бордуновского «Осень на острове Сатурн» интонациями из уничтоженных писем рассказывают о мирах, увиденных и забытых, о городах, населенных титанами и малютками, о домах безжалостных и нежных. А в них поживают и маются изгнанники, иноземки, невидимки, благородные ли короли. Таким же «Сатурн» предназначается. Стало быть, сердце при ее чтении наполняется дождем, а глаза, говорят, начинают блестеть и порхать, как бабочки надо лицом июня. 2. Владетельница Ульсгора принимает гостей Итак, они с гобеленов сходят, пекут пироги, поочерёдно дуют в трубу, но гневливые струны скрипки, лопнув, ломают лицо музыканта. Переводная картинка: партитуры совестливых оркестров, что, взявшись за руки, золото звука выносят, серебряный след — всё смещено, всё немного не на своих местах. Гребень ливня луговую траву причесал, сбил с путей, вдоль которых она росла. Да, покой трудоёмок. Да, сад заперт. Между тем наши фонтаны все в чешуе туманной, гости наесться не могут, над ними узел сна качается нестерпимый. Кольца, яблоки. Сторож сада, расколотый натрое бурным стеклом. Каждый раз при встрече я имя твоё из памяти вынимаю, как из колоды карт. — Михаил Бордуновский, «Осень на острове Сатурн» Эту и другие книги ищите в Ф. Мы ждем вас каждый день с 14:00 до 22:00 в Электротеатре (а ещё сегодня, завтра и послезавтра — на ярмарке non/fiction).

Ф + NON/FICTION Возможно, вы уже успели заметить знакомые улыбчивые лица, внимающие вам из-за стенда СОЯПРЕСС & ФЛАММЕМАНН на ярмарке non/fiction. Если так, вы все поняли верно: Ф вновь раздвоился. А если нет — как будете на ярмарке, присмотритесь внимательнее к Коллективному стенду малых и региональных издательств (стол МИ-15) — это все мы! С 9 по 12 апреля ищите нас в двух местах одновременно: как всегда, в фойе Электротеатра с 14:00 до 22:00, и, конечно, на non/fiction.

НОВОЕ СТАРОЕ ИНОСТРАННОЕ Собрали подборку из новой букинистики Ф на иностранных языках. Здесь у нас Ги де Мопассан, Гюстав Флобер и Проспер Мериме в оригинале, выпуск немецкого журнала о литературе и искусстве die horen (с конкретной поэзией и пр.), биография «Наполеон» Евгения Тарле на французском и сборник стихов Alpha Donut поэта и переводчика Матвея Янкелевича. MANDELSTAM’S “SILENTIUM,” 1910 She is not born as yet, she's word and music both and thus the indestructible bond of all that's living. The sea’s breasts calmly rise and fall, day shines bright as it were mad. The lilac pallor of the spume caught in a murky-azure vessel. But let my mouth attain that primary dumbness— a crystalized note pure from the start. Remain in sea-foam, Aphrodite, and word return to music, and heart grow shamed of heart, melding with the origin of life. — Матвей Янкелевич, «Alpha Donut» Приходите во Фламмеманн. Мы открыты каждый день с 14:00 до 22:00.

Подборка книг от Ани Гуминовой Сегодня своим книжным выбором делится поэтесса, издательница и наша книготорговка Аня Гуминова. ТРУДЫ И ДНИ МИХАИЛА КРАСИЛЬНИКОВА фигура красильникова мифологизировалась филологической школой, но дневники (которые собрал чудесный исследователь из питерской вышки дмитрий козлов) показывают, что в нем нет ничего мученического и протестного. это тетради, которые начинали писаться семнадцатилетним подростком у рижского взморья, который штудировал учебники по истории партии, а потом баловался (тогда это не концептуализировалось как перформанс) с однокурсниками, вдохновляясь хлебниковым. РИШКО, ЧРЕВОВЕЩАНИЕ ИЗ ОТДАЛЕННЫХ КОМНАТ это сам//издатская книжка со стихами, которые мне напоминают гронаса, васю бородина и дениса крюкова, но при этом очень кристиниными. и в ней картинки из ее материального архива — камушки, перышки, открытка и т.д. и кристина моя подружка. и там наклейки-звездочки прилагаются. УЛЬВЕН, РАСЩЕПЛЕНИЕ я сейчас читаю эту книжку, и странице так к 30-й я поняла, что непонимание — нормально и даже не нужно пытаться рационализировать. это постоянная стилистическая пересборка и мерцание, и я завидую, что ульвен замечает предметность и ощущение, что это делаю не я (сложность расстегнуть пуговицу, сокрытие рисунка на занавесках и явленность просвечивающей текстуры ткани, шершавый на ощупь металл водосточной трубы). МЕДЕН, ЦАРАПИНЫ И ГЛИТЧИ я хотела эту книжку еще когда работала в кинотеатре, но мне было жалко отдавать за нее сколько, тысячу рублей? я купила ее другу на день рождения и прочитала почти половину за день, прежде чем подарить. внимание к аналоговому носителю и архиву — это очень круто. кино воспринимается уже не в дихотомии развлечения и искусства, но и как следы материальной культуры, в связи со своим бытованием. ЖУРНАЛ НОСОРОГ я его читала в лето того же года несколько раз, сидя на даче, [и как-то вышла погулять в лес и встретила оленя]. это была моя первая встреча с текстами аллы горбуновой (а потом, перечитывая через полгода, узнала в герое поэмы васю бородина, но тем, кому я пересказывала это открытие, было все равно). у деда были рога но он их отрезал если у тебя никогда не болели рога ты не знаешь как может болеть сердце он прибил их к стене около занавесок и умер через месяц телесность интертекста боль в протезе жаль в поэзии нет ощутимых жестов чтобы заверить несоразмерность — Кристина Ришко, «Чревовещание из отдаленных комнат» За этими и другими книгами приходите во Фламмеманн. Мы работаем с 14:00 до 22:00 каждый день.

ФЛАММЕМАНН Гравюра Гюстава Доре «Святой Павел в Эфесе» на новом плакате Ф. Заходите полюбоваться. Беспрестанно и впредь с вами каждый день с 14:00 до 22:00.

СООБЩЕНИЕ ВНЕЗЕМНЫМ ЦИВИЛИЗАЦИЯМ В документации, помещенной по заданию Российской академии наук в один из космических зондов, который, скорее всего, выполнив свою исследовательскую задачу, исчезнет на просторах вселенной, кириллицей и латиницей написано следующее: «Это послание исходит от людей России — Homo homo, — принадлежащих к роду приматов, узконосых обезьян, к подклассу сухоносых приматов, выделившихся пять миллионов лет назад. Наши предки — небольшой подвид в Африке, который целиком включал в себя и денисовцев. Наш язык был создан Александром Пушкиным, потомком североафриканского раба». 87 подписей членов Академии. — Александр Клуге, «Контейнер “Россия”»

КУЛЛЕ/КЛЕЕ На полках Ф можно найти эту миниатюрную (и даже цветную, ангельскую) книгу от сам//издата. Внутри нее стихи Сергея Кулле — поэта, которого принято относить к филологической школе, — и картины Пауля Клее. Как комментирует сборник сама издательница: «Это книжка Сергея Кулле с рисунками Пауля Клее, которые оказались рядом не только из-за смешной паронимической аттракции, но по большей части потому, что “наша крепость стоит на высокой горе” — одно из моих любимых стихотворений, а забывчивый ангел — одна из моих любимых картинок, и почему-то они ощущаются близкими по своей интонации. <…> Здесь есть кошки, корабли, одуванчики, ошибки, печаль, крепости. Читайте». Наша крепость стоит на высокой горе. (Высоки наши горы!) Против вражеских копий и стрел нам защитой надёжные стены. Против вражеских пушек — бессемерова сталь, артиллерия Круппа. Против вражеских бомбометаний — хрустальный колпак. Против вражеских землетрясений — пояс защитительных скважин. Против лазутчиков — Цербер. Против воли судеб — покорность судьбе. Против вражеской фальши и лести — критика текста. Против вражеской брани — молчанье. Против измены — отчаянье. — Сергей Кулле Эти и другие малотиражные поэтические издания ищите во Фламмеманне. Мы ждем вас каждый день с 14:00 до 22:00.

ОЧЕВИДНОСТЬ ЮГА Во Фламмеманн поступила долгожданная новинка от «Носорога» — наиболее полное на сегодняшний день собрание стихотворений поэта Шамшада Абдуллаева (1957-2024). В книге — цикл «Очевидность юга», составленный Абдуллаевым в последние месяцы жизни, и последнее интервью поэта, взятое у него в конце августа 2024 года. Простор в полдень Английский пейзаж, о котором он мечтал с десяти лет, глядя на тесную зарю в ковровой тесьме перед кроватью. Йоркшир, Сент-Ивс. Далёкие начертания шахтёрских долин. Щемило сердце, полное битых бедственных секретов. Он лежал, открыв пустые глаза, хотя мир выпятил всё же за его феллахской плотью узких мурашей по краю липкой ложки. На серебряном подносе покоился плоёный плод, как если бы в сургучном склепе с трудом разлагалась немота небожителей, но в комнате кипел воздух, словно пылающий тряпичный идол, успевший разнять двух свирепых женщин в метельчатых платьях рядом с линованной степью, слева, пока чёрный канал огибал их мимо мусорных свалок. Он приезжал сюда каждое лето и ложился ничком на ковёр (тот самый?), будто приманясь его тканным покоем в необитаемой спальне. Провод жужжал. Ты видел мушиную пыль на бечевом столе. «Очевидность юга», а также «Другой юг» и «Перечень» Шамшада Абдуллаева ищите в Ф. Мы открыты ежедневно с 14:00 до 22:00.

ПЕРИОДИЧЕСКАЯ ПОЭЗИЯ Фламмемальчик, драгоценное, любопытное, разборчивое чудо наше, вместо газеток на рассвете и под утро почитывает журнальчики — и не абы какие, а литературные! Поэзия, проза, переводы, заметки и картинки. Сегодня показываем коллекцию журналов Ф. Смотрите: тут и новенький «(бумажный) журнал на коленке», и архивный «Носорог», и «Подношение Паулю Целану» от «несовременника», и «Наследство» от «Незнания», и даже калининградский «Кипень»! Одену лицо путешественника — карта мира с магистралями морщин они пересекаются одновременно только в улыбке — остановка на которой никто не сходит — Андрей Ренсков, журнал «Кипень» За всем этим богатством заходите во Фламмеманн каждый день с 14:00 до 22:00.

НОВЫЕ СТАРИННЫЕ ДРУЗЬЯ Долгожданное пополнение букинистических рядов во Фламмеманне! Все не перечислить, но нас тут и «Пестрые рассказы» Элиана — римлянина, писавшего на греческом, и норвежская проза Сигурда Хёля «Заколдованный круг», и роман о Трое, Генрихе и Софье Шлиман Ирвинга Стоуна, и японский детектив Сэйити Моримуры, а также рассказы книголюба и книга русских писателей о языке. Когда корабль воз­вра­тил­ся с Делоса и Сократ был обре­чен, в тем­ни­цу к нему при­шел его друг Апол­ло­дор, при­нес кра­си­вый шерстя­ной хитон и столь же дорогой гима­тий и стал про­сить, чтобы Сократ выпил яд, одев­шись в этот хитон и гима­тий. Он говорил, что в такой одеж­де Сокра­та не стыд­но будет поло­жить в моги­лу и его тело будет убра­но подо­баю­щим обра­зом. Тако­вы были сло­ва Апол­ло­до­ра. Сократ же остал­ся невоз­му­тим и, обратив­шись к Кри­то­ну, Сим­мию и Федо­ну, ска­зал: «Высо­ко­го обо мне мне­ния этот Апол­ло­дор, если может думать, буд­то, после того как я выпью эту заздрав­ную чашу, он еще будет видеть Сокра­та. Ведь если он пола­га­ет, что тот, кто скоро будет рас­про­стерт у ваших ног на полу, — это я, он, оче­вид­но, совсем не зна­ет меня». — Элиан, «Пестрые рассказы» Заходите в Ф за букинистикой и не только: мы открыты каждый день с 14:00 до 22:00.

И КОФЕ, И КНИГИ, И ФЛАММЕМАНН Кому-то подавай орешек со сгущенкой, кому-то — американо с птичьим молоком, а кто-то и вовсе пьет одну воду... Мы не сомневаемся во вкусах наших книготорговцев. Сегодня показываем, чем в фойе Электротеатра любят полакомиться профессионалы своего дела в перерыве от любимого занятия — работы в Ф. Мы расположились на ковре, зажгли свечку. Иван принес на подносе желтый китайский чай и пиалы, а свечку переставил за ширму с красными и синими стеклами. Свет стал красным и синим. Громко тикают дедушкины часы. Иван включил проигрыватель и поставил средневековую европейскую музыку, очень неожиданную по звучанию: если не знать, заподозришь скорее Среднюю Азию или Закавказье. – Да? Ты заметил? Совершенно восточные мелодии. Вообще, на многое начинаешь смотреть иначе. На наших впечатлениях как слой жира, как навар на котле лежит девятнадцатый век. А он был бездарен во всех отношениях. Кроме, пожалуй, литературы. – А разве так бывает? Разве так может быть, что кругом бездарен, а где-то одарен? Может, мы не понимаем этот век или не понимаем, что такое литература? Если говорить о литературе именно середины, второй половины девятнадцатого века, то и ее не миновали общие черты времени – тяжелодумная пытливость и какая-то массивная, но в то же время рыхлая основательность. Мы этого почти не чувствуем, потому что не знали другого. Или почти не знали. Может, потому и Пушкин нам один свет в окошке, что это окошко и в восемнадцатый век, и в другую литературу. Которой мы по существу не видели, но знаем, что где-то все это есть – и стремительная точность, ясность на грани исчезновения, и летучее, неуловимое изящество… — Михаил Айзенберг, «Это здесь» За кофе, десертами и книгами приходите во Фламмеманн — мы ждем вас каждый день с 14:00 до 22:00.