3
Subscribers
No data24 hours
-2987 days
-30530 days
Posts Archive
Repost from среди тысячи созвездий.
и пусть наши сердца никогда не нуждаются в тех, кто не нуждается в нас.
сдержанная моя,
для мира молчаливая,
никому неподвластная,
(кроме Господа миров)
моя красивая.
напролом идущая,
таинственная моя,
никем не сломленная,
мной полюбившаяся.
очень простая,
и одновременно сложная,
девочка-океан,
душой тревожная.
моя отважная,
Свыше (Господом) бережённая,
в сердце моём тёплым солнцем отражённая.
до невозможности милая,
такая ранимая,
по-детски звенящая,
как зимний костёр насквозь
согревающая.
как ночные молитвы -
добром рождённая,
единственная сладость,
мной не побеждённая.
глаза медовые,
прикосновения зовущие,
меня, как никто из женщин - волнующая.
воля стальная,
громко смеющаяся,
как все сады мира -
для меня цветущая.
тихой гаванью одарённая,
такая красивая,
такая спокойная.
моя не разбитая,
свитая из добродетели,
из боли сотканная,
с тревоги слитая,
ожиданием томлёная,
терпением пропитанная,
горькая,
сильная,
моя незаменимая.
обнимаю тебя и твою
недоверчивую душу.
я дал слово быть
рядом,
и обещание не нарушу.
прилетай, оставь броню в чужбине, просто будь со мной и будь собой, сердце с сердцем больше не остынет, мы друг другом связаны судьбой.
и только никто не знает
как мне тут с боем,
дается забыть об имени,
что звучит,
при каждой попытке
кому-то отдать
ключи.
и сердце стучит.
предательски так стучит.
У тебя такая улыбка, что я пропал. Да, я помню восход в Каире, закат - в Перу, но такого сияния, кажется, не встречал. Можно, я у минорных дождей тебя отберу и вручу Катманду, балдахин и цветной Непал?
Гималайский хребет и простуженный Эверест я назвал бы тобой. Ты - планета, страна, столица.
У тебя такая улыбка, что Ганг и Нил отреклись бы от титула древней святой реки. Я бы так восхищённо изгибы твои любил, что и тень бы не тронул твоей загоревшей руки. У меня ни дирхамов, ни рупий и ни рублей, у меня за душой - бег волны и покорность леса, но когда ты смеёшься, все клады Карибских морей не имеют значения и не имеют веса.
Да, я слышал соборы Франции, Сакре-Кёр, и в Италии шёл по следам виртуозной скрипки, целовал лёд Байкала и берег Онежских озёр...
ничего...
ничего я не встретил прекраснее той улыбки.
Если горец, возвращаясь в Хунзах, привозил за седлом женщину другой национальности, такого горца встречали с упреком, поступок его не одобрялся старейшими людьми аула.
Но теперь и старые и молодые привыкли к этому.
Брак аварца с женщиной любой другой национальности не считается теперь позорным.
Только один брак осуждается теперь в горах — это брак без любви.
Расул Гамзатов «Мой Дагестан».
Repost from with love
я считаю, что мужчина ничего мне не должен и не обязан для меня что-то
делать, но может, если хочет.
и я выберу того, кто хочет.
