301
Subscribers
-224 hours
+37 days
+2030 days
Posts Archive
Repost from N/a
✦✦✦✦✦✦✦✦✦✦✦✦
В особый этот день,
В запутавшемся мире,
Мы соберемся вдруг
Вокруг волшебной ели.
И свиснут с потолка
Ярчайшие олени,
Поскачут их огни
Куда только осмелют.
На запад, на восток,
По всей этой квартире.
Осветят все игрушки
И уши, и макушки.
Не будем мы молчать.
Расскажем все невзгоды,
Что беспокоют нас.
Затронем и хорошее.
А зайцы отражений
Окажутся на стенах;
Цветные и забавные
Закружаться под трели.
Пройдет ведь быстро день,
Оставит впечатления,
Веселые и грустные
И яркие и тусклые.
Но вскоре без сомнения уйдет хороший день...
Котенок
Посреди травы высокой что-то бойко скачет
«Что-то» круглое такое: может это мячик?
Белый, катится игриво, как зимы кусочек
Как бы не растаял летом маленький снежочек
И когда комок, резвясь, нежился на травке
Показались у него крохотные лапки
Хвост мелькнул, и вот усы -
Заблестели от росы
Глаза два и уха два, и большая голова
Он в своей игре веселой бегает, хлопочет
Просто это был котенок, но пушистый очень
Ты это моя девушка а я замстариваюс на рпп
А Я ЗАСМАТРИВСЬ НА РАП
На рэп)
На рэпрэта засматриваюс
√НАРАПРЕТ
Я хочу поговорить о сочувствии. С этим мне повезло, я не испытываю никаких трудностей с тем, чтобы поставить себя на место другого человека. Иногда правда слишком сильно ухожу в чужие переживания, но в прочем это не минус, чувствовать людей прекрасно. Дело в том, что чувство беспомощности мне очень знакомо. Я его хорошо знаю и понимаю. Вспоминаю себя в детстве, мне вообще не нужно было чье-либо понимание, я был на 100% уверен, что я дефектный и бракованный человек. Во мне всегда было горе, страшно на самом деле осознавать, что ты вот только начал жизнь познавать, а уже с этим чувством горя. Причем даже не понимаешь, что не так, просто чувствуешь, что ты неправильный. Это больно. С тобой жестоко обращаются, и ты не знаешь, что так нельзя, а принимаешь за должное. Все свое раннее детство я провел как раз в бесконечных попытках понять других людей и исправить в себе несуществующий дефект. Но у меня ничего не получалось. Со мной все плохо обращались, и я не понимал почему, всех ведь учат примерно одинаково, мораль одинаковая, просто почему-то на меня она не распространялась. Думал, что все умнее меня и просто знают что-то, чего я не знаю, поэтому я отличаюсь. Мне страшно было подходить к другим детям, играть с ними, потому что я чувствовал себя глупее и вообще не удивлялся, когда со мной случалось что-то нехорошее. Я постоянно ждал, что кто-то обидит, сделает больно, будут воровать и т.д, и я искренне удивлялся, когда ничего такого не происходило. Просто логика ломалась, хотя так и должно быть. Меня дети пугали и взрослые пугали. Кто бы мне тогда сказал, что на самом деле я думал больше тех детей, которые мне делали плохо, потому что они были детьми, а я от них ждал того, чего они по возрасту не понимали. Но я понял почему-то слишком рано. Ну и родилось во мне как-то горькое болезненное сочувствие к живому и неживому. Я чувствовал себя ужасно изза того, что не играю в игрушки, которые мне неинтересны, потому что винил себя в том, что их бросил. В садике брал те, с которыми никто не играл. Сидел подолгу, обнимал и разговаривал с ними, говорил, что это не их вина, что с ними никто не играет. Мне казалось, что они страдают и чувствуют себя никчемными из-за того, что со всеми играют, а с ними нет. Вот и была у меня такая «миссия» их переубедить. И я каждый день садился с ними и разговаривал, даже если на самом деле мне хотелось делать что-то другое. Я просто знал, что мне это недоступно. Сейчас думаю об этом и ощущаю тяжелую тоску от понимания, что я тогда просто был очень одиноким. Я может и хотел играть со сверстниками, но не чувствовал себя достойным этого. Причем это не были какие-то сложные переживания, я просто принимал это за истину, даже сомнению не подвергал. Для меня это было четкое «нельзя», какое-то стопроцентное знание своей неполноценности. И с этим болезненным сочувствием я живу всю жизнь, даже если в некоторые ее моменты я поступал жестоко. Оно никуда не уходило, тщательно скрывалось, но эта заложенная унтерменшевость грызла и до сих пор грызет. Удивительно, как я привык делить свою жизнь на «до» и «после» и считать, что «до» в целом было нормальное, даже хорошее, а «после» какой-то сущий кошмар. А по правде говоря, у меня всегда был мрак, от которого я пытался отвлечься всеми возможными способами, но в глубине души всегда чувствовал одиночество и свою поломанность
***
Они лезут к тебе через рот кусками мелодий и звуков
И цокают тысячью нот, и тянут когтистые руки
Скребут, изгаляясь, вовнутрь по стенкам мясного дворца
Как плюнут в кормушку мутную из спермы и крови творца
Стиснув зубы на стенках черепа, они бегают, мучая плоть твою
И кривляются незатейливо, и мусорят в жалкую голову
Словно в пляске от страшной агонии, они стонут в больных хороводах
И плодят, громогласные, яд и гной, потихоньку чехол свой расходуя
Они гонят закисшие смыслы, обрекают их сдохнуть во мгле
Воют-ахают, мечутся слизью, раскорячившись в животе
Ты, жгучий и высокий борщевик,
Проклюнулся вблизи площадки детской
Ждал глупой и доверчивой руки,
Расставив лопухи в объятьях лестных
Слегка склоняя круглые зонты,
Что над макушкой упирались в небо,
Ты под собой звал скрыться от жары,
Любезно подставляя крепкий стебель
Среди ромашек и других цветов
Ты возвышался будто статный герцог
Князь нежных ароматных лепестков
Искал свою неопытную жертву
Дрожа стеблем, кивая на ветру,
Ты словно трепетал от предвкушенья
Так просто сдаться и поверить сорняку,
Коль тень его привиделась спасеньем
