АНО Женский фронт

Получили неприятную информацию, что на наше АНО готовится информационная атака. Некие журналисты ищут "пострадавших от действий АНО Женский фронт". Если бы это были украинцы – это было бы логично. Мы регулярно распространяем информацию о мошеннических схемах, которые они используют для обмана родственников участников СВО. Собственно, буквально на днях ГУР Украины опубликовала данные соучредителя АНО Анастасии Кашеваровой как одного из врагов киевского режима. Но пытаются копать под нас журналисты из России. Получается, и украинцы объявили нас врагами, так еще и свои пытаются очернить. Можем пожелать только удачи. Наше АНО не имеет финансирования, не собирает пожертвования, никогда ни у кого ни за какие консультации не просит денег. Очень смешно, что на нас хотят, видимо, повесить проблемы государственного масштаба - пропавшие без вести и так далее. Много раз отмечали, что обменами, как и поисками на земле, занимаются только представители военного ведомства. К ним и отправляем. Максимум, что нам можно предъявить – отвечаем не на все письма или недостаточно оперативно. Тут виноваты, да, объем обращений к нам слишком большой. И то, государство отвечает 30 дней, а мы значительно меньше. Коллегам-журналистам также предлагаем связаться с нами, почта указана в профиле канала. Вы же помните базовое правило любого качественного материала? В нем должны быть представлены мнения всех сторон.

Вчера Институт развития интернета огласил шорт-лист своей премии за социально значимый контент. Телеграм-канал АНО Женский Фронт попал в номинацию. Очень хорошо, что такие мастодонты медийной сферы как ИРИ обращают внимание на проекты, которые занимаются помощью людям, доносят смыслы, агитируют за что-то правильное и честное. Очень хорошо, что среди номинантов затесался и наш проект, чуть ли не единственный, целиком и полностью посвященный помощи участникам СВО и их семьям. Замечать такие проекты - это значит делать шаг к признанию того, что проблемы есть, и с ними надо работать. Если АНО получит эту премию - значит, что-то меняется к лучшему. И это будет победа каждого юриста, каждого психолога, каждого гуманитарщика, которые помогают фронту. И общая победа всех причастных к СВО.

ПсихБат работает уже три года. Не верится. Это та неотъемлемая часть нашей деятельности, про которую мы иногда забываем в завале оперативных задач и решения юридических вопросов. Мы – забываем, а работа идёт непрерывно. А все потому что подобралась просто невероятная команда психологов. Все они - высококвалифицированные специалисты, которые за время СВО наработали уникальный опыт кризисного консультирования. За три года было проведено более полутора тысяч часов консультаций. Чтобы было нагляднее: это 64 суток непрерывной работы. За три года психологи ПсихБата взяли на полное сопровождение 176 семей. Мы намеренно говорим о семьях, а не отдельных людях. Много сейчас говорится о психологической реабилитации участников СВО. Но зачастую забывают, что в помощи нуждаются не только они. Родственники действующих военнослужащих, пропавших, пленных, погибших, волонтёры также нуждаются в поддержке. Кто-то приходит с личной болью. Кто-то – посоветоваться, как помочь своему бойцу. Кто-то – проконсультироваться по поводу детей, которых тоже затронула СВО. Специалисты никогда не ставят точку. Никогда не обещают, что за два сеанса клиент будет как новенький и забудет о горе и стрессе. Они дают инструменты для того, чтобы тьма, страх, тревога не поглотили человека и его семью полностью. Дают возможность продолжать жизнь. И всегда остаются невидимым плечом, на которое можно опереться, если снова появится нужда в этом. Если вы чувствуете, что не справляетесь морально, что гнев, уныние, тревога становятся сильнее вас - обратитесь за помощью к психологу. Можете заполнить форму на получение бесплатной психологической помощи от наших волонтеров-психологов: https://forms.yandex.ru/cloud/675eca86505690c4e0a87807

Всегда читайте документы, которые подписываете. Не верьте словам военкома, каких-то рекрутеров или наборщиков. Если на словах обещают службу в тылу, должность повара или водителя - этим обещаниям грош цена. После подписания контракта вы становитесь военнослужащим, вас могут перевести в то подразделение, которое командованию нужно пополнить. Бывает и такое, что начинают службу поваром, а потом становятся штурмовиками. Недавнее обращение: 59-летний мужчина через каких-то посредников подписал контракт в Твери. Обещали отношение куда-то в тыл на сборку беспилотников. По факту, конечно, никакого отношения или допсоглашения не было. Сразу после подписания попал в учебку, где на первом же марш-броске ему стало плохо, вызывали скорую помощь. Но это не помешало направить его дальше, в другую часть на подготовку штурмовиков. Никакие жалобы на здоровье (категория В) и возраст, конечно, не помогают. После подписания контракта он - военнослужащий, по большому счету, командование может его перевести в любое подразделение. Схожий случай в Белгородской области. Мужчина с сахарным диабетом (трижды в день обязательно введение инсулина) в военкомате при сверке данных подписывает контракт. Он озвучил свое заболевание, его заверили, что служить он будет механиком на территории Белгородской области. Сможет получать инсулин, и будут условия для его регулярного введения. В итоге мужика, у которого полрюкзака забито ручками с инсулином, у которого на руках все документы о диагнозе и категория В, направили в штурмовики в другой регион. Пока жена доказывала части, что инсулинозависимый не может выполнять такие боевые задачи, мужчина пропал без вести. Это те случаи, когда люди ни возраст, ни состояние здоровья не скрывали, шли не из-за выплат, а потому что хотели внести свою ПОСИЛЬНУЮ лепту. По факту же, оказались в штурмовиках, где при их здоровье они вряд ли смогут принести значительную пользу. Мы ни в коем случае не отговариваем от подписания контракта. Но вы должны чётко представлять себе последствия этого решения. Если вам обещают что-то на словах – совсем не факт, что обещание выполнят. Если вам обещают удобное отношение после подписания – помните, что его может и не быть. Принимайте решение о службе со всей ответственностью.

Ответы на наиболее частые запросы и вопросы от родственников пропавших без вести. Помогите найти в плену или госпитале Семьи, по понятным причинам, хотят, чтобы их родные нашлись именно в плену или госпитале. Однако это зависит не от вас и не от нас. От судьбы, от божьей воли, от стечения случая - называйте, как хотите. Мы неоднократно общались с медиками и с медицинскими волонтерами, и можем точно сказать - личность всех поступивших в медицинские учреждения устанавливается в первые 2-3 дня. С пленом ситуация несколько другая, так как украинская сторона не предоставляет полную и достоверную информацию по ним. Но если боец попал в плен, то так или иначе, в течение 3-4 месяцев, максимум, появляются очевидные доказательства его пленения. И мы сейчас не про фотографии, на которых не видно лица, не про вброшенные непонятно кем в интернет списки и не про подделанные документы о переводе в лагерь пленных. Куда нужно обратиться, чтобы его нашли? Нет такого универсального алгоритма действий, который гарантированно приведет к тому, что ваш боец будет найден. Наши рекомендации те же: кровным родственникам сдать ДНК, обратиться в часть напрямую или через военкомат за выпиской из приказа об актуальном статусе и справкой об обстоятельствах пропажи, подать заявку в МККК. К сожалению, далее от вас ничего не зависит. Командование ничего не предпринимает Вы не можете знать наверняка, предпринимает ли что-то командование или нет. В любом случае, розыск потерявшегося в лесу грибника и поиск пропавшего в зоне боевых действий военнослужащего - это совсем разные вещи. Поднимают птичку, если есть возможность. При выполнении боевой задачи рядом с квадратом, при возможности, проверят. Но невозможно организовать прочесывание местности под обстрелами. Прошло уже 2 недели/2 месяца/полгода/год, а информации до сих пор нет! Нет никаких сроков, когда вы гарантированно получите информацию про своего бойца. Часть пропавших так и не будут найдены. Это военные действия. Часть вышла на признание погибшим, боимся, что теперь его не будут искать Если проводится зачистка квадрата, эвакуация с него - эвакуируют всех, кого найдут. У эвакобригад нет списков тех, кого признали погибшими, они не выбирают тех, кого надо эвакуировать, а кого можно оставить. Отправили заявку в Красный крест, но они молчат МККК связывается с семьями только в случае, если есть какая-то конкретная информация по бойцу, если у них есть подтверждение о том, что он находится в плену, сообщение или письмо от него. Мы не пытаемся подсластить пилюлю и не поддерживаем иллюзии, мы говорим правду, с которой так или иначе придется столкнуться семьям. Понимаем, что это бывает сложно принять. Понимаем, что точит червячок сомнения и чувство вины: вдруг еще что-то можно было сделать? Но реалии именно таковы, какими мы их описываем. Если вы чувствуете, что не справляетесь морально, что гнев, уныние, тревога становятся сильнее вас - обратитесь за помощью к психологу. Можете заполнить форму на получение бесплатной психологической помощи от наших волонтеров-психологов: https://forms.yandex.ru/cloud/675eca86505690c4e0a87807

Очень существенная проблема. Добавим: к ответственности надо привлекать не только тех, кто подписывал контракт, надеясь получить выплаты и быстренько уволиться, но и тех, кто допустил это подписание. Отборочные пункты должны нести ответственность за каждого бойца, которого они присылают в зону проведения СВО. https://t.me/akashevarova/8409

Военному дали жилье через 20 лет. Но есть нюанс - 36 квадратов на 7 членов семьи. К нам обратилась многодетная семья из Екатеринбурга. Глава семейства - участник боевых действий в Афганистане. Стоит в очереди на улучшение жилищных условий с 2004 года. Тогда детям было 12, 10, 3 года. С тех пор в семье появилось еще два ребенка. Конечно, логично, что за более чем 20-летнее ожидание недвижимости от государства, старшие дети выросли. И выросли настоящими патриотами. Старший 33-летний сын - участник СВО. 24-летний - контрактник, подписал контракт еще до начала СВО. Еще один - строит дороги в Запорожье. На сегодняшний день вместе прописаны и проживает 10 человек. И вот - радостное событие, администрация Екатеринбурга сообщила, что очередь, наконец-то, подошла, можно получать ключи! От квартиры площадью в 36 квадратов. Оказалось, что согласно постановлению правительства области № 357 от 28.04.2006, жилье получает только участник боевых действий. Были убраны статьи, в которых предполагалось, что расчет метров идет, в том числе, на членов его семьи (по 18 метров). Получается, что те, кто получил жилье раньше, живут в своих квартирах, выданных на всех членов семьи, а те, кто стоял в очереди дольше (не по своей вине, кстати). получат однушку. Мы понимаем, что закон обратной силы не имеет. Но странно в стране, где ценность семьи и детей прописаны в Конституции, на законодательном уровне утверждать, что имеет значение только один член семьи. Остальных в учет просто не берут. Что должен сделать отец семейства? Радостно переселиться в однушку, захлопнув дверь перед носом жены и несовершеннолетних детей? Сейчас приоритетное внимание уделяется участникам СВО и их семьям. Но нельзя забывать об обеспечении гарантиями всех военнослужащих, тех, кто в прошлые годы отдавал свое здоровье на благо родине. Разве нынешние военные или готовящиеся вступить в их ряды могут быть уверены, глядя на то, как относятся к их предшественникам, что через десятилетия и они не окажутся на обочине внимания государства?

Многие помнят кадры расстрела российских пленных, которые поразили жестокостью в 2022 году. С тех пор украинская сторона стала умнее в плане медийной деятельности, но вот убийства военнопленных не прекратила. Просто теперь это делается без такой шумихи, без такого хайпа. Попал человек в плен, опубликовали видео или фото с ним, дали поговорить с семьей. А потом проходит время и он возвращается, но не в обмене пленным, а в обмене телами. Мы уже писали ранее о таких случаях, но, к сожалению, они не единичные. Летом 2025 года в одном из обменов тел вернулся Никита Копытов - совсем молодой парень, 2000 года рождения. В мае 2025 года с его телефона поступил звонок матери. Ей дали поговорить с сыном, потом сообщили, что он находится в плену у ВСУ. Требовали совершить преступление - выдать информацию по военнослужащим ВС РФ. Об угрозах, звонках украинской стороны и их требованиях семья сообщила ФСБ. Также в соцсетях выложили видео с Никитой. Четко и полностью видны лицо бойца, на кадрах запечатлен допрос бойца - это совершенно точно не дипфейк, а реальная съемка. А уже в июле матери сообщили, что тело её сына вернули на родину. В справке о смерти среди причин гибели указан травматический гемоторакс. Расшифруем: травматический гемоторакс — это опасное для жизни состояние, при котором кровь скапливается в плевральной полости (между легким и грудной стенкой) из-за повреждений грудной клетки. Возникает это состояние как последствие тупой или проникающей травмы, например, после перелома ребер, ножевого или огнестрельного ранения, сильных ударов или ушибов в области грудной клетки. Таким образом картина ясна. ВСУшники взяли в плен парня, допросили, поняли, что больше от него ничего не добиться, и жестоко расправились с ним. Грустно писать об этом, но хорошо еще, что вернули его в обмене телами. А сколько еще таких наших пленных бойцов были кое-как захоронены в серой зоне? Еще раз подчеркиваем: то, что украинские СМИ и соцсети перестали бравировать убийствами российских военнопленных, не говорит о том, что их перестали убивать.

Сенсорные переживания при горевании Психика человека, столкнувшегося с глубокой эмоциональной болью, запускает механизмы совладания, которые могут показаться окружающим неадекватными. Очень показательным является феномен ложного узнавания.  Часто мать или жена пропавшего без вести бойца начинает видеть его на фотографиях и видео из плена, хотя окружающим без всякой экспертизы очевидно, — это не он. Глубокая тоска и невыраженная потребность в воссоединении с отсутствующим любимым человеком являются мощными эмоциональными двигателями. В состоянии острого горя мозг активирует те же нейронные сети, что и при реальном восприятии близкого человека. Эта интенсивная эмоциональная привязанность может приводить к тому, что восприятие "достраивает" образ, пытаясь заполнить эмоциональную пустоту. Исследования о влиянии горя на психику подчеркивают, что сильные эмоции могут изменять восприятие и когнитивные процессы. Горе войны усиливает такие проявления многократно. Подавляющее большинство моих клиенток, чьи сыновья и мужья пропали без вести, через это проходили. Это не психопаталогия, не признак безумия, это путь, который ведет горюющего к принятию реальности. Горюющая женщина не теряет своей убежденности, даже когда самые близкие из благих побуждений аргументировано разубеждают ее в обратном. Зачастую это вносит в семьи раскол, и тогда взаимное отчуждение лишь усугубляет страдание. Когда человек официально "пропал без вести", психика отказывается принимать смерть без доказательств. "Видеть" его на фото или в толпе — это способ отсрочить невыносимую боль окончательного прощания. Это психологическая броня. Эти переживания дают женщинам силы продолжать бороться: искать информацию, обращаться в военкоматы, ждать новостей. Если бы они полностью "приняли реальность" сразу, многие просто не выжили бы психологически в этих условиях. Что важно знать на этом сложном этапе горевания: Горюющему желательно понимать, что это нормально, когда в виду масштаба переживаний его механизмы восприятия реальности могут временно(!) давать сбои и приводить к ошибочным выводам. Я всех своих клиенток призываю переживать неизвестность не в мучительных ожиданиях, а позаботиться о себе и подготовиться к окончанию неопределенности, когда им потребуются все их силы вне зависимости от того, в плену их боец, ранен ли или же погиб, и не стесняться просить о помощи, если нет сил справляться самостоятельно. Близким необходимо осознавать, что настойчивая попытка горюющего увидеть образ любимого человека там, где его нет – это временное явление, которое горюющему нужно помочь пережить, и важно выстроить добросердечную коммуникацию таким образом, чтобы не оттолкнуть его спорами и обвинениями в неадекватности. Поэтому не отрицайте доводы горюющего, избегайте категорических высказываний, проявите сочувствие без жалости, попытайтесь понять сами и аккуратно объясните горюющему нейробиологические механизмы его переживаний, дайте ему возможность высказываться без опасения предстать в ваших глазах «ненормальным», помогите ему обратиться к специалистам, если видите, что человек застрял в этом переживании и рушит свою жизнь.

Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад! Мы очень часто сталкиваемся с тем, что семьи пропавших бойцов не готовы принять суровую реальность. Для них лучше верить, что родной человек в плену, чем принять тот факт, что, с огромной долей вероятности, он уже погиб. Бывает, что жена "узнает" пропавшего мужа по фотографии пленного, которая была сделана задолго до того, как её супруг вообще отправился на СВО. Бывает, что мама участника СВО на протяжении нескольких лет стабильно раз в месяц "узнает" сына в совершенно разных фотографиях и видео с пленными. Бывает, что "узнают" своего по фотографии, на которой явно человек другой этнической группы или другого поколения. Есть даже ситуации, когда родственники "узнают" своего бойца в видео с вернувшимися в обмене и потом долгие месяцы удивляются, почему их "вернувшийся" родственник с ними не связывается. Отдельно можно упомянуть обращения к гадалкам, бабкам, экстрасенсам, которые, конечно же, подтверждают, что боец - жив. Некоторые родственники верят и в вещие сны. Ниже публикуем текст психолога Марии Дунаевой про феномен ложного узнавания. Что это, почему появляется, как на это реагировать близким людям.

Чего категорически нельзя говорить детям о взрывах, минах и «подозрительных предметах» Порой неверно выбранное слово может стоить жизни, поэтому внимательно прочтите список недопустимых фраз. Если вы узнали здесь свои формулировки – это не повод для отчаяния, просто прекратите их озвучивать. ❌ «Если тронешь, то взорвёшься и умрёшь». Такая запугивающая формула не способствует усвоению информации и выработке у ребенка полезных навыков. Страх парализует мышление, провоцирует импульсивность и делает опасную тему еще более притягательной. В условиях реальной угрозы запуганный ребёнок либо замирает, либо действует хаотично. ❌ «Сейчас повсюду террористы / мины / смертельная опасность». Ребёнок не получает понятного алгоритма действий, но зарабатывает фоновое напряжение и тревожное расстройство, в итоге это приведёт либо к гиперконтролю, либо к полному вытеснению темы: «не хочу об этом думать». ❌ «Посмотри, что бывает с теми, кто не слушается» (видео, фото, подробности). Демонстрация шокирующих подробностей – это прямой путь к травматизации. У одних детей это вызовет панику, у других – болезненное любопытство и азартное желание «проверить». Любой вариант станет для них разрушительным. ❌ «Будь осторожен, смотри по сторонам» – без полезной конкретики. Это не инструкция, а пустой шум. Подобные фразы не способствуют формированию безопасного поведения, которое с родительской помощью должно быть доведено до автоматизма. Ребёнок остаётся один на один с неопределённостью. ❌ «Если увидишь что-то подозрительное – беги» – крайне опасная рекомендация. Резкое движение, паника, бег лишь повышают риск. Рабочий алгоритм всегда начинается с остановки и отхода, а не с бегства. ❌ «Настоящие мужчины / смелые ребята / герои не боятся» – прямое подталкивание к неуместному героизму. Подобные установки наиболее опасны для подростков. В регионах с минной угрозой детям специально объясняют обратное: герой – это тот, кто вовремя заметил, сообразил и вызвал специалистов. ❌ «Ты уже взрослый, сам разберёшься» – самая безответственная фраза из всех возможных. Она перекладывает ответственность на ребёнка там, где он физически и психологически не может её нести. Без чёткого алгоритма «разобраться» означает импровизировать и рисковать. ❌ «Я сейчас посмотрю, что там лежит» – такая фраза, сказанная при ребенке, перечёркивает всё, что вы говорили ему раньше. Если значимому взрослому можно подходить и трогать, значит и ребёнку тоже можно, поскольку именно вы его ролевая модель, а это сильнее любых слов. ❌ Обсуждать при детях детали взрывов, способы срабатывания, «как это устроено». Подобное создает вокруг темы ореол тайны и технического интереса. Любопытство – главный враг безопасности. Всё опасное должно быть скучным, банальным, непривлекательным, а не захватывающим и манящим. ❌ «Со мной такого не было — и с тобой не будет» – данная фраза не вселяет уверенность, она обесценивает реальный риск. Дети воспринимают это как разрешение игнорировать правила, тогда как безопасность держится не на везении, а на строгом соблюдении правил и на повторяемых действиях. Поэтому, если вы действительно хотите защитить своего ребёнка, ему нужны не страшные слова и не «жёсткие разговоры», а спокойный взрослый рядом, простой и понятный алгоритм, и многократно отработанное надлежащее поведение.

Сохраним наших детей Трагедии с подрывом детей в Подмосковье – это не случайность и не «невезение». Это результат отсутствия у детей базового навыка выживания, который спасает жизни в прифронтовых регионах Донбасса. Красочная памятка на стене и разовый разговор с ребенком не помогут выработать верного поведения, не сделают дорогу до школы и домой более безопасной. Необходим автоматизм, почти рефлекс. Это можно натренировать только многократным повторением,  объяснений на словах недостаточно. Главная ошибка родителей – попытка защитить ребенка через страх. Запомните: страх блокирует когнитивные способности! В момент реальной угрозы напуганный ребенок не вспомнит ваших наставлений, он будет действовать импульсивно. Задача взрослых состоит не в том, чтобы посеять парализующий ужас перед миром, а в том, чтобы помочь маленькому человеку выработать «здоровую подозрительность» и четкий алгоритм надлежащих действий. Генеральная установка должна звучать так: мир огромен, и в нем есть строгие правила взаимодействия с вещами. Незнакомый бесхозный предмет на улице или в общественном месте – это не «везение», не «находка», не «страшилка» и не игрушка, даже если выглядит таковой, это сигнал, чтобы аккуратно его обойти. Алгоритм для каждого современного ребенка должен быть следующий: Увидел незнакомое → Остановился → Отошел тем же путем, по которому пришел → Сообщил взрослому или по номеру 112. Каждому возрасту нужен свой подход Для малышей от 3 до 7 лет объяснения бесполезны. Здесь работает только игровая практика. Используйте метафору «вещей-обманок»: они могут быть красивыми, но они «сломаны» или «заколдованы». Любая вещь на улице, которую он получил не от вас – запретна. Формируйте у ребенка телесный автоматизм. Во время каждой прогулки замечайте взглядом какой-то предмет и вслух проговаривайте свои действия, отходите на безопасное расстояние и зовите другого взрослого. Ребенок обязательно должен физически повторять это за вами (развернуться, как вы, и уйти). Вы его ролевая модель! Без подобных многократных повторений малыш этого навыка не выработает. Для младших школьников (7–11 лет) важна зона ответственности. Внедряйте модель «разведчика»: его задача – обнаружить и доложить, а не «обезвредить». Разведчику запрещено касаться находок, он только фиксирует место и уходит. Отрабатывайте навык отхода на расстояние: ребенок должен четко понимать, что такое «безопасная дистанция» (минимум 100 метров или за угол здания). Для подростков (12–17 лет) главным врагом является не отсутствие знаний, а жадность, бравада и любопытство. Говорите с ними жестко и прямо. Настоящий герой – это не тот, кто «разобрался», а тот, кто вызвал специалистов. Особо проговаривайте тему гаджетов: бесхозный смартфон или пауэрбанк на улице – это не счастливая находка, а проверенная схема в расчете на глупость. «Те кто оставляют такие вещи, уверены, что ты поведешься на дорогую картинку и потеряешь бдительность. Помни: любая ценная вещь, лежащая без присмотра в общественном месте – это приманка, цель которой заставить тебя подойти и взять ее в руки. Не позволяй собой манипулировать». Этот аргумент для подростка эффективнее любых нотаций.

Не все молодые жены - черные вдовы. После того, как мы начали активно поднимать тему недобросовестных женщин, которые женят на себе участников СВО для получения выплат в случае гибели, на нас обрушился шквал обращений. Среди них есть и те, в которых явно прослеживается злой умысел со стороны жены. Но много писем, в которых матери, сестры, бывшие жены военнослужащих безосновательно требуют признать новый брак бойца недействительным. Не каждая женщина, познакомившаяся с бойцом по переписке - черная вдова. Не у каждой, кто вышел замуж и вскоре остался вдовой, был злой умысел. Не все, кто не поддерживает связь с родственниками бойца - мошенницы. Если боец женился будучи в здравом уме и светлой памяти - это его выбор. Да, он может быть сделан достаточно спонтанно. Да, пара может быть знакома до регистрации совсем недолго. Но на войне ребята ощущают ход жизни, и не все готовы тянуть, как на гражданке. Да, жена может иметь (о, ужас!) предыдущие браки и даже детей от предыдущих мужей. Но все это не делает её черной вдовой. Решения по признанию брака недействительным, действительно есть. Но одного лишь не сложившегося общения между снохой и свекровью для этого недостаточно. Для того, чтобы выходить на какие-то юридические обвинения в адрес избранницы военнослужащего, нужны достаточные основания. Не только неприязнь или домыслы других членов семьи. К примеру, если жена работает в военкомате, в пункте заключения контрактов, и это уже не первый ее брак с бойцом, отправляющимся на СВО. Если боец начал процедуру развода (реальную, а не только в разговоре с мамой пожаловался на что-то), но из-за гибели не успел довести ее до конца. Если будущий военнослужащий доказано пребывал в измененном состоянии сознания в момент заключения брака - это суд может рассматривать как аргументы для признания брака недействительным. В некоторых случаях такие факты могут стать и поводом для проведения расследования. Пожалуйста, отделяйте личные эмоции от юридически оправданных подозрений.

Минобороны опубликовало новую информацию о механизме информирования семей пропавших без вести.

Для взаимодействия с членами семей пропавших военнослужащих и их информирования в военных комиссариатах развернуты рабочие группы. Вся актуальная информация, поступающая в Единый реестр данных ГКЦ, оперативно передается в военкоматы, сотрудники которых в суточный срок извещают родственников о статусе военнослужащего и порядке дальнейших действий.

Мы так понимаем, что это часть плана по реализации поручения президента. Владимир Владимирович еще в начале года поручил представить предложения о совершенствовании механизма поиска военнослужащих, пропавших без вести в период СВО. Наше АНО оказывает информационную, юридическую и психологическую поддержку родственникам участников СВО, и к нам очень часто обращаются семьи пропавших. Мы всегда направляли людей за ответами в военкоматы, в воинские части, в электронную приёмную министерства. Но, к сожалению, не всегда у семей была возможность получить полную информацию, тем более, получить оперативно. Поэтому очень важно, что МО перешло к активным действиям по налаживанию системы обратной связи для родственников военнослужащих и самой системы поиска. Как мы понимаем, этой теме будет удаляться особое внимание на самом верху. Это даёт надежду, что будут выработаны единые стандарты и дорожные карты для работы с такими случаями. Со своей стороны, готовы оказать любую помощь при налаживании этой системы, поделиться своим опытом в работе с родственниками пропавших. Ну и наша традиционная приписка: пожалуйста, не публикуйте данные бойцов в открытом доступе. Не передавайте их третьим лицам. Не вступайте в переписки с неизвестными. За помощью нужно в первую очередь обращаться не к людям из интернета, а к официальным органам.

Новая схема работы мошенников! Семьи пленных и недавно обменянных бойцов сообщают о мошеннических звонках. Представляются военкоматом. Дальше варианты развода: – Сообщают, что нужно забрать сопроводительные документы на бывшепленного. – Сообщают, что, пока боец в плену, его наградили и назначили материальную помощь семье. И дальше: 1️⃣ Просят приехать в военкомат 2️⃣ Для этого надо записаться в электронном виде 3️⃣ Присылают код 4️⃣ Просят продиктовать код К счастью, семьи, которые рассказали о таком мошенничестве, были умны, и не попались на крючок. Полагаем, далее мошенники разыгрывают свою классическую схему со взломом госуслуг и дальнейшим шантажом. ❗️Пожалуйста, будьте бдительны ❗️Уточняйте ФИО и должность звонящего ❗️Просите, чтобы вам перезвонили с рабочего телефона ❗️Перепроверяйте всю информацию, которую вам предоставляют в телефонных разговорах ❗️Не публикуйте в открытом доступе данные свои и своего бойца

Многодетные мобилизованные Отцы четырех и более детей изначально не подлежали мобилизации. Полагаем, если где-то призывные комиссии и допустили ошибки, в настоящий момент они все исправлены. Что касается мобилизованных отцов трёх детей. Согласно указаниям Генштаба ВС РФ от 4 декабря 2022 года, право на отсрочку от мобилизации имеют отцы - трёх и более детей до 16 лет - трёх и более детей до 18 лет, если один из них с инвалидностью - ребенка с паллиативным статусом. Позже были даны уточнения, что указания эти носят не обязательный, а рекомендательный характер. Так что итоговое решение остаётся за призывной комиссией региона. Положительные решения были, но всё зависит от субъекта. Сразу предупреждаем: если боец стал отцом трёх, четырех и даже более детей уже после призыва, вероятность отмены решения о мобилизации меньше (но не нулевая), так как на момент проведения мобилизационных мероприятий права на отсрочку у него не было. Указ президента #580 "О некоторых вопросах прохождения военной службы", который предусматривает возможность увольнения по некоторым семейным обстоятельствам, не предусматривает возможности для увольнения многодетных отцов. Только для отцов-одиночек (тогда количество детей не имеет значения). Есть нюанс: в частности, формулировка "решение об увольнении военнослужащего по вышеперечисленным случаям принимается В ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫХ СЛУЧАЯХ". Определяет исключительность случая командование. Насколько мы понимаем, четких критериев исключительности нет. Если говорить о многодетных контрактниках, в этом случае количество детей значения не имеет. Логика государства проста и понятна: человек, который добровольно подписывает контракт, взвешивает все плюсы и минусы, и идёт на это осознавая, сколько у него детей.

"Ищем бойца полгода, может, он в госпитале неопознанный?" Семьям всегда хочется надеяться, что их близкий не погиб, а где-то лежит неопознанный, без сознания или с амнезией. Мы много общались и с руководством МО, и с медиками военных госпиталей разных уровней, и с волонтёрами, которые работают в этих госпиталях. Каждый раз мы задавали вопрос: возможно ли, что боец несколько месяцев или даже лет может находиться в госпитале неопознанный? Все однозначно отвечают: это невозможно. Абсолютное большинство идентифицируют в течение первых суток в госпитале переднего края: есть документы, жетон, сослуживцы в сознании, командование сообщило и тд и тп. Также нам сообщали, что в качестве крайней меры для опознания у бойца могут взять отпечатки пальцев или даже провести ДНК-анализ. Когда идёт речь о госпиталях не переднего края, там зачастую родственников допускают до ухода за тяжёлыми больными. Таким образом, в том числе, снижается нагрузка на персонал и волонтеров. Так что большинство медицинских учреждений заинтересованы в том, чтобы опознать всех поступающих раненых.

Отпуск фронтовика: смысл и цели Когда мы говорим о фронтовиках в гражданской жизни, чаще всего мы имеем в виду тех, кто уже уволен. Но нельзя забывать, что в помощи и заботе нуждаются и ребята, находящиеся в отпуске или на лечении. Часто отпускники сталкиваются с завышенными ожиданиями от семьи. Родственники ждут, что человек быстро станет прежним, прилагают недюжинные усилия для переключения бойца на мирный лад, порой  сопровождают это упреком: «Ты же сам мечтал об отпуске, так почему не используешь его по максимуму?», «Разве ты не соскучился?», «Очерствел, разлюбил?». Мы понимаем такую тревогу со стороны близких, но ее проявления провоцируют у фронтовика чувство вины, стыда и дополнительную агрессию, способствуют еще большей отчужденности и замкнутости. Психика человека на войне адаптируется, происходит ряд изменений для выживания и выполнения боевых задач. Этот процесс крайне энергозатратен и развернут во времени. Соответственно и возвращение в исходное состояние тоже не происходит в одночасье. По данным военных психологов, для полноценной перестройки психики требуется минимум 1–2 месяца, а при тяжёлых травмах — годы. Попытки быстро «переключить» психику в условиях краткосрочного отпуска приводят к истощению, снижают внимательность, организованность и бдительность, столь необходимые для возвращения на передовую. Что НЕ является истинной целью отпускника: ❌ Удовлетворение завышенных ожиданий семьи и друзей, принудительное участие в досуговых мероприятиях, стремление соответствовать идеализированным представлениям близких о «нормальной» мирной жизни, доказать сохранность собственной личности. ❌ Попытки «наверстать упущенное» по всем фронтам, компенсировать своё отсутствие выполнением списка бытовых задач, решением накопившихся домашних проблем и рутинных дел ❌ Немедленное «переосмысление» боевого опыта, глубокий самоанализ, стремление во что бы то ни стало достичь пресловутого «посттравматического личностного роста» Чего категорически НЕ СЛЕДУЕТ делать военнослужащему в отпуске: ❌ Заниматься глубокой психологической проработкой травматического опыта, это чревато повторной травматизацией. Такая работа допустима лишь после окончательной демобилизации. ❌ Резко «переключаться» на мирный режим, пытаться мгновенно раствориться в гражданской жизни, обесценивать или подвергать критике привычные модели поведения, сформировавшиеся на фронте. ❌ В попытках расслабиться делать ставку на употребление алкоголя или других психоактивных веществ, которые лишь временно маскируют стресс, но ухудшают психическое и физическое состояние, снижают способность к самоконтролю и готовность вернуться к работе. ❌ Предаваться чувствам вины и стыда, возникающим вследствие неосознанных манипуляций близких, соскучившихся по полноценному общению. ❗️Для фронтовика, которому предстоит вернуться, в отпуске самое главное — восстановление сил и сохранение состояния мобилизации❗️ ✅ Стабилизация психофизиологического состояния через снижение острого стресса и накопившегося напряжения, нормализация базовых функций организма. ✅ Восстановление работоспособности, необходимой для выполнения боевых задач, посредством восполнения физических и психических ресурсов. ✅ Поддержание необходимого уровня внутренней мобилизованности и боевой готовности. Что необходимо сделать военнослужащему в отпуске и как: ✅ Снять острый стресс с применением техник релаксации (дыхательные упражнения, прогулки, лёгкая физическую активность). Обеспечить себе полноценный сон и качественное питание. ✅ Находиться в «безопасном пространстве», где можно просто расслабиться, чувствовать себя защищённым, без внешнего давления. Провести своего рода «декомпрессию», отдохнуть пассивно, просто «ничего не делать» для восстановления сил, не испытывая при этом чувства вины. ✅ Поддерживать умеренную физическую активность (лёгкие тренировки без переутомления). ✅ Общаться с понимающими людьми, не вдаваясь в глубокие эмоциональные разговоры о пережитом. Минимизировать конфликтные и стрессовые ситуации, ограничить приток негативной информации.

АНО "Женский фронт" предлагает администрации Telegram расширить параметры для чистки мессенджера от мошеннических каналов Как несколько недель назад анонсировал Павел Дуров: «Telegram — не место для раскрытия личных данных или шантажа. А тем, кто управляет такими каналами: не тратьте время на создание клонов — мы вас найдём». И мы видим, что такая работа уже ведётся. Каналы, занимающиеся вымогательством, удаляют. По сообщениям СМИ, уничтожают их полностью, включая все посты и репосты, в том числе, в "Избранное". Наше АНО хочет обратить внимание администрации мессенджера на обилие мошеннических и откровенно вредительских каналов, на которых в открытом доступе публикуются данные российских военнослужащих, которые далее используются в преступных целях. Также существуют закрытые каналы, в которых мошенники, представляясь волонтерами, вымогают деньги у семей участников СВО. В правовом поле с ними бороться крайне проблематично, так как владельцы и администраторы таких групп чаще всего не граждане России. Если бы администрация Телеграм расширила параметры для "чистки", жертв мошенников стало бы гораздо меньше.

"Боец пропал, часть бездействует. Прошло уже четыре месяца, а новостей нет" - очень распространенная жалоба от семей. К сожалению, реалии таковы, что новостей может не появиться ни через четыре месяца, ни через шесть, ни через годы. Даже если известен квадрат, где пропал боец, далеко не всегда до него возможно добраться. Как правило, это местность, где ведутся активные боевые действия, там невозможно развернуть полноценную поисковую операцию. Это даже если забыть о том факте, что у подразделений за лентой есть актуальные боевые задачи, которым уделяется большая доля внимания. Родственники растеряны, большинство из них не представляют себе обстановку в зоне боевых действий, так что их понять можно. Хотелось бы видеть более активную работу с семьями бойцов со стороны военных. Конечно, командирам "на земле" это может быть проблематично, но у нас в стране очень разветвленная сеть военкоматов. Возможно, если бы их сотрудники проявляли большее участие к родственникам участников СВО, тратили больше времени на информационную работу с ними, у тех было бы меньше претензий к командованию.