Ленин. Лайфстайл

Надумал написать тебе несколько слов, дорогая Маняша, а то ты, пожалуй, подумаешь, что я и совсем свиньей стал. (Письмо сестре Марии, 19 мая 1901)

Кстати. Не пора ли обосновать 1−2 образцовые санатории не ближе 600 верст от Москвы? (Письмо Джугашвили, 19 мая 1922)

Пристаёшь к кондуктору с каким-нибудь вопросом, – он отвечает; я не понимаю. Он повторяет громче. Я всё-таки не понимаю, и тот сердится и уходит. Несмотря на такое позорное фиаско, духом не падаю и довольно усердно коверкаю немецкий язык. (письмо матери, 14 мая 1894)

Наняли дачу (громадную) - слишком велика!) на все лето до 1. X нового стиля и с большими хлопотами перебрались. (Письмо матери, 12 мая 1913)

Голос был громкий, но не крикливый, грудной. Баритон. Пел. Репертуар: «Нас венчали не в церкви», «Я вас люблю, люблю безмерно», «Замучен в тяжелой неволе», «Варшавянка», «Вставай, подымайся, рабочий народ», «Смело, товарищи, в ногу», «День настал веселый мая», «Беснуйтесь, тираны», «Vous avez pris Elsass et Lorraine», «Soldats dix-septieme». (Воспоминания Крупской)

Как не стыдно голосовать за издание «150 000 000» Маяковского в 5000 экз. Вздор, глупо, махровая глупость и претенциозность. По-моему, печатать такую вещь лишь 1 из 10 и НЕ БОЛЕЕ 1500 ЭКЗ. для библиотек и для чудаков. А Луначарского сечь за футуризм. (Письмо Луначарскому, 6 мая 1921)

Не жалейте нескольких сот франков, это нелепо. Лечитесь, гуляйте, спите, ешьте обязательно, ибо для партии нам нужно здоровое имущество. (Письмо Дубровинскому, 5 мая 1909)

Володя уезжал и свое рождение и праздники не был дома. Поездка очень развлекла его. Не знаю еще, будет ли купание в Поронине, Володя страшно любит купаться, там ванны не будет, уж и душей нельзя ему будет брать. Мне уж хочется поскорее перебраться в деревню. Хотя живем мы на краю города, против окон огород и третьего дня даже соловей пел (Письмо матери Ленина от Н.Крупской, 3 мая 1913)

Первое впечатление от Лондона: гнусное. (Письмо Аксельроду, 18 апреля 1902)

Еще одна просьба личная: очень просил бы Вас постараться не посылать Наде больше НИКАКИХ бумажек по делу Мохова, ибо ей это треплет нервы, а нервы плохи, базедова болезнь опять возвращается. Мне очень жаль, что не удалось убедить Вас бросить эту «историю», не впутывать КЗО, не плодить бумажек (официальных особенно…) и т. д. Но по крайней мере раз Вы все решили иначе, прошу Наде ничего не посылать больше ни об этом, ни по поводу этого. Это МЕЖДУ НАМИ. И по этому пункту не пишите мне НИЧЕГО (чтобы Надя не знала, что я Вам писал, а то она волноваться будет) (Письмо Шкловскому, 18 апреля 1916)

Струве профессиональный «социалистоед» («Ещё одно уничтожение социализма», апрель 1914)

Дорогая Маняша! Поздравляю с днем ангела и с именинницей. Желаю провести лето поменьше одной, поскорей, поздоровей. (Письмо сестре Марии, первая половина апреля 1913)

Были на украинском вечере в честь Шевченко. Я ужасно плохо понимаю по-украински. (Письмо матери, 10 апреля 1914)

У нас весна. Вытащил уже Надин велосипед. Так и тянет гулять или кататься. (Письмо матери, 10 апреля 1910)

Дайте мне полаяться по-философски. (Письмо Горькому, 8 апреля 1908)

Мне ДЬЯВОЛЬСКИ важно, чтобы книга вышла скорее. У меня связаны с её выходом не только литературные, но и серьёзные политические обязательства. Поэтому усиленно прошу обязательно нанять себе (или «писателю», если ты ему передашь) помощника для специальных посещений типографии и погонянья её. (Письмо сестре Анне, 8 апреля 1909)

Денег на поездку у нас больше, чем я думал, человек на 10−12 хватит, ибо нам ЗДОРОВО помогли товарищи в Стокгольме. (Письмо Арманд, 2 апреля 1917)

Блягер! дура! бим, бам! уф! (заметки на полях заключительной главы книги А. Рея «Современная философия», Париж, 1908)

Ваш план замужества мне кажется весьма разумным, и я буду стоять (в ЦК) за выдачу Вам 100 франков в зубы адвокату и 50 франков «удобному старичку» (возьмите Аксельрода!) – за женитьбу на Вас! Ей-ей!! Иметь право въезда и в Германию и в Россию! Ура! Вы придумали чудесно! (Письмо Сарре Равич, 27 марта 1917)

Возьметесь ли переписать на машине в 2-х экз. (или в 1 экз.) за плату не ниже той, что прошлый раз, мою рукопись в 500 страниц (рукописных в 8 долю листа?). Я бы издал ее тотчас в Питере. Очень обяжете! (Письмо Карпинскому, 25 марта 1917)