917
Subscribers
-124 hours
-47 days
-930 days
Posts Archive
в Чечне говорят официально открыли дверь к многоженству, не отходя от Чеченских напыщенных обычаев. Что-нибудь слышали об этом?
В детстве я была ужасной маленькой соней, которая ни в какую не хотела засыпать. То меня мучил голод, то одолевала жажда, то неотложная нужда дойти до туалета. И мама, конечно же, шла на поводу у всех моих ночных капризов. Я никогда не забуду, как она жарила для меня посреди ночи яичницу или собирала бутерброд. У меня даже сохранилось фото одной из таких ночных трапез — мне тогда было лет шесть.
И теперь, когда Зейд всячески отлынивает от сна, в точности как его мама в детстве, я невольно вспоминаю свою маму, которая соглашалась на все мои авантюры. Я, конечно, строже и на подобные трюки с «отвлечением мамы» не ведусь. Но сегодня меня осенила мысль: а что, если Зейд вырастет и будет с теплотой вспоминать, как они с мамой ели пиццу прямиком из постели без пятнадцати двенадцать? Было бы здорово!
Зейд, 26 октября. Ему почти пять, а на часах — почти полночь.
#АлинаЗейд
МЫ ЖИВЕМ В СТРАННОМ МИРЕ. СОВЕРШЕННО РАЗНЫЕ ЛЮДИ СОРЕВНУЮТСЯ ДРУГ С ДРУГОМ В ТОМ, ЧТОБЫ ПРЕУСПЕТЬ В ОДИНАКОВОСТИ. ИНАЛ БЕЛГОРОКОВ
«раньше мы не были бедные, даже манго покупали. Сейчас мы бедные стали».
Зейд, почти 5 лет, которому в ночи отказались давать манго.
Сама дискуссия о допустимости совершения намаза в кафе или ресторанах возникает лишь в том случае, если мусульманин изначально оказывается в таком заведении. Если же следовать принципу избегания мест с музыкой и несоответствующей халялю продукцией, то и почва для подобных споров исчезает сама собой.
как же я люблю своих сестер по вере, которые крепко держатся за ветвь истины.
Вы у меня самые лучшие. Да хранит вас Аллах 🫂
Воспоминания о Медине. 2024 год.
Иногда кажется, что я жила в Медине десятки лет. Или, быть может, это тоска не даёт мне забыть то блаженство, что я испытывала, дыша её воздухом и гуляя по её благословенным просторам?
Когда-то я лишь мечтала о жизни на землях Пророка ﷺ, а потом она стала сниться мне так ярко, что я не могла не переехать на эти просторы. Я продала свою кофейню «PEOPLE», собрала вещи и, взяв за руку трёхлетнего сына, сделала шаг в новую реальность — в сторону Медины.
Первые дни стали испытанием. Непривычный климат, новая среда в стенах нашего многонационального дома (имары)… Но с одним искренним дуа пришло и облегчение, которое сменилось глубокой, всепоглощающей любовью. Я всем сердцем прикипела к этому городу и больше не видела своего будущего нигде, кроме как в его светлых улицах. Так было тогда. Так, в моём сердце, остаётся и сейчас.
И теперь мне остаётся лишь перебирать в памяти бесценные жемчужины тех дней:
Как я стала студенткой в благословенной Мечети Пророка ﷺ — «Аль-Харам».
Радость от заучивания новых сур и весёлые уроки в мечети в компании однокурсниц — арабских бабушек, чья мудрость и доброта согревали меня.
Наши пикники за самой необычной и невероятно вкусной мединской шаурмой — этот вкус я не забуду никогда.
Величественные мечети, строгие очертания гор Ухуд на горизонте и терпкий вкус верблюжьего молока, который часто сменялся карак чаем или арабским кофе, а я любила всё подряд.
Лихая езда по улицам и утешительные крики «маалиш!» из окон, если тебя вдруг «подрезали».
Фургончики с фруктами и овощами, что дважды в неделю приезжали к нашему дому, даруя продукты и шанс на аджр.
Ни с чем не сравнимое чувство от совершения намаза в Хараме и тёплые встречи с сёстрами.
Альхамдулиллях за каждое из этих воспоминаний. Они — моё сокровище, моя незримая связь с городом, который навсегда остался для меня местом покоя и абсолютного счастья.
