Книги | Русская Классика
Open in Telegram
Классические произведения русской литературы и многое другое ! Зарегистрирован в РКН: https://www.gosuslugi.ru/snet/67a5d163a16f1b5542a413e7 По вопросам рекламы : @whitefox_ads
Show more📈 Analytical overview of Telegram channel Книги | Русская Классика
Channel Книги | Русская Классика (@knigi_kl) in the Russian language segment is an active participant. Currently, the community unites 38 283 subscribers, ranking 717 in the Books category and 16 878 in the Russia region.
📊 Audience metrics and dynamics
Since its creation on невідомо, the project has demonstrated rapid growth, gathering an audience of 38 283 subscribers.
According to the latest data from 06 June, 2026, the channel demonstrates stable activity. Although there has been a change in the number of participants by -26 over the last 30 days and by 0 over the last 24 hours, overall reach remains high.
- Verification status: Not verified
- Engagement rate (ER): The average audience engagement rate is 0%. Within the first 24 hours after publication, content typically collects N/A% reactions from the total number of subscribers.
- Post reach: On average, each post receives 0 views. Within the first day, a publication typically gains 0 views.
- Reactions and interaction: The audience actively supports content: the average number of reactions per post is 0.
- Thematic interests: Content is focused on key topics such as иль, снег, горе, проза, крик.
📝 Description and content policy
The author describes the resource as a platform for expressing subjective opinions:
“Классические произведения русской литературы и многое другое !
Зарегистрирован в РКН: https://www.gosuslugi.ru/snet/67a5d163a16f1b5542a413e7
По вопросам рекламы : @whitefox_ads”
Thanks to the high frequency of updates (latest data received on 08 June, 2026), the channel maintains relevance and a high level of publication reach. Analytics show that the audience actively interacts with content, making it an important point of influence in the Books category.
38 283
Subscribers
No data24 hours
-67 days
-2630 days
Posts Archive
38 283
"И ничто души не потревожит,
И ничто ее не бросит в дрожь,—
Кто любил, уж тот любить не может,
Кто сгорел, того не подожжешь".
Сергей Есенин,
"Ты меня не любишь, не жалеешь".
38 283
Остаёмся мы по крохам:
Кто-то книгой, кто-то вздохом,
Кто-то песней, кто - дитём,
Но и в этих крошках даже,
Где-то, будущего дальше,
Умирая, мы живём.
38 283
Осенью поздней
Ни один не сравнится цветок
С белою хризантемой.
Ты ей место свое уступи,
Сторонись ее, утренний иней!
Японский поэт Сайгё (1118 - 1190 гг.)
38 283
Когда тебе опять и пусто и печально,
в глазах покоя нет, а в мыслях высоты,
ты вспомни, что в тебе нет боли изначально,
а только трение мечты и суеты.
И если слезы есть - старайся в одиночку
их выплакать сперва, и к людям не спеши.
И мужество не в том, чтобы поставить точку,
а чтобы претерпеть рождение души.
И если так с тобой случится не однажды,
то с каждым разом легче будет этот миг.
Жестоки чувства одиночества и жажды,
но страшно - если ты к ним вовсе не привык.
Досадно - если ты, надеясь на подспорье,
в ответ не получил желанной сослезы.
Но в сотню раз страшней, когда испив от горя,
в чужую исповедь ты смотришь на часы.
И если нет того, о чем мечтал вначале,
и высота пути на уровне травы,
люби все то, что есть - и страхи и печали,
и труд обычный свой, и вздохи, и увы.
И меры счастью нет, и смысла в обладаньи -
все сквозь тебя, как Космос протечет.
И оправданье жизни - только в состраданьи
в желаньи размышлять - другое все не в счет.
38 283
Ах, какая осень лисья!
Ах, какая синь густая!
Наши судьбы словно листья, -
Улетаем, улетаем.
38 283
Старушка думала, что завела кота,
А кот считал, что он завёл старушку!
Но оба понимали: жизнь не та,
Без этой потрясающей зверушки!
Когда старушка чуть незамогла,
Кот бросился лечить больное место...
А без старушки кто даст молочка?
Ведь мир жесток и груб стал, если честно.
И счастьем тем наполнилась их жизнь,
Так редко мы находим общность мыслей.
Им друг без друга уж не обойтись
До самых дней последних, аж до тризны.
38 283
Остановите время, я сойду.
Мне осенью так хочется забыться,
Среди аллей растаять на ходу
И никогда назад не воротиться.
Остановите время – я устал
От мельтешенья и жужжанья речи.
Я сам себя навеки испытал –
Мне птичья песнь дороже человечьей.
Так смутно и привольно на душе.
Идя осенней липовой аллеей,
Я понимаю: нам не цвесть уже –
Под снегом утро серое белеет.
А посему – остановите дни,
Которые, наверно, не напрасно
В раздумьях сердце вещее хранит.
«Остановись, мгновенье, ты прекрасно!»
38 283
Школьной премудрости кончится срок,
новые истины время состарит ;
жизнь преподаст за уроком урок,
но расписанья на них не оставит.
Чтобы судьбу как задачку решить,
мало постигнуть азы мирозданья ;
есть ещё образованье души —
самое высшее образованье.
38 283
Плохие стали зеркала,
Неверно как-то отражают,
Меня так грубо искажают —
Пародия их просто зла.
Я помню — много лет назад
Получше делать их умели,
И на меня из них смотрели
Мои весёлые глаза,
Фигуры стройный силуэт,
Лицо живое, молодое
И симпатичное такое -
Теперь таких зеркал уж нет.
Хотя с тех пор прошли года,
В себе не чувствую изъянов,
Всё так же полон мыслей, планов,
Душа как прежде молода.
Зеркал же новых злая гладь,
Куда порой смотрю я сдуру,
Какую-то карикатуру
Теперь вдруг стала рисовать.
В жестокой глубине стекла
Почти седой и лысоватый,
В морщинах весь, слегка пузатый...
Плохие стали зеркала!
38 283
Я спрашиваю жизнь: "Поведай, как мне быть?"
И отвечает жизнь: 'Мы эту тему бросим.
Ты лучше посмотри, какая всюду осень,
Как держит паучка серебряная нить".
38 283
Холодный, как лезвие бритвы, рассвет вполз в комнату, заставив пыль танцевать в своих бледных лучах. Он заливал беспорядок, царящий здесь: дорогой, но помятый фрак, брошенный на стул, пустую бутылку шампанского, валявшуюся на персидском ковре, и женские одежды – бордовый корсет, похожий на увядший цветок, и шелковую подвязку нежного, розового цвета.
Марсель Бернар, комиссар парижской полиции, стоял посреди этого хаоса, чувствуя себя чужим на этом пире, закончившемся похмельем. Его взгляд скользнул по голой спине женщины, спавшей в постели. Ее тело, залитое теплым светом еще горящей лампы, дышало негой и безмятежностью. Лицо было скрыто в подушке. А вот второй участник этой ночи бодрствовал.
Молодой человек, облокотившись о перила балкона, смотрел на просыпающийся город. Его профиль был утонченным и бледным. Он не обернулся на стук в дверь и появление полиции. Казалось, он ждал этого.
38 283
Деревья жёлтые стоят. Рванул холодный ветер.
Никто-никто не виноват, что есть осенний листопад.
Что старость есть на свете.
Пришла осенняя пора, никто не даст отсрочки.
Здесь, как соски, ещё вчера, на ветках зрели почки.
Но вот уже рога трубят. Прошли весна и лето.
Метлою дворники шуршат, пером скрипят поэты.
Кленовый, жёлтенький листок, полосочки, прожилки,
Ты на ботинок мой прилёг, как будто на носилки.
Возьму тебя с собой, дружок, и ляжем в землю чёрствую.
Ты отшуршал своё, листок, а я всё философствую.
38 283
Ты — женщина, ты — книга между книг,
Ты — свёрнутый, запечатлённый свиток;
В его строках и дум и слов избыток,
В его листах безумен каждый миг.
Ты — женщина, ты — ведьмовский напиток!
Он жжёт огнём, едва в уста проник;
Но пьющий пламя подавляет крик
И славословит бешено средь пыток.
Ты — женщина, и этим ты права.
От века убрана короной звездной,
Ты — в наших безднах образ божества!
Мы для тебя влечём ярем железный,
Тебе мы служим, тверди гор дробя,
И молимся — от века — на тебя!
38 283
Привели меня к дому сперва,
Где жил Пушкин. Сказали: «Постой-ка...»
Я спросил: «Эта речка — Нева?»
Мне сказали: «Ты что, это Мойка!»
А потом вроде узкого рва
Видел речку свинцового цвета.
Я спросил: «Неужели Нева?»
— Нет, канал Грибоедова это.
А потом шелестела листва.
Сколько статуй! Какая прохлада!
Я спросил: «Эта речка — Нева?»
— Нет, Фонтанка, у Летнего сада.
А потом синева, синева,
Шпиль и солнце, и волны, и ветер.
Я не спрашивал: «Это Нева?»
Я и сам бы любому ответил!
38 283
Осенний букет —
он особого цвета :
в нём краски и запах
ушедшего лета.
В нём пение птиц
и небес облака,
и утренний первый
полёт мотылька !
В нём радуга с солнцем
и небом играя,
трудилась не мало
цвета подбирая...
Как будто из прошлого
с тёплым приветом,
осенний букет,
как прощание с летом ...
38 283
Я не люблю правых, не падавших, не оступавшихся. Их добродетель мертва и малоценна. Красота жизни не открывалась им.
Борис Пастернак
38 283
Часы должны ходить,
А не стоять без дела.
Их нужно заводить
Почти что до предела.
А жизнь идет сама —
Тик-так! — без подзавода.
Вот лето, вот зима,
Глядишь — еще полгода.
Так мы вперед идем,
И годы не помеха.
Вот лес, и сад, и дом…
Глядишь — еще полвека.
38 283
Ничего не прошу,
Я прошу только ясности,
Я хотел бы без фальши
Прожить свой оставшийся срок,
Я весьма сомневаюсь
В своей абсолютной прекрасности,
Но, какой бы я ни был,
Я так же, как ты одинок.
Мы бываем с тобой
И чужими, и искренне близкими
Может маятник этот
И есть средь людей маята,
И высокие мысли
Бродят рядышком с самыми низкими,
И за проблеском чувства -
Привычка, тоска, суета.
Может это и так, только все-таки,
Как ни убийственны
Эти смены сомнений и веры,
А правда проста -
Без тебя не нужны
Ни победы, ни слава, ни истины,
Без тебя даже самая полная чашка пуста.
Без улыбки твоей
Я теряю к себе уважение,
Свет мой - свет твоих глаз,
Радость в милом до боли лице.
Остальное, поверь,
Это суетной жизни движение,
Это было и будет
И в самом начале и в самом конце.
Может, это всё факт
Одного моего самомнения,
Может быть, я, как многие,
Просто набитый дурак,
Я люблю тебя очень
И плыву среди моря сомнения,
И не верь, что бывало
Иль нынче бывает не так.
38 283
Когда я был влюблён (а я влюблён
Всегда — в поэму, женщину иль запах),
Мне захотелось воплотить свой сон
Причудливей, чем Рим при грешных папах.
Я нанял комнату с одним окном,
Приют швеи, иссохшей над машинкой,
Где, верно, жил облезлый старый гном,
Питавшийся оброненной сардинкой.
Я стол к стене придвинул; на комод
Рядком поставил альманахи "Знанье",
Открытки — так, чтоб даже готтентот
В священное б пришёл негодованье.
Она вошла спокойно и светло,
Потом остановилась изумлённо,
От ломовых в окне тряслось стекло,
Будильник тикал злобно-однотонно.
38 283
В грустной музыке сентября
Шорох имени твоего.
Сколько лет я искал тебя,
И не знал спросить у кого
Где была ты все эти годы?
Возле чьих тосковала рук?
Шел к тебе я через невзгоды,
Мимо радостей и разлук,
Ревновал тебя к белым зимам,
Потому, что была вдали,
И к поклонникам нелюбимым,
И к друзьям, что давно ушли.
Ревновал тебя к летним зорям,
К звездам мая и октября.
Много в жизни узнал я горя,
Потому, что не знал тебя.
