Маргарита Нифонтова

Небольшая ремарка к работе «Газпрома». На прошедшем ВЭФ на сессии по газификации выступал зампредправления «Газпрома» Валерий Маркелов. И, обрисовывая глобальные планы компании на Дальнем Востоке, он в частности сказал

C 2021 по 2025 годы в регионах Дальнего Востока построено 17 новых газораспределительных станций. Это практически 20% от всех построенных станций в РФ. Также велось строительство распределительных газопроводов. За 5 лет введено более 1 тыс км газовых сетей. Это позволило газифицировать 75 населенных пунктов. Газ впервые пришел в города Дальнего Всотока (…), в городе Олекминск Республики Саха (Якутия).

В то же время читаем, что говорится во вчерашнем сообщении главы «Сахатранснефтегаза» Алексея Колодезникова

в 2026 году планируется пуск сетевого газа от магистрального газопровода «Сила Сибири» в населённых пунктах Батамай, Беченча и Мурья в Ленском районе, посёлке Иенгра Нерюнгринского района и в городе Олёкминске.

Значит, все-таки Олекминск на сегодняшний день не газифицирован. Работа не завершена. Но рапорт «Газпрома» уже есть. Казалось бы, ну, что-то же было сделано, значит, газификация пройдет. Но надо отметить, что это уже давно стало нормой – в информационном пространстве выдавать желаемое за действительное. Возьмем тот же Олекминск. Там аэропорт строят с 2014 года. Казалось бы, тоже – работы идут. Но конца и края им не видно. Подрядчики меняются как перчатки, а олекминчане так и живут, не имея нормального аэропорта. Так что «что-то сделано» -- не значит завершенное строительство. Впрочем, чего ждать от «Газпрома». Вот сидит сейчас топ-менеджер и рассказывает о выдающихся достижениях компании на Дальнем Востоке. В то время как всю эту работу согласно Восточной газовой программе, принятой по инициативе Якутии в 2007 году, компания должна была уже завершить давно. Они и проводить социальную газификацию-то стали, потому что президент дал поручение. Так, согласно Восточной газовой программе, к 2020 году на внутренний рынок Дальнего Востока должно было поставляться 27 млрд кубов газа; к 2030 – 32 млрд кубов газа. А сколько поставляется? По данным «Газпром межрегионгаза», к 2030 году эта цифра составит… 15,7 млрд кубов газа. А сейчас поставляется в год чуть меньше 4 млрд кубов. Вот и сравните. Зато по росту поставок газа в Китай «Газпром» отчитывается чуть ли не ежемесячно, сдабривая эту информацию словами типа «рекордный». И с какой помпой выступал Маркелов на ВЭФ. Прямо герои. Правда, непонятно чего – провала в работе? Мой МАХ

Как и следовало ожидать, профессиональное сообщество задает правительству России вопрос — а счет чего будем строить антидроновую защиту. В тарифах на это источников нет. В условиях Якутии (а указ президента «О мерах по обеспечению безопасности объектов критической инфраструктуры РФ» касается всех регионов) — это означает еще большую сумму из бюджета на межтарифную разницу?

Объекты коммунальной инфраструктуры – котельные, водозаборы, очистные сооружения, электросетевое хозяйство – проектировались без расчета на угрозы подобного рода, говорит зампредседателя комитета Торгово-промышленной палаты РФ по предпринимательству в сфере ЖКХ Сусана Киракосян.

И хотелось бы мне чем-то вас порадовать, уважаемые читатели, но, увы, реалии таковы, что не получается это сделать. С большим интересом ознакомилась со Стратегией соцэкономического развития Дальнего Востока, которую разрабатывали долго и упорно и утвердили вчера. Конечно, прорывов было сложно ожидать. И так в общем-то и оказалось. Поэтому можно в двух словах охарактеризовать этот документ так – будем двигаться в том же русле. Как и было. Но для ясности все-таки немного конкретики. 1. Во-первых, срок действия стратегии – до 2030 с перспективой 2036 года. То есть на 4 года с продлением еще на 6 лет. Но это же не среднесрочный план, а стратегия развития целого макрорегиона. Она должна быть рассчитана минимум лет на 20. Так что вот эти минимальные сроки – они говорят о какой-то узости представления о том, как дальше жить Дальнему Востоку. 2. Одной из главных целей заявлена интеграция со странами АТР (как и было в предыдущих документах). Хотя уже давно эксперты (В. Штыров) говорят о том, что главная задача должна быть совершенно другая – интеграция Дальнего Востока с Россией. А для этого обеспечение транспортной, энергетической взаимосвязи, межрегиональное сотрудничество. 3. В стратегии в качестве основной специализации указано усилении роли добывающего сектора. И при этом, здесь же, -- формирование высокотехнологичной диверсифицированной экономики. Но за счет чего, за счет каких конкретно проектов – не сказано. Более того, если мы посмотрим, какие заключались соглашения на ВЭФ, то львиная часть, почти все они касаются добычи сырья и ли его первичной переработки. Если и есть высокотехнологичное производство (с натяжкой) – допустим, ГПЗ и ГХК в Амурской области, судоверфь «Звезда» и так далее, то все это уже было. Нового нет и не предвидится. Кроме того, префрежимы – они заточены под добычные проекты. И даже МТОР (международные территории опережающего развития) – раньше предполагалось, что там будут только высокотехнологичные проекты. А потом это выражение выпало из закона. 4. Ключевой раздел по энергетике – просто набор фраз и благих пожеланий. 5. Агломерации остаются и считаются опорными пунктами. То есть население стягивается в определенные точки. А это значит, что Арктика так и будет пустеть, как и небольшие, но важные населенные пункты. По типу нашего поселка Витим. 6. Указано, что есть положительная тенденция – идет миграционный прирост и он будет продолжаться. Но ведь данные-то Росстата на этот счет закрыты. Потому что этот прирост идет за счет вахтовиков и мигрантов, коренное население убывает. 7. Разумеется, делается упор на мастер-планы, в которых, по мнению Счетной палаты РФ, нет экономики. 8. Ну и среди целевых показателей реализации документа нет ключевых для экономики – транспорта и энергетики. Вот так примерно, навскидку. То есть (еще раз подчеркну) Дальний Восток будет продолжать двигаться по той же траектории, что и до того. А это значит, что нас ждет: убыль коренного населения, усиление добычи сырья, усугубление разрыва экономических связей с Россией. Это все очень нехорошие тенденции, которые могут иметь политические последствия. Но, кажется, разработчики документа этого не понимают. Мой МАХ

Сначала надо разобраться с эффективностью использования тех средств, которые уже есть у «Газпрома». Оценить эффективность газификации, оценить эффективность других расходов. По всей цепочке, включая такую избитую тему, как вознаграждения топ-менеджмента, зарплаты, офисы и прочее. 

Так что коммунизмом тут, по-моему, и не пахнет. Да, сетевой газ идет в населенные пункты и это неплохо. Но гораздо лучше и красивее живет сам «Газпром» со своими Лахта-центрами и иными прелестями жизни. Даже в условиях санкций и закрытых рынков сбыта. Мой МАХ

По теме газификации. На прошедшем ВЭФе выступил глава якутской компании «Сахатранснефтегаз», по совместительству руководитель фракции «Единая России» в Ил Тумэне Алексей Колодезников. В частности, он сказал, что:

-- Когда мы говорим о добыче нефти или золота – это больше касается ограниченных благополучателей, а когда мы говорим про газ – это про людей, это для людей. Когда мы запускали газ в одном из населенных пунктов, один старейшина сказал: «Мы очень долго жили в СССР, ждали прихода коммунизма, а коммунизм-то вот пришел, с газом».

Весьма интересное, конечно, выступление. Но суть-то в чем – коммунизм ли это? Первое. Тарифы на газ регулируются государством. И компания «Газпром», кстати, чуть ли не ежегодно выступает за то, чтобы регулировку эту отменить. Чтобы цена на газ формировалась на рынке. И понятно, естественно, к чему это приведет – к кратному росту цены на газ. Но даже в условиях регулирования тарифы на газ постоянно растут. Так,

с 1 июля 2025 года оптовые цены на газ в России, поставляемый населению и промышленным потребителям, проиндексированы на 10,3%. Регулируемые цены на газ организаций электроэнергетики и предприятий ЖКХ проиндексированы еще на 11%. Таким образом, произошел рост оптовой цены на газ на 21,3% для предприятий электроэнергетики и организаций ЖКХ, для прочих промышленных потребителей - на 10,3%.

В 2026  году цены на газ в составе платежке за ЖКХ для населения поднимутся дважды. Уже поднялись в составе платежке на 1,7% с 1 января 2026 года, и с 1 октября 2026 года на 15%. С 1 октября 2026 года индексация оптовых цен на газ для всех категорий потребителей составит с 1 октября 2026 года - 9,6%, с 1 июля 2027 года - 9,1%, с 1 июля 2028 года - 7%, с 1 июля 2029 года - 7%. Тарифы на транспортировку газа по распределительным газопроводам проиндексируют с 1 октября 2026 года - 11,6%, с 1 июля 2027 года - 11,1%, с 1 июля 2028 года - 7%, с 1 июля 2029 года - 7%. То есть тарифы на газ для всех потребителей, включая населения растут хронически и системно. В то время как в нашей стране (где добывается газ) по логике вещей стоимость газа, как первичного энергоресурса, должна быть минимальной. То есть, как говорят толковые эксперты, по формуле «цены производства». Правда, для этого «монополисты должны распрощаться с выходящими за все нормы приличия сверхвысокими окладами и бонусами управленческого персонала, футбольными и хоккейными клубами, персональными самолётами и прочими загульными корпоративами. Цены на первичные энергоносители на внутреннем рынке могут и должны быть существенно снижены». Это есть? Этого нет. 2. Теперь что касается «Газпрома», который проводит эту самую социальную газификацию. Во время сессии по газификации на ВЭФ выступал господин Маркелов, зампредправления «Газпрома», и хвастался, что компания еще с 2006 года реализует на Дальнем Востоке Восточную газовую программу. Ну да, именно благодаря Якутии эта программа была принята в 2006 году. Но «Газпром»… по сути ее завалил. И не занимался газификацией дальневосточных регионов до того момента, пока компании не указал президент делать это. Далее. А за счет чего идет социальная газификация? За счет федерального бюджета, в том числе налоговых послаблений, региональных бюджетов и инвестиционных средств самой компании (которые в том числе формируются за счет платы потребителей за газ). Но, как говорит, например, доцент Финансового университета при Правительстве РФ Валерий Андрианов:

«Газпром» использует ситуацию, которая сложилась на внешних рынках, для лоббирования своих интересов на внутреннем рынке с целью повысить тарифы и для населения, и для промышленности. То есть он пытается отступить от социальных принципов и отчасти провести газификацию за счет населения, а не за свой собственный счет. Поэтому, на мой взгляд, «Газпром» через все свои возможности хочет получить как можно больше средств, в том числе за счет населения. Это плохо.

И еще👇

Ну что ж, а вот и подтверждение двух моих предположений. Первое – еще в прошлом году писала, что раз компания «Селигдар» собирается строить ТЭЦ на угле, это значит, что компания не рассчитывает ни на какую АСММ малой мощности в Усть-Куйге. Потому что сомнительно, что угольная генерация (в силу физических параметров) может быть резервной. И второе – не будет построено никакой АСММ в Усть-Куйге. Что, собственно, и подтвердил на ВЭФ замгендиректора «Росатома» Андрей Петров. И это притом, что буквально весной этого года в Усть-Куйге прошли общественные обсуждения материалов обоснования лицензии на строительство в поселке атомной станции малой мощности с участием представителей «Росатома». То есть слушания проводили, а строить уже ничего не собирались. Теперь нас кормят сказками, что будет построена плавучая станция там же и на ту же мощность. Ну да, ну да. Кто-то этому верит? Что, допустим, на Яне возникнет нечто подобное? Вот и я о том же. Теперь, как уже говорилось, совершенно понятно, почему «Селигдар» стал строить для себя генерацию. Почему в той же Усть-Куйге построили гибридную электростанцию. Все стало понятно. Правда, осадочек, как говорится, остался. Теперь совершенно ясно, что Генсхема 2042 – это так, никому не нужная бумага. Каждая компания (включая государственные) делает что хочет и никто не несет ни за что ответственность. Как с «Эльгой» – захотели построить ГЭС на речке и строят. И никто им не указ. Как в истории с Нерюнгринской ГРЭС – должна была быть на газу (что прописано было в мастер-плане, утвержденном Правительством РФ), а «Газпром» газа не дал и все – идите лесом, точнее, углем. И так далее, и тому подобное. По факту – ни один документ долгосрочного планирования не выполняется. Он просто написан чтобы быть, на бумаге. А это значит, что никакого долгосрочного планирования в энергетике и других сферах в стране нет. Эта важнейшая для государства функция отсутствует как класс. И что, мы ждем еще какого-то развития? Ну, смешно же. Якутские власти лет 6 носились с АСММ как с писаной торбой. А теперь этот проект ушел в утиль. Теперь носятся с Найбой (глубоководным морским портом) и тот же «Селигдар» подписал на ВЭФе соглашение о том, что будут участвовать в строительстве. И это притом, что среди опорных портов в Трансарктическом транспортном коридоре президент назвал Тикси. Никакой Найбы не прозвучало. В общем, снова и опять пустые слова. После этого кто-то из дальневосточников поверит в развитие Дальнего Востока? Да в целом страны? *** Вспоминаются мне в этой связи слова Виктора Разбегина, видного ученого, который принимал непосредственное участие в разработке Схемы комплексного развития производительных сил, транспорта и энергетики Якутии до 2020 года. Он, анализируя будущее республики после Схемы Якутия-2020, сказал, что пока не поздно, нужно собрать воедино всех тех, кто еще имеет навыки планирования. Причем это его высказывание касалось развития всей страны, не только республики. Что нужно создать что-то по типу СОПСа, который разогнали. Иначе дело худо. Кто-то что-то сделал? Нет. Все пустили на самотек, планировщики прожектов. А теперь (как это прозвучало на ВЭФе) сидит такая мадам Дарья Козлова, аналитик, и вещает, мол, планировать в энергетике сложно, очень сложно. Как и составлять Топливно-энергетические балансы всей страны и регионов. Но они (с Системным оператором) «упражняются»: «Надеюсь, доупражняемся и что-нибудь представим». На это отреагировал руководитель заседания комиссии по энергетике Айсен Николаев, сказав, с ухмылкой: «Надо упражняться, Дарья Владимировна». И смешно с одной стороны. А с другой – плакать хочется. Мой МАХ

Ндаа, товарищи. Послушала три, на мой взгляд, ключевых сессии ВЭФа, посвященные теме энергетики, газоснабжению, ЖКХ, тарифам и что хочу сказать. Во-первых и самых главных. Внимательные читатели помнят, что прошлый ВЭФ-2025 в плане энергетики стал, можно сказать прорывным. Почему? Да потому что министр энергетики России Сергей Цивилев сделал основательный доклад, которым инициировал разработку прорывного законопроекта. Позже его назвали «О содействии инфраструктурному развитию…». В чем суть, вкратце. 1.Внедрять долгосрочное планирование. 2. Нужно создать свой отраслевой финансовый институт (уполномоченный государственный банк), чтобы снизить цену киловатт часа для последующих поколений. 40 и более % в строительстве генерации сейчас – это стоимость денег и это никуда не годится. 3. На базе оставшихся научных объединений от советского времени нужно создать свой отраслевой институт. 4. Разработать типовые проектные решения. 5. Разработать отраслевой заказ. 6. Разработать единые стандарты Российской Федерации на отраслевое оборудование. 7. Заниматься управлением стоимости киловатт-часа, а Минэнерго РФ – это продуктовый офис и главная его задача -- регулирование стоимости киловатт-часа. 8. Вернуть крупных потребителей в котел. То есть законопроект – он по сути значительно, если не кардинально, должен был поменять нынешнюю ситуацию в энергетике. Причем, на мой взгляд, в лучшую сторону. По последней информации Минэнерго РФ, этот законопроект разработан и обсуждается. Разумеется, противников множество. Никакие крупные компании возвращаться в котел и заключать договоры с СТСО по региону не желают. (В результате чего, кстати, может снизиться тариф на электроэнергию, например, в Якутии). Но что мы увидели на ВЭФ? А ничего! Представляете? Об этом законопроекте на нынешнем ВЭФ на ключевых сессиях по этому вопросу не прозвучало ровным счетом ни-чег-го. Даже сам Цивилев, который был на заседании Госсовета по направлению «Энергетика», слова не сказал об этом. Честно говоря, просто оторопь берет. То есть вытащили игрушку, помахали ей, потом появились противники, и все – игрушку выкинули. Вопрос – как вы думаете, после вот таких «игр» у нас будет нормально развиваться энергетика на Дальнем Востоке и в стране в целом? Конечно, нет! При общих словах бла-бла-бла о том, что в энергетике необходимо долгосрочное планирование, по факту – ноль. Нет в стране реальной системы управления энергетикой. Нет и вряд ли будет при таком подходе. Поэтому и ждать нормального развития территорий не приходится. На сессии под названием «Новая энергетическая архитектура…» выступал представитель китайской компании POWERCHINA, и он сказал, что для Китая важнейшей задачей является строительство опережающей энергетики при точных расчетах потребления. Представляю, как он смотрит на то, как на Дальнем Востоке идет «развитие энергетики». да и вообще в целом в России. Ндаа, и кстати, на этой сессии по энергетике из ключевых фигур был только председатель правления «Системного оператора» Федор Опадчий. Все. Других такая важнейшая тема не заинтересовала. Даже самого Цивилева. В общем, это все, что нужно знать о том, как идет управление в энергетике на Дальнем Востоке и в стране в целом. Мой МАХ

Небольшая ремарка к ВЭФ. Читаю в очередной (11-й по счету, по числу форумов) новости с Восточно-экономического форума и думаю. По идее, этот форум должен был стать не просто площадкой, на которой подписываются многочисленные соглашения на трлн рублей. В идейном смысле ВЭФ – это вектор развития Дальнего Востока. Этот тот образ будущего, который транслируется государство прежде всего самим дальневосточникам. И уж потом другим странам, например. Потому что самый главный стимул для людей жить на территории – это не то, что происходит здесь и сейчас. Самое главное – это будущее. То есть дальневосточники, читая новости с ВЭФ, должны понять и почувствовать –да. за этой территорией будущее. Большое будущее, светлое, лучшее. И вот тогда, даже не взирая на разбитые сегодня дороги, высокие цены на продукты, на авиаперелеты и многое другое, люди будут жить на Дальнем Востоке. И связывать свою жизнь и жизнь своей семьи именно с этой территорией. Вот ведь в каком ракурсе ВЭФ должны выступать для людей – символом будущего А теперь спросите себя – чувствуете ли вы эти символы? Считываете ли их? Об этом и речь. И дело даже не в том, что все эти соглашения подписываются об одном и том же из года в год. Причем, на разных площадках, включая ПМЭФ. Не в этой бесконечной говорильне ни о чем. Дело в том, что ВЭФ – он как раз стал символом отрыва власти от людей, от реальности, в которой они живут. На одном полюсе – трлн инвестиций, лощеные чиновники в дорогих костюмах, высокопарные слова. На другом – реальность такая, какая она есть. С ее очередями за бензином, с ее тарифами на ЖКХ, которые все растут и растут, ценами на продукты и так далее. И вот эти два мира – они никак между собой не пересекаются. И именно поэтому вот эта пропасть между народом и властью, она только увеличивается. Прежде всего потому, что люди просто не верят во все, что говорится и делается. Они не верят. Потому что делается все не для них, а для тех, кто в результате всех этих подписанных договоров станет еще богаче. Собственно, потому люди и голосуют, ногами, и уезжают с Дальнего Востока. На этой грани – говорильни и бесконечных обещаний новых самолетов для Дальнего Востока, например – можно долго балансировать. Что и происходит. Но рано или поздно настанет тот предел, когда ситуация изменится. И складывается ощущение, что наша власть, оторвавшаяся от реальности, этого не понимает. Или не хочет понимать. Ну что ж, жизнь все равно заставит это сделать. Мой МАХ

Слушала я заслуженного энергетика Российской Федерации, кавалера ордена "Полярная звезда" Николая Макаровича Парникова и не верилось. Что, вот так и принималось решение о том, чтобы достроить Светлинскую ГЭС? Нда, вот были времена, люди. Эта история стоит того, чтобы ее узнали. https://enpromdv.ru/2026/09/svetlinskaya-ges-i-sejchas-lyudi-zhdut-takogo-zhe-svetlogo-chuda/

Не уверена, конечно, что стоит писать в том состоянии, в котором нахожусь. Но не написать сразу нет никакой возможности.   Читаю сегодня вести с полей ВЭФ - группа «Эльга», разрабатывающая Эльгинское угольное месторождение в Якутии, подготовила проект гидроэлектростанции мощностью около 350 МВт на реке Гонам.    А для чего нужна эта ГЭС? Для электрификации Тихоокеанской железной дороги, и проектирование, оказывается, уже практически завершено. То есть с осени прошлого года, когда «Эльга» объявила о том, что будет строить Канкунскую ГЭС на реке Тимптон на 1000 МВт, мы жили этой надеждой. А оказалось, что ничего такого нет и в помине. Оказалось, что «Эльга» исключительно под свои нужды решила построить для себя небольшую ГЭС. И все, на этом компания ограничилась. Поясню подробнее. Мощность Канкунской ГЭС значительно выше, потому что она предназначена под металлургию, другие крупные промышленные проекты. Именно эта станция, как и другие в составе Южно-Якутского гидроэнергетического комплекса, должна стать источником электроэнергии для обрабатывающей промышленности на территории Якутии.   То есть Канкунская ГЭС – это проект для развития территории, для людей. ГЭС на реке Гонам – это чисто локальный проект для частной компании. То есть «Эльга» строит себе генерацию (опять же в заповедных местах) для вывоза угля. Все. Точно также как и Тихоокеанская железная дорога – она нужна только для самой компании и все.   Причем река Гонам находится в глуши. При всем желании (даже если потом увеличивать мощность ГЭС) потом не удастся воспользоваться электроэнергией. Гонам значительно дальше от, допустим, города Нерюнгри, чем река Тимптон.   И как бы понятно – а зачем «Эльге» тратить деньги? Она решает исключительно и только свои проблемы.   У меня другой вопрос – у нас где вообще государство? Где правительство Якутии? Куда вы смотрите? А ничего что на Дальнем Востоке не хватает электроэнергии? А ничего что у нас в конце концов есть Генсхема – 2042 и в ней никакой ГЭС на реке Гонам нет, а есть только Канкунская ГЭС?   У нас что – вотчина отдельных компаний? Где интересы государства, территорий, людей? Кто за этим будет следить? Кто будет думать с государственной точки зрения, о нуждах народного хозяйства?   Просто слов нет. В Якутии строится Новоленская ТЭС для нужд месторождения Сухой Лог в Иркутской области. Строится Южно-Якутская ТЭС в поселке Чульман, который с этого года уже должен остаться без тепла из-за вывода Чульманской ТЭЦ. У нас построена Тихоокеанская железная дорога и теперь для объектов «Эльги» только и исключительно будет построена ГЭС на речке Гонам.   Так и хочется спросить – а что вообще происходит?! Все земли и ресурсы только на вывоз? А кто о людях, о дальневосточниках будет думать? Кто? Мой МАХ

На XI Восточном экономическом форуме подписан План мероприятий по реализации первого этапа строительства новой железнодорожной линии «Нижний Бестях – Магадан» (участок «Нижний Бестях – Хандыга»). Ну что же, это дело хорошее, нужное. И реальное (в отличие от тех же проектов, связанных с Найбой). Связь железной дорогой двух регионов — Якутии и Магаданской области — это реальный толчок к развитию. И, кстати говоря, все недопропользователи, что работают в той стороне, тоже напрямую должны быть заинтересованы в этом строительстве. По-хорошему, всех бы усадить за стол переговоров(что должно было бы организовать правительство республики), составить один комплексный проект — дело бы гораздо быстрее пошло. А так помимо прочих проблем на пути строительства железной дороги от Нижнего Бестяха и Магадана. который буквально пробивают "Железные дороги Якутии", встала еще одна - по строительству моста через Алдан. К чему хочет подключиться весьма странная компания с двумя работниками и долгами в активе. Мой МАХ

Честно говоря, вот так постепенно перестаешь понимать, что происходит в нашей стране. Все, наверное, уже видели указ о том, что объекты ТЭК, ЖКХ и так далее должны быть защищены от БПЛА. В противном случае придут «добрые дяди» о возьмут это имущество во «временное пользование». Ну, чтобы эффективно защищать его, раз собственник не справляется. А потом передать обратно, наверное. Ладно, и что предлагает, к примеру, Российская ассоциация водоснабжения и водоотведения? Правильно, заложить покупку и установку оборудования, его обслуживание и ремонт, мониторинг – по защите от дронов – в тариф. В тариф, понимаете? И вовсю уже обсуждается эта идея. И казалось бы правильно же – за счет чего объекты ТЭК, ЖКХ и иные будут строить всякую защиту от дронов? Только за счет тарифа на воду, электроэнергию и так далее. Или же заложат цену антидроновой защиты в литр бензина, в любую другую производимую единицу товара. Причем, это может происходить повсеместно – не хотят же собственники даже «на время» лишиться своей собственности? А платить за все это будет рядовой гражданин, то есть мы с вами. Это такая фантасмагория, что кажется просто каким-то абсурдом. Но это реальность. Так вот что надо сказать по этому поводу. Что вот такие методы – они же подрывают саму суть государства, нет? Согласно конституции, обязанность государство – лечить, учить и защищать. А население за это платит налоги. А тут получается, что безопасность будет обеспечиваться за наш счет дважды. Возникает вопрос – как же так? Почему опять за счет граждан? Хочется верить, конечно, что в финале этого ничего не произойдет. А с другой стороны, топливного кризиса уже вторая волна пошла, цена на бензин растет, как и прибыль ресурсодобывающих и перерабатывающих компаний. Нда, товарищи, такое впечатление, что кто-то специально все это делает со своими целями. И да, в финале нелишним будет напомнить, что с 1 октября нас ждет очередное (второе по счету после 1 января на 1,7%) повышение тарифов на ЖКХ. В Якутии в частности в среднем на 15%. Мой МАХ

Вообще, эта тема, которую завел Егоров Афанасий Агитович, наш коллега, который ныне трудится на вахте, она очень правильная. И спорная, я бы так сказала. Тема работы крупных промышленных компаний в стране и на территории Якутии в частности. Афанасий Агитович рассуждает сейчас как бы изнутри, как работник компании. И считает, что: а) компании платят налоги в бюджеты разных уровней, и немалые, а потому не нужно им предъявлять какие-то дополнительные претензии; б) эти самые компании дают возможность работать местным кадрам и зарабатывать. Все правильно. И я хотела бы дополнить это мнение. Бытует мнение, как бы его помягче выразить, что недропользователи много-много нам должны, всегда. Но дело в том, что действительно в современных общественно-политических условиях (госкапитализма) основную прибыль от добычи получают конкретные бенефициары. Это более глобальный вопрос. И ответом на него может быть, пожалуй, вопрос к самим вопрошателям (а почему они столько зарабатывают на нашей земле?!) – за кого вы голосуете и какую форму государственного строя выбираете? А раз одобряете этот курс, то как бы и на кого пенять? Но даже при нынешнем устройстве государства есть и должны быть рычаги по развитию территорий. И здесь самая большая и ответственная роль отводится именно регионам, их правительствам. Потому что в конце концов именно на территории определенного региона работает компания и с ней нужно вести равноправный диалог. Не с точки зрения попрошайки или наоборот – выкручивая руки по поводу и без – а выстраивая нормальный конструктивный взаимоуважительный диалог. Вот говорят – почему так мало наших кадров на производстве? Так а кто этим занимается всерьез? Даже программа «Молодежь в промышленность» закончена. А молодежь не направишь – она и не пойдет. Прошли уже те бамовские времена, не поедет никто за туманом и за запахом тайги. Нужно мотивировать, объяснять, следить за тем, чтобы учились и шли работать. И даже на производстве интересоваться, как они трудятся. Также говорят – почему привозят подрядчиков для работы, почему не берут наших? Потому что не организована работа и здесь. Устроятся на подряд наши компании – хорошо. Нет – никому и дела нет. Но больше всего упущение, я считаю, на республиканском уровне – это отсутствие комплексного подхода к развитию промышленных центров освоения. Ведь что должно было появиться в Восточной Якутии, где работает «Полиметалл», «Верхне Менкече» и другие? Полноценный комплексный инвестиционный проект. Где все было бы расписано – что делают недропользователи, что республика, что за федеральный счет, например. Со сроками, ответственностью. Чтобы никто не думал, что не сделает и ладно. Но для того, чтобы создать вот такое реальное дело, на пользу районов, всей Якутии – нужно быть готовым слушать и слышать, где надо – настаивать на своем, и нести ответственность самим за свои слова и поступки. Так что просто нужно работать в этом направлении и все будет нормально. Но пока что вот таких реальных подвижек в этом направлении не видно. Элементарно – изучала сегодня довольно объемный План комплексного развития Северо-Восточной горнорудной провинции Республики Саха (Якутия) на 2024 - 2035 годы. И вроде все верно написано, даже про кадры. Вопрос только – а вот этот план, он как-то с недропользователями согласован для выполнения? И вот так во всем. Мой МАХ

Коллеги из Торбозного радио затронули интересную тему, касающуюся темы отрицательного трансферта для районов республики. Напомню, что такое отрицательный трансферт – это как бы изымание «сверхдоходов» муниципального района. По определенной методике рассчитывается, сколько в среднем приходится налоговых доходов на одного жителя. Так вот если в районе этот уровень выше среднего по республике, то все, что идет сверх – изымается в республиканский бюджет. И действительно, такая методика – она лишала муниципальные районы стимула получать дополнительные налоговые доходы. А зачем? Все равно изымут. И в какой-то степени это сказывалось на работе муниципалитетов по повышению налоговой базы. Такие районы, которые выплачивали отрицательный трансферт, всегда выступали против этого механизма. Например, Ленский район – ежегодно ставил вопрос во время отчета органов исполнительной власти по этой теме. И вот свершилось. В осеннюю сессию якутского парламента будет внесен законопроект, который отменяет этот механизм. По данным Минфина РС (Я) в 2026 году отрицательный трансферт платят два муниципальных района – Ленский и Оймяконский. Сумма на этот год составляет 201,3 млн рублей (180,3 – Ленский район, 21,0 – Оймяконский). Причем, Минфин республики постепенно отменял этот механизм (вместо 100% отрицательного трансферта было 50%, потом 25%). Теперь предполагается отменить его вовсе. Но при этом меня интересовало. Допустим, если будет принят закон, то все эти средства от налоговых доходов впредь должны будут оставаться у районов. А дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности из бюджета республики – они будут срезаться на эту сумму? Или же останутся у муниципалитетов? Как поясняет Минфин РС (Я) – дотации останутся у муниципалитетов. В таком случае эту отмену отрицательного трансферта и вправду можно назвать верной. Конечно, не все муниципалитеты даже в этом случае кинутся создавать новую налоговую базу, чтобы иметь дополнительные средства. В то же время постепенно все начнут понимать, что элементарно – работу главы муниципального образования можно оценивать как раз по этому параметру. Как говорится, добывает ли он дополнительные средства в районный бюджет. И умеет ли это делать. Особенно смелым можно считать такой шаг правительства на фоне общей сложности с бюджетом республики. Когда на ЖКХ в проекте бюджета на 2027 год на межтарифную разницу предприятиям коммунального комплекса заложено порядка 34 млрд рублей (в первом чтении). В то время как на 2026 год было заложено 46,6 млрд рублей при потребности 81,6 млрд рублей (дефицит 35 млрд рублей). То есть средств на сегодня на эти цели заложено даже меньше, чем на 2026 год. Остается надеяться, что при втором чтении эта сумма увеличится. Но в целом ход мысли верный – надо всеми силами пополнять налоговую базу. Еще бы разобраться с целесообразностью расходной части – вот была бы красота. Мой МАХ

Ну что же, как и писала ранее – главными бенефициарами от топливного кризиса являются нефтедобывающие и перерабатывающие компании. Так, чистая прибыль «Газпромнефти» за полугодие выросла на 69% по сравнению с аналогичным периодом 2025 года (285,53 млрд рублей). Напомню, что в основном именно у этой компании Якутия покупает топливо. Или к примеру, «Лукойл» увеличил чистую прибыль в 1,5 раза в первом полугодии 2026 года по сравнению с аналогичным периодом 2025 года (440,06 млрд рублей). И все это на фоне снижения переработки нефти, то есть все за счет цены. И куда только смотрит ФАС России? Что нужно особенно подчеркнуть – «Газпромнефть» по сути является госкомпанией. Однако ничего не мешает ей зарабатывать за счет сокращения производства топлива и повышения цен на него. Все правильно, так как в условиях госкапитализма (когда идет сращивание государства и капитала) по-другому быть не может. Так что пока якутяне и жители других регионов сутками стоят в очередях за бензином, получают 20 литров в зубы, платят за это все дороже день ото дня, кто-то спокойно на этом зарабатывает. И это мы еще не дождались полного повышения цен на товары, в первую очередь продукты, и услуги. В том числе – роста так называемого экономически обоснованного тарифа на услуги ЖКХ, в результате чего бюджет республики вообще может просесть. Как сказал мой друг недавно: «К Новому году из-за роста стоимости топлива цены на все будут такими, что мы не поверим своим глазам». Мой МАХ

Всех причастных к Дню шахтера - с праздником! Тяжелый труд, сложная профессия. Ее выбирают самый стойкие, смелые люди. *** Из материала: Да, рынок сбыта из-за санкций Запада резко просел. Да, потребность Китая в угле постоянно колеблется. Да, провозные способности Восточного полигона оказались (внезапно!) слишком малыми, и потому вывезти уголь на восточном направлении всем компаниям страны оказалось очень проблематично. Но ведь правы многие эксперты, которые вот уже много лет говорят о том, что: 1) необходимо наращивать потребление угля в стране, строить ТЭЦ, ТЭС и так далее; 2) нужно уже, наконец, заниматься углехимией, а не действовать бесконечно по схеме – «копай и вези». Потому что так проблемы будут всегда. Во-вторых, нужно задуматься над тем – надо ли давать льготы (в том числе в режиме ТОР) для добывающих предприятий? В частности, для «Колмара». Якутия могла бы иметь значительно больше налогов от этого предприятия, если бы не льготные режимы, которые действуют для этой компании. И здесь же нельзя не сказать о необходимости усиления промышленной безопасности на предприятии. В-третьих. Главным результатом деятельности всех промышленных предприятий, работающих на территории республики, является их вовлеченность в жизнь республики. Значит, нужно больше уделять внимание тому, чтобы здесь работали местные ребята, агитировать, привлекать их. Нужно добиться того, чтобы на подрядах трудились местные организации. И еще очень важное – если уж строится какая-то инфраструктура (типа железной дороги), то нужно добиваться, чтобы она максимально прошла по территории Якутии, мимо населенных пунктов. В этом же смысл. В-четвертых и главное. Мы все помним, для чего началась разработка угля в Южной Якутии. Здесь находится один из крупных каменноугольных бассейнов нашей страны. Сейчас запасы оценены примерно на 57 миллиардов тонн угля. Но на самом деле Южно-Якутский каменноугольный бассейн имеет огромные перспективы по увеличению балансовых запасов. И самое главное, что конечно, на разных месторождениях нашего бассейна разные по качеству угли, но в целом это очень высококачественные угли с низкой зольностью, большой теплотворной способностью и низкой сернистостью, низким содержанием фосфора. То есть это, как сегодня модно говорить, угли премиум класса. Поэтому угольная промышленность в Якутии имеет большие перспективы. Нужно только заниматься доразведкой. И придет время — железная дорога будет проложена между Эльгой и Нерюнгри. Но в целом перспектива якутских углей — это создание на их базе мощнейшей металлургической базы Российской Федерации на Дальнем Востоке в районе Нерюнгри.

Ну что же, Якутск снова в сплошном дыму от пожаров. Вспоминается, конечно, 2021 год, когда республика и полмира от наших пожаров были в дыму. Сейчас ситуация получше, но все-таки. Горит север Якутии, горит Красноярский край. Причем, сильно горит. И что самое плохое – эти пожары по стране – они же систематические. Помните, даже Москва в 2010 году задыхалось от дыма от пожаров. Почти всю жизнь живу в Якутске и просто не помню, чтобы в городе был такой дым от пожаров – как в 2021 году и сейчас. Да, легкая дымка отечества (особенно по прибытии из центральной России) она ощущалась летом. Мне это даже нравилось, потому что вдохнешь воздух и сразу ощущение – дома. Но такого как сейчас, не было, это факт. Вот в 2021 году, как помню, мы делали ответы Вячеслава Анатольевича Штырова на вопросы ребят (по фильму «По следам Схемы-2020»). Тогда он дал полный расклад по этой теме. Вкратце: 1. Поход к лесу как к коммерческой системе нужно менять. А именно такой подход закреплен в новом варианте Лесного кодекса РФ. Хотя раньше к лесу было законодательно закреплено такое отношение – что это наше национальное достояние.

«Подход к лесу как к экономическому ресурсу, который надо использовать, значит, себя не оправдал и он в принципе не верен. Надо менять Лесной кодекс начисто».

2. Нужно восстанавливать лесничества и авиалесоохрану.

«В Советском Союзе было там порядка 120—140 тыс. лесников. В ходе принятия нового кодекса их сократили, осталось 20 000».

По сравнению с советскими временами авиалесоохрана по численности сократилась в три раза. А самолётов у них ни одного не осталось, хотя раньше было больше ста самолётов.

3. Надо чётко разграничить права, полномочия, обязанности и определить, чей это лес. Львиная часть лесов находится в федеральной собственности.

«А на практике считают ли федералы это своей собственностью? Да, когда писать всякие разные инструкции, указания давать или когда одёргивать, значит, ту же Якутию или Иркутскую область о том, что вот вы там неправильно нам сведения сообщаете о том, сколько у вас там лесов горит. Значит, это они пользуются своим как бы правом. А когда реально отвечать, значит, то в сторонке. Мы тут ни при чём».

«Так нельзя. Твои полномочия должны сопровождаться твоей ответственностью. А то у нас министр природных ресурсов Козлов, как сторонний наблюдатель, сидит, понимаешь, и попискивает, рассказывает, что из Якутии неправильные сведения, там ему сообщили о количестве горящих лесов, что я вот при помощи космической съёмки вижу, что совсем другая ситуация. Но если ты видишь, зачем ты спрашиваешь? Что, людям делать нечего? Они заняты тушением пожаров».

И что с тех пор поменялось? Козлов (так и хочется интонационно подчеркнуть эту фамилию) как сидел, так и сидит. Правда, не попискивает уже. Лесной кодекс РФ как был с главное целью – реализовать лес, как был так и остался. Да, средств на тушение пожаров, допустим Якутии, стали выделять средств больше. Но в корне ситуация не поменялась. Она и не поменяется. Потому что действительно, когда государство по сути сняло с себя ответственность за лес, и обозначило, что главная задача - его продать, то чего ждать? Так что главная проблема даже не в пожарах. А в идеологии тех, кто принимает решения и пишет законы. Вот же в чем дело. Мой МАХ

Минусы проекта «Мохэ-Найба» https://enpromdv.ru/2026/08/minusy-proekta-mohe-najba/

Якутия. Задолженность перед энергетиками продолжает расти

Вот и получилось, что сумма накопленного долга перед «Якутскэнерго» увеличилась многократно. Для решения этого вопроса между Госкомцен Якутии и компанией было заключено регуляторное соглашение, фиксирующее, что задолженность перед компанией на момент его подписания составляет (сентябрь 2025 года) 36,4 млрд.руб до 2030 года. Но цифра эта выросла еще больше. И в декабре 2025 года было подписано дополнительное соглашение, где сумма задолженности равнялась уже 45,5 млрд.руб. до 2030 года (и это еще без учета корректировки за 2025 год). И выход из этой ситуации один (это понимают как энергетики, так и правительство Якутии) – это помощь из федерального бюджета. Потому что без этого, только за счет роста тарифа на электроэнергию, обойтись невозможно. Если все возложить на потребителя, то, как сказал в интервью изданию «Энергетика и промышленность Дальнего Востока» генеральный директор «Якутскэнерго» Гаврил Алексеев, тариф будет составлять 22 рубля за квтч. Это же нереально.

Поэтому что энергетики, что правительство предпринимают усилия, чтобы доказать – республике в этой ситуации необходима помощь. Для компенсации накопленного сглаживания необходимо выделение субсидии из федерального бюджета в размере 30,4 млрд руб. на 2026-2030 годы или 6,1 млрд.руб. ежегодно. Остальное – за счет роста тарифа на передачу электроэнергии.

Мой МАХ Полностью по ссылке https://enpromdv.ru/2026/08/yakutiya-zadolzhennost-pered-energetikami-prodolzhaet-rasti/

Действительно, Якутия после 2010 года сама отказалась от строительства газоперерабатывающего и газохимического заводов в Ленске. Теперь они строятся в Амурской области. Тем самым мы лишились сотен рабочих мест, налогов. Также «Газпром» должен был построить Алданский завод синтетических моторных топлив (производство бензина и дизеля из газа), соответственно, в Алдане. Но, надо понимать, и здесь руководство республики «не дожало» ситуацию. А ведь этот проект был в утвержденной Правительством РФ программе «Комплексное развитие Южной Якутии». То есть все было решено, все документы были подписаны. Но «Газпром» сделал как хотел – по всем проектам. И даже газификацию Дальнего Востока в соответствии с Восточной газовой программой делать не стал. Вот сейчас «Сахатранснефтегаз» хвалится на каждом углу – газифицируем и газифицируем. А почему? Да потому что Владимир Путин дал указание о газификации всей страны. И теперь СТНГ работает на пару у «Газпромом». То есть вспомнили все-таки Восточную газовую программу. Хотя все должно было быть сделано уже давно. И где все это время было правительство Якутии? Тоже самое можно сказать и про «Таас-Юрях Нефтегазодобычу» («Роснефть»), которая при разработке Среднеботуобинского месторождения должна была построить НПЗ. Но, видимо, они уже исключили этот пункт из лицензии. Действительно, у крупных компаний нет заинтересованности строить какую-то переработку в условиях Якутии. Тут и климат, и расстояния, и инфраструктурные ограничения. Но это же дело республиканских властей – организовать, скажем так, работу так, чтобы все понимали, кто в доме хозяин. Разговаривать, убеждать, в чем-то идти навстречу. А где-то – применять другие методы. К сожалению, в последние годы (и примеров тому масса) ситуация обратная. Простой вопрос: когда в последний раз в Якутск приезжал Богданов, Миллер, Сечин?