пирокинезис на каждый день

жизнь проста как дважды два и тыща минус семь

сука, я отдал бы любой пьедестал ради творчества

моя последняя звезда тут больше блеск не даёт

и тебя, брат, я помню, ты был хуесосом, им и остался

я облажался крупно, я потерял себя, как вывеска у бара букву, как пьяный джазмен в своей песне нотку, как память незабудка, как старый битник смысл жизни на тропе распутной

не люби меня, сука — я проклят

я буду за тебя молиться, чтоб пережила меня, пережила друзей, пережила любовь, переждала мороз

во лбу семь пядей, но я сто пудов, как в первый раз, и попадаюсь на плутовки

мне взболтать, но не смешивать, не смешить и не тешить

я подрос, весь окреп, только кто же скажет: сколько весит рэп? это судьями и правилами как не ограничь, но выходит, что народ не выбирает органично

они боятся нас, они нас не спасут, они не знают — нам так нравится пылать в этом аду

не ликую, не тоскую. чтоб художнику освоить мастерскую, надо знать на отлично все азы, цех не имеет выходных, и это притча во языцех (работа должна идти)

да, это глупо, по-детски, но всё-таки, если копнуть глубоко, то можно понять, что ребёнок внутри всегда был обладателем самых опасных клыков

закрывая руками глаза, проебали себя среди серых людей. разрушаем и строим с нуля, но здесь после себя мы оставим лишь тень

привыкнуть никак не могу, каждый день это как дискотека в аду. закрываюсь в себе, чтоб никто не мешал, и мы крутим в руках дискошар

покажи мне, где радость на лицах людей, что по офисам, банкам

и нас не поменять, не поменять, давит и сбит биоритм

мы как овен и козерог, только я стрелец, а ты весы

дай мне только, как рычаг, гитарный гриф, пусть он будет мне опорой, я тогда, как архимед, переверну весь мир

и я, уставший, там влез между стенками клеток в блокноте, и сколько-то лет назад был полон строк и идей, но теперь как в болоте