Черногория. Тревоги нет

Референдум в Исландии о переговорах с ЕС Стали известны результаты референдума в Исландии. Исландцы голосовали не за вступление в ЕС, а за возобновление переговоров о вступлении. Формулировка была: «Следует ли Исландии возобновить переговоры о вступлении в Европейский союз?» По последним данным подсчета, победило «нет» - около 52,5% против 47,5% за возобновление переговоров. Исландия подавала заявку еще в 2009 году, переговоры начались в 2010-м, но после смены правительства в 2013 году их заморозили. При этом сама заявка юридически осталась действующей. Нынешнее правительство хотело переговоры возобновить. Но даже победа «за» не означала бы вступления. Исландия начала бы переговоры, а после их завершения предполагался второй референдум уже непосредственно о членстве, ориентировочно в 2028 году. Главной причиной отрицательного отношения к ЕС считается рыболовство и сельское хозяйство. Рыболовный сектор обеспечивает почти 40% товарного экспорта. Противники членства опасаются, что после вступления страна утратит часть самостоятельного контроля над квотами и рыболовными водами и попадет под общую рыболовную политику ЕС. Сельские районы также опасаются последствий европейской аграрной политики и в целом потери части национального суверенитета. При этом Исландия и сейчас очень глубоко интегрирована с ЕС. Она входит в Европейскую экономическую зону, участвует в едином рынке и Шенгене, но не входит в ЕС. Поэтому один из главных аргументов противников звучит примерно так: страна уже получила значительную часть экономических преимуществ европейской интеграции, не отдавая Брюсселю полномочия по наиболее чувствительным вопросам. Сторонники ЕС отвечают, что именно в этом проблема - Исландия применяет множество правил ЕС, но не имеет голоса при их принятии. К чему вообще пишу об Исландии. Это был один из возможных треков евроинтеграции Черногории. Считалось, что можно пойти паровозом за Исландией. Дескать, если ЕС решится на расширение, то легче принять сразу двоих, а может и троих, чтобы два раза не вставать. С другой стороны, были опасения, что Исландия более развита и на ее фоне Черногория выглядела бы не очень. Но теперь и конкурента нет, и паровоза тоже. Фавориты Балкан - Черногория и Албания - будут разбираться со своими путями сами. И еще пару слов про ЕС. 25 августа комиссар по расширению Марта Кос представила четыре направления, по которым сам ЕС должен измениться перед следующим расширением. Она назвала нынешний момент новым «Хельсинкским моментом» - по аналогии с подготовкой большого расширения ЕС 2004 года. Главные тезисы: • Меньше права вето. Кос предлагает сократить число вопросов, где одна страна может заблокировать решение всего ЕС. Причем, по ее словам, часть таких изменений можно провести без переписывания основополагающих договоров ЕС (вопрос зачем тогда Исландии вообще туда вступать). • Более компактные и эффективные институты, чтобы Союз из 30+ государств не стал неуправляемым. • Дополнительные страховочные механизмы для новых членов. ЕС хочет иметь возможность принимать меры, если уже после вступления страна начнет отходить от принципов демократии и верховенства права. Кос прямо сказала, что ЕС не должен впускать новых «троянских коней» - очевидный урок истории с Венгрией и очень актуально для Балкан. Постепенная интеграция кандидатов еще до членства. Кос предлагает уйти от модели «все или ничего»: страна по мере выполнения требований должна получать доступ к отдельным преимуществам ЕС (вот у Исландии все это уже есть). • Переходные периоды после вступления там, где резкое включение новых государств может создать проблемы - плюс пересмотр бюджета ЕС с учетом новых членов и другое. То есть Черногория точно не готова к ЕС варианта 2004 года, но и стандарты и обстоятельства изменились. Плюс глобальные угрозы и все, что с этим связано.

Воскресное утро началось у меня не с кофе, а с лодочной литии. А всё почему? Потому что сегодня 30 августа. Это действо с песнями и сербскими флагами (Сербии и СПС - они чуть-чуть отличаются) на лодке и с песнями посвящено событиям 2020 года. В последние дни 2019 года был принят закон о свободе вероисповедания, согласно которому государство могло забрать у СПЦ ее святыни - Острог, монастырь Савина и прочее. Это решение вызвало бурный протест общественности и в стране начались литии (крестные ходы протеста - они были нормальные, бывало с перекрытием дорог, это просто сегодня памятная акция на лодках). На волне этих литий со слоганом: "Ne damo svetinje" к очередным выборам в августе 2020 года просербским силам и тем, кому не нравилась правящая ДПС, удалось таки набрать достаточное число голосов, чтобы построить правящую коалицию без ДПС. Так прервалось почти 30-летнее правление партии Джукановича. Сегодня об этом будут много вспоминать. 6 лет прошло. Тогда казалось, что выгнав ДПС в оппозицию, новые политические силы наладят все быстро и все заживут весело и богато, но пока получается не очень. Вплоть до того, что даже СПЦ в Черногории начала разборки с СПЦ и Вучичем на тему того, чья заслуга литии и то, что они худо-бедно сплотили разрозненный электорат. Кстати, один из паромов, купленных уже после временного прекращения работы переправы (там была очень захватывающая история, кто помнит) назвали «30 avgust», а второй «Ruka pravde». И последнее для справки. Святыни таки удалось отстоять. После смены власти договор государства Черногория с СПЦ подписал по иронии судьбы премьер-министр албанского происхождения Дритан Абазович, и сербская церковь сохранила все имущество.

Вдогонку. Высказался и МИД Хорватии, а не только депутаты. МИД Хорватии назвал заявление спикера парламента Черногории «неприемлемым» и противоречащим ценностям Европейского союза. Причем хорватское ведомство напрямую связало этот эпизод с переговорами Черногории о вступлении в ЕС. Хорватия заявила, что продолжит настаивать на выполнении всех критериев, включая отношение к военному прошлому, преследование за военные преступления, уважение решений международных судов и добрососедские отношения. «Такие послания не способствуют европейскому пути Черногории», - говорится в заявлении МИД Хорватии. Заодно, чтобы закрыть на какое-то время эту тему. В личку получила много сообщений на тему того, что в Хорватии есть свои военные преступники, которых бывает и представители власти, а чаще жители встречают и чествуют как героев. И дескать она предъявляет остальным за Младича, хотя сама не святая. Это правда. У меня есть ответ на этот вопрос. Он не лежит в плоскости абсолютной справедливости. Хорватия предъявляет, давит потому, что может. И будет продолжать это делать. Неважно, что там у них внутри, и как это выглядит. Что же касается вопроса почему в Хорватии гораздо меньше осужденных за военные преступления (как и в БиГ) и сроки у них в целом меньше - это отдельный большой разговор, который вряд ли заинтересует широкую аудиторию. Факт остается фактом, и Черногория в слабой позиции, плюс у нее тут своя незакрытая история с военными преступниками и Младич - не ее герой. Так что тут важно понять, где принципиальные вопросы, а где манипуляции и триггеры.

И на этом фоне опять скандал, четники и громкие угрозы, что Хорватия заблокирует на уровне парламента поддержку Черногории. Марте Кос придется по-соседски теперь уговаривать Хорватию с двойной силой.

Сюжет второй. Ратко Младич, реакции и реакции на реакции на его смерть Повод - также вчера, 27 августа, в тюремной больнице в Гааге умер Ратко Младич. Кто он такой и контекст тут. Как я уже упоминала, личность мягко говоря спорная - для одних это военный преступник, который виновен в геноциде и еще много чем, для других - национальный герой. В Черногории, которая на эту тему официально очень осторожно высказывается и признает геноцид в Сребренице, все равно есть сербы и сербские партии, которые придерживаются иного мнения. Так вот, даже не Кнежевич со своей ярой позицией (он высказался, но чином не вышел), а более умеренный с некоторых пор европейский Андрия Мандич - спикер парламента - кинул петарду в огонь. Он от своего имени и имени своей партии официально выразил соболезнования сыну Младича в связи со смертью отца. И понеслось. Бошняцкие партии и политики в Черногории выразили протест. Лидер Бошняцкой партии, вице-премьер и глава МИД Эрвин Ибрагимович написал, что человек, окончательно осужденный за военные преступления, «и живой, и мертвый заслуживает только презрения». Он добавил, что все остальное является скрытым или открытым возвеличиванием преступника, преступлений, геноцида и соответствующей политики. Тут есть важный политический нюанс: Ибрагимович и Бошняцкая партия находятся в одной правящей коалиции с НСД Мандича. Поэтому это уже не обычный спор власти с оппозицией, а публичное ценностное расхождение внутри парламентского большинства. Но это полбеды. Самая неприятная для Черногории реакция пока пришла из Хорватии, поскольку ее уже напрямую увязали со вступлением в ЕС. Хорватский депутат Андро Крстулович Опара, председатель комитета парламента по внешней политике, заявил, что его не удивляет, когда Мандич скорбит по осужденному военному преступнику, но «трагично», когда такое заявление делает председатель парламента страны-кандидата в ЕС. Дальше он пошел значительно дальше: заявил, что больше не видит необходимости убеждать европейских коллег в характере нынешней власти Черногории и что, по его убеждению, депутаты из южной Хорватии не поддержат ратификацию договора о вступлении Черногории. По его словам, хорватский парламент (Сабор) не должен принимать в ЕС государство, «в котором правят четники». В итоге он сформулировал это совсем прямо: «просербский и пророссийский троянский конь не войдет в ЕС». Отреагировала и хорватская депутат Европарламента от HDZ/EPP Сунчана Главак. Она назвала поступок Мандича «позорным и недопустимым» и отдельно подчеркнула, что Мандич выступает не как частное лицо, а как председатель парламента государства, которое хочет вступить в ЕС. По ее словам, называть Младича генералом, умалчивая о его преступлениях, означает релятивизацию геноцида и неуважение к жертвам. Тут пришлось уже сглаживать углы президенту Черногории Милатовичу, который заявил, что уважение к семье умершего не может служить оправданием для релятивизации военных преступлений. Младич окончательно осужден международным судом за геноцид в Сребренице и другие тяжелейшие преступления во время войны в Боснии и Герцеговине, и это, по словам президента, не вопрос политических взглядов, а установленный судом факт. В общем, Младич - это, конечно, не черный лебедь, но такой «гадкий утенок», который снова обострил и так обостренные отношения с Хорватией. Напомню, что все проблемы с границей, парусником, военными преступниками так и не решили. Немного обострили дело петицией просербских сил в защиту парусника «Jadran» с требованием оставить его в собственности Черногории, несмотря ни на что. На этом фоне днем ранее еврокомиссар Марта Кос начала в Загребе разговор о том, что надо бы Хорватии придержать коней и по-соседски не мешать Черногории вступить уже в ЕС. Она подчеркнула, что Загреб несет особую ответственность за поддержку расширения, и выразила ожидание, что оставшиеся двусторонние споры с Черногорией будут урегулированы до ее вступления в ЕС. Кос также пообещала личную поддержку этому процессу.

Газета утверждает со ссылкой на источник в секторе безопасности, что спецслужбы уже некоторое время отслеживают возможное внешнее влияние на отдельных членов правительства. По этой версии, один высокопоставленный чиновник правительства находится под сильным влиянием людей, связанных с криминальными структурами. У них якобы имеется компромат на него. Силовики допускают, что этот политик может сознательно пойти на конфликт со Спайичем, а его партия - выйти из правящей коалиции. В результате правительство может потерять устойчивость, страна получит досрочные выборы, а движение к ЕС замедлится. Имени политика Vijesti не называют. Газета также утверждает, что отслеживается влияние на этого чиновника еще одного человека из его ближайшего окружения, который сейчас находится в крупном иностранном государстве. Через него, по версии источника, тоже теоретически может осуществляться внешнее воздействие. Пока это оперативные оценки и сведения источников, а не доказанные факты. Сами собеседники Vijesti отдельно это подчеркивают. После громких заявлений Спайича в ситуацию решил вмешаться президент Яков Милатович . Он созывает на понедельник, 31 августа, экстренное заседание Совета по обороне и безопасности. На него пригласят руководителей силовых структур и потребуют конкретно объяснить, какими сведениями располагают службы, кто именно пытается воздействовать на Черногорию и что государство предпринимает. Отдельно Милатович потребовал разъяснений и по истории о высокопоставленном правительственном чиновнике, якобы зависимом от криминальных структур. Мы уже одной ногой в ЕС стоим, а тут такое. Но это только первая серия. Читайте ее, а я пока напишу вторую.

Гибридная война, скандалы, расследования Только я на день решила отвлечься от актуальной текучки, ее навалилось столько, что придется-таки разгребать. Так что баловство с энергетикой переношу на более спокойный день. Итак, политика. ЕС. Ратко Младич. Хорватия. Вмешательства во внутренние дела. Все взболтать, но не смешивать. Много текста. Сюжет первый. Гибридная атака. В Черногории вчера внезапно возник довольно серьезный сюжет вокруг возможного внешнего вмешательства во внутреннюю политику страны и попыток затормозить ее вступление в ЕС. Началось все с премьер-министра Милойко Спайича, который сообщил, что власти располагают «серьезной оперативной информацией»: закрытие новых переговорных глав с ЕС якобы будет сопровождаться координированным гибридным воздействием со стороны чиновников как минимум двух стран региона. Оьсятмечу, что 1 сентября будет обсуждаться закрытие еще 4 глав на переговорах с ЕС. По словам Спайича, цель этих действий - дестабилизировать Черногорию. Причем рассчитывают организаторы не только на внешнее давление, но и на помощь отдельных черногорских политиков и части местных СМИ. Сам премьер конкретные государства и фамилии не назвал. И вот тут начинается самое интересное. Все стали гадать, кого Спайич имеет в виду. У черногорских СМИ здесь возникло принципиальное расхождение. Vijesti со ссылкой сразу на несколько источников утверждают, что Спайич говорил о Сербии и Албании. Dan, напротив, пишет со ссылкой на собственные «надежные источники», что речь идет о Сербии и Хорватии, а не Албании. Сам Спайич пока ни одну из этих версий публично не подтвердил. С Сербией логика обвинений более или менее понятна. Отношения Подгорицы и Белграда в последние месяцы снова заметно обострились, а часть черногорских политиков сохраняет тесные связи с Александром Вучичем и сербскими властями. Кроме того, Спайич еще в июне говорил, что против европейского курса Черногории действует некая комбинация внешних политических сил и организованной преступности. С двумя другими государствами ситуация сложнее. Если верна версия про Албанию, речь может идти прежде всего о внутриполитическом воздействии через албанские партии Черногории. Последний конфликт произошел вокруг назначения директора школы в Улцине: вице-премьер Ник Джелошай вступил в открытый спор с министром образования Анджелой Якшич Стоянович. При этом официально между Подгорицей и Тираной сейчас практически нет серьезных межгосударственных конфликтов, обе страны входят в НАТО и одновременно движутся в ЕС. Более того, Албания сама быстро проходит переговоры о вступлении и становится ближайшим конкурентом Черногории в процессе расширения. Если же Dan прав и второй страной является Хорватия, то тут целый букет: Загреб уже способен непосредственно влиять на переговоры Черногории с ЕС, поскольку для закрытия глав требуется согласие всех государств-членов. Хорватия ранее блокировала закрытие отдельных переговорных глав, а между двумя странами остается целый набор нерешенных вопросов - от корабля «Ядран» и границы на Превлаке до Мориня и имущественных претензий. Но речь, судя по всему, идет не только о давлении извне. Самая серьезная часть истории появилась сегодня в издании Vijesti.

А вот и историческое прошлое Балкан постучалось В тюремной больнице в Гааге в возрвсте 84 лет умер Ратко Младич. Во время войны в Боснии 1992-1995 годов он командовал Армией Республики Сербской. В 2017 году Международный трибунал по бывшей Югославии приговорил его к пожизненному заключению, признав виновным в геноциде в Сребренице, преступлениях против человечности и военных преступлениях. В 2021 году приговор окончательно подтвердили. Последние годы Младич тяжело болел и находился в заключении в Гааге. Для значительной части бошняков Младич остается одним из главных символов преступлений боснийской войны. С его именем прежде всего связаны Сребреница, где в июле 1995 года были убиты более 8 тысяч боснийских мусульман - мужчин и мальчиков, а также многолетняя осада Сараево. Международные суды квалифицировали события в Сребренице как геноцид. У значительной части сербов, особенно в Республике Сербской, отношение совсем другое. Младича воспринимают как военного командующего, который защищал боснийских сербов в гражданской войне, а решения Гаагского трибунала многие считают односторонними и несправедливыми по отношению к сербской стороне. Его сторонники называют его генералом и героем, а не военным преступником. Это отношение сохраняется и до сих пор.

Пока страна гораздо понятнее позиционируется как место, где можно построить апартаменты, отель или туристический комплекс. Но инвестору можно предлагать и другое: площадки под производство, доступ к рынку НАТО и в перспективе ЕС, существующие оборонные предприятия, порты, аэропорты и возможность создавать экспортные мощности. Если государство действительно хочет диверсифицировать экономику, ему придется продвигать Черногорию не только как большую стройплощадку у моря, но и как место, где вообще имеет смысл что-то производить. Во-вторых, нужны кадры. Сложно быстро найти несколько сотен инженеров, химиков, технологов и специалистов по электронике. Если действительно говорить о создании отрасли, а не об одной сборочной линии, параллельно придется вкладываться в техническое образование, подготовку специалистов и сотрудничество с университетами. Иначе получится предприятие, где большая часть технологий, компонентов и специалистов импортируется, а Черногория предоставляет только площадку и недорогую рабочую силу. Но и это для начала неплохо. В-третьих, очень легко переоценить нынешний бум. Сегодня оружия Европе не хватает. Но завод строится надолго. Если исходить из предположения, что нынешний спрос будет расти бесконечно, можно построить мощности, которые через десять лет окажутся никому не нужны. Поэтому мне гораздо разумнее кажется ставка на сравнительно небольшие производства, которые способны переключаться между разными продуктами. И здесь опять выигрывают беспилотники и вообще технологии двойного назначения. В-четвертых, зависимость от импорта никуда не денется. Особенно в беспилотниках.Двигатели, аккумуляторы, оптика, камеры, микросхемы и значительная часть электроники производятся далеко не в Черногории. Если местное предприятие просто закупает все это за границей и прикручивает друг к другу, экономический эффект будет гораздо меньше. Но по-моему, все же лучше начать, а потом подтягивать свои силы к разработке, модернизации, если они будут. В-пятых, оружие - это звучит некрасиво. Нужны экспортные разрешения, контроль конечного пользователя, соблюдение санкций и международных обязательств. И если черногорское оружие внезапно обнаруживается там, где его не должно быть, это уже не проблема директора завода, а внешнеполитическая проблема государства. Но с другой стороны, этот фактор чем дальше, тем больше теряет вес. Черногория не создает нынешний спрос на оружие. Просто изменились условия, и можно попробовать стать частью этого рынка. Европа в любом случае будет покупать миллионы боеприпасов, беспилотников и другого военного оборудования и тратить на это огромные деньги. Вопрос только в том, останется ли Черногория исключительно покупателем этого оборудования или попробует сама стать хотя бы небольшим участником рынка. Тем более что совсем с нуля начинать не приходится. Поэтому мой диванный проект выглядел бы примерно так: создать небольшой экспортный оборонно-технологический кластер вокруг того, что уже существует - Poliex и Tara Aerospace. И желательно максимально делать ставку на продукцию двойного назначения, чтобы созданные компетенции были нужны стране и тогда, когда нынешний военный бум закончится. Получится ли из этого большая отрасль - совершенно не факт. Но как один из вариантов ответа на вечный вопрос «а что Черногория вообще может производить кроме туристических услуг?» мне он кажется по крайней мере достойным обсуждения. Про энергетику будет вторая серия завтра.

Страна не просто член НАТО, она довольно быстро движется к ЕС, как мы можем наблюдать в реальном времени. Одновременно страна все глубже встраивается в общую внешнюю и оборонную политику Запада. Пространство для прежней логики в духе «а что скажет Москва» объективно становится все меньше. Тем более, что даже дружественный РФ Вучич почти на миллиард в итоге наторговал оружием с Украиной через третьи руки и ничего. И экономически это тоже меняет картину. Раньше развитие заметной оборонной промышленности могло восприниматься как лишний политический раздражитель: маленькой стране вроде бы незачем лезть в эту сферу, особенно если она хочет сохранять хорошие отношения со всеми. Теперь ситуация почти обратная. Черногория все глубже входит в европейское политическое, экономическое и оборонное пространство, а само это пространство остро нуждается в новых производственных мощностях (причем мощности можно построить в центре Европы) Разумеется, это не значит, что Черногории надо превращаться в оружейный цех Европы и не получится. Но если ЕС все равно будет тратить огромные деньги на боеприпасы, беспилотники и оборонные технологии, а Черногория собирается стать частью ЕС, довольно логично хотя бы задаться вопросом: почему часть этих денег, производств и рабочих мест не может оказаться здесь? Второй плюс - беспилотники. Мне кажется, это вообще самая интересная ниша. Современный беспилотник - это не только военная техника. Одни и те же технологии используются в сельском хозяйстве, геодезии, энергетике, пожаротушении, поисково-спасательных операциях, охране границы и армии. Поэтому вложения в такую отрасль не обязательно означают строительство исключительно военного завода. Это могут быть предприятия двойного назначения - электроника, системы связи, программное обеспечение, камеры, сенсоры, навигация, сборка и обслуживание беспилотников. И здесь порог входа гораздо ниже, чем, например, при производстве артиллерийских боеприпасов или ракет. И применять их можно внутри страны, как мы это тоже сейчас наблюдаем. Третий плюс - рабочие места на севере. Tara находится в Мойковаце, Poliex - в Беране. То есть развитие отрасли автоматически отвечает еще на одну вечную черногорскую проблему - чем занять север страны кроме разговоров о том, что его надо развивать. Причем это не только рабочие у конвейера. Нужны химики, инженеры, технологи, механики, специалисты по электронике, программисты, контроль качества. Это рабочие места совершенно другого типа, чем сезонная занятость в туризме (это сразу и риск, но о рисках ниже). Четвертый плюс - экспорт. Для маленькой страны это принципиально. Внутреннего рынка просто недостаточно, чтобы содержать крупную промышленность. Поэтому нужны отрасли, где товар изначально производится для внешнего покупателя. Оборонная промышленность как раз такой случай. Теперь минусы. Во-первых, это дорогая и зарегулированная отрасль с высокими требованиями к безопасности. Нужны специальные лицензии, защищенные производственные площадки, склады, контроль безопасности, испытания, сертификация и строгие правила транспортировки. И это означает еще одну довольно простую вещь: нужны большие инвестиции. Серьезное оборонное производство требует денег не только на сам завод, но и на оборудование, безопасность, сертификацию, испытательные мощности, инфраструктуру и логистику. Короче, нужны крупные иностранные инвесторы - американские, европейские, возможно, совместные проекты с уже существующими оборонными компаниями. И тут вопрос уже шире одной военной промышленности. Он вообще о том, как Черногория продает себя инвесторам.

Часть первая - военная промышленность (двойного назначения) Начну с темы, которая многим наверняка не понравится. Но мир за последние несколько лет довольно сильно изменился, и делать вид, что этого не произошло, бессмысленно. Так что не мы такие, а жизнь такая. Европа и не только она снова вооружается. Страны НАТО увеличивают военные расходы, армии пополняют истощившиеся запасы боеприпасов, растет производство ракет, артиллерийских снарядов, беспилотников и систем борьбы с ними. Нравится нам это или нет, военная промышленность снова становится одной из заметно растущих отраслей мировой экономики. И для Черногории это тоже может быть возможностью. И начинать с пустого места ей не пришлось бы: собственная оборонная промышленность здесь уже существует. В Мойковаце работает Tara Aerospace. Предприятие производит компоненты для минометных боеприпасов, пистолеты TARA калибра 9×19 мм, пиротехнические компоненты и другую продукцию военного назначения. Министерство обороны ранее прямо заявляло, что готово поддерживать разработку новых изделий компании и рассматривать возможность их использования черногорской армией. В Беране работает Poliex - предприятие по производству промышленных и военных взрывчатых веществ. Среди прочего там выпускаются военные взрывчатые вещества, а также имеется производство компонентов, используемых в твердом ракетном топливе. Poliex давно работает и с Министерством обороны, в том числе занимался разборкой и уничтожением старых боеприпасов. Компания при этом ориентирована прежде всего на внешний рынок. То есть небольшой фундамент уже есть: предприятия, производственные площадки, специалисты, опыт работы со взрывчатыми веществами и военной продукцией. А есть еще и история с беспилотниками, которую я вчера вспомнила в тексте про сотрудничество с США. В мае 2025 года правительство Черногории подписало письмо о намерениях с американской компанией By Light Professional IT Services. Идея была довольно амбициозной: создать в Черногории мощности для производства, сборки, испытаний и оснащения беспилотных авиационных систем. В качестве возможных местных партнеров назывались Tara Aerospace и Poliex. Проект также предусматривал развитие инфраструктуры для перевозки опасных грузов и экспорта оборонной продукции. Со стороны США предполагалось финансирование в рамках программы Foreign Military Financing. Но к весне 2026 года проект фактически не сдвинулся с бумаги. Черногорская сторона не выполнила часть условий, необходимых для его реализации, а первоначальный график был сорван. Все повисло в воздухе. И вот здесь, собственно, начинается мое прожектерство. Я совершенно не предлагаю Черногории строить собственный танк или истребитель. Но современная военная индустрия устроена иначе. Поэтому небольшой стране совершенно необязательно производить оружие целиком. Гораздо реалистичнее найти несколько ниш и встроиться в международные производственные цепочки. Здесь у Черногории есть несколько плюсов. Первый - рынок. Черногорская армия слишком маленькая, чтобы ради нее одной создавать серьезную промышленность. Но Черногория входит в НАТО, а значит потенциальный рынок находится далеко за пределами страны. Внутри Альянса сейчас идет прямо противоположный процесс тому, что происходило многие предыдущие десятилетия: не сокращение оборонных производств, а создание новых мощностей. Европейские страны расширяют закупки военной продукции. Для Черногории было бы гораздо логичнее попытаться получить маленький кусок этого огромного рынка, чем пытаться создать собственную законченную систему вооружений. Есть еще один плюс, который лет десять назад выглядел бы скорее минусом, - геополитика. Черногория довольно долго жила в ситуации, когда любое заметное движение в военной сфере автоматически заставляло оглядываться на отношения с Россией, Сербией и вообще на возможную реакцию внешних игроков. После вступления в НАТО это постепенно менялось, а сейчас изменилось уже очень сильно.

Мне тут стала докучать текучка, особенн туризм, поэтому для того, чтобы развеяться, побуду этаким Маниловым, мамкиным прожектёром и просто пофантазирую про то, какие отрасли, помимо туризма, Черногория могла бы достаточно успешно развивать. Для начала хочу рассмотреть, как минимум две довольно очевидные и при этом очень разные отрасли. Первая - оборонная промышленность. Боеприпасы, взрывчатые вещества, беспилотники, компоненты для них и вообще попытка встроиться в резко растущую европейскую военную индустрию. Вторая - энергетика, прежде всего возобновляемая. Тут у Черногории есть большой потенциал, но пока используется далеко не в том масштабе, в каком мог бы. Обе темы заслуживают отдельного большого разговора про плюсы, минусы, подводные камни. Так что следующие два текста будут отчасти фантазийными, но все же основанными на реальных фактах. Потом может быть захочется разобрать и другие направления экономической деятельности.

Sea Dance Festival Напоминаю, что уже завтра на пляже в Бечичи откроется Sea Dance Festival. Он продлится до 30 августа. Организаторы ожидают публику более чем из 100 стран. Среди главных имен - Charlotte de Witte, HUGEL, Enrico Sangiuliano, John Newman, Boris Brejcha, Layla Benitez, Marcel Dettmann, BIIA, а также региональные исполнители. Но кому праздник, а кому гужва. Как ворчливая бабка на лавке, которой уже не до танцев и прочих безобразий, предупреждаю и том, что любое массовое мероприятие в стране чревато пробками и другими трудностями, так что это надо иметь в виду. Как и то, что это последние выходные августа и туристы потянутся на выход. Что же касается логистики самого фестиваля, то организаторы сообщают организуют специальные автобусные рейсы из разных городов Черногории. До Sea Dance можно будет доехать из Улциня, Бара, Петроваца, Никшича, Подгорицы, ХерцегНови и Тивата. Билет туда и обратно стоит от 12 до 22 евро в зависимости от города. Места ограничены, поэтому организаторы советуют бронировать их заранее. Из Будвы будут ходить отдельные шаттлы в Бечичи. Отправление с двух точек - у Hotel Tre Canne и стадиона Lugovi. Автобусы начнут ходить с 19:00 каждые 10-15 минут. Стоимость - 3 евро в одну сторону, предварительная бронь для этих шаттлов не нужна. Обратные автобусы из Бечичей во все города будут отправляться каждую фестивальную ночь в 4:00, после окончания программы. Бронирование междугородних автобусов и подробная информация о маршрутах доступны на официальном сайте EXIT to Montenegro. С праздником, как говорится, тех, кто празднует.

И нынешняя авария в Баошичах стала очень наглядным результатом. Через 14 лет после начала одного из крупнейших инфраструктурных проектов на ривьере поломка одной насосной станции оказалась достаточной, чтобы сточные воды попали в море, около 265 метров пляжей пришлось закрыть, а запах канализации почувствовали еще и в соседних Зеленике и Кумборе. Надо сказать, что отличились не только мы. В Тивате в Доньей Ластве на пляже тоже вывесили красный флаг. Анализ воды от 18 августа показал плохое качество, а повторные внеплановые пробы 21 и 24 августа подтвердили проблему. Количество E. coli и кишечных энтерококков оказалось выше допустимых значений, поэтому на купалиште 4B предписали вывесить красный флаг и запретить купание до получения нормальных результатов. Официальная причина загрязнения в Донья-Ластве не названа. Канализационная система Тивата тоже остается недостроенной. В документах по развитию системы прямо указано, что основной коллектор идет от Селяново до Солилы, а продолжение главного коллектора и вторичной сети для Донья-Ластвы еще строится. Вся ситуация усугубляется тем, что тут залив, а не открытое море. Поэтому концентрация грязной воды держится дольше и сложнее ликвидировать последствия. В общем этим летом системные проблемы обострились как никогда. Канализация бунтует, воды в источниках не хватает. До кучи еще много где горит лес.

Канализация и море Ежегодная проблема - раз есть море, значит канализация сливается туда. Но есть нюанс, вода может пройти очистку или труба выходит далеко в открытое море, а может течь непосредственно из коллектора или септика. Да еще и в пляжный сезон. А именно во время сезона канализация перегружается и происходит всякое. Вот такая беда приключилась в Боке Которской, точнее в месте Баошичи (Херцег Нови). Сточные воды попали в море из-за неисправности насосной станции Змийица. Об этом сообщил исполнительный директор компании по строительству водопроводной и канализационной инфраструктуры Стефан Маркович. По его словам, насос некоторое время не работал на полную мощность, а в воскресенье практически остановился и уже не справлялся с объемом поступающих сточных вод. Именно это привело к их разливу в Баошичах. Новую помпу установили во вторник утром, после чего система снова заработала. Та же неисправность стала причиной сильного запаха канализации в Зеленике и Кумборе. На пяти пляжах в Баошичах сейчас вывешены красные флаги - купаться запрещено. В общей сложности закрыто около 265 метров побережья. Такой масштаб на моей памяти впервые. Проблему обнаружили при плановом анализе морской воды 17 августа, а затем подтвердили повторными пробами 19 и 21 августа. Содержание кишечной палочки E. coli и кишечных энтерококков оказалось выше допустимых значений. Это бактерии, которые используются как показатели фекального загрязнения воды. И как обычно у занудного автора есть контекст. Большую новую систему водоснабжения и канализации в општине ХН начали строить еще в 2012 году - 14 лет назад. Проект охватывал значительную часть побережья муниципалитета. Турецкая компания Celtikcioglu должна была построить и реконструировать канализационные и водопроводные сети, насосные станции и подводный выпуск. Изначально контракт стоил около 18,5 млн евро, а закончить работы собирались за несколько лет. Но сроки сорвали. В итоге проект растянулся практически на восемь лет. Работы продолжались до июня 2020 года, а стоимость выросла до 21,38 млн евро. В рамках проекта построили и реконструировали 20,3 километра канализации, 10,2 километра водопровода, 11 насосных станций и 1,2 километра подводного выпуска. Причем проблемы возникали уже с новой системой. В 2017 году в Баошичах канализация выходила из люков на прибрежной дороге, а сточные воды попадали в море. Но магистральный коллектор не решил вопрос окончательно. В Баошичах в последующие годы продолжали строить вторичную сеть и подключать к ней отдельные районы. Работы шли в 2022, 2023, 2024 и 2025 годах, новые участки канализации запланированы и в 2026-м. То есть спустя 14 лет после начала большого проекта канализацию в поселке фактически продолжают достраивать по частям. Я сама долго жила в этом районе - и аттракцион каждый год с разрытой набережной помню отлично. Есть и другая проблема - дома, которые вообще не подключены к центральной канализации и пользуются септиками. Еще в 2011 году местные СМИ писали, что в Доньих Водицах в Баошичах септики некоторых домов были выведены в ручей, который впадает прямо в море. Подобные проблемы фиксировались и в других районах Херцег-Нови: переполненные или неправильно подключенные септики могут попадать в ручьи, а оттуда стоки уходят в залив. Проблемы есть и в Мельине, причем сразу две. Сам магистральный коллектор после строительства так и не прошел нормальную техническую приемку из-за выявленных недостатков и сейчас требует обследования и реконструкции. Отдельная история - очистные сооружения, которые годами работали не в полном режиме. Именно с их неисправностями связывали сильный запах канализации, на который регулярно жаловались жители Мельине, Немилы и Савины. В итоге система, которую строили как решение старых проблем со стоками, сама стала источником новых.

Например, судьба другого американского проекта, о котором громко объявляли еще в 2025 году. Тогда правительство Черногории и компания By Light подписали письмо о намерениях создать в стране производство военных беспилотников. Проект предусматривал производство и испытания БПЛА, их оснащение разведывательными системами, средствами радиоэлектронной борьбы и боеприпасами, а также развитие экспортной инфраструктуры аэропорта Подгорицы. Однако к весне 2026 года проект так и не перешел в практическую стадию. Пока нет данных, что его включили в новое соглашение с США о стратегических проектах, хотя формально новый механизм позволяет в дальнейшем предлагать и другие совместные инициативы.

Черногория, США и стратегические проекты Черногория начала практическую реализацию соглашения с США о стратегических проектах, которое правительства двух стран подписали 24 июля в Вашингтоне. Подгорица уже передала американской стороне первые два проекта, и теперь США должны искать компании, которые потенциально могут ими заняться. Первый проект - Адриатическо-Ионический коридор. Тут речь идет не просто о новой дороге через Черногорию. По соглашению это должен быть большой инфраструктурный маршрут от Албании до Хорватии через Черногорию и БиГ, который объединит автомобильные дороги, оптоволоконные сети и газовую инфраструктуру. Проект одновременно касается транспорта, энергетики и связи. Второй проект - создание единой системы сканирования грузов и модернизация пограничного контроля. Сканеры предполагается установить на погранпереходах и в порту Бар, а информацию с них сводить в единый командный центр в Подгорице. Для Черногории это еще и часть евроинтеграции: проект должен помочь выполнить требования главы 24 переговоров с ЕС, которая касается правосудия, свободы и безопасности. Теперь о том, как это должно работать. Черногория передает США проекты и технические требования, после чего американская сторона может искать подходящие компании через Госдепартамент, Министерство торговли, EXIM Bank, USTDA, американскую Международную корпорацию финансирования развития DFC и другие структуры. Но выбирать подрядчика в конечном итоге будет сама Черногория. При этом соглашение не означает, что США автоматически дают деньги на любой предложенный проект. Возможность кредита, гранта или другого финансирования американские институты будут рассматривать отдельно в каждом случае. Черногория также сохраняет право искать деньги в других местах. Есть еще одно интересное условие для местной экономики. В соглашении поставлена цель, чтобы в проектах использовалось до 50% черногорских товаров, поставщиков и субподрядчиков, которых должны отбирать через открытые процедуры. 50% - это именно желательный показатель, а не гарантированная квота. Пока речь идет только о первых двух проектах. Министр общественных работ Майда Аджович говорит, что готовятся и другие предложения в сферах инфраструктуры, энергетики, безопасности, технологий и критических минералов. Нынешний список не окончательный. На этом фоне произошло еще одно изменение в отношениях с США. В январе американская администрация приостановила обработку иммиграционных виз для граждан 75 стран, включая Черногорию. 21 августа федеральный суд в Нью-Йорке признал это решение незаконным и отменил его. Речь идет именно об иммиграционных визах - для переезда в США на постоянное место жительства, в том числе по семейным и рабочим основаниям. Правда, здесь появился новый нюанс. Сейчас Госдепартамент ввел уже глобальную временную паузу в обработке иммиграционных виз, связанную с дополнительным обучением консульских сотрудников. То есть прежнее ограничение именно против граждан Черногории и еще 74 стран суд отменил, но практическое возобновление выдачи иммиграционных виз сейчас зависит еще и от этой новой общей паузы. В итоге соглашение с США пока лучше воспринимать не как объявление миллиардных американских инвестиций, а как новый канал, через который Черногория сможет предлагать крупные проекты американскому бизнесу и финансовым институтам. Первые два предложения уже отправлены. Теперь главный вопрос - какие компании ими заинтересуются, откуда появятся деньги и дойдет ли дело от документов до реального строительства. Так как есть ранние кейсы и зависших проектов.

Шарец также считает, что двусторонние споры с Хорватией не должны блокировать вступление. По его мнению, не все вопросы с Загребом обязательно решить до членства - часть можно урегулировать позже, в том числе через арбитраж. Эта мысль звучит в последнее время все чаще. Раньше Хорватия фактически могла тормозить продвижение Черногории по переговорам, если считала, что Подгорица не выполняет ее требования. Но это отдельный сюжет, к которому я буду снова и снова возвращаться. Сама Хорватия вступала в ЕС с похожими спорами. И здесь появляется еще одна интрига - Исландия. Там обсуждают референдум о возобновлении переговоров с ЕС. Речь пока не о самом вступлении, а только о возвращении к переговорному процессу. Но если исландцы скажут «да», страна может пройти этот путь намного быстрее обычного кандидата. Исландия уже входит в Шенген и Европейское экономическое пространство и применяет значительную часть законодательства ЕС. Поэтому в европейских кругах обсуждается сценарий, при котором Черногория и Исландия могут в итоге вступить в Союз одновременно. Такую возможность допускают и в Подгорице, и в Рейкьявике. Норвежский журналист Амунд Трелевик, который следит за этой темой, также считает пакетное вступление вполне реальным. Новый интерес Исландии к ЕС связан уже не только с экономикой и рыболовством, но и с безопасностью, войной в Украине, ростом значения Арктики и Северной Атлантики и неопределенностью в отношениях с США. Шарец, однако, подчеркивает: Черногория не должна ждать Исландию. Если Подгорица выполнит все условия первой, оснований задерживать ее вступление нет. Если же обе страны окажутся готовы примерно одновременно, совместный прием вполне возможен. То есть речь уже не о том, хочет ли Черногория в ЕС. Даже сербы частично смирились с перспективой. Теперь главный вопрос - успеет ли она сделать это достаточно быстро (и закроет ли Союз глаза на явное несоответствие реформ на бумаге и изменений в жизни), чтобы войти в ЕС самостоятельно, а не ждать нового политического расклада вокруг Исландии, Хорватии или выборов 2027 года.

Поправки в Конституцию и размышления о евроинтеграции Смех смехом, Черногория таки движется в ЕС. Я собрала актуальные сюжеты последних дней на эту тему для полноты картины. 24 июня парламент принял поправки к Конституции, которые касаются Судебного и Прокурорского советов и Центрального банка. За проголосовали все 68 депутатов, участвовавших в голосовании. Против и воздержавшихся не было. Тем же числом голосов приняли конституционный закон, необходимый для применения новых норм. Главная причина изменений - требования ЕС по главе 23 «Правосудие и основные права». Поправки меняют правила формирования Судебного и Прокурорского советов, усиливают гарантии независимости судебной системы и уменьшают влияние исполнительной власти. Отдельно в Конституции закрепляется независимый статус Центрального банка Черногории. На этом конституционная реформа не заканчивается. Правительство уже предложило отменить иммунитет премьер-министра и министров по делам о должностных преступлениях, а также ввести обязательную проверку добропорядочности кандидатов в члены правительства до их назначения. Спикер парламента Андрия Мандич после голосования пошел еще дальше и заявил, что после вступления в ЕС Черногории, по его мнению, вообще понадобится новая Конституция. Пока это только слова, а этот пассаж я поместила сюда для того, чтобы показать, что одна из крупнейших сербских партий страны, кажется, смирилась с евроинтеграцией и даже решила ее возглавить. Тем временем Черногория сейчас меняет не только Конституцию. Она постепенно перестраивает всю систему государственного управления под правила будущего члена ЕС. Новый проект закона о бюджете и фискальной ответственности является условием для закрытия переговорных глав 32 и 33. После вступления страна должна будет ежегодно перечислять взнос в общий бюджет Евросоюза. Его размер будут рассчитывать по европейским правилам и закладывать в государственный бюджет. Министерство финансов будет отвечать за расчет, отчетность и перечисление этих средств Еврокомиссии через Центральный банк Черногории. Одновременно ужесточаются правила обращения с европейскими деньгами. Черногория должна создать полноценную систему контроля за фондами ЕС, фиксировать нарушения, мошенничество и коррупцию и сотрудничать с европейским антифрод-ведомством OLAF. Меняется и сама логика бюджета. Государство должно будет планировать расходы на несколько лет вперед, учитывать фискальные риски, контролировать крупные инвестиционные проекты и показывать не только, сколько денег потрачено, но и какой результат получен. Фискальный совет получит больше полномочий для независимой оценки бюджетной политики. То есть Черногория постепенно переходит из режима страны-кандидата, которая в основном получает помощь и выполняет условия, в режим будущего члена, который сам платит в общий бюджет ЕС, получает доступ к большим фондам и несет ответственность за то, как эти деньги расходуются. Теперь о самом вступлении. Во-первых, принятие поправок приветствовали европейские чиновники, которые снова похвалили власть и оппозицию за то, что они перестали ссориться. Также появились одновременно несколько мнений о том, как Черногория сможет вступить в ЕС. Докладчик Европарламента по Черногории Марьян Шарец считает, что закрыть все переговорные главы до конца 2026 года еще возможно, хотя задача очень тяжелая. Самыми сложными остаются главы 23 и 24 по верховенству права и безопасности и глава 27 по экологии. Он отдельно предупреждает о выборах 2027 года. Избирательная кампания почти неизбежно замедлит работу институтов, поэтому для Черногории сейчас важно сделать максимум именно в 2026 году.

Плюс ко всему недавний пожар на границе Боснии и Герцеговины и Хорватии, около Требине и Дубровника, выявил еще одну проблему. Его было опасно тушить с земли еще и потому, что в этой местности со времен войн 90-х осталось много мин. Потом выяснилось, что похожая проблема с боеприпасами еще более ранних войн возникала при пожарах во Франции и других странах. Август принес и серьезные ужесточения правил дорожного движения и штрафов за нарушения. Новости пестрят сообщениями о том, сколько поймали пьяных водителей, сколько разных нарушений выявили дроны - в основном речь о любителях выехать на встречку. Стали ловить молодых водителей за рулем мощных машин ночью и так далее. Очень большое впечатление на меня произвела новость из моего города: в Херцег-Нови дорожная полиция задержала мотоциклиста К. Г. из Сербии. Он не остановился по требованию полиции, после чего суд по делам о правонарушениях оштрафовал его на 1 555 евро. С одной стороны, за руль мне садиться резко расхотелось, хотя я и не нарушаю правила. С другой - хочется надеяться, что эти штрафы не будут избирательными и у нарушителей все же появится какое-то осознание того, что нарушать правила - это дорого. Потому что ситуация на дорогах просто катастрофическая. Что еще было в этом месяце? Конечно, наши размышления о том, что делать дальше в связи с введением виз. Невооруженным глазом видно, что люди уезжают из Черногории, но есть и те, кто хотят, как говорят помогаторы, «запрыгнуть в последний вагон», переехать и оформить ВНЖ. Согласно разъяснению МИД Черногории, все, кто приедет хоть 31 октября, имеют право еще 30 дней находиться без визы в стране, чтобы оформить ВНЖ по разным основаниям. А потом уже все. Посмотрим, сколько людей решит воспользоваться этой возможностью. Также есть сообщения, что граждане РФ решили воспользоваться последней безвизовой возможностью и провести лето в Черногории, а еще что граждане той же страны стали активно продавать свою недвижимость здесь. Пока четких данных по этим вопросам у меня нет, поэтому оставляю это здесь просто как наблюдение и предположение. Жаркое лето переходит в жаркую по всем показателям осень. Спасибо, что следите за происходящим вместе со мной. Процедурные вопросы. Связь с редакцией по любым вопросам - @ibezbrige. Канал будет рад вашей поддержке донатом и добрым словом. Спасибо всем, кто это уже делает. Мы двигаемся дальше. Насчет того, будет ли лучше, не уверена, но скучно точно не будет.